Дракон, что спал во тьме миров

-1-

Тяжелая туша рухнула рядом, сбивая меня с ног. Плюхнувшись на заднюю точку, я испуганно открыла глаз и посмотрела на уставившуюся на меня морду. Пасть была приоткрыта, а глаза, казалось, жили своей жизнью и тяжело смотрели на меня. Из спины торчала большая сосулька, которая видимо и послужила причиной смерти этого существа. Мой мозг лихорадочно начал работать, ища варианты действий, а тело само относило меня подальше от этого. Дальше, дальше, как можно дальше от всего на свете. Меня затрясло. Понимание того, что я опять чуть не погибла от собакоподобных освежила прошлые страхи. Сколько можно? Мне это уже надоело… Надоело. Слезы быстро потекли по щекам, оставляя мокрые дорожки и заставляя ныть порезы. Руки, подрагивая, закрыли лицо. Я слышала, как маг с воином переругиваются и явно матерятся. Чувствовала, как кто-то то ли обнимал, то ли тряс за плечи, как меня куда-то переносили. Помню, как прижималась к чему-то, слепая от слез и страха. Успокоили меня, как ни странно, звуки игры на гитаре. Или нет, это была лютня. Лютня Свена. Только у нее может быть такой, немного скулящий, звук. Отстранившись от того, к чему я прижималась, я вытерла слезы и пару раз моргнула, возвращая зрение. И вправду, Свен сидел посреди зала, наигрывая на лютне грустную мелодию, от которой хотелось выть. Ну, вот, а ведь только успокоилась. Наконец я подползла к нему, сев рядом на корточки, и, наклонившись к его уху, зашептала. — Хм, идея интересная, давай попробуем. Бард отдал мне лютню и, когда достал и приложил к губам флейту, коротко кивнул мне, говоря, что можно начинать. Я прочистила горло. Окаменевшие пальцы забегали по струнам, а я начала петь: — Твой путь — осенний ветер Степной орел расправляет крылья, Твой путь тугою плетью Заметает каждый шаг пылью Твой путь по костям земли, Твой путь по цепям воды На упругих лапах звери шли, Чуя запах беды. Зов крови! На броне драконьей Полыхнуло солнце Зов крови! Давно ли ты понял, Что никто не вернется… — Голос неприятно дрожал, раздражая горло. Свен еще раз кивнул мне, как бы говоря, что все нормально и голос звучит хорошо. Это просто «Вери Гуд». Почему-то в этом мире средством успокоения для меня стали игра и пение. Надо будет потом над этим подумать. На великой охоте начинается день, Пляшет солнечный знак на струне тетивы За спиною бесшумно стелется тень В переплетенье из жесткой травы. Льется путь по хребтам одичавших гор, По сухим ковылям, да по перьям седым Где сме~ерть жжет костер. Ты вдыхаешь дым. Зов крови! Ястребиное зрение Человечьи глаза. Зов крови! Разгорелись поленья Не вернутся назад. Зов крови… И смеется сталь от крови пьяна Знаешь, как тебя ждали здесь? Не было жизни, была лишь война. Легким шагом ты входишь в смерть. Расползается, тлея, ткань бытия, Ярость светла, словно факел, клинок. И не нижний мир получит тебя, А с улыбкою встретит воинственный бог! Зов крови! Смерти волчьим оскалом Ты в лицо усмехнешься Зов крови! Ты всегда знал Что не вернешься. Зов крови… Кхе… — Кашель закончился столь же неожиданно, как и начался, оставляя на руке капли крови. Взяв платочек, который мне протянули, я вытерла кровь и, отползя, облокотилась на стену. Голова трещала, как если бы я безвылазно пила неделю как минимум, а потом проснулась. Мда, замечательное сравнение, а главное — точное. Дверь заскрипела, впуская внутрь две фигуры. Ульв и солдат тихо о чем-то переговаривались, и я встала. Немного подрагивая, я подошла к ним. — О чем болтаем? — Воины подняли взгляд на меня, видимо рассерженные тем, что я прервала их беседу. — Прошу заметить, что мы не «болтаем», а обсуждаем. А обсуждаем мы то, куда пропало тело вервольфа. — Я попросила подробностей, чувствуя, как все холодеет внутри, — На месте, где он лежал осталась лужа крови. К несчастью мы забыли, что этих тварей можно убить чуть ли не только серебром. Я поморщилась. А вот это реально хреново, особенно если это будет не дикий вервольф, который навсегда остался в этом облике, а тот, кто превращается осознанно. Почему-то мне кажется, что что-то не то, если можно так сказать. Дернув плечами, я вышла на улицу. Было уже достаточно темно и намного холоднее, чем днем, поэтому я сильнее завернулась в плащ и пошла на место схватки. Нужно было его осмотреть. Как и сказал страж, на земле чернел неровный круг крови. Вернее два. Рядом с местом, где раньше лежал поверженный вервольф, был еще один участок посветлее, с парой отпечатков моих сапог. Вокруг этих двух кровавых следов лежали трупы волков. Пахло тут прескверно и было ощущение, что тут сдох пещерный тролль и повалялся еще дня три-четыре. Левое плечо зачесалось, заставляя меня отвлечься. — Черт… — Нехилая рана разрывала кожу и чесалась, будто это и не рана, а множество укусов комаров. — Вы серьезно?! Бл… Damn! — Я ОЧЕНЬ надеюсь, что это не то, о чем я подумала… А если это то, то у меня есть дня три-четыре до этого. Нужно срочно в Вайтран! Я, развернувшись, забежала в таверну и, схватив стража за плечо, развернула к себе. Тот сперва схватился за меч, но увидев мое лицо, частично успокоился. — Тебе что-то нужно? — Он напряженно посмотрел в мое лицо и высвободил свое плечо. — Мне срочно нужна лошадь. У вас она есть? — Мой голос прозвучал хрипло и как-то напугано. Даже я его не узнала. Парень сдвинул брови на переносице и кивнул. — Замечательно… Передайте Довакину, что я отправилась в Вайтран. Пусть он тоже, как только сможет, отправится в город и ждет меня у себя. — Не очень мне хочется вновь расставаться, так как это может быть опасно, но того требуют обстоятельства. И обстоятельства достаточно серьезные. Воин провел меня по улице к их стоянке и, отвязав одну из лошадей, протянул мне поводья. — Вот, кобылка достаточно (т) резвая. Когда прибудешь на нужное место, оставь ее стражам на воротах. — Я приняла кожаные шнурки и, подойдя к боку лошади, вдела ногу в стремя и, перекинув другую через ее спину, выпрямилась в седле. Кобыла непокорно фыркнула и вскинулась, но парень успокоил ее, что-то пошептав и погладив по носу. — Удачи в дороге. И не вывались в седле, а то выглядишь хреново. Поблагодарив его за предоставленный транспорт, я ударила лошадь пятками по бокам и галопом пустилась в путь. Усидеть в седле было сложно и я уже жалела, что забросила верховую езду, но упорно продолжала гнать вперед, временами подстегивая кобылу поводьями по шее. Она грозно ржала, но скакала, словно понимала всю серьезность ситуации. Примерно на полпути от Вайтрана, когда я снизила скорость, давая животине отдохнуть, меня нагнал всадник. Ульв пристроил свою лошадь рядом с моей и поехал рядом. Пару минут мы ехали молча, пока моя кобыла не фыркнула, нарушая тишину. Следом вздохнул мой напарник. — Что случилось на этот раз? — Не знаю, стоит ли тебе об этом говорить. Да и это еще не точно… — Я потерла левое плечо, которое сейчас зудело не хуже комариных укусов. — Ульв, я спрошу тебя об одном — я могу тебе доверять? — В ответ парень, не особо даже задумываясь, кивнул. Я слегка улыбнулась. — Вполне возможно, что тот вервольф мог меня ранить. — При моих словах драконорожденный дернулся, но это была вся его реакция, что не могло не радовать. Протянув руку, он чуть сжал мое плечо, как тогда около башни. Моя рука сама легла на тоже плечо и сжала его ладонь в ответ. — Спасибо… — Я говорила тихо и не знаю, услышал он или нет, но вскоре мы ускорились, вновь пуская лошадей в галоп.

-2-

Оставив лошадей у ворот, как нам и говорили, мы прошли в сам город. У ворот нас поприветствовала работающая в кузне Адриана, которая без устали раздувала с помощью больших мехов огонь. Заскочив в Дом Теплых Ветров, Ульв вышел оттуда, держа в руке большой плащ и протягивая его мне. А ведь точно, я нехотя поежилась, ведь все это время я была в его плаще. С тех пор, как он накинул его на меня в Ривервуде. Я отказалась от чужой шкурки, предлагая использовать ее самому парню, ведь у меня плащ уже есть. Он пожал плечами и закутался сам, идя наравне со мной по лесенке. Пройдя к засохшему Златолисту, я свернула направо, направляясь в здание в виде перевернутой лодки викингов. Открыв двери в Йоррваскр, я шагнула внутрь, не обращая внимания на удивленные взгляды и проходя к спуску в жилые покои. Довакин проследовал за мной, и я спиной ощущала его удивленный взгляд. К счастью, нас никто не останавливал… До тех пор, пока я нос к носу не столкнулась с Охотницей. Эйла нахмурилась, останавливая меня и не давая мне пройти. Надо сказать, что ростом она была чуть выше меня, но ниже драконорожденного. — Куда это мы так спешим? И кто - мы? Я недовольно посмотрела на нее и, сдерживая рык, резко ответила: — Пусти, Охотница, не твое дело. — Чувствовала я себя не ахти. Хотелось просто взять и разнести тут все нах… рен, а затем завыть. Протяжно и грустно. Видимо мой ответ не понравился девушке и она сильнее сжала мои плечи, на что я, уже не сдерживаясь, зарычала. — Пусти, сказала, мне к Кодлаку надо. — Мое действие эффекта не возымело, а, казалось бы, наоборот, только подзадорило соперницу. К счастью, за ее спиной раздался спасительный голос Предвестника: — Эйла, пропусти их. Нам надо поговорить. — Охотница нехотя отступила, уходя наверх и оставляя нас. — Идите за мной, я ждал вас. — Я молча пошла за ним, терпя боль, которая с каждой секундой увеличивалась. На мое плечо вновь легла рука Ульва, слегка сжимая его. Почувствовав, что боль слегка отступила, я благодарно кивнула. К счастью, вчерашняя ссора была забыта, а наши отношения улучшились, что не могло не радовать. — Прошу, садись. — Кодлак указал на стул, жестом говоря драконорожденному подождать за дверью. — Что привело тебя ко мне? Сев к предводителю соратников боком, я оголила плечо, показывая то, что меня беспокоило: — Не так давно, минимум три часа назад, мне пришлось сражаться с волчьей стаей во главе с оборотнем. Рана, которую он нанес, сейчас ужасно болит и чешется. Я прошу у вас помощи. — Хм, девочка, а с чего ты взяла, что я или кто-либо из Соратников знаем что делать? Хотя да, не скрою, я знаю что все это означает и что надо делать. — Я очень многое знаю, Предвестник, в том числе и о «небольшом» секрете Круга. — Старик нахмурился и потер переносицу, обдумывая что-то. — Ну, чтож… Раз уж ты знаешь, то нам уже нечего скрывать. То, что рана чешется и болит, да и ее вид, говорит о том, что и ты сама становишься вервольфом. Остановить процесс уже нельзя и единственное, что мы можем сделать — помочь тебе освоить новую силу. Все это будет не так уж и трудно… Все, не считая первого перевоплощения. До него осталось около двух-трех дней — Он опять потер переносицу. — Запомни главное — секрет Круга не должен выйти в свет и ты тоже не распространяйся. И радуйся, что не стала живым мертвецом. Это было бы намного хуже… Ладно, придешь ко мне завтра, а пока что идите. Кодлак поднялся и приоткрыл дверь, придерживая ее. Я вздохнула и вышла, слегка потянув Ульва за рубаху и жестом показывая, что надо идти. Он беспрекословно пошел рядом, оглядываясь по сторонам и разглядывая пристанище соратников. Я слегка улыбнулась своим мыслям, когда мы выходили из праздничного зала и сильнее закуталась в плащ, направляясь в таверну. Рука, ложась на плечо, остановила меня. — И куда это ты? — Драконорожденный развернул меня к себе и поднял бровь. — Ты разве не знаешь, что я приобрел Дом Теплых Ветров? — И что дальше? Его же приобрел ТЫ. — Я так-же подняла бровь. — Ну… — Довакин потупился, отпуская меня, — Можно сказать, что его приобрели мы… Понимаешь, мне не хватало на его покупку и я взял немного твоих денег, чтобы не искушать других покупателей… — Хах, — Было забавно видеть Ульва таким потупившимся и смущенным и я улыбнулась. — Ну и сколько было это «Немного»? Тыщи три? — Драконорожденный потупился еще сильнее, старательно разглядывая свои сапоги и кутаясь в плащ, — Да неужели? У меня были такие деньги? Кстати, раз ты купил дом, значит ты стал таном города так? — В ответ кивок, — А где тогда твой хускарл, да и кто твой хускарл? — Ярл сказал, что еще подбирает мне хускарла, по этому одна комната сейчас пустует. Ты тоже стала таном, но для утверждения статуса тебе нужно явиться к Балгруфу и обсудить, как он выразился, пару нюансов. Да и что мы стоим-то? Идем. Он взял меня за плечи и развернул по направлению к дому. "Хех"нув я пошла по дороге.

-3- (Pov. Ульв)

Когда я встретил ее у Ривервуда, у меня словно камень с души свалился. Еще бы. Понимать, что человек возможно погиб из-за тебя и твоей невнимательности очень и очень тяжело. А я, к тому же, еще и ушел тогда, оставив ее. Хотя ее состояние заставило меня немного понервничать и даже поссориться с ней об этом. Правда послушала она почему-то мага… Но ведь послушала же и отдохнула. Пока девушка спала, я решил расспросить Фаренгара о ней, чтобы узнать то, что он знает. Он рассказал, но явно что-то все-таки не договорил. А потом уже и Хельга проснулась. А затем и волки напали. Я встал, держа меч и горящую деревяшку, и начал отгонять животных. А они все прыгали и прыгали на меня. Я слышал, как заскулил оборотень, отпрыгивая от моей напарницы, и видел дотлевающую шерсть на его груди. Слышал, как она что-то рыкнула мне, но не разобрал что. Следующее, что она сказала заставило меня послушаться и пойти за помощью мага. Пара волков, которые отправились за мной, тут же вернулись туда, от куда пришли, повинуясь громкому рыку вервольфа. Но до двери дойти я все-таки не успел: сильный удар в спину свалил меня с ног, заставляя кувыркнуться через плечо и потерять меч. Подняв глаза на врага, я увидел Его. Большой черный волк стоял и смотрел на меня глазами, которые были полны печали. Медленным движением он кивнул, будто приветствуя меня и, посмотрев в сторону сражения, тихо, но четко рыкнул и двое волков прибежали оттуда почти мгновенно. Они перерыкивались между собой, но когда предстали перед тем, кто их позвал, умолкли и, как мне показалось, поклонились. Опять рыкнув, черный заставил их поспешно убежать в лес, а затем, опять посмотрев на меня, ушел туда сам. В голове отчетливо раздался голос… Я тряхнул головой, глядя на дверь перед собой. Она удивленно и не моргая смотрела на меня двумя светящимися глазами. Светлячки, что-то возмущенно пискнув, разлетелись, давая мне вставить ключ в замочную скважину и открыть дверь. Пропустив вперед Хельгу, которая куталась в плащ то ли от холода, то ли от плохих мыслей, и прошел сам. Не утруждая себя разведением огня, я пустил тонкую струйку пламени в очаг. Магия — по природе не моя стихия и удается мне достаточно сложно, но в этот раз пламя решило не выпендриваться и быстро захватило поленья, нагревая воздух. Девушка с теплотой в глазах оглядела помещение и спросила, не поворачиваясь: — Что есть из продуктов? Я приготовлю поесть. — В ответ я небрежно махнул в сторону полок, шестым чувством понимая, что она и так это знала и спросила чисто для приличия. — Будут какие пожелания? — Я всеядный, — охотно поделился я своим взглядом на еду, ставя котелок с водой под отвар на огонь. Его буквально приказали пить Седобородые, утверждая, что он укрепляет мое горло и позволяет мне применять больше Криков, не опасаясь их пагубных воздействий. Высыпав в быстро закипающую воду травы, я поднял взгляд на девушку, сев в стул. Хельга быстро нарезала овощи, параллельно помешивая что-то в своем котелке и периодически кидала туда травы и овощи. Пальцы двигались быстро и привычно, не боясь сделать ошибку. Временами, когда она поворачивалась ко мне лицом, я ловил ее задумчивые и отстраненные взгляды, которые сразу же вновь обращались к готовке. Ножи менялись со сверхзвуковой скоростью, не буквально, конечно, и вот уже мясо, нарезанное полосками, отправилось в кипящую воду, вызывая мелкие брызги. Девушка отдернула руку и немного потрясла ею в воздухе, стряхивая капли кипятка. Впрочем, это не помешало ей перемешать свое варево. Затем она скрылась на минутку в алхимической комнате, а когда вышла оттуда, рука, покрытая красными пятнами, блестела от какой-то смеси. Хельга молча продолжила готовку. До плеча дотронулись, заставляя проснуться. — Твой отвар вскипел и еда готова, — Хельга поочередно указала на мой котелок и на тарелку, стоящую на столе, — Приятного аппетита, надеюсь не отравишься. — Она еле улыбнулась и села за стол, приступая к еде. Я поспешил присоединиться к ней. Похлебка, плескавшаяся в тарелке, была на удивление вкусная, особенно, если учесть сколько всего было сюда добавлено при готовке. Мясо хорошо сочеталось с травами, а все это разбавлял бульон. Прикрыв глаза от удовольствия, я медленно все это поглощал, одновременно с этим попивая свой отвар. Когда я выдохнул, отставляя тарелку, девушка уже спала, положив голову на стол и тихо сопя. Я улыбнулся. Сейчас она выглядела намного лучше, чем в бою. Не было того гневного и азартного взгляда, не было того злого оскала. Были лишь усталое и расслабленное лицо, глаза, бегающие под веками. Были седые локоны, падающие на лицо. Я аккуратно убрал одну прядь и, встав из-за стола, взял Хельгу на руки. То, что она долго лежала без сознания и ничего не ела до сегодняшнего вечера сильно сказалось на ее весе и он почти не ощущался. Особенно по сравнению с тем моментом, когда она перебрала эля в таверне. Быстро взбежав по лестнице, я свернул вправо и толкнул дверь ногой, входя в комнату. Откинув одеяло и положив девушку на кровать, снимая с нее плащ и тут-же закутывая ее в него и в теплое одеяло. Хельга дернулась и, сжавшись под шкурами, задрожала. Весок покрылся капельками холодного пота, по шее пробежали мурашки. Временами девушка тихо вскрикивала и до крови кусала губу. Кошмар явно не хотел отпускать ее. Накинув на нее свой плащ, я лег рядом и прижал девушку к себе, шепча успокоительные слова на ухо. Дрожь прекратилась и она сама сильнее прижалась ко мне, ища защиты. Я слегка улыбнулся. Да, валькирия, грозно выглядевшая днем, сейчас выглядела как беззащитный котенок. Или огненная саламандра. Думаю, что врятли котенок смог бы выдыхать огонь. Не повезло девушке, что сказать… Не каждую пытаются сжечь или истерзать драконы за то, что она спасала меня. Пришло время вернуть долг. Уткнувшись в горячий затылок, я закрыл глаза, засыпая.