ЗА КАДРОМ: Дела сердечные
15 марта 2016 г., 08:29
Однажды Такуми пригласил Аюдзаву на прогулку. Он подготовил ей и себе по шоколадке, однако Мисе отдать решил позже.
Усуи отдал подруге угощение, когда они пришли в парк и сели на скамейку.
Через несколько минут после того, как они съели шоколадки, Усуи почувствовал себя как-то странно. С Мисой же на вид было все в порядке.
Ах, он дурак! Он что, плитки перепутал?! Такуми добавил в шоколадку для Мисаки сыворотку правды и походу взял именно ее! Черт!
— Что с тобой? Тебе плохо?
— Нет. Я съел шоколадку с сывороткой правды, — Усуи спохватился и зажал себе рот руками, но это не помогло. — Ой! Нет! Я не это хотел сказать.
Миса тут же все поняла.
— Я твоя первая подруга?
— Да.
— Я тебе нравлюсь?
— Да!
— Как ты относишься к Эрике?
— Эрике? Той жабе-то?
— Так, все понятно. А к остальным?
— Часть друзья, а остальные так себе.
— Что у тебя на уме? Хотя, не говори. Знаю, какой у тебя характер. В каком виде я тебе больше нравлюсь?
— В виде полосатика.
— Спасибо. А какая прическа больше нравится?
— Та, которая у тебя сейчас.
— Спасибо, — Мисаки откинула прядь длинных волос за спину. — Когда я моюсь в душе, ты что делаешь?
— За тобой подглядываю.
— Каков подлец. Ладно, продолжим наш разговор…
***
Куга долго не решался подойти к Усуи с этой просьбой, но от этого зависело его положение как мужчины, так что он набрался храбрости и спросил у Такуми то, что давно его интересовало: — Как ты справляешься со своими чувствами, Усуи? — Я? Да легко. Просто выплескиваю их. Ни в коем случае не держу в себе. — Эх, мне бы так. Я даже не знаю, нравлюсь ли я Сакуре. — Можно проверить. Пригласи ее в кафе. И все. На свои деньги. Тогда и узнаешь. А в это время Икуто и Куросаки следили за ними в шар предсказаний. Куросаки уже успел узнать, что он нравится Сакуре. Он сообщил это Сарасине. Его глаза блеснули. — Так что же мы с тобой мучаемся? Можно проникнуть к ней в разум и сделать так, чтобы она думала, что встреча будет… на час раньше! — И что нам это даст? Икуто закатил глаза с немым стоном по поводу того, что «какой же ты тупой иногда, Куротацу». — Ты можешь ее гипнотизировать прикосновением, и она будет на нашей стороне. Капкан Усуи с Мисаки! — Угу. А кто туда пойдет? Да не закатывай ты глаза! — Ты. — Я?! — Но не я же! — Но надо же к коже прикоснуться. А на улице холодно. Она вся укутается и перчатки наденет… — Ты вампир или кто? Подумаешь, поцелуй подарить придется. Я-то тебе прощу. Это же я придумал, — Икуто хихикнул. — Хорошо, — Рюносуке злобно глянул на друга. — Но только один поцелуй. Я никогда больше сирку не поцелую. Меня ведь стошнит! — Ладно-ладно, сохраняй спокойствие. Куга, едва передвигая ноги, подошел к Сакуре. — Сакура. Я… в общем… ох, держи! — Куга сунул Сакуре в руку записку и убежал. Девушка развернула ее и прочитала:Дорогая Сакура. Я приглашаю тебя сегодня вечером в кафе Морская ракушка. В 18:30. Я буду ждать тебя в пятой комнате. До скорого свидания. Навеки твой Куга
Сакура завернула записку и тут ее, как будто током дернуло. — Значит, в 17:30? Ладно. Придем. Ханадзоно посмотрела на часы. 16:00. Надо хоть одеться нормально и прическу сделать красивую. Девушка надела малиновое платье с длинными рукавами, накрасилась и распустила длинные волосы и надела пуховик, зимнюю шапочку и перчатки. Где-то в 17:25 Сакура подошла к кафе, разделась в гардеробе и прошла в комнату, где ее должен ждать Куга. Она тихо открыла дверь, вошла спиной вперед и закрыла ее. Обернулась. За столом сидел вовсе не Куга. Куросаки. Пусть он ей и нравился, но остаться с ним наедине Сакура не хотела. Дверь не поддалась, хотя вовсе не была заперта. — Значит, ты и есть Сакура? — Что?.. — Забавно. Вампир встал. Сакура на всякий случай отошла и оказалась по другую сторону стола. Куросаки двинулся в обход. Девушка побежала от него в другую сторону. Тем временем Куга долго смотрел на себя в зеркало. Он уже пригладил волосы и пять раз их причесывал. Роза в петлице еще вкусно пахла. Он должен выглядеть идеально.***
Такуми не знал, что Куга пригласил Сакуру в это кафе, в пятую комнату и в это же время. Он пригласил Мисаки во столько же и в четвертую комнату, находящуюся рядом. Миса, как и Сакура, пришла раньше и уже сидела в комнате, когда из пятой комнаты раздался грохот. Мисаки рванула туда. Она открыла дверь и… Бледные губы вампира почти касались дрожащих губ Сакуры. Аюдзава нарисовала в воздухе интересную фигуру, которая тут же засветилась, и оттуда вылетел грозовой шарик, с молниеносной скоростью врезавшись в Рюносуке. Того отбросило к стене сильным ударом. Миса опустила руку. — Это еще что такое? Сакура, ты с ним… ОЙ, МАМА! Тут из-за ее спины выглянул Усуи. Затем, с другой стороны, появилась блондинистая голова Куги. Миса, спрятав их за собой, сказала, что это слишком страшное зрелище. Вдруг лицо Аюдзавы поменялось. Там смешались возмущение и ярость, зато на лице Такуми царило что-то вроде блаженства. Миса повернула голову в сторону Усуи, тот задрал ей юбку и любовался видом. Но недолго. Аюдзава треснула его по голове, рука Такуми разжалась, и юбка спустилась обратно. Парень, тут же поднявшись, встряхнул головой. — А что я? Я ничего! Мисаки отвесила ему подзатыльник. — За что? Я же не заслужил! Аюдзава вовсе отвернулась от него. — Нахал! — отрезала она. Куросаки усмехнулся: ему в голову пришел внезапный план. Он взмыл в воздух и стремительно полетел к выходу. Миса и Усуи расступились. Но Куга отойти не успел. Рюносуке схватил его, вылетел в зал и затем из кафе с парнем в руках. Такуми схватил остолбеневшую Аюдзаву. — Пошли! Они выбежали на улицу. Куросаки еще кружил над кафе. Такуми каким-то образом вызвал феникса, а тот щелкнул клювом и закинул к себе на спину Мису. — Усуи! Эй! — девушка вцепилась в птицу, и та взлетела. — Я ЖЕ БОЮСЬ ВЫСОТЫ-Ы-Ы-Ы! Но Мисаки взяла себя в руки. Она наколдовала грозовой шарик. — Я вызываю тебя на бой, Куросаки. Умри! — шар полетел в Рюносуке, но тот увернулся. — На бой, говоришь? — вампир разжал руки, и Куга полетел вниз. Такуми с Сакурой его подхватили. В небе разгоралась нешуточная битва.
