Звездопад столетия

      На улицах еще стоял мрак и сырость уходящей ночи, когда хлопнула дверь небольшого, частично ушедшего под землю домика. Поправив ножны, девушка заспешила в сторону конюшни. Она была небогато одета: черная широкая блуза, перетянутая на поясе, и самые обычные штаны. В них-то и была особенность девушки: в эти времена леди носили лишь платья, оставив штаны мужчинам и слугам. Но наша героиня не была служанкой: меч, угрожающе висевший на ее поясе, осведомлял прохожих, что перед ними воин. Она мечтала стать рыцарем.        У ворот конюшни она столкнулась с конюхом. - Доброе утро, Памелла, - поприветствовал он девушку.        Та кивнула в ответ и отправилась к своему деннику. Там ее уже ждал Феникс.        Памелла хотела попасть в главный рыцарский орден острова с говорящим названием "Защитники Йорвика". Скажу сразу, эти ребята отнюдь не зазнайки с пафосным позывалом: "защитники" действительно были элитными бойцами, не раз отстоявшись свободу родного острова мечом. Но попасть в их ряды было трудно, а для девушек - так вообще невозможно. Нужно было доказать, что ты достоин, победив в поединке каждого. Памелле это не удалось: несмотря на многочисленные тренировки, мечницей она была пока слабоватой и смогла победить лишь одного из рыцарей. Больше в ней было от всадника: в скачках ей равных не было. Для воина это необходимый навык, но, увы, не главный.       Нельзя, однако, не отметить уважение, которое рыцари проявляли к девушке. Вот только уважать упорность и не признавать ее как равную - вещи слишком разные. От этого девушка еще больше злилась и часто ругалась с "защитниками".       Но через две недели грядет рыцарский турнир, где Памелла проявит себя. Нужно только больше тренировок. Тренировок на Фениксе.        Феникс был рыжим жеребцом с длинной густой гривой и челкой белого цвета. Мощные копыта украшали небольшие светлые носки. А горящие янтарем глаза у коня были умные, словно действительно сам феникс переродился в лошадь.       Он походил на жеребца благородной породы, но Пами этого точно не знала. Она выиграла его на ярмарке, сбив с десяток яблок из лука. Изначально Феникса хотели пустить на мясо, слишком у этого коня был горячий характер. Но девушка предложила выставить его как приз, в случае ее победы. Что-то зацепило ее в этих диких, горящих, словно в них отражалась сама молния, глазах. Над ней тогда посмеялись: у Памеллы была отличная возможность заработать, но вместо этого она взяла себе необъезженного жеребца. Но их характеры сошлись: оба рыжие, неподвластные целому миру они объединились и рассекали остров, снося всех на своем пути.       Но сегодня Феникс выглядел крайне обеспокоенным: он шумно топтался в деннике и постоянно высовывал морду. Да и у Памеллы на душе нехорошо было. Что-то происходило здесь, в ее родном Йорвике. А началось все, когда упала огромная звезда и рухнула в море, а следом за ней небо озарила другая, отчего-то очень яркая. А потом появилась эта девушка… Муза. Ее волосы были алые, словно свежая кровь.       Памелла встретила ее совершенно случайно. Проводя пальцами по конской гриве, она погрузилась в воспоминания. ***        Феникс быстро нес ее к ее тайному тренировочному полигону. Уже завернув в лес, они отправились на опушку, чтобы срезать у старого дерева. Но озарившее предрассветный лес сияние напугало Феникса. Он резко затормозил, взбрыкнул, и Памелла, несмотря на свою отличную реакцию, свалилась с седла, застряв ногой в стремени. Между лопаток вонзилось что-то острое. Девушка бы завыла от боли, не будь она будущим рыцарем. Во рту появился металлический привкус крови. Перед глазами плыло. Не лучшее начало дня.       Источником сияния оказались конь и сидящая на нем девушка. Они безразлично, подобно призракам, смотрели, как Памелла висела вниз головой и безуспешно пыталась освободить ногу, но боль в спине и наступающая от кровопотери слабость не давали ей этого сделать.       Ржание Феникса привлекло внимание необычного коня. Он с интересом склонил голову набок. Янтарные глаза метали молнии, и если бы хозяйка не было в таком опасном положении, Феникс давно бы уже снес этого наглеца.       Светлый жеребец шагнул вперед и встал на дыбы. Если бы Памелла открыла глаза, она бы увидела, как сияние разделилось на шесть пучков и те разлетелись в разные стороны. Два из них исчезли в Фениксе и его всаднице.       Когда свет ушел, Муза ожила. Она испуганно огляделась: что она здесь делала? Кто выбил девушку напротив из седла? Муза спешилась и побежала к висящей мечнице. Помогать ей она не собиралась, не ее это дело, но зато можно было наживиться. Вдруг у незнакомки есть что-нибудь ценное?       Но когда она приблизилась к рыжему жеребцу, голос заговорил у нее в голове: - Помоги ей.        Муза резко обернулась. Никого. Только ее лошадь. Погодите-ка, разве у нее была лошадь? Девушка потрясла головой. Во что она вообще влезла? Пока спала, украла лошадь? - Помоги ей, - уже с нажимом повторил голос.        Воришка поежилась и передернула плечами. Она об этом еще пожалеет. Вечно ей ее излишняя доброжелательность боком выходит. Может поэтому остальные и бросили ее.       Выдохнув, Муза подкралась к мечнице. Аккуратно освободила ее ногу и опустила на землю. Под девушкой что-то захлюпало. Перевернув ее на живот, Муза ужаснулась: из спины торчал камень, острым концом вонзившись в плоть. Руки в миг выпачкались в крови. Воришку затрясло, она начала в панике вытирать ладони о траву. Муза дышала выброшенной на землю рыбой. Кровь! Кровь! Кровь!       Пока сознание Музы в фобии отключилось, руки сами потянулись к камню. Не особо церемонясь, его выдернули, а Памелла хрипло кашлянула в землю. Взгляд воришки снова был отрешенный, ее глаза загорелись, словно в них отражался звездный свет. В ладошках у девушки зародилось голубое сияние. Когда оно коснулось раны, та затянулась, оставив в память о себе лишь перепачканную в крови одежду, дырку в блузе и едва заметный шрам.       Боль и слабость тоже исчезли. Памелла моментально очнулась и подскочила, оттолкнувшись руками. Впервые за долгое время ей стало страшно: она точно помнила, как в рот хлынула кровь, как она чувствовала дыхание смерти. А теперь даже нет ощущений, что она ранена. Что это девушка с ней сделала?!       Памелла выхватила меч и направила его на незнакомку: - Ты ведьма? – хриплым от нервов голосом крикнула она.        Девушка с возмущением покачала головой: - Я знала, что люди в городе не очень дружелюбны, но чтобы тыкать в своих спасителей мечом! - Только не строй из себя доброжелателя! Я видела, как ты сияла! Ты и твой конь – кто вы?!        Незнакомка озадаченно уставилась на лезвие: - Кто сиял? Я?        Памелла не поддалась на уловку. Конечно, она все будет отрицать! Но Пами заставит ее говорить! Девушка-рыцарь хотела было серьезнее пригрозить незнакомке, но тут раздался третий голос. Не хватало еще свидетелей. Переведя лезвие в сторону звука, Памелла ахнула: это говорил светло-серый конь. - Меня зовут Звездное Сияние, - он сделал уверенный шаг к мечу, осуждающе глядя на девушку. – Я здесь, чтобы помочь защитить ваш мир.        Памелла почувствовала, как у нее задергался глаз. В груди зарождалась паника, смешиваясь с истерикой. Воздуха стало не хватать, хотелось кричать и смеяться. - Почему лошадь… говорит?! – воскликнула девушка-рыцарь, напрягая слабеющие ноги.        Незнакомка казалась такой же напуганной, как и Памелла. Ее губы дрожали, а из горла вырвался хриплый шепот. В какой-то момент в глазах вновь отразилась падающая звезда, и лицо девушки обрело безмятежный вид. Она взглянула на Памеллу: - Я тебе все объясню, только убери свою кочергу, ради бога!        Сбитая с толку девушка-рыцарь спрятала меч в ножны и устало опустилась на землю. Голова кружилась.        Муза хотела что-то сказать, когда на глаза ей попалась лужа крови, около которой она сидела. - Кровь! – взвизгнула воришка, отпрыгивая от лужи, как от огня. Трясясь всем телом, она подбежала к своему коню и забралась на него. Уткнувшись носом в голубую гриву, она начала бормотать.        Так они и сидели, одна в ступоре, другая в панике, пока более крепкая нервами Памелла не пришла в себя. Поняв, что у ее молодой знакомой боязнь крови, она увела ее подальше от места встречи. ***       Муза рассказала, что жила в лесу. Она спала, когда летела вторая звезда. Во сне она слышала зов, и словно зачарованная отправилась на него. Голос привел ее к древнему Стоунхенджу, месту, что считалось проклятым. Тогда он сиял. А источником света был светло-серый жеребец: сияние исходило от него, как языки голубоватого огня. Сталкиваясь с камнями Стоунхенджа, оно становилось лиловым. Уже розовые волны пронзали камни, выжигая на них древние руны.       Девушку тянуло к коню необъяснимой силой, и она сделала шаг на проклятый камень. Он зарябил пунцовым цветом под ее ногами, словно Музы шла по воде. Когда ее пальчики коснулись лошадиного носа, ее пронзило светлой энергией, и сияние частично передалось ей. Тогда плиты под ними исчертились лиловыми линиями, и во вспышке родилось изображение девушки, коня и звезды. ***        Новая знакомая внушала непонятное доверие, и Памелла не сомневалась в ее словах, каким бы сущим безумием они не казались. Более того, потом они подтвердились. А конь ее больше не говорил, и, делая вид, что он – обыкновенная лошадь, очень правдоподобно щипал траву.       Спустя несколько дней после их знакомства, Памелла отправилась к своей давней подруге Мэрилин, хранительнице архивов Йорвика. Ее всегда можно было найти в библиотеке, разбирающую древние книги. Тот день был исключением. Памелла обошла все стеллажи, но подруги нигде не было. Она не могла просто так исчезнуть! Она никогда не покидала свой пост!       Представив самые ужасные варианты развития событий, Памелла на всех парах полетела к Мэрилин домой. Она долго колотила в дверь, но никто не открывал. Но из-за стены слышалась возня.       Страх, что она может потерять единственную подругу, душил изнутри, застилая глаза. Издав рык, Памелла разбежалась и попыталась выбить плечом дверь. Неудачно. Морщась от боли, девушка выругалась. Придерживая ноющее плечо, она вскинула голову. Наверху блестело окошко чердака. Есть идея.       Памелла прыгнула, схватившись за козырек над входной дверью. Подтянувшись, она оказалась на нем. Взобравшись по рельефной стене, она добралась до окошка. Девушка-рыцарь долго не раздумывала и выбила его рукоятью меча. Потом починит. Запрыгнув в дом, она полетела на нижний этаж. Вскочив в комнату, Памелла замерла как ошпаренная.       Мэрилин на коленях стояла на полу. Перед ней были разбросаны листы, изрисованные странными рисунками. Взгляд ее был устремлен в никуда, глаза бледные, пустые, как сама Луна. Губы девушки шевелились в немом шепоте.        Памелла бросилась к ней, тряся подругу за плечи: - Мэри! Мэри, очнись! Что с тобой?        Хранительница архивов не отзывалась, продолжая смотреть перед собой. Девушка-рыцарь стиснула подругу в объятьях, в надежде, что это поможет. Слезы потекли против ее воли.       Внезапно Мэрилин схватила уголек и начала рисовать на чистом листе, даже не глядя на него. Она быстро двигала рукой, вычерчивая что-то на бумаге. Памелла в ужасе смотрела, как из-под угля появляются очертания странного существа с длинными щупальцами. - Мэри, что ты делаешь?.. – вопрос улетел в пустоту, а Памелла отшатнулась от подруги.        Не прекращая рисовать, хранительниц архивов заговорила, но каким-то не своим голосом: - Генерал, он пытается вырваться! Некоторые отсеки повреждены, корабль не выдержит! - Отставить панику! – тон Мэрилин сменился. – Мы не можем позволить этому монстру освободиться! - Генерал, сэр, под нами планета! Она населена. Я изучил траекторию, мы летим точно на нее, - третий голос. - Развернуть! Немедленно! Нельзя допускать эту креветку к разумным живым существам. - Капита-а-ан! Два двигателя отказали, мы не можем избежать столкновения с планетой. - Усилить щиты, не дать Гарноку покинуть корабль! До тюрьмы нам уже не добраться, так пусть он сгниет здесь. - Но что будет с нами, Генерал? Мы ведь… - Погибнем, да. Но мы не допустим, чтобы жители это планеты отправились вслед за нашим народом. Оружие к бою, солдаты! Умрем же, как подобает великим войнам Экстериям! - Но, Генерал, где вероятность, что наша жертва не напрасна? – дрожащий голос не сдавался отговорить товарищей. - Об этом позаботиться Великая Звезда. За мной, магию на перезаряд!        Мэрилин издала боевой клич. А потом она закричала. Пронзительно, громко, срывая голос и хрипя. В ее крике слышался рев десятка существ, встретивших смерть самым ужасным способом.        А потом она рухнула без чувств. Памеллу трясло. Она на четвереньках подползла к подруге и положила ее голову к себе на колени. Дрожащими руками начала гладить ее по волосам, вперив стеклянный взгляд в стену.       Памелла не знала, о чем говорила Мэрилин. И она ли это говорила вообще. Но грудь разъедало чувство, словно на ее глазах кто-то мучительно погиб. Словно чье-то тело сгорело заживо, словно его разорвали на куски. Словно она была там, но ничем не могла помочь.       Силы окончательно покинула девушку-рыцаря, и она отправилась в бездну за подругой.       Она пробыли в таком состоянии до глубокой ночи: когда Памелла очнулась, комнату заливал лунный свет. Мэрилин не приходила в себе. Кое-как затащив подругу на кровать, девушка-рыцарь шагнула к окну и подскочила, когда что-то хрустнуло под ногой. Она совсем забыла про рисунки. - Нервы уже ни к черту, - ругалась на себя Памелла, собирая листы в кучу.        Она села около окна, позволяя луне освещать рисунки, и принялась их изучать. Мечница с замиранием сердца рассматривала творения подруги. Рисунки хоть и были достаточно неаккуратными, но Мэрилин не умела рисовать даже так! Что же такое творится?! Сначала она встречает ту девушку-ведьму, теперь ее подруга одержима демоном. И ту, и ту вполне могут сжечь, если о них узнают в народе.       Тряхнув головой, Памелла вернулась к рисункам. На первом был изображен уже знакомый ей монстр с щупальцами. От него в панике убегали люди. Нет... Памелла поднесла лист поближе к глазам, часто моргая, но зрение не обмануло ее. На рисунке действительно были люди. С головами коней. Их ноги тоже больше походили на лошадиные. Непонятно почему, девушке стало жалко их.       Второй рисунок не сильно отличался: тот же монстр и существа вокруг него. Но на этот раз они мертвые лежали подле него или извивались, сдавливаемые щупальцами.       На третьем был разрушенный город, усыпанный трупами существ.       Четвертый показал ей борьбу монстра с солдатами этих "людей-лошадей". Они отличались от простых жителей, нося броню и странное оружие, которое девушка никогда не видела. Выражения их лиц (или морд?) были детально прорисованы, и Памелла могла видеть всю боль и злобу в их крупных глазах.        На пятом рисунке был изображен странный округлый ящик с трубами, из которых вырвался огонь. Его окружали куча крупных точек. Звезды, что ли? Эта штука в небе?!       Не веря своим глазам, Памелла взяла следующий лист. На нем от ящика шел дым уже со всех сторон, и торчала щупальца. Поспешно схватив другой рисунок, девушка охнула: на нем были те существа-рыцари, пятеро, с особенно высоким в центре. Его взгляд был полон отваги и уверенности. Он что-то говорил. Самый маленький человек-конь выглядел напуганным, он сжимал свое оружие и чуть не со слезами смотрел на своего Генерала.       Да, Памелла не сомневалась, что это был тот самый генерал, чью речь повторила Мэрилин. А этот, маленький, тот, что боялся умереть! Да-да, точно! Голос подруги, словно сохраненный у Памеллы в голове, вновь повторил тот разговор. Памелла видела, как кричит один воин, не в силах развернуть "корабль", как панику пресекает Генерал своим командным и внушающим веру голосом.        На следующем рисунке солдаты неслись на монстра, выставив оружие вперед. Девушка уже не чувствовала их страх, но голову разрывали их боевые кличи и предсмертные крики.        С трудом взяв последний лист, Памелла увидела тот же корабль: частично разрушенный, он лежал, окруженный водорослями.       "Он упал в море!" - догадалась Памелла. - "Та звезда неделю назад, это упала эта штука!"        Шорох впереди заставил девушку-рыцаря оторваться от рисунков: Мэрилин сидела на кровати. Ее глаза, неживые и холодные, прожигали Памеллу насквозь. Подруга заговорила: - Когда лучи Солнца восстановят равновесие миров и пространств, прольется кровь невиновных. Грянет Гром, и придет черед Молнии, чтобы рассечь небо надвое. Молния страшна, она несет смерть, но в то же время она такой же свет как Звезда.        Взгляд Мэри прояснился, и она удивленно захлопала ресницами: - Пами? Ты что тут делаешь? ***        Спрятанный ото всех глаз Священный Стоунхендж загорелся лиловым светом, когда Мэрилин зашла в конюшню, чтобы проведать своего коня Яна. Каменные плиты вновь покрылись линиями, и Луна встала на свое место.