Pride and Prejudice

— Мисс Стюарт спешим вас огорчить, но вы больше не являетесь сотрудником нашего журнала из-за недостачи нескольких статей и отсутствия без видимой причины… — Нет, стоп. Подождите. Вы не можете меня так просто взять и уволить. У меня есть уважительная причина, — Мария была ошарашена. Еще один подарок судьбы она не переживет. Годы старания и упорства насмарку? Ну уж нет, Стюарт так быстро не сдается. — Извините, но мы не можем разглашать полную причину по телефону, — ответила девушка в конце трубки. Ее голос такой спокойный, успокаивающий, будто она звонит не для того, чтобы сообщить новость об увольнении, а для того, чтобы пригласить на праздник меда в конце сентября. Она повесила трубку, не дав брюнетки сказать и слова. — Алло? Алло… — Мария еще пыталась поговорить с сотрудницей парижского светского журнала, но каждый новый гудок погашал огонь надежды. Ну, а что она хотела? Она не сдала несколько важных статей для нового выпуска, не опубликовала интервью с одной из шишек Франции и плюс уехала неизвестно куда и неизвестно зачем. А ее начальник очень серьезно относится к работе. Ведь, на одну ее должность метит куча молодых и амбициозных журналистов, как она. Франциск смотрел на нее с опаской. Он решил, что не стоит пока ничего говорить. И это верно, ведь сейчас Стюарт готова была порвать любого. Дальше он наблюдал за ее реакцией на только что пришедшую смску. Такого удивления на ее лице он не видел не разу. — Грир рожает! Срочно едем к ней — чуть ли не визжа, закричала Мария. Валуа не теряя и минуты быстро развернул машину с дороги домой и поехал в больницу рядом с деревней. — Она там? — спрашивает он, видимо адреналин и потрясение перешли ему от девушки, — в больнице св. Якова? — Да, — ответила она, — нет. Черт, я не знаю… — Стюарт соберись немедленно! — приказал Франциск. И правильно, лишняя паника не к чему. — Да-да-да! В этой больнице. Поехали быстрее! Валуа старался ехать на столько быстро, на сколько была возможность. Пока на тот свет он не собирался. Стюарт сильно нервничала и ерзала на сиденье, как на иголках. Ее душило чувство вины к Грир. Если бы они не поссорились, то она бы сейчас с ней рядом. Так же она чувствовала страх. До нее только что дошло. ОНА ЕДЕТ НА РОДЫ!!! Мария видела пару раз в фильмах, как идут лжероды. Но ведь это фильм и игра актеров. А сейчас это реальная жизнь. Мария попыталась остановить дрожь в руках, но ничего не получалось. И если бы тут был Баш, то он бы сказал: «Тебя колбасит не по-детски». И вот когда они подъехали к больнице св. Якова, дрожь «распространилась» по всему телу. Страх заставлял развернуться и уехать, а сердце и здравый смысл идти к Грир и поддержать ее. Франциск шел рядом с ней и как ни странно, она была благодарна ему за то, что он будет с ней рядом в этой ситуации. Когда они вошли в больницу, то сразу кинулись к девушке, работающей в регистратуре. — Грир Норвуд, — начала Мария, но сразу вспомнила, что девушка четыре года назад вышла замуж и теперь у нее фамилия мужа. — Черт. Грир Баярд где она сейчас? Девушка, ну или можно даже назвать, женщина не спешила с ответом. Она аккуратно сложила папки у себя на столе и спустя время соизволила поднять голову. — Мы не разглашаем подобную информацию, — сказала она очень противным голом. Будто у нее заложен нос и плюс она его закрыла. Эта фраза напомнила Стюарт фразу из сегодняшнего разговора с девушкой из ее журнала. И поэтому она как-то быстро возненавидела эту даму в белом халате. — Нам нужно срочно к ней попасть. Мы ее родственники, — выпалила она, не осознав все бедствие. Ну что ж, начала врать — ври дальше. — А-а-а… Я ее кузена, а это… — Мария непонимающе смотрела на Франциска. Кто же он? Ладно, что будет, то будет, — это ее муж. Лейт Баярд. Женщина настороженно переводила взгляд с Марии на Франциска, с Франциска на Марии. Видимо, опыт отработанный в этой больнице подсказывал, что просто так поверить на слово нельзя. — Информация является конфиденциальной и я не вправе разглашать ее кому попало, — закончила она своим отвратительным голосом и принялась опять копошиться с бумагами. Вся надежда Стюарт иссякла в одно мгновение. Сейчас она была готова разреветься. В принципе, как обычно. Франциск спокойно стоял, смотря на доску, на которой написано где находиться каждый кабинет и изредка посматривал на противную женщину. — Родильное крыло на третьем этаже, — тихо прошептал он и еще раз посмотрел на женщину. Через минуту она встала со всеми бумагами и пошла в строну кабинет, находящимся рядом с регистратурой. Когда она почти скрылась в нем, Валуа не стал терять и секунды, он взял за руку Марию и рванул к лифту. Стюарт была в полнейшем шоке, но до нее быстро дошла суть плана. Сзади послышался противный голос женщины. По всей видимости она поняла или увидела, что они удрали. Когда они подбежали к лифту, то увидели большое скопление народу и врачей, и пациентов. — К лестнице, живо! — скомандовал Франциск и побежал в сторону лестницы, при этом не отпуская руку Марии. Они бежали со всех ног, ведь была вероятность, что дама с первого этажа могла вызвать охрану. Когда они почти добежали до нужного этажа, мужчина остановился. — Подожди, — сказал он. Его дыхание было более-менее нормальным, по сравнению с дыханием Стюарт, которая чувствовала, что пробежала не два этажа, а минимум километров пять, — нужно отдышаться. Если врачи увидят нас в таком состоянии, то что-нибудь заподозрят. — Логично, — ответила девушка и прижалась к стене. В груди немного болело и дышать было тяжело. Да, физ. подготовка на три с минусом. Когда все прошло, Мария кивнула Франциску и они вошли в родильное отделение. Где-то вдалеке коридора разносился детский плач, беременные женщины, которые вот-вот родят, проходили мимо них и бросали косые взгляды. Стюарт будто чувствовала себя не в своей тарелке и ей хотелось поскорее уйти из этого странного места. Сразу вспомнилось, как будучи подростком, Мария пообещала, что никогда не родит. Ей тогда это казалось бессмысленным и глупым. Но изменилось ли что-то с тех времен? — Извините, пожалуйста, — обратилась девушка к врачу, который только что вышел из какой-то палаты, — а не подскажите в какой палате лежит Грир Баярд? — Миссис Баярд уже готовят к родам. Вы собственно кто? — спросил врач. Стюарт решила придерживаться версии, которою придумала в холле. — Я кузина Грир — Мария Стюарт. А это ее муж — Лейт Баярд. Прошу вас пустить нас к ней. — Странно, миссис Баярд сказала, что ее муж не сможет быть на родах. И о кузене она ничего не говорила. — Так не успела. Она мне смс прислала, что рожает и я сразу приехала. Хотите, покажу? — Мария уже была готова на все, лишь бы быть рядом с подругой в этот момент. — Извините, но я не могу. Если только мужа. Мистер Баярд, я провожу сейчас в родильную палату. Франциск посмотрел на Марию. Видимо, он не ожидал такого поворота событий. Он пока не готов принимать роды у незнакомой девушки. Стюарт тоже растерялась. Может еще не поздно сказать, что он просто отец, а на самом деле они с Грир любовницы? «Господи, что за бред, Стюарт.» — Нет, спасибо, я откажусь. Нервишки слабые, — Валуа вяло улыбнулся. В этот момент из какого-то кабинета выбежала мед. сестра и закричала на весь коридор: — Доктор! Доктор, новенькая, которая утром поступила — рожает! — Ну так что вы бегаете! Идите к ней. Сейчас приду, — сказал он и уже был готов уйти, но Мария остановила его. — Стойте! Это Грир, да? Пожалуйста, пустите меня к ней! Я ей нужна, — от нахлынувших эмоций, девушка вцепилась в рукав врача и не собиралась его отпускать. — Я лучше знаю, что ей нужно. И это точно не вы, а акушер. Кем я и являюсь. Сидите в коридоре и ждите. — Да поймите, я не могу сидеть в коридоре! Мне нужно к ней! — Мисс, если бы вы предупредили об этом заранее. Недели за две. То мы бы вас обязательно пустили. Я не могу верить вам на слово. Извините, мне нужно идти. — Да пустите вы ее! От этого ничего не измениться! — крикнул на врача Франциск. Его тоже уже начала бесить эта ситуация. — Я должен идти. Хотя бы пожалейте свою жену. Она сейчас мучается. Ждите. — Урод, — прошипел Валуа, когда акушер ушел. Мария потрясенная прошла к ближайшей скамейки и шептала: — Все равно я с тобой рядом… Валуа сел рядом с девушкой и она положила голову ему на плечо. То что он рядом, успокаивало Марию. Она будто чувствовала себя защищенной. На секунду она представила, что ничего не было. Она не уезжала, он не женился. Они бы до сих пор встречались? Наверно… А может быть были уже семьей. От этого внутри Стюарт стало так тепло. И рядом с легкими, ближе к сердцу, что-то приятно закололо. Но она быстро себя переместила в реальность. Ничего нет. Их больше нет и вряд ли когда-то будет. Глаза защипало от слез. Мария не понимала почему. Этот период она уже переболела. И давно поняла, что вернуть ничего нельзя и нужно двигаться дальше. Но сейчас она стала испытывать все заново. Стюарт следила за ним. Изучала его. Как он поднимает плечи, когда дышит. Как он смотрит в одну точку, потому что его мысли далеко отсюда. Рассматривала еле заметную сетку морщин у уголков глаз. Он не постарел, нет. Он остался таким же. Это его красит. Мария закусила губу. Ей стало завидно девушкам, которые видели его утром, после сна. На работе, полным сил и энергии. Вечером, уставшего и домашнего. Она закрыла глаза, вдохнув аромат Валуа. Он дурманит ее. Сводит с ума… Нет. Она не допустит влюбиться вновь. И сейчас должна думать о бедняжки Грир, которая мучается от боли, рождая на свет нового человека. Сама того не заметив, Мария уснула. И даже понятия не имела сколько проспала. Сквозь пелену сна она услышала, как ее зовут и быстро проснулась. Рядом сидел Франциск. И ей стало жутко не удобно перед ним за то что уснула на его плече. Так же около скамейки стоял Лейт. Стюарт так давно его не видела, что готова была броситься на шею. — Грир родила, — ввел ее в курс дела Валуа. У Марии перехватило дыхание. Родила. Она улыбнулась во все 33 и думала, что расплачется от счастья. — Поздравляю, папочка, — выйдя из палаты сказала мед.сестра, — 54 сантиметра и 4 килограмма. Но вышла она не одна, а с маленьким сверточком на руках. К большому, просто огроменному удивлению Лейта, ребенка отдали Франциску. Сначала он тоже не понял в чем дело, но потом вспомнил про вранье Стюарт. Мужчина быстро отдал ребенка настоящему отцу. А Мария даже не много расстроилась из-за того, что не успела наглядеться на Франциска с ребенком на руках. Она подошла к Лейту и аккуратно отогнула краешек пеленки, чтобы разглядеть лицо малыша. — Какой же ты красивый, — прошептала девушка. — Глаза мамины. — Возьми, — шепотом сказал Баярд и передал сверток Марии. Честно, она впервые держала ребенка на руках. И дыхание перехватило от нахлынувших эмоций. Стюарт прижала мальчика поближе к себе и раскачивала. Влево-вправо-влево-вправо. Ей не хотелось отпускать его. Да, она понимала, что это не ее ребенок. Но ей казалось, что этот малыш частичка ее. И только сейчас, держа на руках такое чудо, Мария поняла, что главное в жизни. Человек изначально рождается с одной целью. И эта цель — продолжать род. Она поймала на себе взгляд Франциска. Он стоял, облокотившись на стену и улыбался. По всей видимости, его эта сцена либо веселила, либо умиляла. И наверное, все-таки второе. Глядя на эту чудесную картину, он подумал, была бы Мария хорошей матерью? Да. Без всяких сомнений. Мед.сестра забрала малыша у Марии и ушла. Теперь девушке нужно было поговорить с Грир. — Лейт, ты же не против, если к Грир сначала зайду я? — Нет, конечно. Иди. Она давно тебя ждет. Стюарт слабо улыбнулась и набрав полную грудь воздуха, вошла в палату. — Привет… — шепотом сказала она. Блондинка лежала на кровати, прикрыв глаза. Она улыбнулась, когда услышала голос подруги. Мария поняла, что ей трудно это делать. И будет трудно разговаривать. Но она не сможет простить себе за то, что не поговорит прямо сейчас. Ведь, чувство вины преследовало ее с последнего разговора с Грир. — Как ты? — спросила Стюарт и села на краешек кровати. Девушка взяла руку подруги и стала гладить ее. Как же захотелось снова поплакать. — Превосходно, — прохрипела блондинка. — Как он тебе? Мария улыбнулась, вспомнив красивое личико малыша. — Он прекрасен. Это самый красивый мальчик, которого я видела. — Мы с Лейтом много думали над именем. И решили назвать Тоби. Как тебе? — голос Грир восстановился, но усталость говорила сама за себя. Но девушка сама ждала этого разговора и поэтому решила держаться до конца. — Тобик… Красивое имя, — из глаз Марии все-таки хлынули слезы. — Грир, прости меня… Я сделала столько ошибок в своей жизни. Я не хочу потерять тебя. Ты больше, чем просто лучшая подруга. Ты самый родной и близкий человек, который у меня остался. — Родная, это ты меня прости. Я столько тебя наговорила тогда… Я хочу, чтобы ты была крестной мамой нашего Тоби. Стюарт сначала была в легком удивлении, а потом радость и гордость накрыли ее с головой. — Боже, Грир! Я так счастлива! — девушка начала плакать сильнее, но уже от счастья. От счастья быть мамой такого чудесного мальчика. Тоби Баярда. Миссис Баярд тоже не сдержала своих чувств и эмоций и тоже начала затапливать палату слезами. Когда Мария вышла из больнице, на улице уже было темно. Сколько же сейчас времени? Без пяти два показывали стрелки на часах девушки. Поздновато. Около машины стоял Франциск. Он зажег зажигалкой сигарету и выпустил дым. «Разве он курил?» — подумала она и пошла к Валуа. — Бросай эту ужасную привычку. — Бросай курить, вставай на лыжи? — Франциск улыбнулся. —Говорят, это помогает успокоить нервы. — Ну и как? Помогает? — Нет. Мария засмеялась, но все-таки забрала сигарету из рук мужчины. — Я всегда советовала для успокоения нервов ромашковый чай. А это, — она кивнула на сигарету, — только убивает тебя. Стюарт бросила ее на асфальт и затушила кроссовкам. Потом она подошла ближе и обняла Франциска. — Спасибо тебе за все, что ты сделал, — Мария прошептала, уткнувшись в его грудь. — Я что-то сделал? Ерунда… — Валуа усмехнулся. Ему было приятно, что сейчас его обнимает она. Это наводит ностальгию по былым временам. По временам, которые были самые прекрасные в его жизни… — И, кстати, пока моя волшебная сила помощи не иссякла, я предлагаю тебе работу у меня в офисе. Ничего сложно, просто носишь мне кофе и копошишься с бумажками. В наше время принято говорить «секретарша». — Нет, Франциск, — отстранилась от мужчины Стюарт. — Ты не должен мне больше помогать. И зачем? Столько всего произошло… — Стюарт, давай договоримся. Все что было — прошло. И мы это все забываем. Может, я хочу такого друга как ты? Роль моего друга тебя устраивает? — Конечно, — сейчас Мария улыбалась, как последняя дурочка. — Значит, в понедельник к девяти. И не опаздывай, — мужчина подмигнул ей. — Ну, а теперь домой? Стюарт закивала головой, как китайский болванчик и села в машину с новым другом.