Дракон, что спал во тьме миров

—1—

К бабушке в дом я уже давно пришла и даже уже плотно перекусила блинчиками со сметаной, но сон никак не хотел оставлять меня. Да и сон ли? Бинты, которыми перевязал Хьялмарк мою ногу, остались. Шрамы тоже остались. Минут пять-десять я сидела на диване и пострункивала на маминой гитаре мелодию из сна и напевала слова. Тихо, себе под нос. Вошедшая бабушка меня не заметила, по тому, что диван отделялся от двери шторкой, обозначавшей мою комнату. Руки сами прекратили играть и я, пораженная бабушкиной суетливостью, принялась смотреть. В это время Тамара быстро открыла самую верхнюю полку шкафа и, повозив там рукой, достала серебристо-зеленого цвета бутылочку из стекла. При этом бабушка бурчала что-то про то, что зелья начинают кончаться и стоит затариться у Аркадии. Мое сердце замерло. Значит не у меня одной есть возможность попадать в Скайрим? Но что происходит? .. Вечер. Я уже тупо устала думать на эту тему и сейчас читала книгу, жуя пирожки с яблоками и запивая их какао. Книга была неимоверно скучной, но позволяла отвлечь себя от Скайрима. За окном медленно, но верно темнело, а я, допив наконец свой какао, легла в кровать, продолжая читать. Но вскоре мне и это наскучило и я решила поспать… Странно, но мне ничего не снилось. Вообще. Вокруг пустота, а я в ней. Внезапно на меня уставились огромные глаза-прожектора с вертикальными зрачками. В голове громко и грозно проревел голос, заставляя сжаться: — Добро пожаловать в мои владения, наследница! Ответь-ка на мой вопрос: ты пришла сюда сама, или по принуждению? — Голос, казалось, готов был разорвать мой мозг, но я, будучи словно зачарованная не заметила кровь, тонкими струйками текущие из ушей. Этот голос манил меня. Мне казалось, что я с ним знакома уже очень давно… — Я жду ответа! Мои коленки дрогнули и я упала на них. — Я сама не знаю как попала сюда, а последнее, что я помню, так это то, что я заснула. — Хм… Ясно. Я слишком рано показал тебе свой мир. По этому сейчас ты проснешься и забудешь это как дурной сон… Да, тебе приснился кошмар…

—2—

Я вскочила с криком, вытаращив глаза и пытаясь отдышаться. Я лежала на той же шкуре, что и вчера, укрытая тем же плащом, что и вчера. Двери в Ветреный Пик были открыты и в них вбежал Хьялмарк. — Что-то случилось?! Я слышал крик. — В-все в пор-рядке, М-марк… Просто д-дурной сон… — Который я не могла вспомнить. Однако я помню, что в нем не было ничего страшного, что должно было меня напугать, но чего-то я всё же испугалась. Пока я унимала стучавшие зубы, меня пронзило, — А почему ты меня не разбудил?! Мы же договорились, что вторую часть ночи дежурю я! В ответ лишь хмыкнул и, пожав плечами, подошел. — Тебе ночью было хреново из чего я могу сделать вывод, что ты в первый раз пила зелье. Тебя не стоило тревожить. — Он присел на корточки и, достав хлеб, сыр и воду, протянул их мне. — Перекуси, оденься и мы пойдем. Только в этот раз будь осторожнее. Не хватало еще один привал делать. Улыбнувшись чему-то своему, я поела и начала одеваться. Нога ныла, но не так сильно, как вчера, по этому я без труда надела штаны. А вот с доспехами пришлось попросить небольшой помощи у Хьялмарка. Неожиданно тот легко согласился. Когда мы оба были готовы, мы двинулись дальше. По пути нам повстречались пара-тройка тушек злокрысов*. После длинного коридора, в котором они как раз и валялись, мы вышли в просторный зал. На стене у самого потолка были два рисунка, а третий на полу. Так же тут были три пирамидки и рычаг. Ворота были открыты, по этому мы прошли дальше не напрягая голов. Дальше мы увидели стол и книгу на нем, а рядом камень душ. Забрав книгу себе, я протянула камень Хьялмарку. Дальше была огромная паучиха и пленный. Паучиху почему-то мы убили быстро и приблизились к вору, застрявшему в паутине. — Думаю нам по любому придётся освободить его. Он закрывает проход. — Мой напарник осмотрел данмера* со стороны и замахнулся мечом, но я его притормозила. — Думаю, что стоит его для начала убить, а то убежит потом… Я таких знаю Кивнув, Марк всё же ударил мечом в начале по данмеру, от чего тот вскрикнул и обмяк. Вырубив его из прохода, Хьялмарк пошел вперед, дав мне минуту на его обыск. Я же, взяв у трупа деньги, полезла к нему в карман, где и нашла золотой коготь. Поднявшись, я кинулась догонять парня. Остальной путь прошел сложнее. И, да, это из-за Драугров. Но, все же мы прошли, отделавшись незначительными порезами в незащищённых местах. Но вот перед нами предстало самое страшное в моей жизни: узкий коридор, с раскачивающимися туда сюда секирами. Думаю, я поняла, почему Марк спрашивал меня о моей ловкости. По этому стянув кольчугу, дабы не мешала, я подошла к первому, внимательно наблюдая за временем. Принцип маятника был мне знаком, по этому, расхрабрив себя, я ринулась вперед, но была остановлена. — Может быть, все-таки пойти мне? — Взгляд Хьялмарка был обеспокоенным, но я, покачав головой и улыбнувшись, отказалась. Довольно мне принимать его помощь! Подловив опять нужный момент, я перепрыгнула первую щель в полу и тут-же чуть не лишилась задницы из-за возвратившегося лезвия. Черт! Я выдохнула и опять прыгнула вперед. На этот раз чуть не пострадало мое лицо. «DAMN» как сказал бы один мой знакомый, «ЧЕРТ» как сказала я. Прикусив губу, я постаралась точнее рассчитать расстояние. Жить я еще хотела. Когда прошло три минуты пота и высунутого языка, я прошла последнюю секиру. Дернув за кольцо, я зажала плечо, задетое таки одной из первых секир. Марк, до этого стоявший по другую сторону, схватил мои вещи и рванул ко мне. Достав кусок ткани и смочив его в зелье, он аккуратно протер плечо, вытирая кровь и обеззараживая рану. Дальше он помог натянуть сброшенную ранее кольчугу и мы пошли дальше. Опять на пути встречались драугры. А мы, уставшие и голодные, их убивали. И наконец добрели до двери-загадки. Открытой двери-загадки. Пройдя чуть дальше, мы увидели ужасное: в зале перед стеной слов стоял парень, а за ним вылезал драугр воено-начальник. Не думая о том, что я делаю, я понеслась вперед, не обращая внимания на раненую ногу. Марк, с которым за время этого небольшого путешествия я сблизилась духовно, понял меня сразу и, пока я бежала, достал лук, натянул тетиву и пытался прицелиться так, чтобы не в кого больше не попасть. А я же бежала. Я видела, как Драугр поднялся и достал секиру, видела как он замахнулся. А парень стоял, поглощая слово и не обращая внимание. Лишь в последний момент мне удалось толкнуть его и услышать, как за спиной горизонтально разрезал воздух большой топор и как просвистели в воздухе стрелы. А я, прижимая спасенного к полу, ждала, пока драугр отойдет на безопасное расстояние и, как только он это сделал, направляясь к Хьялмарку, вскочила, выхватила клинок и понеслась на нежить. Тот отвлекся на меня, давая союзнику время вновь стрельнуть. Уворачиваться от атак драугра и одновременно не попадать под стрелы Марка было тяжело. Под конец драугр таки рубанул меня по подставленной ноге, причём опять правой, и толкнул рукояткой в стену слов. «Фус» выжглось в голове, причиняя неимоверную боль, и я заорав, упала одновременно с поверженным драугром. Разница была лишь в том, что он упал навсегда, а я нет. В голове до сих пор горело первое слово знаменитого крика и слышался голос. Очень знакомый голос…

—3—

«Даар Акрин! Хин Хейв Дал Хин Хокоров Стин. Доваголз Хим.»*** Я почти не слышала эти слова из-за боли, я не знала языка, на котом их произносили, но я понимала их. Однако от этого мне легче не стало. Я просто орала от боли и прижималась лбом к полу, стоя на коленях и обхватывая голову руками. Было больно. Было неимоверно больно. Я даже не заметила, как кто-то перевернул меня на спину и облил ледяной водой. Но боль продолжала жечь мозг, словно решила убить меня. Я не знаю, сколько времени прошло, но мой голос охрип и я просто продолжала держать рот открытым в беззвучном крике. Наконец что-то, что говорило со мной до этого проснулось вновь и ограничившись простой фразой «Драл Акатош. Эверан Аран.»****, ушло. Но, как ни странно, боль стала уменьшаться, пока не исчезла совсем. Я рывком села, столкнувшись с кем-то лбом, но не обратив на это внимание. Закрыв рот и открыв глаза я снова не увидела ничего, кроме пустоты. Звуки еле доносились до меня, но кое-как я все же услышала: — Ты как? Я попыталась что-то сказать, но горло болело нещадно. Тогда я показала знаками: положила руку на горло, а затем к губам. Думаю, Марк понял меня и дал фляжку из которой я быстро начала пить. Звон в ушах проходил и я решилась открыть глаза, то тьмы не было, а в глазах опять все расплывалось. Черт, сколько же боли я чувствовала за время, пока я была в этом чертовом склепе?! Я решила проморгаться. Зрение вернулось в норму, но некоторые предметы всё же расплывались. — Ты как, Брина? — Вопрос повторился, а меня приобняли за плечи. Брина… Брина? .. Но, это же переводится, как… Сестра? — Зэйма? Это ты? — Я никак не могла решиться посмотреть на брата. Хоть и видела уже его много раз. Но сейчас я не могла. — Да, я. Давай по скорее уйдем отсюда? Тебе надо к лекарю. Ульв, подойди сюда и помоги, виновник торжества, даэдра тебя побери! — Кто-то еще, видимо тот парень, которого я спасла, подхватил мою левую руку, в то время, как праву взял брат. Я было поддалась, но тут-же опомнилась: — Стой! Надо забрать драконий камень. — Оттолкнувшись от них, я на негнущихся ногах подошла к мертвому драугру и забрала нечто похожее на скрижаль, а затем уже легче пошла в сторону выхода. Парни медленно шли за мной, готовясь если что поймать. Потянув рычажок, я открыла дверь и, выйдя на свет, упала, полетев вниз со склона. Я слышала, как вдогонку начали спускаться брат и довакин. Довакин, которого мне приказали спасти… (Pov. Автор) Хельга продолжала катиться вниз по склону, набирая скорость, а вслед за ней бежали Хьялмарк и Ульв. Оба кричали. А девушка катилась, пока наконец не оказалась на дороге. К счастью, выпал снег и Хельга угодила в сугроб, особо не пострадав. Ей очень повезло, что снег, по которому она катилась, был без наста. Когда двое наконец прибежали, они увидели, как девушка с ободранной в некоторых местах кожей, просто сидит. Брат буквально накинулся на нее: — Черт возьми, Хел, что ты мать твою за ногу, делаешь?! Я чуть не умер от страха за тебя… О, всемогущий Аркей, спасибо… — Сейчас он решил задушить свою сестру в объятиях, но не учел новые «раны». Довакин в это время просто стоял в стороне, хмурясь. (Pov. Хельга) Я наконец решила встать. Ноги не слушались, а коленки дрожали, но стоять я пока могла. Поддерживаемая братом, я пошла в сторону Ривервуда. Деревья сейчас казались высоки как никогда. Мне казалось, что мои чувства обострились, но, скорее всего, просто казалось. Штаны оказались порваны в коленях и открывали бинты на одной ноге и ободранное колено на другой. Черт, как же хотелось есть. Я сейчас готова была хоть мамонта съесть. Целиком и полностью. Правда немного побаиваюсь тех, кто их охраняет… Но это ничего не меняет! Вот дойдем до Ривервуда и я закуплюсь у Оргнара на жратву по полной. Именно с такими мыслями я пришла в эту деревню. Прохожие смотрели на нас подозрительными глазами, а Лукар, как только мы вошли в его лавку, вскрикнул от неожиданности. — О, Кинарет, что случилось? — Я видела, его глаза. И они были полны ужаса. — Я настолько плохо выгляжу? — Попыталась усмехнуться я, но легкое отдалось болью. — Прости, Лукан, что клиентов пугаю, — я обвела взглядом парочку лиц, —, но я сейчас и вправду в ужасной форме. Долгих разговоров я не выдержу, так, что держи свой коготь. Я пошла. Развернувшись, я вышла за дверь, пропустив что-то про скидку мимо ушей. Довакин, все это время стоявший на улице, опять нахмурился. — Извиняюсь, но позвольте узнать… — Ты в Ривервуде. — Марку он явно не понравился… — Да нет же, я хотел узнать имя девушки, которая спасла меня. — Я Хельга, а тебе, парень, я советую снять комнату в «Спящем великане». Мы, кстати, туда и идем. Он задумчиво кивнул и отправился тенью за нами. И это Довакин? Драконорожденный? Почему-то мне он кажется хилым, среднестатистическим нордом. Светлые волосы, голубые глаза. Симпатичный, но хилый. Ну, ничего, я его заставлю побегать, наберет еще мышцы. Открыв дверь таверны я уже самостоятельно вошла туда. Народу, кроме Оргнара и Дельфины не было. По этому я медленно, прихрамывая на правую ногу, подошла к стойке. — Мне нужна еще одна комната под этого парня. Так же за мой счет ему обед и ужин. Мне только ужин, Зэйма, занесешь потом? Мне сейчас надо отдохнуть. Ульв, зайдешь ко мне, как поужинаешь, поговорить необходимо. Когда я закрывала дверь, я услышала начало разговора: — Она изменилась за один день? Что происходит? — Не знаю… Может она просто очень устала. — А вы можете рассказа про нее? .. Выдохнув нервно воздух, я начала дрожать. Мне необходимо быть сильной перед Довакином, иначе я не смогу его защитить, но, черт возьми, как это все сложно! Слезы полились из глаз. Быстро стянув с себя все, кроме рубашки, я переодела штаны и упала в кровать, продолжая рыдать от боли. От боли на душе. Сейчас мне необходимо было нарыдаться, чтобы потом вероятность того, что я заплачу, была снижена. Все так-же продолжая лить слезы, я села и начала перевязывать бинты. Затем я кое-как успокоилась и уговорила себя уснуть, провалившись во тьму…