This is war

POV Jesse - Даже Зак не знает о том, что происходит в моей голове уже два года. Да, все это время мы были очень близки, но я не хотел рассказывать ему об этом. Он бы счел меня сумасшедшим и перестал общаться, наверное. Я запнулся и замолчал. Действительно ли могу я рассказать все Мелиссе? А что, если после этого она с пинками под зад и крестом в руках выгонит меня из квартиры? Или вызовет служителя церкви, чтобы тот изгнал из меня дьявола? Хотя навряд ли Морис решит, что я съехавший, потому что она уже давно убедилась в этом и так. - Помнишь, я рассказывал тебе о девушке по имени Клэр? Которая умерла от передозировки, - Мэл согласно кивнула, и я продолжил: - В тот день, когда я узнал об этом, мы с Заком немножечко переборщили с травкой. Клэр заявилась ко мне тогда ночью и говорила со мной. Я очень давно не видел ее такой радостной, я вообще ее очень давно не видел. Естественно, я был счастлив снова созерцать ее милое личико, ведь, несмотря на такое дурацкое расставание и вообще немного странные наши отношения, я все равно по ней иногда безумно тосковал. По сморщенному лицу Морис я понял, что какой-то вопрос явно мешает ей дышать спокойно. И замолчав, я дал девушке возможность освободиться от этого. - Она пришла ночью? В каком смысле? Она же... умерла, нет? - подозрительно покосилась на меня Мелисса. - Все верно. Я видел ее во сне, а не вживую. С пониманием дела закивав, Мэл больше не стала ничего спрашивать. Я снова принялся за рассказ. - Это ее появление стало началом конца. С тех пор Клэрис навещала меня почти каждую ночь. Мы с ней довольно много разговаривали. Даже больше, чем в то время, когда она еще была живой. Клэр напоминала мне о самых чудесных минутах, что мы провели когда-то с ней вместе. Просто приходила и садилась в кресло или рядом со мной на пол, и мы смеялись, прокручивая то, что с нами происходило. Я так привык видеть ее, что очень печалился, когда девушка не появлялась. И однажды обдумывая происходящее, я понял, отчего это все зависит. - Она приходила после того, как ты курил, - скорее даже не спрашивая, а утверждая, произнесла Мелисса. - Именно. И я стал больше курить. Она стала чаще появляться. Логика проста. И все было бы хорошо, если бы в одну ночь Клэрис не заявила, что больше не может заглядывать ко мне. Неделю я ее не видел совсем, хотя и накуривался как только мог. Был так зол, потому что не понимал, почему она вдруг исчезла. И тогда мою голову посетила одна прекрасная мысль. Я усмехнулся, понимая, что эта мысль вовсе и не была прекрасной. Она была самой ужасной, что когда-либо приходила ко мне. Это была самая большая ошибка, которую я совершил в своей жизни. Но я могу об этом так спокойно говорить только сейчас, когда все осознал. Через окно в комнату пробивалась темнота, перемешанная с ненавязчивым светом луны и уличных фонарей. За то время, что я нахожусь в доме Мелиссы, уже успело совсем стемнеть, и мы не желали включать лампу. Мне было гораздо проще говорить так, не видя лица девушки. - Тогда ты и подсел на тяжелые наркотики, - снова констатируя факт, проговорила Мэл. Я могу лишь позавидовать ее догадливости, ей-богу. Может быть, не нужно дальше рассказывать, Морис и так уже знает, что будет происходить потом. А если не знает, то сама быстро поймет. Но так как я говорил даже не для того, чтобы снабдить девушку информацией, а потому что желал излить душу, то все-таки решил продолжить повествование. - Мне тогда казалось, что я делаю все очень круто. Когда я курил траву, то вдохновение почти не покидало меня, накатывая ну очень часто. Это привело к более продуктивной работе. Больше текстов, больше музыки, больше времени в студии и, соответственно, больше качественных треков. Парни удивлялись тому, откуда у меня столько сил и желания пахать. А я был счастлив. Но когда Клэр испарилась, и мне пришлось увлечься чем-то посерьезнее, чем трава, все резко изменилось, - я перевел дыхание. Начинался новый период моей жизни, самый печальный ее период. - После первых доз легких наркотиков Клэрис так и не возвращалась, и это меня бесило. Я достал через каких-то старых знакомых кокаин и, не долго думая, занюхал его. Снова ничего не вышло: эта сучка так и не появилась. Помню, как позвонил Заку, который примчался с другого конца Лос-Анджелеса всего за двадцать минут. Я думал, мне станет легче, когда я увижу его, но все получилось наоборот. Я вдруг начал сходить с ума, громить комнату, а потом и вовсе толкнул Эбелса так, что он ударился головой о шкаф. Первая наша серьезная ссора, после которой я вымаливал прощение как мог. Зак, естественно, быстро растаял, потому что он не умеет долго на меня злиться. Самое страшное началось как раз именно с этого момента. Чуть больше полугода назад. С тех пор близкие друзья неоднократно говорили мне, что я очень изменился. Да, действительно, я стал совсем другим. А вы покажите мне того счастливчика, на которого кокаин не оказывает никакого воздействия, и я поаплодирую стоя. - Так и не увидев Клэрис, ты все равно продолжил принимать кокс? - поинтересовалась Мелисса, явно бывшая в недоумении от нелогичности моих действий. Она права, надо было кокаин сменить чем-нибудь повеселее. - Конечно. Я ведь был глупцом и надеялся, что когда-нибудь она все равно должна прийти. И, знаешь, не ошибся. Клэр вернулась снова в мои сны. Но только в этот раз она была уже совсем другой. Я больше не видел ту самую брюнетку, с которой весело болтал и вспоминал счастливое прошлое. Клэрис стала более агрессивной, я бы сказал даже, что воинственно настроенной. Она часто грубо шутила и начала раздавать мне приказы, которые я безоговорочно должен был выполнять. И я исполнял все это, Мэл, как будто был ее личным рабом! Каждый раз, когда я вспоминаю о том, что вытворял с Заком, мне становится дико стыдно за свое поведение. Ведь Клэрис не жалела Эбелса совсем. Она приказывала мне оскорбить его, и я это делал. Она желала, чтобы я ударял его, и я подчинялся воле девушки. Она говорила, что я должен с ним порвать, и я посылал Зака так, что даже у меня самого уши вяли от подобных слов. - Клэрис словно въелась в мой мозг и овладела им. После каждой ночи, когда она появлялась, Заку нехило доставалось на следующий день. Я до сих пор не понимаю, как он терпел меня. Как нужно любить человека, чтобы вынести столько издевательств? Как? Морис тихо усмехнулась. Мой взгляд пал на ее руки, теребящие уголок небольшой подушки, лежавшей на коленях девушки. Она сама немало обид пережила, пообщавшись со мной. И тоже терпела, хотя явно меня не любила, в отличие от Эбелса. - Мои сны стали ужасом для меня. Это были ночные кошмары, от которых я мог избавиться, прекратив употреблять. Но я уже был зависим и от такого. Даже думать не хотел о том, что Клэрис больше не придет ко мне, и потому не желал прекращать это дерьмо. А она продолжала отравлять не только мою жизнь, но и обижать все мое окружение, которое я так любил. Когда появилась ты, то Клэр резко сменила объект ненависти. Она управляла мной, и я творил то, что взбредало ей в голову. Да ты и сама помнишь, как я с тобой обращался. Мелисса закивала головой, молча уставившись в пол. Она ничего не говорила, а просто слушала меня, наверное, одновременно и обдумывая мои слова. - Мало того, что я не оборвал эту дурацкую цепь, так я стал употреблять даже еще больше. Все завертелось так быстро, что я начал тонуть в этом адском круговороте наркотиков, депрессии и боли. Где-то на подсознательном уровне, я конечно, понимал, что Клэр ненастоящая, но мне все равно казалось, что она словно живая. Я долго думал, что видел ее лишь во сне, Мэл! Но сегодня я понял, что это не совсем так. Морис резко подняла свои глаза на меня. И хоть в этой полутемноте я не мог разглядеть ее взора, я все равно чувствовал, что ее глаза наполнены тревогой. Я же говорил, она очень догадлива. - Значит, Клэр - это не просто сон? Она... Она была галлюцинацией? Я кивнул настолько спокойно, что даже сам поразился этому. Так просто думать о том, что по твоей голове бродит что-то неведомое, и ты видишь это словно в реальности... Да, я определенно завидую сам себе. - Это какая-то часть моего мозга, которая творит то, что ей вздумается. И она возникла там оттого, что я очень сильно злоупотреблял наркотиками. Я понял, что ненависть во мне просыпалась именно тогда, когда я закидывался дозой. А те дни, что мне удавалось прожить без кокаина, проходили довольно спокойно. Я не чувствовал никакой бурлящей внутри злости. Прикусив губу, Мелисса начала заламывать пальцы. Сейчас она анализировала те слова, которые ей довелось от меня услышать. Я сам понимаю, что очень сложно осознать, когда какой-то парень заявляет тебе, что его беспокоят не существующие в реальности люди. А если это еще и твой знакомый, то это уже совсем край. - Наркотики отвлекали меня, и мне казалось, что я отлично себя чувствую, принимая их. Но я даже не заметил, как перешагнул ту ограничительную черту и стал не просто употреблять, а постепенно погибать от них. Я знаю, что это лишь начало. Дальше будет только хуже и дойдет до того, что я просто откинусь. Данный процесс уже запущен, и его не остановить. Наверное, мне лучше уехать, Мэл, чтобы вы не видели, как с каждым днем отмирают клетки моего мозга. Я не хочу, чтобы так мною любимые люди испытали весь этот ужас. - Заткнись, Разерфорд! - вдруг громко и грубо приказала Морис. - И больше не смей говорить подобного, понял? Ты ноешь словно баба. Ощущение, будто ты уже при смерти валяешься, хотя это совсем не так. И даже не думай, что мы дадим тебе сдохнуть в одиночестве, позволив употреблять и дальше. Неужели сам не понимаешь, что вполне можешь стать здоровым и вернуться к нормальной жизни? Это вовсе не конец, Джесси! Я не ожидал подобной мотивирующей речи от Мелиссы и потому даже слегка опешил. Но довольно быстро пришел в себя и с насмешкой поинтересовался: - Ты действительно полагаешь, что на свете существуют чудеса? - Это и не чудо, а реальность. Если ты захочешь, то сможешь вылечиться от зависимости. Было бы только желание, Джесси. Но судя по твоему упадническому настроению, мне кажется, что ты уже смирился со скорым концом. Усмехнувшись, я поспешил возразить Мэл. Неужели она правда думает, что я хочу умирать? Пусть покажет того идиота, кто хочет подохнуть в 24 года. Нет, конечно такие есть, не буду отрицать подобного, но я к их числу не отношусь. Хотя бы потому, что я еще не успел помириться с Заком. - Тогда прекрати ныть и готовься к борьбе, Разерфорд. Мы сделаем это все вместе. Мы будем рядом с тобой и поможем стать свободным, обещаю. Мелисса взяла меня за руку и крепко ее сжала. Я слышал, как в этой тишине громко бьется ее сердце. И мне отчего-то захотелось поверить ей и думать о том, что я стану прежним Джесси, не зависимым от всего того дерьма, которое заставляет пасть на самое дно жизни.