Крик души...

Почему полюбил я растения? А ведь в детстве терпеть их не мог, Горшки без малейших признаков жизни, Выставлял один за другим за порог. Природы искусные произведения, Не заслужили моего обращения, Наспех забытые в почве сухой- На следующий день лишь ворох гнилой. Подаренный кем-то, вновь увядший цветок, Неумело посаженный в старый горшок, Лишь во время уборки был замечен мельком, И скинут в пакет с остальным барахлом. Не любил я цветы, не любил до тех пор, Пока не почувствовал слабый укор, Нечеловеческий, строгий, немой, Брошенный в спину в квартире пустой. То был цветок номер пять или шесть, Погибших до этого было не счесть, Фикус то был, или может, герань, Но помню в момент тот свою тихую брань, Зачем ты мне тут, глупый цветок? А этот нелепый синий горшок? Почему каждый праздник мне дарят гербарий? Глупее его лишь в подарок- глоссарий! Зачем ведь словарь мне десятый по счету? Цветы никогда тут не выживают, А значит, и ты полетишь скоро к черту! Ругаюсь я в голос, а листы оживают! Пожухлые все от отсутствия света, Снова красивы как розы в букетах! На речь на мою такая реакция? Иначе откуда такая фиксация? На углекислого газа поток, Так реагирует слабый росток? Внезапно тут мне пришло осознанье, Что кому-то полезно было признанье, Что цветок, слушая грубость речей, Не отвернул от меня головы, Услышав лишь жалобы тонкие ноты, В отличие от многих и многих людей. Тогда, когда понял я эту мораль, Побежал я выхаживать, точно, герань! Тогда я и начал дружбу с растеньями, Нашел тогда справочник меж книжек с каменьями, Пыль оттряхнул от энциклопедии, На первой странице были камелии, Постигнув премудрости растениеводства, Секреты богатого фитохозяйства, Озеленил всю свою я квартиру, Горшков тридцать пять, мне кажется, в меру, И как бы то ни было, люблю до сих пор, Дом свой зеленый, похожий на двор, Уход за цветами-отрада моя, Теперь не прожить без нее мне ни дня, И есть всегда с кем поговорить, Например, вот с алоэ новый фильм обсудить. Придешь вот с работы, уставший такой, И из головы бы прогнать все долой, Подходишь к лиане, что у тебя на стене, Да начинаешь ей ныть о себе, Начальник-козел, все вокруг-дураки, Растение слушает, ему хоть бы хны, Внимают и рядом петуньи кусты, И вместо того, чтобы ныть по друзьям, Всегда будет тот, кто попросит и сам, Поговорить с ним скорей по душам.