Злая шутка

Последние две недели вставать в школу мне стало как-то легко. Может быть потому, что я знал, там будет она. Не знаю. Ездим в школу мы иногда вместе. Как оказалось, она тоже любит велосипеды и хорошую музыку. И именно такие утренние поездки в школу я обожаю: когда она едет рядом, ветер гуляет в её волосах, а она улыбается и щурит глаза от утреннего солнышка. Рано утром мы заезжаем в цветочный магазин, где она помогает одному пожилому мужчине, который держит его до сих пор в честь своей покойной жены, которая некогда ослепла и не могла больше ухаживать за цветами. Я помогаю Эве ухаживать за цветами, которые начинают распускаться с приходом прекрасной весны. Как только мы подъезжаем к магазину, она начинает таращиться в оконные витрины, а если заметит хоть один распустившийся цветок, то пищит и радуется, словно ребёнок, вешаясь на меня и обнимая. Вот люблю такие моменты, да. Перед уходом всегда говорю цветам, чтобы они быстрее распускались и чтобы я мог больше видеть её такой счастливой. И вот мы заходим в класс. Я сажусь на последние ряды сзади, а она располагается где-то в первых. Учителя для меня будто и не существует вовсе. Хочется выйти на свежий воздух, прогуляться с музыкой в ушах, наслаждаясь тёплым солнышком. На улице и в правду была замечательная погода, я так долго таращился в окно, что аж шея затекла, и когда мне в голову вбилась мысль: взять телефон и написать ей, то она хрустнула. Я ойкнул на весь класс. Ни секунды не медля, все одноклассники свой взор обратили на меня. Эва лишь посмеивалась, отчего и я улыбнулся. СМС От кого: Ыну Кому: Эва Пак ~Пойдём сегодня прогуляемся после школы? м? Погода чудесная. Парень ведь не будет против?~ Я заметил, как она взяла телефон в руки, прочла, повернув голову в мою сторону, улыбнулась и принялась что-то печатать. От кого: Эва Кому: Чан Ыну ~Да, погода сегодня прекрасная. А твоя девушка против-то не будет? Не хочу потом огребать от твоих чокнутых подружек,ха~ От кого: Ыну Кому: Эва Пак ~Не будет. Так что, пойдём?~ От кого: Эва Кому: Чан Ыну ~Тогда идём.~ После этого сообщения она снова повернулась и улыбнулась, поправив локон волос, заложив его за ухо. Боже, как сексуально она это делает, при этом умудряясь закусить губу и улыбнуться. Я начинаю кашлять и отворачиваюсь к окну. Зачем так делать, когда весна, гормоны у мальчишек поигрывают? Аййщ, эта девчонка. Без стычек сегодня не обошлось. Во время этого я пошёл в библиотеку, всё-таки хватит держать у себя «Маленького принца», книга-то давно уже прочитана. Далее я поднимаюсь на крышу, сейчас физкультура, а значит можно спокойно отсидеться на крыше, слушая музыку и наслаждаясь запахом весны. По пути на крышу я встретил троих своих друзей, заходящих в туалет. Я зашёл за ними. Передо мной развернулась картина: Бин смывает кровь с лица и одежды, матерясь, Роки стоит рядом и лишь посмеивается, говоря что-то вроде *Эта девчонка тебя уделала*, а Санха, как самый младший, скачет вокруг старшего, говоря, что может отомстить, а ещё лучше – вызвать скорую. Закатив глаза, я всё же осмелился спросить. – Всё-таки получил за свои поступки? – я облокотился о стену и ехидно улыбнулся. – Заткнись, Ыну! Ты считаешь это смешным? – Бин грозно развернулся, отчего капли крови полетели в стороны. Бин слишком любил свою внешность, как, собственно, и двое других. А это значит, малейшая царапинка и этому человеку не жить: начнутся вечные издёвки или того хуже. – В любом случае, парни, это девчонка, не смейте её трогать, ¬ ¬– у меня получилось как-то пригрозить через смешки. – Эта дура получит сполна! – Бин снова развернулся и начал взмахивать руками в воздухе, накаляясь ещё больше, от чего становилось ещё смешнее. – У нас правило, Бин, запомни, мы не бьём девушек, – положив руку на плечо Бину, проговорил Роки. – А кто сказал, что я собираюсь её ударить? Есть много способов отомстить, – его улыбка приняла злобный окрас. – Мда, пока, детки, я отдыхать, – я махнул рукой и вышел из туалета, перед этим закатив глаза, так сказать: спешл фо Бин. – Ну детский сад же, господи, заберите меня кто-нибудь. Как только я открыл дверь на крышу, в глаза сразу бросилась она, сидевшая на выступе и слушающая, как всегда, музыку. Я подошёл сзади, выхватив у неё наушник и вставив в своё ухо, сел к ней спиной. Она даже не удивилась, а лишь усмехнулась, что я почувствовал, когда наши спины соприкасались. – Какую книгу сегодня ты взял? – Ммм, «Цветы для Эльджерона», – я протянул ей книгу, повертев её в руках. – Даа, хорошая книга, мышонка было жалко, – она вздохнула. – Эййй, я ещё не читал, хватит спойлеров! – я развернулся и начал её щекотать, к слову, она очень боялась щекотки. – Хэй-хэй, хватит, я больше не буду, - в перерывах между смешков, она пыталась ещё что-то сказать, но не смогла. – Обещай, – я выставил мизинец руки к ней. – Обещаааю, – она ответила тем же, а потом притянула меня резко к себе и обняла. – Спасибо. Спасибо, что не такой, как они, – она крепче обняла меня, встала и начала уходить. – Встретимся после занятий возле магазинчика. Я находился немного в шоковом состоянии. Обняла? Серьёзно? Я встрепенулся и помахал головой, якобы выводя себя из только что случившегося. – Эва, стой, кто «они»? – я это лишь выкрикнул, а она уже закрыла дверь. – Вот же быстрая, айййщ, – цокнув, я сполз с выступа и уселся возле него, открывая книгу и вставляя наушники в уши. Но как-то уже не читалось, перед глазами стоял тот момент. Эти объятия были такими тёплыми и какими-то тревожными. Какие «они»? На кого я так не похож? Странно всё это. И вот уроки окончены, я подъезжаю на велосипеде к этому маленькому цветочному магазинчику, а там она: в фартуке, перчатках и с милой косичкой. Я завис-таки на минуты три. Она, увидев меня, махнула мне рукой, мол *чего стоишь, заходи*. – Хватит работать, Золушка, я тебя забираю! – я поднял бровь а-ля «сексуальный мальчиш». – Тоже мне пикап-мастер нашёлся, цветы сами не пересадятся, надевай перчатки и помогай давай, – она рассмеялась, проведя пальцем, грязным от земли, по моей щеке. – Эй, ну, ещё боевого раскраса мне не хватало! – я поставил руки в боки и надулся. В ответ я получил ещё один мазок на другой щеке. – Ну всё, беги, Эва! – я, вымочив пальцы в воде, а потом измазав их в цветочном горшке, начал бегать за ней по всему магазину. Она пищала, размахивая руками, и когда я смог её словить, она не смогла отделаться. Моя месть была страшна: два мазка на лбу, два на щеках и один на подбородке. Всё это происходило в моих объятиях. Она пищала и смеялась одновременно, а я смеялся с неё, ибо теперь она была настоящим индейцем племени Юре. Пока я начал смеяться с неё, она встала на носочки и начала тереться своей щекой о мою, тем самым вымазывая меня ещё больше. Потом она выбралась и уже пригрозила мне шлангом. Вот тут-то мне пришлось сдаться, ибо потом ведь гулять ещё. – Ладно-ладно, сдаюсь! Идём умываться. Она улыбнулась, отложив шланг, и, подойдя к крану, включила воду. Когда она снимала перчатки, я заметил на её костяшках пластыри, и сами они были опухшими. – Эй, что с твоей рукой? – я схватил её за руку и начал рассматривать. – А-а, этоо, ну, я просто ударилась сегодня о стену, просто случайность! – она как-то странно начала заикаться. – Как-то не похоже на простой неуклюжий удар, – я прищурился и посмотрел на неё. – Аээм, в семье проблемы, вот я и ударила стену со злости, – она неуклюже улыбнулась и завела руку за спину. Я начал задумываться: разбитый нос Бина, рассечённая рука. – Ты не имеешь никакой причастности к разбитому носу Бина? – я настороженно посмотрел в её спину. Она остановилась, немного так постояв, и, просто промолчав, двинулась к крану. – Иди умойся, Ыну, мы ведь гулять идём, – она улыбнулась, просто подозвав меня рукой к себе.