Дракон, что спал во тьме миров

Сколько времени прошло со дня смерти моих родителей и сестры? Со дня той страшной аварии? Месяц? Нет, Больше… Намного больше… Вот уже два года я жила без их поддержки. И, хоть в начале было трудно, я привыкла. Нашла себе работу, парня, который, в общем то, и не очень меня любил, как и я его. Я бы даже назвала это забавой. Или утешением. Не знаю… А теперь, буквально неделю назад я сильно заболела. На работе мне дали достаточно долгий больничный и вот я, дождавшись поезда, уже ехала к бабушке в деревню, которая обещала заняться мною всерьез. Прошло только пару минут с момента отбытия поезда, как меня начало клонить в сон из-за равномерного звука… «Чух-чух, чух-чух… Чух-чух, чух-чух…»

—1—

Проснулась от того, что сильно хотелось есть и пить. Не открывая глаза, я потянулась к сумке, дабы достать воду, не замечая переменившейся атмосферы. Лишь сделав пару глотков освежающей и холодной жидкости, я поняла: я не слышу поезда, я не чувствую его… Боясь разлепить глаза, я начала ощупывать пространство рядом с собой: ничего… Ничего, кроме травы и дерева, на которое я облокачиваюсь. Все еще боясь разлепить глаза я начала прислушиваться, но, опять же, не услышала ничего, чтобы говорило мне о том, что я еще в цивилизованном мире. Наконец мне надоело сидеть с закрытыми глазами и я их ме~едленно начала раскрывать. В начале один… Потом другой… То, что я увидела, меня поразило. Нет. Слова «поразило» в данном случае недостаточно. Я была шокирована по самое не хочу. Я находилась на небольшой и хорошо освещенной опушке леса. На моих коленях находилась достаточно увесистая книженция с символичным названием «Хождение за и под гранью», а рядом лежала моя сумка… Вроде бы… Странное дело, я точно помнила, что раньше мой рюкзак был из джинсы, а не из кожи. Быстро потянув его на себя, я начала в нем рыться. Так, телефона, как и зарядки от него, видно не было, однако карандаш и блокнот остались на своих местах. Так-же от куда-то появилась пара странных книжек и кинжал. Блин, если честно, то думать об этом сейчас не хотелось, поэтому я свалила все на то, что из-за болезни забыла, как доехала до деревни и пошла гулять. Наконец я решила обратить внимание на то, во что я одета. И снова я была шокирована. Из того, что я могла увидеть, я узнала, что одета в платье, длинною чуть ниже колен, на ногах были кожаные сапоги, а на руке — перстень с ярким красным камнем. Я хотела продолжить осмотр себя, но меня прервали… На поляну вышла огромная, и по виду дикая, собака. Коричневато-черная шерсть мягко вплеталась в окружающие краски, а черные глаза заинтересованно наблюдали за мной. Однако, стоило лишь мне придвинуть руку к сумке, в которой лежал возможно спасительный кинжал, собака угрожающе зарычала. Закусив губу, я, как можно незаметней, продолжала тянуть руку к клинку. Внезапно собака, вскинув голову, завыла. И, что самое страшное, из леса ей ответили. И этот ответный вой приближался. Черт, вот почему я только сейчас поняла, что это волк? Почему раньше не могла провести эту логическую линию? Но было поздно… Вой приближался, так-же, как и самый первый волк. Тот, что нашел меня. Однако, не дойдя до меня какой-то метр, он остановился, но продолжил рычать. Видимо, он не занимал роль альфы в стае и, поняв, что добыча явно никуда не собирается деваться, решил подождать вожака. Ждать осталось недолго, я это чувствовала. И вот, с противоположной мне стороны леса, выскочил еще один волк. Намного больше первого. И на этом никто не остановился: из леса высыпалась еще тройка волков и, увидев меня, зарычали, но нападать явно не спешили. Мда, обрадовалась я рано: альфа начал свое неумолимое приближение, ускоряясь. Мне оставалось только зажмуриться и сжаться, благополучно забыв о кинжале. Хотя в моем случае он уже был бесполезен…

—2—

Хоть я ничего не видела, но я слышала. И ощущала. Волчий рык, который издавал зверь, внезапно прервался и что-то упало рядом со мной. В нос тут-же ударил железный запах. По тому, как скулили остальные представители собачьего рода, находившиеся на поляне, я поняла, что что-то происходит. Я хотела открыть глаза, но боялась… Боялась увидеть кого-то, кто будет страшнее, чем волки. Кого-то, кого волки боялись… Именно по этому все время, пока я слышала шорохи, рыки и какие-то странные, а оттого и страшные, хлюпающие звуки. Даже когда все прекратилось и все звуки, кроме шелеста деревьев и пения птиц, остались в прошлом, я продолжила сидеть, обхватив ноги руками и зажмурив глаза. По телу пробежалась дрожь, когда кто-то дотронулся до меня и, потрясся за плечо, спросил: — Жива? Не знаю, почему, но голос меня успокоил и заставил медленно поднять веки, которые, казалось бы, налились свинцом. На меня взирали глаза, приятного и убаюкивающего, зеленовато-голубого оттенка. Четкие и жесткие черты лица, тонкие губы, шрам, идущий через них, и каштановые, с белыми прядками, волосы. Одновременно этот человек притягивал и отталкивал меня. Не смотря на это, я верила, что он врятли причинит мне боль… Не сейчас точно. — Эй, — я так углубилась в изучение собеседника, что не ответила на его вопрос, - ты, что, немая что-ли? Ответить можешь? Сбитая с толку такой переменой, я опять только раскрыла рот и сидела, как рыба, выброшенная на сушу. Только что он озабоченно спрашивал, жива-ли я, как тут-же стал грубить. Наконец, найдя слова, я начала говорить: — И…Извиняюсь… — Хоть голос и дрожал от пережитого, страха во мне не было, — П…Просто я… Несколько удивлена произошедшему, — он хмыкнул себе в бороду. Ну-ну… Посмотрела бы я на тебя, если бы ты оказался на моем месте. — Ой… — Я наконец решила оглядеть поляну и поняла - зря. Выпитая мной вода и завтрак вежливо попросились на ружу, стуча по стенке горла. Я развернулась и меня вывернуло наизнанку. Вскочив настолько быстро, на сколько это было возможным, я выхватила кинжал и принялась лучше рассматривать собеседника. Боже… Как я не смогла заметить раньше меч на поясе, заляпанный кровью и лук за спиной? Бросив еще один взгляд на туши волков, с выпущенными кишками, я опять перевела взгляд на мужчину, только в этот раз он был полон страха. Он, опять хмыкнув, встал и посмотрел на меня сверху вниз, ожидая моих действий. Отрепетированными на тренировке по арт. фехтованию движением я приблизилась к нему и, поднырнув под руку, оказалась за спиной, приставив кинжал к горлу и удерживая другой рукой его плечо. Но все-же, как я ни старалась, руки мои дрожали. — Что ж… -Опять хмыкнув, он, взявшись двумя пальцами на клинок, отвел нож в сторону и забрал его из моей ослабевшей вмиг руки. — Не стоит таким прекрасным девушкам баловаться с такими опасными игрушками. — Дальше он сам молниеносно оказался у меня за спиной и, приставив кинжал уже к моей шее, упер свободную левую руку ладонью между лопаток. — Тем более… — его рука начала теплеть и обдавать жаром. Заныла кожа, пытавшаяся сказать, что ей слишком жарко. — Разве так благодарят за спасение жизни? — Прошептал он сне на ухо. Я дрогнула, к своему неудовольствию вспоминая что-то неприятно. От этого он как будто пришел в себя. Отпрянув он бросил — или уронил? — кинжал на землю и стряхнул левую руку. Ту, которая упиралась мне в спину и жгла кожу. — Черт… Опять. — Я не знаю, услышала ли я это, или прочла по губам, но я явно нечаянно узнала что-то… Не предназначенное мне. -Однако через секунду, мужчина произнес чуть громче, — Прошу прощения за столь… Пугающее поведение. — Он поморщился, словно съел горсть клюквы за раз, — Могу я узнать имя той, кого спас и напугал? Я нервно затеребила сумку, которую успела подобрать с земли. — А могу я в начале узнать, в какой стране нахожусь? Мой спаситель видимо удивился, но все же ответил: — Скайрим. КИРПИЧ МНЕ В РОТ — ВОТ ЭТО ПОВОРОТ! Скайрим! Но… Ладно, с этим разберусь позже, а пока от меня ждут моего имени… — Я Хельга… Мужчина опять хмыкнул и протянул свою руку: — Я Хьялмарк…