Параллели пересеклись

*Утро*

Лучи так навящего били в окно, заставляя вьюге от открытого балкона закрываться пуховым одеялом согреваясь без помощи своего любимого. Большая комната с березовым оттенком плавно ложилась на теплые тона белого ковра, где Снежинка любила так крепко спать. В ночи все было покрыто под луной, а тело дамы так и крутилось, пыталось найти себе место и уснуть. Она смотрела на телефон, убавляя и прибавляя яркость от времени на часах, старалась не так сильно мучать себя тишиной и слабиной дыхания от страха. Звезды светили ярко, как будто находились в метре от девушки, балкон с диванчиком нуждался в теплоте, и чашка горячего шоколада расслабила ее. Под утро, встретив своими красным румянцем на щеках рассвет, она решила лечь в постель и замерзнуть в пустоте. Майя: Мои руки обхватывали пустую подушку и настолько ледяную, что хотелось приоткрыть глаза. Мозг до сих пор думал, что рядом кто-то есть и поэтому ноги оказались в согнутом положении на второй части своей постели, мое же тело было посередине, будто прижималось к опоре, которой не было. Дыша в подушку, она нагревалась и немного мучало ведь холод мне больше по душе. Лукас так и не позвонил, решил не будить меня, а может быть не смог, хотя я переживала и часто хотела набрать или написать, боялась попросту отвлечь. Приоткрыв свои глаза, я медленно оглядываю комнату, и сразу же тянусь к телефону, проверить входящие, и, затаив дыхание нажимаю на экран, увидев лишь дату и время. Тяжело вздохнув, мне тут же становиться плохо. Выскакивая из кровати, я бегу к туалету и выплескиваю из себя содержимое белого цвета, мое горло будто рвется от резких выплесков жижи и низ живота медленно дает о себе знать. Первое что приходит в мою голову, нет, нет, нет. Лукас предохранялся, я же все соблюдала, с Джошем ничего не было, да и с другими тоже. -Это просто отравление. — Произношу в пустоту ванны с включенной водой для успокоения я, и сижу около унитаза, опуская и держа в руках телефон. В мыслях вчерашний день, вспоминаю, что я ела, но в итоге ничего. Перекус, перекус и дом, ужин творогом и биокефиром. Чувствую дискомфорт, голова начинает постепенно набирать обороты, прокручивая все вокруг, а руки трястись. Рвота вновь подходит к горлу, и вроде бы ничего такого, но Марина стучится в комнату. Должны пройтись по магазинам, да. Поднимаясь с колен, я протираю свои губы полотенцем, и, убирая волосы за уши, медленно передвигаюсь к дверям, где хвостом уже вилял мой подарок. — Доброе утро. — вяло произношу я и давлю улыбку, моя голова немного темнеет за счет упавшего света, а улыбка на лице новой «мамы» так сеяла. Она была в предвкушении, я же была совсем не так настроена. — Доброе утро, — на ней темный, теплый свитер и серые домашние спальные штаны с белыми тапочками, видимо у папы в комнате холодно, или же он просто не обнимает ее по ночам. Возможно, я могла быть не так добра к ней, но я видела, как папа влюблялся практически с каждой секундой, его можно было понять. В ней не было ничего криминально красивого, женщина элегантна, приятная на вид, смешная и искренняя. Может быть, я могла бы слушать и рассуждать дальше, кивать. — Ты помнишь про шопинг, мы должны выйти примерно. — Не успевает Марина договорить, как выученные мною глаза и ноги уже бегут к туалету, прорезая горловину от порыва рвоты. -Майя, боже. — Слабый голос, и чувствую, как мне становиться хуже, руки Марины собирают мне волосы, и поддерживают, дабы не испачкаться. Сама не понимаю, почему мне так плохо, и я уже не знаю, как мне остановиться, выходит одна вода. — Сиди, я сейчас таблетку принесу. — Наверное, это было лучшее спасение, ее голос раздавался уже у входа, а мне было все равно. Вдыхая запах очищающего средства, чувствую, как попахивает со сторону, стараюсь не паниковать и сажусь на край ванны, засовывая руки под теплую воду. Не думала, что утро может так начаться и все пойдет под откос. Обратно в ванную комнату влетает, Марина, держала в руках стакан воды и три таблетки. — Позвони Райли. — произношу я и запивая таблетки. Мне даже не пришлось хмуриться или жмуриться от такого количества воды, я опустошила стакан и даже не заметила этого. Марина присела на корточки, поднимая телефон, вновь ушла на пару минут и протянула айфон обратно. — Будет через 20 минут. — Никогда не думала, что в скором времени буду пугаться своих мыслей о беременности, если такое вообще возможно. Прокручиваю каждый возможный момент, но не могу даже понять, может это случиться через презерватив. Меня не тошнило с прошлого лета, это было всего один раз, когда мой желудок решил не переваривать кальмары из ресторана, тогда я пролежала в постели два дня и не отходила от туалета часами. Мы не предохранялись, мы не предохранялись первый раз. Нет, все было нормально, он остановился, он был хорош и все делал правильно. — Лукасу звонить? — интересуется девушка старше меня всего, на каких-то двадцать лет, я быстро киваю отрицательно. Не хочу вмешивать своего парня в такой бессмысленный день. Он завтра уезжает, мне нужно было дать ему время для работы и бумаг. Я знаю, что такое бизнес, вижу, как папа убивается и не спит ночами, и я не могу сказать, что люблю такую работу, но если Лукасу нравиться, то я всеми руками за это. — Не надо, — останавливаю Марину, и снова прикрываю рот рукой, доходя до унитаза. Мне было не по себе от таких выводков, было не комфортно. Может это все творог, я же не посмотрела срок. — Прости, что я рушу все наши планы. — На самом деле я сожалела, что не смогу пройтись по магазинам, нам нужно было это сделать. Шопинг мог меня расслабить, успокоить, привести в норму, вдруг я снова бы бесилась на Лукаса, била его и трепала нервы, как перед уездом. Нет, не смогла бы, думать даже об этом не хочется, все и так неважно было. Рука женщины тянется к моему лбу, и хватается за сердце. — Пойдем, ляжем в кровать, у тебя температура. — Для меня это было прекрасной возможностью уснуть, но как только подушка оказывается моей опорой, прикрываю глаза и чувствую, как медленно двигается поезд по рельсам, качая верхнюю койку туда — сюда. Градусник под подмышкой, слабый бледный вид, и Снежинка носом утыкается мне в лоб, пытаясь помочь. Жалостливый вид, мысли о еде, хочу есть. Тянусь к телефону « Купи сока и булочек». Возможно, все не так плохо, просто очередной день без солнца, хотя солнце парило лучше, чем летом. Мои глаза прикрываются, сразу же думаю о Лукасе, как он спит, в постели или же бегает по дому, собирая чемодан и документы. Я даже не знала во сколько он уезжает, нет, знала… Не хочу считать часы до отлета, не хочу чувствовать себя брошенной. А я же буду брошенной, мучать себя мыслями о нем, мучать себя ревностью. Он же не будет сидеть там, в общежитии и не смотреть на других девушек. Сердце немного начинает болеть, а в глазах темнеть, засыпаю, не хочу думать об этом, накручивать просто так, накручивать и ждать. -Привет. — Я вновь открываю глаза от любимого голоса, и давлю улыбку, все еще держа на свое голове холодное полотенце, смоченное пару минут назад. — Привет. — С улыбкой на лице зябко произношу я и поднимаю голову. На ней слабая улыбка в ответ в руках пусто, ну ничего, значит было не по пути. Она залезает ко мне на кровать, сталкивая своими руками Снежинку, и трогает лоб — Как ты умудрилась заболеть? — спрашивает сладкая, и мне немного приходиться хмуриться, ведь сама не понимаю, как такое могло произойти. Отвечаю слабым дыханием и пожатием плеч. — Ты не купила мне булочек? — грустно интересуюсь я, поднимаясь к ее объятиям и кладу голову на розовую кофту с эмблемой нашей школы. Новогодние каникулы закончатся через два дня, а я уже думать об этом не хотела. Конечно, появляться там нужно, но самое не любимое мое место, это классы, в которых часто много бубнили не по делу. — А ты просила? — Райлз достает свой телефон и указывает мне пустой экран без какой-либо смс. Я тут же тянусь за своим и смотрю свои сообщения «Лукас». Немного ошибившись, я подкусываю свои губы, ведь, скорее всего он приедет, привезет еду и узнает обо мне. Но нужно было сделать так, чтобы сегодня милый просто был занят своими делами и даже не подумал появиться у меня дома. Но я соскучилась, нет, пускай работает. В голове так много мыслей о нем, о нас, о будущем. Гарвард, он же будет так далеко, улетит, пьянки, гулянки, задумается, встретить лучше девушку, плюнет на меня. А что я? Я ничего не смог сделать, будет странно, если я запрещу ему даже смотреть на них, но я готова это сделать. Он мой, не хочу его делить с другими девушками, даже сверкать злостью, тлеть от огня внутри, но я убью его. Боюсь представить, что с ним случиться, если моя ревность сможет быть уместна. «Я изменял» ведь все парни изменяют, но я не готова была услышать такое, чтобы вот так, откровенно изменять. Они не любили друг друга, но мне не так важно это, как-то, что он изменял. Пары ведь должны рассказывать друг другу все, доверять и быть уверенными в отношениях. Черничка даже не знает, какие у меня были отношения с Джошем, насколько все было серьезно. Кольцо то снято, вот только ощущение были в новинку, сжигать и разбивать рамки с фотографиями, ругаться и плакать одновременно. Я не знаю, как могли наши мечты так быстро оборваться и кануть в лету. Сердце так изыскано екнуло, а мысли тут же накрыли волной, топя меня в греющем чувстве любви к умирающему теплу за километры отсюда. Остались лишь счастливые моменты, которые я готова вспоминать. Мне все же казалось, что Лукас даст мне больше, возможно не то, что нужно мне, но даст больше ласки, заботы, кучу романтических моментов, любви навечно. Малыш хотел это мне сказать, я знаю, что они взаимны, но я боюсь просто понять, как же мне трудно будет, отпускать его обратно, с этим шрамом, с зелеными глазами, щетиной привлекающую меня. Эта щетина так царапает мне шею по ночам, что приходилось открывать глаза, от щекоток. — Надеюсь, ты никому не говорила? — любопытно спрашиваю я и тут же поднимаю глаза на завязанные волосы. Райли до сих пор не могла убрать улыбку с лица, и я совсем не понимала почему. Она пришла ко мне, чтобы посочувствовать, поболеть со мной, но на ее лице сияет улыбка… Я тут же приподнимаюсь на локтях, чтобы рассмотреть эту нахальную, миниатюрную улыбочку и начинаю подкусывать губы. Сладкие на вкус губы становятся, сжаты зубами, а девушка всего лишь закатывает глаза, будто повторяет за мной любимые действия. Если не изменяет мне память, Райли целый день провела с Чарли. — Было??? — Шепотом произношу я и приподнимаю брови, немного давя из себя уверенной улыбку. Это должно было произойти еще давно. Всем и так было известно, как Чарли ухаживал за моей подругой. Моя лучшая подруга… — Майя, не дави на меня. — Бубнит Райли, но я не отстою, я хочу все знать. Моя подруга должна позвонить, кричать в трубку, говорить и рассказывать, чтобы потом обсудить и быстро прийти в нормы. Я вот до сих пор думаю, а если я начала скрывать отношения с Лукасом еще вначале учебного года, что тогда было? Представив всю эту ситуацию, задумываясь над своим же вопросом, я немного шикаю на свои «проблемы». — Я не давлю, — отворачиваясь и строя глазки — Так было или нет? — Моя улыбка вновь ползет на лицо. Хитрая натура внутри меня так резко стала вырываться, что, не заметив, улыбка превращается в ухмылку с прищуренными глазами, от чего кажется вся дальнейшая история Райли интересней и интересней. Ее свирепый взгляд лишь смешит меня и доказывает мои размышления. Моя фантазия настолько хорошо работала, что даже и думать о вечере перед свечами и столом, где все это произошло. На самом деле это не лучшее место, ведь он холодный, настолько, что спина касаясь стеклянного/ деревянного стола, просто заставляла больше выгибаться и издавать неположенные звуки. — Ладно, нет так нет. — Мне приходиться по актерски сдаваться, как будто я не знала, что она не расскажет. Райли настолько пропитана нашей дружбой, что история польется из ее уст через, пару секунд. Я делая вид, что мне совсем не любопытно и залезая обратно под одеяло кладя голову на подушку, закрывая глаза. Еще чуть. Сладкая поджимает свои губы, первый признак. Но этого достаточно. Голова немного начинает проходить, и может быть это лекарство Марины все еще сможет меня излечить, и вечер с торговым центром не пропадет и останется со мной. Я давно не обновляла свой гардероб, не лежала под лампами и уж точно не лежала в массажном кресле. Может это моя слабость, засыпать во время массажа. Я могу уснуть, и не думать, сколько времени, есть ли в этом плюс? Для меня да, а для других не важно. — Ну было, — проговаривается Райлз и разводит руки, я победно вскидываю руки и кричу ура. — И это страшно. — Такие слова меня всегда беспокоили. Мне больше не хочется веселиться, но подколоть все же нужно. — Что, слишком быстро? — спрашиваю я — Ну мы же не выбираем с кем спать и каким парень будет в постели. — На взгляд недоумения, я начинаю объяснять своей подруге свой вопрос, и тут же получаю рукой в плечо, будто это развеселило, а не взбесило. Райли была настроена скептически и тут же приложила руку к голове, немного потирая ее от собравшихся волосинок. — Нет, дело совсем не в этом, — Подруга немного вздыхает, и это повторяю я. — Все началось со свеч, обыкновенный вечер. Я отпросилась у мамы, сказала, что у тебя, и сама не знаю почему, намекнула Чарли о готовности. — Немного было непонятно все что Райли собирала в кучу, но последняя фраза, произнесенная из ее рта была вполне объяснима. На что ведутся девушки? На данный момент любая девушка не смотрит на хорошего парня с образованием, с умным видом и грамотным человеком с которым есть что обсудить. Нет, таких мы просто обходим стороной, не зависимо на состояние бумажек в его кармане. Нас привлекают парни с огромными проблемами, которые вечно ты хочешь решать, избавить маленьких, беззащитных котят от мук, будто они тонут. Ведь все не так должно быть, вернись ты обратно, выбрав другой путь, ты же поймешь, что парни с плохим характером будут такими же отстойными парнями и в будущем. Их не заботит жизнь девушек, она есть, завтра нет, им важна судьба друзей и важна судьба последней бутылки виски в багажнике, которая вечно заканчивалась не вовремя. Им важна, бита и братские разборки, но где-то среди всех этих проблем, среди важности слов и дел, на последнем месте стоит девушка. Всех меняет любовь, и это правда. Модель может влюбиться в ботаника и это станет самой незабываемой встречей, самой незабываемой любовью, ведь странные связи приводят к свадьбам. Мы часто думаем о многих людях вокруг, но никогда не смотрим под ноги, чтобы сделать себе замечание, посмотреть вперед, раскрыть глаза и сделать правильный выбор. Посмотри вперед, оглянись… Может ты пропустил кого-то? Вернись, улыбнись, и пойди по правильному пути. Еще не поздно. Лукас: Мне было не так весело, моя ответственность лежала практически на всем. Стоя около машины отца, на которой я приехал к строительному месту, где уже медленно вырубали лес, читал договор, следя за работой. Я не спал всю ночь, и не съезжал с этого места даже на пару метров. Как сказал мне отец «Они воруют и очень часто». В наше время это вполне нормально, но если я стал директором, мне нужно за этим следить иначе будет крах. Мне было не очень комфортно в пиджаке и галстуком, поэтому еще ночью снял их и оставил в машине. Погода стала разыгрываться лишь под 6 утра, это я запомнил, ведь магазин напротив открылся в 6:00 и я опустошил два стакана кофе с молоком. Основной проблемой до сих пор оставались последние 20 страниц всего договора, и девушка «президент» со стороны. Мне было не трудно держать расстояние, вести общение через выдуманную пленку, но видимо девушка не понимала, чем я решительно занимался. Майя была настолько хороша собой, что ни одна дама не заставит меня передумать. Всю ночь, я читал бумаги, прикрывая лицо руками, и медленно старался не уснуть на руле. Девушка по имени Лодо приехала ближе к трем ночи. Два черных мерседеса, охрана и одна девушка в белом строгом платье и пиджаке. Официальный вид, но первое что пришло мне в голову. Отец или мать все же заставили ее работать на них, а после скончались, оставив на совершеннолетие большой подарок. Это я узнал от нее, пока потом теплого ветра из моей машины заполнял холод, и кофе, которое принесла Лодо спасал его от сна. Посматривая все время на телефон, я очень хотел пожелать Маей спокойной ночи, написать, как хотел бы уснуть с ней, но будить человека я не хотел. — Что у нас с лесом? — спрашиваю я, когда последняя страница договора оказалась дочитанной. На моей голове плотно сидела каска оранжевого цвета, такая же, как и у девушки идущую ко мне на встречу. — Еще день и можно готовить цемент. — Отвечает с улыбкой на лице девушка. Ее темные волосы были распущенны, и ветер так обидно развивал их, портя всю прическу идущим к серым глазам. Возможно, это странно, но я всегда замечаю красивые глаза, которые не подходили девушкам, точнее выделялись больше всего. Но в этот раз, мне нравились веснушки под глазами этой девушки. — Тогда это прекрасно. — Улыбнувшись в ответ, я поднимаю голову на небо, которое было чисто голубым. Белые пуховые облако летели мимо солнце, перекрывая поступления лучей, делая день темнее, а после будто смеялись и усиливали погоню ветра за собой. Самое приятно из всего, что происходило сейчас… Я думал о девушке, которую люблю, смотрел на небо и просто сверкал в ответ своими глазами, чувствуя, как лишь от одной мысли мое сердце замедлило биение. Я по другому не мог, просто не хотел по другому. Если я смог бы сделать, что-то раньше, убить ее за такое отношение ко мне, или же просто закрыться в одной квартире на сутки… Все было бы не так плохо, и эти отношения уже длились бы около двух месяцев, но нет. Нам нравилось друг друга выводить, бесить своими поступками, кричать и злиться, но каждый раз прикасаясь к ее губам, мы замолкали и цеплялись за шанс быть рядом. Смешно, улыбка превращается в ухмылку, глаза приоткрыты и все что надо, написать ей «доброе утро». Час дня, а я все еще мечтал, оказаться в ее постели смотря, как мило она утыкается мне в плечо, как холодные пальцы на ногах забирались между моих ног и грелись. Не хочу уезжать от нее, не хочу собирать чемодан и уезжать от своей безмозглой блондинки, бесящую меня столько месяцев. Мы работали, каждую минуту. Мне приходилось следить, обходить каждый угол, дабы обезопасить свои деньги и работу. Многое случалось на стройках, и первое правило, которое могли соблюдать рабочие: безопасность. Но все же я волновался не только за работу, хоть и приходилось отключаться на пару минут, Лодо приводила меня в сознания. С ней было не так скучно, и, обсуждая работу за чашкой кофе было вполне достаточно, чтобы обозначить себя умным и трудоспособным человеком. Да, я хочу улететь, это моя мечта. Хочу спасать людей, их жизни, а потом как герой погибать. Хочу медали, за отвагу, чтобы все знали, я ничего не боюсь. Хочу, чтобы мной гордились родители. Хочу семью, детей, хочу любить и не знать страха расставания, хочу болеть, хочу скучать, хочу бежать сломя голову и прыгать в бездну. Хочу быть счастливым. И может быть это все банально, но это мне все нужно.  — У тебя есть девушка? — интересуется Лодо. Мы немного замерзли, от такой ненавязчивой погоды, поэтому вновь перенеслись в мою машину к горячим напиткам. — Есть. — Мне и задумываться не нужно было, да я даже не подал виду, что вопрос меня немного смущает. Скорее я готов был уверять себя, что все так, как нужно. — Любишь? — спрашивает она и смотрит на меня. От такого расспроса я невнятно улыбаюсь, не понимая, что Лодо хочет. — Люблю. — Так же уверенно отвечаю я и отпиваю остывший капучино. На лице соседки возникает странная ухмылка или улыбка, отличить очень сложно. Мне приходиться поправить свой галстук, ведь он начинал давить на шею. — Молодец. — серьезно произносит Лодо, а после улыбается и отпивает свое кофе. Я не стал ничего говорить, просто немного ответил улыбкой и продолжил смотреть на циферблат, стоящий на нуле. А сейчас я бы мог ехать к ней, даже не обдумывая, сколько просадил бы здесь денег. — У тебя есть парень? — а почему бы и нет? Мне кажется, я тоже заслужил знать ответа. На телефон приходит смс, и я тут же лезу посмотреть. «Купи покушать». Видимо Майя только проснулась. Я слабо улыбаюсь и понимаю, что нужно ехать. — Есть. — Шепотом произносит она. — Любишь? — однотипные вопросы. — Люблю. — уверенность зашкаливает. И мне не трудно в это поверить. У каждого должна быть частичка своего, я свое долго добивался, но сделал это. Мне все равно, сколько раз, я хотел заставить ее жалеть, но теперь мы вместе. — Только он кого-то порезал и теперь в тюрьме. — грустно и опечалено в воздух. По спине побежали мурашки. Бэйл. «О, как убийственно мы любим, Как в буйной слепоте страстей Мы то всего вернее губим, Что сердцу нашему милей!» Тютчев Ф. И.