Приключения в стране ФикБук

       Адриан проснулся. В глаза ему резко ударил солнечный свет, пышными струями пробивающийся сквозь кроны деревьев. Судя по розоватому его оттенку, уже наступило утро, но ещё совсем раннее. Кожу обдало мягкой прохладой. Приподнявшись на локте, мальчик огляделся, попутно стряхивая с себя остатки сна.        Лис ещё спала, подложив руку под голову, а вот Джинни поблизости видно не было: наверняка уже проснулась и куда-то убежала с утра пораньше. Рядом с самим Адрианом дрых, мерно посапывая, Плагг, причмокивающий и бормочущий что-то во сне. Иддилия. И всё же парень чувствовал неприятное посасывание под ложечкой, грызущую изнутри тревогу, смешанную с мерзким ощущением собственной вины. Откуда это?        Вспомнился сон, вспомнилась песня. Адриан точно знал, что нигде раньше не слышал этой песни, но с первого раза наизусть запомнил строчки, дышащие нежностью. И голос, который их пел… голос его любимой… ЛедиБаг.        Где она сейчас, эта нежная, хрупкая красавица? Что с ней, всё ли с ней в порядке, жива ли она вообще? Суждено ли им когда-нибудь увидеться вновь, или… От этого «или» Нуар почувствовал, как его душа словно разрывает сама себя на куски, а сердце…

А сердце смеётся, а сердце танцует, Оно напевает любимый мотив

       Звонкий голосок, доносящийся из-за деревьев, возвестил, что Джинни возвращается, причём в явно приподнятом настроении.

И солнечной кистью на небе рисует, Всё так хорошо, всё ещё впереди. Всё так хорошо, всё ещё впереди!

       Среди тёмно-зелёных ветвей сперва показалось рыжевато-золотое пятнышко, словно само солнце заглядывало на полянку, а затем появилась Джинни, ещё более сияющая и яркая, чем обычно. В рыжих волосах девочки крошечными солнышками сияли ярко-жёлтые одуванчики, в руках же она держала пышный букет ромашек. Заметив Адриана, муза задорно и радостно улыбнулась:        — Доброе утро, Котик! Как спалось?        — Нормально. Где ты была?        — Собирала цветы. Тут буквально в нескольких шагах луг, цветущий-цветущий! И одуванчики там растут, и васильки, и ромашки! Я вот тебе и себе уже по веночку сделала, осталось только для Лис…        — Мне? — только тут Адриан почувствовал, как что-то легко давит на затылок. Сняв это, он увидел искуссно сплетённый венок из тёмно-голубых цветов. Джинни в притворной обиде смешно наморщила веснушчатый носик:        — Ой, Коть, надень обратно! Тебе так идут василёчки!        — Да? Что ж, доверимся профессионалам. — улыбнулся парень, вновь надевая венок. Девочка, усевшись рядом, принялась сплетать новый, делая это так ловко, что Адриан не успевал уследить за её движениями. При этом сама она на руки свои почти не смотрела, видимо, наловчилась плести не глядя. Потому пристальный взгляд её солнечно-карих глаз скользил по окружающей обстановке: по небу, по деревьям, по траве, по спящей Лис — и наконец остановился на Коте.        — Что случилось, Котенька? — её голосок прозвучал взволнованно, даже испуганно. — Почему ты плачешь?        — Я? Я не плачу. Даже не думал, видишь: глаза сухие совсем.        — Глаза сухие. А сердце на части рвётся от горя, я же чувствую. Скажи, что стряслось? Плохой сон приснился?        — Не сказать, чтоб прямо плохой. Но ты права: дело в этом. — до чего же эта мелкая, оказывается, пронициательна! Или музы просто все такие? — Понимаешь, я… слышал ЛедиБаг во сне.        — И что же ты слышал?        — Песню. Она пела, будто бы обращаясь ко мне. И почему-то из-за этой песни мне… стыдно. Перед Леди. Будто я виноват перед ней.        — В чём?        — Что позволил её похитить, не смог уберечь от опасности, защитить. Она ведь там совсем одна, в совершенно чуждом для неё мире, в руках врага… я даже не знаю, увидимся ли мы с ней снова…        — Увидитесь! Можешь даже не переживать! — в голосе Джинни звучала твёрдая уверенность. — Не плачь, Коть, ты ведь не виноват, что так получилось! Всё будет хорошо, мы обязательно спасём ЛедиБаг, не бойся! Пожалуйста, успокойся. Мне больно смотреть, как ты плачешь! — с этими словами малышка прижалась к Адриану всем телом. Он вздрогнул, чувствуя, как её тёплые маленькие ладони нежно касаются его рук и шеи. Ласково потрепав девочку по голове, парень улыбнулся:        — Всё, всё, я успокоился. Правда.        — Ну, вот и славно! Раз уж тебе неймётся, — проговорила Джинни, слегка отстраняясь от объятий — Тогда давай: будим Лис и пошли! — отложив в сторону сплетённый чуть больше, чем наполовину, венок (и как только успела?!), муза подошла к спящей авторше и принялась трясти её за плечи, тихо приговаривая: «Лис, лисёнок, лиса, лисица, лиска, лисовин, вставай!». Затем, поняв, что таким методом она ничего не добьётся, девочка взяла с земли маленький рюкзак Лис и вытащила оттуда телефон, на котором принялась что-то быстро набирать.        — Вот, смотри, — она положила телефон возле головы хозяйки. — Это всегда работает безотказно!        Стоило только маленькому пальчику ткнуть кнопку на экране, как послышалась тихая, почти неслышная песня. Даже Адриан, сидящий совсем рядом, еле разобрал первые строки: «Чудо вокруг, лишь оглянись…». Однако это возымело действие лучше самых громких будильников: Лис резко вскочила, озираясь по сторонам и разом стряхивая с себя остатки сна.        — Кто там без меня «ЛедиБаг» смо… а, это ты, Джинни?        — Просыпайся, Лис, нам надо идти дальше. Кстати, я тут тебе веночек делаю…

***

       Джинни была права: не прошло и пяти минут пути, как лес прервался, и ребята снова шли по раскидистому цветущему лугу. Сперва он был равнинным, но потом появился ощутимый подъём в гору. Уставали и садились отдыхать теперь гораздо чаще, чуть ли не через каждые десять минут. Цветы стали гораздо реже, а потом исчезли совсем, когда вдали показалась ещё одна небольшая деревенька.        — Вот что, — проговорила Лис. — Во-первых, нам нужно чего-нибудь поесть, так что придётся напрашиваться к кому-нибудь в гости. Во-вторых, дальше нам придётся идти через скалы, поэтому лучше попросить кого-нибудь из троллей нас провести.        — А, тут ещё и тролли есть? — хотел было удивиться Адриан. Девушка пожала плечами:        — Ну, не совсем те тролли, о которых ты наверняка подумал. Вообще-то они вроде люди, но вроде как тролли. Не всякий выдержит общение с ними, потому они селятся отдельными группами. Зато скальные тропы знают как свои пять пальцев. Полезные, в общем, существа, хоть и вредные немножко.        «Полезные, в общем-то, существа» оказались весьма гостеприимными. В первом же доме полноватая девица лет семнадцати добродушно согласилась накормить путников и помочь им пройти через скалы. Правда почти каждое её слово сопровождалось едкими замечаниями и шуточками, что дало Адриану понять, каких именно людей-троллей имела в виду Лис. Даже своим ником — Полная Луна — она как бы насмехалась над собственной пухлостью. Впрочем, как вскоре выяснилось, это был далеко не самый важный показатель.        Метров через сто от деревни скалы окончательно взяли своё, и трава, пожухлая и тоненькая, встречалась теперь лишь изредка, маленькими пучками пробиваясь сквозь трещины. Тропинка стала совсем узкой и невероятно извилистой: она ныряла в глубину тёмных пещер, змеилась между серыми громадами обвалившихся камней, тонкой ленточкой вилась по крутым подъемам и краям бездонных провалов. Порой она принимала наклон под каким-то совершенно невообразимым углом, и тогда каждый неверный шаг грозил, в лучшем случае, серьёзным переломом. Впрочем, Луне, ходившей по этим тропам уже не раз, это ничуть не мешало спокойно топать вперёд и троллить оставшихся далеко позади ребят, из последних сил цепляющихся за торчащие из скалы ветки и камни. Только спустя пять минут такого скалолазания Адриан вспомнил, что может, вообще-то, превращаться. Это сильно облегчило поход и ему и Луне, да и остальным спутницам тоже.        Отдельного описания заслужил переход через подвесной мост над гигантской пропастью. Это был наихудший из всех возможных мостов — хлипкий, сложенный из тонких, гнилых досок, смотанных вместе потёртой верёвкой, и без единого намёка на перила. С каждым дуновением ветра он начинал раскачиваться и угрожающе скрипеть, что добавляло переходу «пикантности». А стоило лишь идущей вперёд всех Луне ступить на его дощечки, как мост застонал, словно тяжело раненная чайка, и всей своей длиною прогнулся вниз. Потому остальные решили подождать, пока проводница окончательно перейдёт на ту сторону пропасти, дабы не рисковать. И только после этого идти решилась Джинни, словно растерявшая всю свою весёлость и жизнерадостность. Дрожа, ступая как можно медленней, раскорячив в стороны тоненькие ручки, маленькая муза осторожно пересекла злосчастный мост. Кот Нуар улыбнулся, обернулся к Лис:        — Ну, кто пер… — и тут же осёкся. Та стояла за его спиной, скорчившись, вцепившись ладонями в сведённые вместе колени, и расширенными глазами смотрела на предстоящую тропу в ад. Рот её был открыт и искажён в гримассе дикого ужаса, дыхание было громким и тяжёлым, а лицо… Кот даже предположить не мог, что человеческая кожа может принять настолько белый оттенок.        — Лис? — парень осторожно коснулся плеча спутницы, почти физически ощущая, как натянуты её нервы и напряжены мышцы. — Ты в порядке?        — Я… — голос был невероятно слабым, словно девушке было плохо. — Н-не… зн-наю… н-н-нет, не в… п-порядке… я… очень б-б-боюсь в-высоты… я…        — А ты не бойся! Хотя, в данном случае я тебя даже понимаю… — Нуар, поёжившись, глянул на поскрипывающий от ветра мостик. — Но всё равно не бойся, всё будет хорошо.        — Н-не б-будет… я т-такая н-неуклюжая… я упаду…        — Не упадёшь!        — А… если…?        — «А если», тогда… тогда я тебя спасу! Я же супергерой, спасать людей из таких ситуаций — моё призвание! Ну, пойдём, не бойся, — Кот взял девушку за руки. Её тонкие пальцы сразу же вцепились в его ладони. Осторожно, стараясь не делать резких движений, парень принялся отступать в сторону мостика, успокаивая Лис тихим шёпотом:        — Ну-ну, не нервничай. Всё хорошо, всё в порядке, я с тобой. Не бойся, я здесь, я помогу, если что. Не смотри вниз, думай о хорошем. Смотри на меня. В глаза мне смотри…        И она смотрела, дрожа и хныча, и шла вперёд, медленно, осторожно, трясясь над каждым шагом, но шла. Адриан и сам чувствовал дикую, беснующуюся панику, захлестнувшую душу, но терпел. Медленно, шаг за шагом, они вдвоём шли по скрипящим, трясущимся доскам, вцепившись друг в друга, и время казалось бесконечностью, долгой и тягучей, но вот…        — Всё! — Нуар осторожно помог девушке спуститься с моста, радуясь ощущению твёрдой, непоколебимой земли под ногами. Обессилевшая от страха, Лис повалилась в его объятия, прижимаясь к юному герою всем телом. Парень замер от неожиданности, неловко поглаживая её по растрёпаным рыжевато-русым космам.        После этого все остальные испытания — узкие тропки, вжавшиеся в отвесные стены, грозные пещеры с нависающими над головой острыми сталактитами, длинные каменные подъёмы — казались пустяковыми. И всё же прошло немало времени, а небо уже начало темнеть, прежде чем Луна, утирая пот со лба, сообщила, что дальше ребята спокойно пройдут и без неё. Когда путники, несколько раз поблагодарив проводницу за неоценимую помощь, собрались уже двинуться дальше, та вдруг напустила на себя хмурый вид и замогильным голосом произнесла:        — Но только будьте осторожны. С этого склона начинаются владения Марти Стью, и очень мала вероятность встретить тут нормального фикрайтера. Зато вот чудовищ, подобных Пожирателю Вдохновения, или ЙА — вдоволь! Всё, через что вы прошли до этого — цветочки, по сравнению с тем, что лежит впереди… Счастливого пути, короче! — с этими словами Луна улыбнулась и стремительно скрылась за ближайшим поворотом.        — Ну… тролль есть тролль! — философски пожала плечами слегка порозовевшая Лис. — А может тут заночуем, а?

***

       — Они уже на границе моих владений! Немыслимо! — снова Марти Стью из последних сил сдержался, чтобы не зашвырнуть зеркало Всевидения в открытое окно. — Спокойно, Марти, спокойно! В этом есть и плюсы: теперь они точно в твоих руках! Здесь же почти все поголовно — мои верные ЙАшечки. А к тому же есть и всякие монстры, вроде Пожирателя Вдохновения. Кстати, надо бы его разбудить. С ними ведь муза, а он, небось, голоден… — с этими словами Великий и Ужасный принялся вытряхивать из своих карманов многочисленные амулеты и артефакты. Наконец он отыскал нужный. Положив его на ладонь, Марти Стью трижды повернулся вокруг себя на каблуках, в спешке бромоча под нос какое-то заклинание. А в этот миг где-то в глубокой пещере, недалеко от привала трёх усталых путников, медленно открывая алые глаза, зашевелилось огромное Нечто…