Подружилась со слизеринкой...

Я медленно бреду по длинному коридору, не обращая внимания на Спрайна, который ходит за мной все время и старается быть не заметным. У него это плохо получается, кстати. Но я не против. Не против, что он все время рядом, и не дает мне сойти с ума. Не против, что он практически не оставляет меня, даже тогда, когда я срываюсь на него и кричу так, что уши закладывает. Я ему благодарна за это. После того, что случилось в библиотеке, я стала слишком скрытной, нервной и зажатой. До сих пор не понимаю, что тогда произошло, но в больничном крыле, в котором я провела последнюю неделю, мне повторяли про усталость и галлюцинации. Они действительно мне не поверили! Не поверили тому, что я рассказала. Я дотрагиваюсь до головы, специально нащупывая большую шишку от удара об стену, и морщусь, когда пальцы находят больное место. - Может быть, вы просто ударились во сне, Мисс Грейнджер? - Неуверенно предположила целитель, когда я показала ей травму. -Да нет же! Что-то толкнуло меня, и я отлетела к выступу стены! Почему вы не верите мне!? - Кричала я, и не понимала зачем. Этой женщине невозможно было что-то доказать, и я знала это, но волна отчаяния зародившаяся внутри, от того, что сначала мне не поверил Майк, а теперь и она, не могла спокойно реагировать на это. Женщина кинула на Майка взгляд, в котором читалась просьба о помощи. Наверное, она думала, я не замечу. Майк встал на мою сторону, сказал, что все рассуждения о падении с кровати во сне, неправильном использовании заклятия, или удара нанесенного случайно, которого я и не заметила вовсе - полнейший бред. Он просил женщину оставить меня в покое, прекратить расспрашивать и просто делать то, что нужно, дабы убрать последствия. Целитель и не заметила, как взволнованно и неуверенно говорил Майк, потому что не знала его достаточно хорошо, но от меня ему не удалось скрыть - он не верил мне тогда тоже. Я замедляю шаг и удивляюсь: реально ли идти еще медленнее чем я шла? Ответ - да. Здесь тихо. Ученики еще спят, а может быть, уже на завтраке в противоположном крыле замка. Как бы ни было, я не слышу голосов, не слышу разговоров и смеха, не слышу топота первокурсников. В ушах только звук от моих шагов и эхом отдающиеся звуки шагов Майка. Я останавливаюсь около окна и всматриваюсь в свое отражение на стекле. Мои волосы растрепаны и взъерошены, кожа на лице слишком бледная для здорового человека, а мешки и синяки под глазами слишком большие. Поднимаю руку и провожу кончиками пальцев по уже практически затянувшейся длинной царапине около левой брови - еще одном напоминании с того вечера в библиотеке. Когда женщина спросила меня: -Это царапина – еще одно последствие вашего удара об выступ? Мне почему-то захотелось ударить ее по лицу и возможно оставить такую же царапину. Это желание было мимолетным и в большей степени появилось от тона ее голоса, которым она со мной разговаривала, но оно все же было. - Нет, - ответила я ей. Мне показалось, что лучше соврать, чем видеть недоверчивое выражение лица и выслушать еще множество предположений о том, откуда могла появиться царапина. - Нет, - увереннее повторила я, убеждая скорее себя, чем ее. - Я поцарапалась совершенно случайно, пару дней назад. Майк прожигал меня взглядом. Конечно, он ведь знал, что этой царапины у меня не было, и я нигде не могла ее случайно поставить. - И как же это случилось, Мисс Грейнджер? - Недоверчиво спросила целительница, высоко подняв бровь и уставившись на меня своими маленькими глазами. Я могла ответить, что это не ее дело или придумать правдоподобную отговорку, но мне не пришлось этого делать. - Это я. Заклинание должно было разрезать лист бумаги пополам, но я отвлекся и не сосредоточился. – Майк, виновато улыбнувшись, посмотрел на Женщину. - Простите мне мою невнимательность. Женщина махнула рукой и, улыбнувшись Спрайну в ответ, махнула рукой. - Ничего, бывает. Правда, вы в следующий раз осторожнее, немного ниже и вы могли лишить Мисс Грейнджер зрения. Она отвернулась и пошла в небольшой кабинет за лекарствами для меня, а Майк подмигнул мне. Я вижу его отражение рядом с моим. Он стоит совсем близко и, так же как и я, рассматривает нас в стекле. - Скажешь что-нибудь? - Тихо спрашивает он, без единого намека на веселье. Смотрю ему в глаза через отражение пару секунд, а затем отвожу взгляд. Я молчу уже пару дней и это не из-за того, что со мной что-то не так, или случай в библиотеке повлиял на меня до такой степени, что я перестала говорить, просто я не знаю ЧТО сказать. В Больничном крыле я отвечала на четко поставленные вопросы - это не привело ни к чему хорошему, ведь считалось, что я вру. Далее, я говорила с Макгонагалл и тоже отвечала на вопросы, но уже не так бойко. Я говорила немного, спокойным ровным голосом и только то, в чем сама была уверена. Когда все допросы закончились, была вынесена окончательная и более-менее реальная версия произошедшего: Я сидела в библиотеке, и внезапно отключился свет, испугавшись и запаниковав, я резко подалась назад и стукнулась головой об стену. Меня такой вариант устраивал, все равно я знала - как было на самом деле, никому не докажу. Кивнув, я согласилась с этим. Выслушала рекомендации целителя, разрешение Макгонагалл на пропуск занятий ровно на неделю, и, забрав порцию таблеток, ушла. После этого мне не о чем было говорить. От всех расспросов меня ограждал Майк, а на его собственные вопросы я отвечала кивая или качая головой. Конечно, был еще Гарри, который пытался несколько раз со мной заговорить, но меня всегда что-то спасало от этого. Сначала звонок на занятие, куда ему нужно было бежать, затем Хагрид, отвлекший его всего на мгновение, за которое я, конечно, успела удрать, ну и Майк, который видя мое нежелание говорить, всегда находил повод увести меня от Поттера. Панси. Она тоже старалась завязать мо мной разговор, каждый из которых начинался со слов "извини...". Я понимала, что она хочет извиниться за сводничество, и ее не останавливал даже Спрайн стоящий рядом. С ней я тоже молчала. Выслушивала все, что она хотела сказать, и уходила, не зная, что отвечать. Наверное, ей что-то было нужно от меня, и она думала, что я все еще зла, раз перешагнув через свою слизеринскую гордость она подходила ко мне снова и снова. Но нет, Панси, я не обижена. А Малфой? Майк сказал, что нашел меня в библиотеке без сознания, когда вернулся спросить какие пирожки и пирожные лучше принести и что я буду пить. По его признанию он впервые за несколько лет испугался, и почему-то мне это льстило. Он говорил, что поднял меня на руки, оттолкнув ногой большой тяжелый стул, который придавливал мне ногу, и я прошептала: "Драко". Сейчас, я понимаю, что именно после вопросов: что это значило, или кто такой этот Драко - я и перестала говорить. Так было легче, и у меня появилось время подумать, чтобы объяснить хотя бы самой себе, зачем я назвала его имя. Шли минуты, часы, дни, а я все никак не могла разобраться, да и это молчание начало мне нравится. Все это время, Малфой ни разу не подходил ко мне. Сначала, я не удивлялась этому, потому что понимала, слизеринцам плевать что случилось у гриффиндорки, тем более у меня, но потом, когда над большинством змеиного факультета все-таки взяло верх любопытство, и они стали задавать вопросы, подходя ко мне небольшими группами (видимо, чтобы было не так стыдно за себя), я задумалась. Не найдя более логичного объяснения, пришла к выводу - Малфою просто плевать. Он уже забыл, что совсем недавно мы считались почти командой. Я вздрагиваю и отскакиваю назад. Майк застывает с поднятой рукой, которой он секунду назад дотронулся до моей ладони. Оказывается, все это время я так и стояла - замерев с поднятой рукой и проводя пальцами по царапине. Я вглядывалась в отражение, вспоминая все это. Долго я была в трансе? Почему я стояла как загипнотизированная? Часто дыша, я смотрю на Майка. Его лицо кажется обеспокоенным и даже немного испуганным. Опять. Он, видя, как я его рассматриваю, криво улыбается, но даже эта его улыбка вышла красивой. - Ну? - говорит он, подходя ближе ко мне. - Скажешь что-нибудь? - Он заправляет мне за ухо прядь волос. - Нельзя же вечно молчать. Он прав. Нельзя. Но я ничего не могу с собой поделать. Мысленно попросив у него прощения и поблагодарив за все то, что он делает для меня, разворачиваюсь и иду вдоль стены по коридору, обещая себе, что завтра же закончу этот молчаливый спектакль, и первый с кем я заговорю, будет Майк. Я слышу разочарованный вздох и торопливые шаги за спиной. *** Уже вечер. Больше свободно побродить по коридорам в одиночестве (Майк не в счет) не получится. Ученики, так же как и я, могут безнаказанно гулять по окрестностям - занятия давно закончились. Меня не тянет снова с кем-нибудь столкнуться и выслушивать кучу вопросов, при этом сдерживая себя, чтобы не стукнуть этого человека. Поэтому, я хочу вернуться в комнату. - Ты куда? - спрашивает Спрайн, догнав меня. Он увидел, что я иду к нашей гостиной и скорее всего, понял почему. - Ну, нет! Я ужасно хочу есть и поэтому мы сейчас идем на ужин. Это не просьба, просто уведомление. Я фыркаю. Он знает, что теперь, я не отойду от него, не посмею остаться одна, и поэтому пользуется этим. Повернувшись, я прохожу мимо него. Да какая разница, идти в комнату или на ужин?. Все равно все время избегать всех не получится. И к тому же, еще слишком рано для ужина, и большая вероятность того, что мы будем одни. Зарядившись этой мыслью, я ускоряюсь и быстро иду по коридору. Майк старается не отставать от меня и когда он практически поравнялся со мной, мне в голову вдруг пришла неожиданная идея. Я делаю рывок вперед - и теперь я снова впереди, а Майк на пару шагов отстал. Повернув голову, я замечаю мимолетное удивление на его лице, а затем, он понимает смысл моих действий и, срываясь с места, начинает бежать. Он бежит не слишком быстро, так, чтобы я смогла его догнать. Я тоже бегу, и впервые за несколько дней мне хорошо. Все, о чем я думала, улетает из моей головы, оставляя там пустоту и желание опередить Спрайна. Дыхание учащается, и чувствую, как появляется боль в ребрах. Сначала небольшая, но затем, с каждым шагом все более сильная. Когда до поворота в коридор Большого зала остается всего несколько метров - я сдаюсь. Майк, не слыша беглых шагов за спиной, так же останавливается. Он замирает всего на секунду и подбегает ко мне, схватив своей рукой мою, кладет ее себе на плечи. - Держись за меня, - говорит он и, подхватив меня за талию, ведет к Большому залу. - Нормально? Я киваю. *** Я была права. Большой зал пуст, если не считать что за каждым столом сидит по человеку и только у Слизерина - двое. Такой небольшой коридор показался мне огромным пока мы шли. Радует, что за это время мое дыхание выровнялось, и перестали болеть ребра (или это болело под ними?). Как только мы вошли, я сразу заметила его. Малфой сидел за столом, держа в руке кекс, и пристально его разглядывал, даже не стараясь притвориться, что ему есть дело до слов собеседницы. Рыжая девушка пыталась ему что-то втолковать, отчаянно жестикулируя руками и иногда прикрикивая. Не знаю, заметил ли он нас сразу, но как только Майк отпустил меня, и я плюхнулась на деревянную лавку, Малфой сразу поднял взгляд на нас. Показалось ли мне, или мы действительно встретились взглядами на пару секунд? Нет, наверное, показалось. Майк не церемонясь, и не спрашивая, сначала положил еду мне. Немного салата, большой кусок мяса и пара булочек. Затем он придвинул мне стакан с чаем и рядом положил два кекса. - Пока ты это не съешь, мы не уйдем отсюда. - Серьезно проговорил он, и я задумалась, что впервые вижу его таким серьезным. - Легкая - одни кости! Ты и без того выглядишь болезненно. Я не стала спорить. Тем более что есть хотелось ужасно. Аккуратно взяв вилку и наплевав на нож, я начала опустошать тарелку. Боковым зрением замечаю как улыбается Майк - видимо не ожидал что я так быстро соглашусь. Мы поели очень быстро - видимо действительно были голодными. Спрайн помог мне подняться, хоть я и противилась этому. Мне стало казаться, что он как нянька ухаживает за неспособным позаботиться о себе человеком. - Подожди минутку, - попросил Майк, когда мы дошли до дверей и выскочил из Большого зала. Я стояла, не зная чем себя занять, пока не почувствовала как мне на плечо опустилась чья-то тяжелая рука. Я не стала шарахаться, отпрыгивать или просто пугаться - не видела смысла. Сейчас я не одна, в зале даже больше людей, чем было, когда мы только пришли. Я не одна. Медленно развернувшись, я увидела Малфоя. Я стояла, будто обездвиженная заклятием, так сильно была удивлена. - Грейнджер, - выдохнул Малфой, и я вспомнила, как он называл меня по имени. Я не ответила. Даже ему. Наверное, он думал, что вот сейчас, я что-нибудь скажу, но нет. Молчание затягивалось, а воздух становился все более тяжелым. Он не выдержал и быстро, так, что мне чудом удалось разобрать слова, спросил: - Как ты себя чувствуешь? Я видела, что ему было тяжело это говорить, тем более у всех на виду, но отвечать не собиралась. "Майк. Ты обещала себе - первое, что ты скажешь, будет адресовано Майку". Да и не знала я, что отвечать. Как я себя чувствую? Больной, встревоженной, рассерженной, опустошенной, испуганной или сходящей с ума? Думаю, не один из этих ответов не стоит того, чтобы произносить вслух. - Все только и говорят о тебе, - продолжает он, - о том, что случилось в библиотеке. А мне говорили, что постараются скрыть этот инцидент. Да уж, действительно. Теперь все думают, что я слабая, и боюсь такой глупости как темнота. Наверное, они даже смеются надо мной, а подходят только для того чтобы позабавится и услышать все из первых уст. Я опускаю голову и сжимаю кулаки. - Никто не верит, что ты испугалась темноты, и тем более избила себя сама. "Что?" Я не верю тому, что он говорит. Почему тогда целитель не поверила? Почему у заместителя директора не появилось дополнительных вопросов? - Все думают, что ты соврала Макгонагалл, чтобы не подставляться. Что ты занималась чем-то секретным и запрещенным. Он наклоняется ближе ко мне и шепчет: - Все, но не я. Меня передергивает, но не отвращения, а отчего-то другого. Он не отклоняется, и я чувствую его дыхание кожей щеки. - Надеюсь, ты расскажешь мне, кто сделал это с тобой. И он отходит от меня. Я смотрю ему в след, вижу, как он медленно идет по коридору и сворачивает направо, секунду помедлив на повороте. Я глубоко вдыхаю. Неужели, я задержала дыхание, пока он был так близко? Чувствую, что меня немного трясет, и не могу понять отчего. От его вида, запаха одеколона, от того что он был так близко или от его слов? Надеюсь, ничего из этого. Почему он хочет знать, что произошло? Зачем? Чтобы рассказать всем и посмеяться? Или проделать такой же фокус с кем-нибудь другим - ведь виновник не наказан. Внутри все сжимается от мысли, что он способен на это. Ладно, здесь не о чем думать, я все равно ничего не знаю. Теперь, стало понятно, почему слизеринцы проявляли ко мне интерес. "Чем-то секретным и запрещенным..." Они просто хотели знать, чем я занималась. Но, почему они думают, что я могла делать что-то в этом духе? Начинает болеть голова, и я решаю разобраться с этим позже. - Идем? - весело говорит, непонятно откуда взявшийся Майк. Я киваю. **** Он сидит на полу, прислонившись спиной к моей кровати, и читает книгу. Я внимательно разглядываю его, стараясь, чтобы он этого не заметил. С момента как мы виделись в последний раз, он стал еще красивее - это трудно не признать, но меня не притягивает его красота. Возможно, потому что я была влюблена в него в детстве, а может, потому что считаю его просто другом. Да, сейчас я призналась себе в том, что Майк так быстро стал моим другом, даже лучшим другом, заняв место Гарри и Рона (я вздрагиваю, даже от одной мысли о нем). За эти несколько недель он слишком много сделал для меня и не оценить этого я не могу. Почему мне не кажется странной его опека? То, что он вечно ходит за мной с первого дня, то, что он всегда рядом, то, что он помогает мне и терпит меня. Надо быть честной с собой: на его месте я давно бросила бы его. Не мирилась бы с молчанием и с тем, что пропускаю все самое интересное. Почему же мне не кажется это странным? Ответ приходит сам собой: я ему доверяю. Возможно, сейчас он единственный кому я действительно доверяю. Я встаю с кресла и, достав волшебную палочку из внутреннего кармана, проверяю заклинания на окнах и дверях. Молча. Я просто вожу палочкой по воздуху и проговариваю слова в уме. Когда я заканчиваю, убеждаясь, что все работает, и выдержит сильнейшие чары, иду в другую комнату. В ванной прохладнее чем в спальне, и мне это нравится. Здесь дышится по-другому. Оставив палочку на небольшой тумбочке, я открываю кран и быстро умываюсь холодной водой. Она бьется о горячую кожу моего лица и, кажется, что немного шипит, как будто капает на раскаленные угли. Закрываю кран и переодеваюсь. Шорты и футболка - для сна самое то. Надеюсь, смогу хоть немного поспать. Выхожу из комнаты и закрываю дверь. Майк уже лежит на полу на большом и мягком наколдованном матрасе, держа в одной руке книгу, а другую, подложив под голову как подушку. Мне интересно, что он так увлеченно читает, и я решаюсь посмотреть на книгу завтра, сейчас я слишком устала, а маленькие буквы на обложке как будто сами говорят: - Не стоит. Я прохожу к кровати, по дороге нарочно задевая ногой ногу Спрайна, он отвлекается на мгновение, но затем снова возвращается к своему занятию. Ложусь и закрываю глаза. За эту неделю я уже привыкла, что Майк спит со мной в одной комнате. И меня это даже не волнует, тем более, что это я его попросила. Так спокойнее. Слухи об этом не ходят, да даже если бы они и были - чтобы это меняло? Я не смогла б отказаться от своего спокойствия из-за сплетен. Слышу, как он говорит слова заклинания, и свет в комнате гаснет. - Спокойной ночи, Гермиона, - зевая, проговаривает он. - Спокойной, Майк, - отзываюсь я. Кожей чувствую его улыбку и улыбаюсь тоже. Я сдержала обещание. ______________________________________________ Жду вас здесь http://vk.com/club49454780