Мисаки и Усуи

      Из-за произошедшего на физкультуре класс так и покатился со смеху. Никто и не знал, что происходило в пещере. Эрика все еще хохотала. Ее оттуда еле живой вынесли.       После физкультуры ребята были свободны. Мисаки бродила по школе и никого не трогала, пока кто-то не схватил ее за хвост и не затащил за угол. Сильные руки прижали девушку к стене, а открывшая глаза Мисаки узнала Игараши.       — Значит, Усуи тебя почти разложил?       — Какое тебе дело? Чего надо?       — Не чего, а кого.       — Извини, конечно, но мне пора, — Мисаки вывернулась из рук.       — Не так быстро!       Игараши опять хотел схватить Аюдзаву за хвост, но та вильнула им, и парень впечатался в стену. Миса поняла, что дело пахнет жареным, и пустилась наутек. Откуда-то появилась целая свора парней и во главе с Игараши погналась за девушкой. Вдруг Мисаки во что-то впечаталась. Точнее, в кого-то. Этим «кем-то» оказался Такуми. Аюдзава хотела дать деру, но парень держал ее мертвой хваткой.       — Это моя добыча! — авторитетно прорычал он. Преследователи чуть поколебались и ушли. Мисаки, вырвавшись, умчалась в комнату.       Уже ночью Такуми медленно склонился над Аюдзавой и… БАБАХ! Это Миса шибанула его своей пятитонной подушкой по голове. Звук был негромкий, но долгий и гулкий. Вот только подушка не выжила после такого удара. Она разлетелась на много-много перьев и лоскутков. Спящие тут же вскочили, и все взгляды снова пали на Усуи. Сначала можно было подумать, что это сугроб. Но потом ты понимаешь, что это… снеговик! Шутка, это Такуми.       Он оглядел всклокоченную публику.       — Спите, спите. Это у нас семейные разборки идут.       — Я ТЕБЕ ТАКИЕ РАЗБОРКИ СЕЙЧАС УСТРОЮ, МАЛО НЕ ПОКАЖЕТСЯ!       Миса взяла мешочек риса из комода и треснула им Усуи по голове. Мешочек, естественно, развязался, и все крупинки, как тараканы, расползлись по Такуми. Зрелище было захватывающим.       Усуи в долгу не остался. Он вытащил жидкий мед и облил им Мису с ног до головы. Затем набрал перьев с ее кровати и вывалил на нее. Теперь они ничем друг от друга не отличались.       Класс хлопал в ладоши и хохотал. Даже Юкимура хихикал. Он с трудом взял себя в руки и отправил Мисаки и Усуи в душ. Эти двое тут же объединились. Они шли и стучали во все двери подряд. До профессоров было не достучаться, а вот эльфов и летучих они разбудили. Сначала высунулась из комнаты летучих одна девочка.       — У-у-у-у-у! — провыл замогильным голосом Такуми. Девочка взвизгнула и захлопнула дверь.       — Лопух ты, Усуи. Не так пугать надо.       Мисаки вздыбила шерсть на хвосте. Затем встала вплотную перед дверью в комнату эльфов и постучала. Показался высокий темноволосый парень.       — БУ! — громко выкрикнула Аюдзава, — Гр-р-р-р-р-р-р!       — Мама! — выдавил побледневший эльф и тотчас захлопнул дверь. Послышался грохот: парень упал в обморок. Мисаки и Усуи, держась за животы, с хохотом ушли в душевую.       В душевой Аюдзава начала было расстегивать пижаму, но вовремя вспомнила о Такуми.       — Мойся первый.       — Эй, а почему я?       — Я не подглядываю. К тому же извращенец ты, а не я.       Вода была набрана. Ванна была размером и глубиной сравнима с бассейном.       — Извращенец? Я?! Ну ты напросилась!       Усуи столкнул Мису в ванну прямо в пижаме. Девушка вынырнула. Такуми сорвал с себя рубашку и остался в одних пижамных штанах.       — Банзай! — крикнул он и прыгнул в ванну бомбочкой. Мисаки нырнула, чтобы не захлебнуться в цунами. Она открыла глаза под водой — Усуи плыл прямо на нее. Мисаки вынырнула и поплыла к щеткам. Правда, это была не совсем щетка, а скорей мочалка на палочке, но для Такуми и это пойдет. Аюдзава растерла пену по всей мочале и двинулась на показавшегося на поверхности Усуи. Она начала тереть его мочалкой. Такуми в долгу не остался. Он схватил такую же мочалку и ринулся на Мису с мыльными атаками. Только пузыри с радужными разводами полетели.       Нарезвившись, они вылезли. Мисаки было неуютно в липнущей к телу пижаме, и как назло полотенце только одно осталось. Недолго думая, Миса сменила мокрую пижаму на сухую, а Усуи закутался в полотенце, и они пошли обратно.       Без домогательств не обошлось: Усуи раскрыл полотенце и обнял им Мису сзади. Стоять спиной было неловко, и Мисаки развернулась. Лицо Такуми было слишком близко, но они находились в месте, где в любую секунду мог пройти дежурный, так что Мисаки не придумала ничего лучше, чем запрыгнуть Усуи на плечи.       — Брачные игры, да, дорогуша? — хитро пропел Усуи.       — Нет уж, милок. Полный… а, да. Полный вперед!       Такуми побежал рысцой по коридору. Тут из-за дверей эльфов и летучих высунулись пушки. Мисаки задумчиво проговорила:       — Они заряжают пушки. Зачем? А! Они будут в нас стрелять! Прибавить ходу! Раз-два! Раз-два!       Такуми умело обходил патроны. Ни на него, ни на Мису не попало ни одного. Они влетели в спальню и юркнули под одеяла, а через несколько минут уже сладко спали.