Дракон, что спал во тьме миров

—1—

Уже пол часа мы поднимаемся на эту чертову гору… Ну кто меня за язык тянул, когда я вызвалась помочь? Еще и меч натирает бок… Больно… Но, черт возьми, надо терпеть! Блин, вот не понимаю, как этот чертов засранец еще не устал, ведь доспехи-то на нем тяжелее. Я вот думаю:, а не читер ли он? А то вдруг… Несколько минут назад я попыталась почитать книгу, что до сих пор лежала у меня в рюкзаке и носила гордое название «Пламя», но из этого само собой ничего не вышло. Дальше, чтобы скрасить скуку, я решила вспомнить сюжет игры, ведь, хоть и давно, но я ее проходила. И не один раз. Однако ничего дельного из этого не вышло, ибо помнила я только эпичную концовку и скучноватое начало. Следом была попытка придумать план битвы, но ничего, кроме «Верхняя восьмерка, нижняя восьмерка, из-за спины, мельница» с моего последнего выступления в голову не приходило. Наконец, спустя минут пять, мне надоело это молчание и я решила начать разговор. Но вот с чего? — А ты скажешь, как тебя зовут на самом деле? — Спросила без особых надежд я и, конечно же, получила отказ. Вот, вредный говнюк! Хотя сама хороша, ведь имя-то свое я тоже скрываю… Но и причина у меня на то есть! Ведь врятли никто не забудет сказать, какое у меня необычное имя, если в мире меча и магии я представлюсь Катей. Вот было-бы у меня имя Саша, еще можно было бы сказать правду, и то, изменив ударение на последний слог. Так, ладно, о чем бы еще спросить у моего спутника? — А какой у тебя возраст? — Надежд на то, что он ответит на этот вопрос опять почти не было. — Тебе то какое дело? — Просто решила спросить… - Ну, кто-бы сомневался, гнида… Блин, ну что ж так скучно? — А скоро мы придем? — Еще минут пятнадцать и мы у входа. — Ну бл…ииииин… — Слушай, я вот, что хотел спросить: ты мечом то орудовать умеешь хоть? А этот этот вопрос застал меня врасплох… Ну, не отвечать же ему, что я занималась когда-то давно артистическим фехтованием? Да и врятли он поймет… — Нуууууу… Скажем так, основы я более-менее знаю, а вот в реальном бою, да и в обычном спарринге, не участвовала. — Норд вопросительно поднял бровь, повторяя мое движение. — В смысле, основы я знаю с книжек и личных тренировок, а испытать это возможности не было. Хьялмарк чуть закусил губу: — Тогда нам может быть ой как хреново… — Думаю, я поняла о чем он: Драугры. Древние норды, служившие драконам, что беспокойно спят в своих гробницах и просыпаются при малейшей вибрации. — Ладно, тогда следующий вопрос: насколько ловкой и гибкой ты можешь себя назвать? Опять вопрос на засыпку. Подумаем: в детстве я занималась бальными танцами и на шпагат почти садилась. Сейчас это у меня не сохранилось, но «остаток» от тех возможностей все же остался. — Хм… Ну, думаю два-два с половиной балла из пяти. — И то врятли… — А почему ты это спрашиваешь? — Узнаешь, если дойдем… — Последнюю фразу парень сказал скорее себе, чем мне. — Ладно, подготовь оружие, мы почти пришли. Перед нами появился Ветреный Пик.

—2—

Щит, который я достала во время стычки с бандитами, когда мы проходили мимо старой полуразрушенной башни тут же словил стрелу. Я тоже бы ее словила в голову, если б не интуитивно поднятая рука со щитом. Потеряв эти несколько секунд, я потеряла из виду и Хьялмарка. Решив наконец действовать, я кое-как удерживала щит так, чтобы в меня не попали больше стрелы. Однако, черт возьми, ноги! Вот почему, спрашивается я забыла купить щитки. Хотя бы кожаные. Именно такими были мои мысли, когда в колено — в колено, черт возьми! — мне попала стрела. Охнув от боли, я присела на здоровую ногу, чтобы спрятаться от стрел полностью. Эта стрела была ОЧЕНЬ не вовремя. Надо было что-то делать, ведь не со стрелой в колене идти дальше? Хотя… Это была не такая уж и плохая идея. Закусив, а позже и прокусив, губу, я резким движением обломала стрелу близко к наконечнику, но не до конца, чтобы можно было вытащить его. Взяв бинты, я обмотала ими ногу над стрелой и под стрелой, чтобы она не ходила туда-сюда и не ранила меня еще больше. Сделав это за какие-то две минуты, я встала и выглянула из-за щита. Ничего не было видно из-за начавшейся метели, по этому я решила сдвинуться с места в сторону. В ноге болью отдавался каждый шаг. Ступив на первую ступеньку лестницы, я замерла, ожидая стрел, но видимо враг меня тоже не видел. Я продолжила аккуратно ступать, стараясь сильно не облокачиваться на правую ногу. Вдруг сквозь метель я увидела фигуру и направилась к ней. Передо мной появился бандит, но, к счастью, он стоял ко мне спиной. Не долго думая, я выкинула вперед руку с мечом, пронзив соперника. И тут-же почувствовала, как со мной сделали тоже самое. И опять в ногу. Вскрикнув, я опять припала на левую коленку, а сзади раздались чертыханья. — Так, Хельга, не нервничай и терпи, я тебя перепутал с тем, кто тут стоял до тебя. -Не знаю, к счастью или сожалению, но это оказался Марк. Он быстро отдернул меч, а я, прокусывая губу раз в третий, начала плакать. Беззвучно плакать от боли, что наконец дошла до меня. Схватив меня за плечи, парень повел меня к дверям и, открыв их, ввел меня внутрь. Там он быстро расправился с парочкой оставшихся разбойников, которые не ожидали нападения. Разместив меня у горевшего костра, Хьялмарк пошел вперёд, проверить наличие врагов и вернулся. Я же в это время по его приказу накаляла над костром нож. Когда тот стал алым, Марк взял его у меня. — Сейчас, поверь мне, будет очень больно, — предупредил он меня, хотя я и так уже поняла, что он собирается делать. Взяв кусок ткани в рот, я кивнула, мол готова. — Впереди никого нету, по этому можешь кричать, но все равно, постарайся хоть немного сдерживаться. Я опять кивнула и, закрыв глаза, вдохнула-выдохнула. Внезапная боль прожгла мое тело. Мне захотелось кричать, но я только мычала, вцепившись зубами в ткань. Из глаз хлынули слезы. Наконец, боль стала меньше и терпимей. Я слегка отпустила ткань, но лишь затем, чтобы снова сжать ее в новом приступе боли. Слезы с новой силой полились по щекам. Единственное, что я не могла, так это мычать. Я уже просто хрипела. Спустя несколько секунд, которые тянулись для меня часами, боль немного отступила. Услышав ворчание своего спутника, я слегка приоткрыла глаза, чтобы посмотреть, чем он занимается, однако ничего не увидела. Вокруг была непроглядная тьма. Достав ткань изо рта, я тихо позвала Марка. И он, слава богу, откликнулся. — Что-то случилось? — Мой ответ был короток и ясен: я нихрена не вижу. — Не переживай, такое бывает. Закрой сейчас глаза и просто посиди так, пока я обрабатываю твою ногу. — Я послушалась. Что-то холодное коснулось моих ран и тоненькими струйками потекло вниз. Стала щипать. Дальше Хьялмарк приподнял мою ногу и оперся на нее, заставив согнуться. Волна боли прошлась по моему телу вновь, от чего я зашипела. — Прости. Потерпи еще немного, мне нужно замотать твою ногу. — Я кивнула и расслабившись, попыталась отвлечься, досчитав до десяти. Помогло. Боль опять начала понемногу отступать. Открыв глаза я, хоть и мутно, но увидела наконец мир вокруг себя. - На, выпей и смажь подбородок с губами. Послушавшись. Я сделала глоток из красного пузырька и, обмакнув в жидкости уголок тряпки, протерла всю зону под верхней губой. Немного защипало и я, убрав ткань, заметила на ней кровь. Ну, конечно же, ведь раскусала себе все губы, когда обламывала стрелу, обломок которой уже валялся рядом со мной, а не торчала в моем колене. Буквально тут-же начала сильно кружиться голова. В моих руках оказалась фляжка с водой, которую я быстро выпила, но головокружение осталось. Хьялмарка я не видела, видимо отошел. Не знаю, сколько бы я еще витала в облаках, если бы не опустила свой плывущий взгляд вниз. Увиденное заставило меня начать судорожно оглядываться, ибо я не увидела своих штанов. Наконец найдя их, я прикрыла нижнее белье, но надевать не стала. Не дура я была и поняла, что они бы мешали мне и причиняли еще большую боль. Оглядевшись грустным взглядом, я оглянулась вокруг, ища что-нибудь интересное. И нашла лютню. Когда-то мать учила меня наигрывать на гитаре мои любимые песни и я потянулась за ней. Подкрутив немного колки, я начала наигрывать мелодию и напевать: — We drink to our youth, to the days come and gone, For the age of aggression is just about done. We'll drive out the Stormcloaks and restore what we own, With our blood and our steel we will take back our home. — Вошел Хьялмарк с котелком снега в руках. Он застыл на месте, не зная, как реагировать, на что я ему лишь кивнула, продолжая петь. Down with Ulfric, the killer of kings, On the day of your death we will drink and we'll sing. We're the children of Skyrim and we fight all our lives, And when Sovngarde beckons, every one of us dies! But this land is ours and we'll see it wiped clean, Of the scourge that has sullied our hopes and our dreams. (The age of aggression — Malukah) Я закончила петь, а Марк, сидевший рядом и сливающий воду из котелка в фляжку, используя свернутый и закрепленный лист железа, хмыкнул: — Неплохой голос. Тебе бы к бардам, песни петь, а не по подземельям бегать и драться. — Прости, но мне надо было как-то отвлечься от боли. Когда мы пойдем дальше? — Завтра с утра. На улице уже ночь, да и сюда мы поднимались без отдыха. Караулю первую половину ночи я, вторую ты. Ложись, я разбужу. Я опять послушалась его совета и легла на построенную ворами шкуру, укутавшись в плед… — Девушка, девушка! Проснитесь, мы приехали, конечная станция! Медленно открыв глаза, я увидела склонившуюся надо мной контролершу. Так это был сон? Мои глаза открылись, и я, вскочив, упала обратно на сидение от острой боли в ноге. В коленке… — С вами все хорошо? — Казалось, женщина была обеспокоена моим состоянием. — Да, все хорошо, просто ногу свело. — Я мило улыбнулась ей и, взяв мой рюкзак, который опять был джинсовый, вышла из поезда, прихрамывая на правую ногу. Передо мной распростерлась деревня моей бабушки… «Лесная река»*…