И дрогнули чаши весов

- Великая Сила! Вот всё, что могла сказать Рэй, когда её подняли из туннеля на поверхность. Замок ситхов, что совсем недавно очаровывал её своей пугающей красотой, теперь лежал в руинах. Величественные башни превратились в бесформенную груду камней. Рэй подумала, что в жизни не видела ничего ужаснее. И почему людям так хочется что-то уничтожать? Почему во имя своих идей люди идут убивать? Приподнявшись на носилках, Рэй могла наблюдать эту картину разрушения, что наполняла сердце горечью. Среди руин некогда прекрасного творения древних ситхов сновали спидеры, бегали люди, шумели машины, разбирающие завалы. Там, под грудами обломков, всё ещё оставались люди. Рэй видела медицинских работников в форме Сопротивления и уничтоженного теперь Первого Ордена. Этот взрыв стал последним в войне. Всё закончилось. Но цена оказалась очень высока. Рэй чувствовала вокруг себя смерть. Не всех доставали из-под завалов живыми. - Лидер! Бен, что шёл рядом с Рэй, немного прихрамывая, обернулся на голос. С медицинского спидера соскочил ни кто иной, как Тедди Блайер. - Стой! Куда? – крикнула ему в след медсестра, но Тедди её не слушал. У него рука была на перевязи, но, кажется, он чувствовал себя прекрасно. Тедди подошёл к ним, широко улыбаясь, по-военному отдал честь Бену и по-дружески кивнул Рэй. - Многие не верили, что вы живы, лидер, - сказал Тедди. – Шли сюда, чтобы отомстить за вас. - Меня не так просто убить, - ответил Бен. - Но вы ранены. - Пустяки, - Бен махнул рукой. – Многие не пережили взрыв. - Да, - вздохнул Тедди. – Я сам чудом спасся. Мне доверили руководство нашим десантом. Как только мастер Нико сообщил об угрозе взрыва, я попытался вывести людей, но многие не успели. И наши, и сопротивленцы. Мы думали, что вы погибли… Рэй, ты не должна была идти сюда одна! Ну, всё, начинается, мрачно подумала Рэй. Теперь каждый, кого она встретит, выразит своё возмущение по поводу её безрассудства. Но Рэй поступила бы так же ещё раз, чтобы спасти Бена. - Я могу вас поздравить? Только сейчас Тедди заметил чёрный свёрток, который Рэй прижимала к себе. Он присел на корточки возле механических носилок. - Мальчик или девочка? – спросил Тедди. - Мальчик, - с гордостью ответила Рэй. – Энакин. - Поздравляю, Рэй. И вас, лидер. А теперь извините, наши доблестные медработники ещё со мной не закончили. - Пока, Тедди, - сказала Рэй, Бен кивнул больше по-дружески, чем по-командирски. На этом радостные встречи не закончились. Сначала Рэй почувствовала в Силе присутствие знакомого человека, а через секунду услышала голос доктора Снорини. Тео тоже услышал и побежал навстречу отцу. - Я же просил, не подвергать себя опасности, - сказал доктор, обнимая сына. – А если бы ты погиб? Что бы мы с твоей матерью делали? Ты о нас подумал? Рэй впервые видела доктора Снорини таким взвинченным, впервые наблюдала такое проявление чувств с его стороны. Все мы сбрасываем маски спокойствия, когда дело касается безопасности нашей семьи, подумала она. Рэй слушала, как Снорини выговаривал Тео, прекрасно понимая, что они с Беном следующие. - А вы? Как и предполагала Рэй, отчитав сына, док подступился к ней и Бену. - Рэй, что ты вытворяешь? Тебе вообще летать нельзя было в твоём состоянии! Бен, почему ты на ногах? И почему вы двое, извините, трое, ещё не в медпункте? В полевой госпиталь, живо! Понимая, что спорить бесполезно, они послушно направились в полевой госпиталь, организованный прямо возле руин замка. Там раненные получали первую помощь и оттуда отправлялись на корабли, где их ждали оборудованные мед блоки. Док вызвал дроида с носилками и как раз в резкой форме уговаривал Бена поберечь раненную ногу, когда Бен увидел ещё одно знакомое лицо. - Подождите, - перебил он доктора. – Вот так встреча. Рэй пригляделась к человеку, которого два медицинских дроида укладывали на носилки. Запылённая, изорванная форма говорила о том, что он долгое время провёл под завалом. - Ты куда? – крикнул Снорини Бену, но он не остановился, пришлось Рэй, Тео и его отцу последовать за Беном. Бен опустился на землю возле носилок, при этом поморщился от боли в правом колене. В этот момент Рэй узнала человека, лицо которого было залито кровью. Рэй никогда в жизни не узнала бы его и не вспомнила, если бы ни ярко-рыжие волосы. Тот офицер, который когда-то пытался убить её. Кажется, что это было в другой жизни. Рэй вспомнила, как вместе с Беном смеялась над ним, и вот теперь он еле живой, вся одежда в крови и грязи. - Генерал, вы меня слышите? – спросил Бен. Генерал Хакс открыл глаза, Рэй показалось, что он сделал это с огромным трудом. - Рен, - Рэй скорее прочла это слово по губам, чем услышала. – Вы ещё живы. А я надеялся, что верховному лидеру хватило ума убить вас. Слабая улыбка скользнула по окровавленным губам. - Я ещё поживу, - сказал Бен и обратился к медицинскому дроиду. – Он будет жить? - Вероятность благополучного исхода… - начал было дроид, но доктор Снорини нажал что-то на его голове, отключив голосовой аппарат. Сам же доктор присел рядом с носилками, осмотрел раненного. Тео стоял за спиной отца, и на его лице застыло то же холодно-спокойное выражение. - Вы поправитесь, - сказал док генералу, а потом повернулся к Бену и еле заметно покачал головой, при этом маска спокойствия не покидала его лица. Рэй не питала тёплых чувств к генералу Хаксу, но это не значит, что он должен умереть. Она не хотела, чтобы кто-то ещё умер, не теперь, когда война закончена. - Не врите, - сказал генерал доктору. – Я умираю и прекрасно знаю это. В его взгляде Рэй видела деланное спокойствие, готовое в любой момент рассыпаться на осколки. Наверное, она не смогла бы сохранять самообладание, если бы знала, что умирает. Рэй было жаль этого человека. Он сделал много плохого, но Рэй не хотела, чтобы он умер. Все мы заслужили смерть, думала она. Но наша смерть не вернёт тех, чьи жизни мы оборвали. Рэй с сочувствием смотрела на человека, который пытался её убить. Она должна ненавидеть его, должна ненавидеть Бена. Но Рэй, как ни прислушивалась к себе, не находила ничего, даже отдалённо напоминающего ненависть. Она отказалась от ненависти в тот момент, когда окончательно отказалась от Тьмы. - Вы не умрёте, - твёрдо сказал Бен. – Я не позволю. Считайте это местью за то, что портили мне нервы столько лет. Рэй слышала, как Бен позвал в Силе Майю. Она умеет исцелять, может Сила Майи поможет там, где бессильна медицина? Через пару минут Майя приехала на спидере. Она убежала в госпиталь, как только выбралась из туннеля. Несколько джедаев были ранены, она ушла, чтобы помочь им. - Ты последняя надежда, - шепнул Бен Майе, когда она подошла к носилкам. - Привет, - сказала она, улыбаясь, и взяла Хакса за руку. Одно только присутствие Майи уже дарило Свет и спокойствие, которое было так необходимо и генералу, и всем остальным. Хакс смотрел на неё широко раскрытыми глазами. Он не чувствовал Силу, но Свет Майи ощущали все. - Я помогу тебе, - сказала она. – Тебе может быть больно. Лежи смирно, хорошо? Рэй видела Силу, что тонкими струйками текла в полумёртвое тело Хакса. Сила Майи завораживала. Рэй уже видела однажды, как Майя исцеляет Силой, но тогда речь шла о крошечной царапине. Рэй задалась вопросом, как Майя вообще может пропускать через себя столько Силы? Она видела, как генерал поморщился от боли. - Вы победили, - прохрипел он, видимо, чтобы не сосредотачиваться на своих ощущениях. – Довольны, Рен? Или как вас там теперь?... - Победил? – Бен усмехнулся. – Посмотрите вокруг, генерал. Покажите мне тут человека, который победил. Рэй снова обратила взгляд на отвратительную картину разрушения, хаос, окружающий их. Вокруг бегали люди, что-то кричали друг другу врачи, стонали раненные и умирающие. Людей доставали из-под завалов, и их форма была такой запылённой, что невозможно было понять, сопротивленцы это или первоорденцы. И для тех, кто перевязывал их раны или закрывал застывшие глаза, что, не мигая, смотрели в небо, это не имело ни малейшего значения. Какая разница, за кого сражался человек, если битва окончена, и кровь хлещет из раны? Убеждения, идеологии вдруг разом утратили важность и значимость. Имела значение только жизнь. Все здесь боролись за жизнь, за свою и чужую. Да, подумала Рэй, это победа. Победа Света над Тьмой. Победа жизни над смертью. - Как ты? – спросила Майя у генерала. Рэй видела, как Май вмиг побледнела, но голос её звучал всё так же спокойно, весело и ласково. Генерал слегка приподнялся на носилках, в его взгляде скользнуло удивление. Он никогда не видел, чтобы Силу использовали для исцеления, а не для убийства. - Лучше, спасибо, - сказал он. - Отведите мне уголок в госпитале, - сказала Майя доктору. – И несите туда тех, кому врачи помочь не могут. В Силе Майя звала всех братьев и сестёр, у которых ещё остались силы. Она знала, что не сможет помочь всем, хотела спасти как можно больше людей и знала, что не справится в одиночку. - Но ведь никто, кроме тебя не умеет исцелять Силой, - сказал Бен, услышав мысленный зов Майи. - Значит, им придётся научиться, - уверенно сказала она. – Мы защитники Галактики, или кто? Рэй доставили в госпиталь. Она очень устала, и её клонило в сон. Рэй передала сына на руки медсестре, чтобы его могли осмотреть. Сквозь сон она слышала, как доктор Снонири пререкается с Беном. Майя говорила что-то за занавеской, но Рэй уже не могла разобрать слов. Совсем рядом кто-то кричал, а потом затих. Приоткрыв глаза, Рэй увидела Тео. Он прошёл мимо её кровати, неся на руках Майю. Должно быть, она использовала слишком много Силы и потеряла сознание от усталости. Это то, что отличает её от всех людей во Вселенной, готовность отдать всю себя, все свои силы и таланты тем, кто нуждается в помощи, безграничная любовь ко всем живым существам. Поэтому они с Тео сошлись, он такой же. Чтобы быть светлым, Сила не нужна. Чтобы сражаться на стороне жизни, не нужен световой меч. Рэй заснула, не обращая внимания на шум. Среди хаоса она нашла долгожданный покой. Ещё не открыв глаза, Рэй поняла, что находится в больнице. Пахло лекарствами и чистотой. Так приятно было лежать на мягкой кровати, застеленной чистым бельём, после пыльного и грязного туннеля… Туннель… Лицо Бена в крови… Ребёнок, завёрнутый в обрывок грязного плаща… Рэй подскочила на постели. В первое мгновение ей показалось, что всё произошедшее было кошмарным сном. Но нет, это было на самом деле. И ситхский замок, и Тьма, чьи холодные прикосновения прогоняли дрожь по телу, и Сила, что Рэй почувствовала в себе, и красные молнии, слетевшие с её пальцев. Всё это было. Был и тёмный туннель, на пыльном полу которого Рэй родила ребёнка. Великая Сила, она же родила ребёнка! Привычным жестом Рэй положила руку на живот и обнаружила, что он снова плоский. Она огляделась по сторонам. Рэй находилась в больничной палате, совершенно не похожей на полевой госпиталь. Через тонкие занавески на окне в палату проникал яркий дневной свет. Рэй лежала на больничной койке, рядом стояла вторая такая же, а ещё была детская кроватка. Но и большая и маленькая кровати были пусты. Беспричинный страх ножом полоснул по сердцу. Рэй столько вытерпела ради своих любимых, что теперь не хотела отпускать их от себя, даже на несколько минут. Ей нужно убедиться, что с ними всё хорошо. Ей нужно увидеть Бена и Энакина живыми и здоровыми прямо сейчас! Рэй уже хотела встать с кровати и отправиться на их поиски, но тут дверь палаты с тихим шуршанием отъехала в сторону. В комнату вкатился дроид с подносом. - Доброе утро, - сказал дроид. Он поставил поднос с завтраком на тумбочку возле кровати Рэй и покатился к выходу. - Эй, подожди! – крикнула Рэй. – Где Бен? И Энакин? И вообще… - За информацией вам следует обратиться… - Спасибо, N-110-K, можешь идти, - перебил его вошедший в палату Тео. – Привет, Рэй. - Привет! Рэй широко улыбнулась, радуясь, что она не одна в незнакомом месте. - Где мы? – спросила Рэй. - На Корусанте, - ответил Тео, пододвигая для себя стул и садясь возле её кровати. - А что мы тут делаем? Рэй была весьма удивлена. Если они успели прилететь на Корусант, то… - Сколько я спала? – спросила Рэй, не дав Тео возможности ответить на первый вопрос. - Больше двенадцати часов, - сказал он. - И всё-таки, что мы делаем на Корусанте? - Каждый занят своим делом, - ответил Тео. – Ты отдыхаешь и восстанавливаешь силы, я работаю, генерал Органа формирует новое правительство, джедаи вроде как ей помогают. - А где Бен? – задала Рэй давно интересующий её вопрос. - Он в операционной. Рэй не могла видеть, как в одно мгновение стала смертельно бледной, Тео даже испугался, что ей стало плохо. - То есть как в операционной? – проговорила Рэй дрожащим от волнения голосом. Снова её сковал ледяной ужас. Что с Беном? Раны оказались серьёзнее, чем она думала? Сила, он же не умрёт? - Тише, успокойся! – воскликнул Тео. Он придвинулся ближе к Рэй и, желая успокоить, взял её дрожащие руки в свои. - С Беном всё в порядке, - сказал Тео, спеша развеять страх Рэй. – Он сильно повредил колено, долгое время был без медицинской помощи, а потом ещё дрался и бегал. Ему заменят коленный сустав на искусственный. Это пустяк, Рэй, не стоит беспокоиться. Оперирует мой папа, так что всё будет хорошо. Рэй выдохнула и откинулась на подушку. - Не пугай меня так! Она устало прикрыла глаза. Эти несколько секунд, когда вернулся страх за жизнь любимого человека, отняли у неё слишком много сил. Но Тео сказал, что всё будет хорошо. Как раз это Рэй и хотела услышать. Но ощущение спокойствия продлилось недолго. - А где Энакин? Где мой сын? - С ним тоже всё хорошо, - поспешил заверить её Тео. – Здесь есть детский врач, сейчас он осматривает Энакина. - Я хочу, чтобы сына принесли мне. Сейчас! Тео, казалось, хотел возразить, но решил, что с Рэй лучше не спорить. Пару минут она ждала Тео, комкая в руках одеяло. Рэй хотела увидеть Энакина. Сию секунду взять его на руки, чтобы поверить до конца, что он действительно есть, что он в порядке. Наконец, дверь палаты снова открылась, пропуская внутрь Тео с белым свёртком на руках. В полутёмном туннеле Рэй не смогла толком рассмотреть своего ребёнка. Она помнила, как малыш пронзительно кричал и как дрыгал ножками, пока Бен не завернул его в кусок чёрной запылённой материи. Потом, когда они выбрались из туннеля, Рэй была слишком потрясена видом руин замка и почти сразу заснула, как только оказалась в полевом госпитале. Она протянула руки к белому свёртку, чувствуя в Силе нерушимую связь с крошечным существом, что совсем недавно было частью её самой. Тео положил Рэй на руки младенца, постоял немного, прислонившись к стене. Он бы многое отдал, чтобы узнать, о чём Рэй думала в этот момент, когда смотрела на своего ребёнка, не замечая ничего вокруг. Он хотел знать, каково это, и надеялся, что скоро узнает. Тео вышел из палаты, оставив Рэй и Энакина наедине. Рэй с замиранием сердца смотрела на личико младенца. Она не слышала, как Тео ушёл, Рэй видела только своего сына. В прошлый раз у Рэй не было возможности рассмотреть его. Теперь она заметила, что у Энакина тёмные волосы, как у Бена. Рэй готова была поклясться, что волосы сына будут курчавиться. Только взглянув на него, Рэй поняла, что малыш – точная копия Бена за исключением одной детали. Энакин открыл глаза, с удивлением разглядывая незнакомое помещение. Глазки ребёнка были тёмно-голубыми. С возрастом глаза темнеют, но откуда-то Рэй точно знала, что взгляд её сына так и останется пронзительно-синим. Энакин посмотрел на Рэй, и в его эмоциях она прочла радость долгожданной встречи. Малыш узнавал её, знал, что Рэй – мама, самый дорогой на свете человек. Рэй чувствовала связь, которую невозможно разорвать. Самая крепкая в мире – связь матери и ребёнка. - Привет, Эни, - сказала Рэй. Малыш помнил её голос и рад был снова услышать его. Он улыбнулся и радостно пискнул. А Рэй с восторгом думала о том, что всё было не напрасно. Всё, через что она прошла, все испытания, что выпали на её долю, вдруг обрели смысл. К этому она шла. К светлой палате, где к ней пришло, наконец, осознание. Вот ради чего всё было. Ради белого свёртка, который Рэй не знала, как держать. Рэй не знала, сколько времени она сидела вот так, неумелыми руками пытаясь перехватить поудобнее запелёнатого ребёнка. Она могла бы бесконечно смотреть на него, наслаждаясь первозданно чистым Светом, что чувствовала в Силе. Но тут в коридоре раздались знакомые голоса, и сердце Рэй замерло на мгновение от радости. - Со мной всё в порядке, ясно? Я вполне способен идти сам! - Да будь моя воля, ты бы сейчас отходил от общего наркоза. Ещё раз заикнёшься про то, что можешь идти сам, и пролежишь месяц в стационаре, уж я это организую. Так что заткнись и не мешай мне работать! Рэй решила, что раз Бен нашёл в себе силы ругаться с доктором Снорини, то с ним всё хорошо. - Да какой стационар! – надрывался Бен. – Это же просто царапина! Само пройдёт! Последовавшая после этих слов пауза заставила Рэй улыбнуться. Она захихикала, представляя себе лицо доктора Снорини в этот момент. - Само проходит… - начал док. - Только у покойников, - закончил за него Бен. – Я знаю. - Если знаешь, то не порть здоровье себе и нервы мне. Дверь палаты открылась, и медицинский дроид вкатил кушетку на колёсиках. - Молчи, Рэй, - сразу сказал Бен. – Я выгляжу глупо. Рэй честно пыталась не расстраивать Бена ещё больше, но не смогла удержаться и уже через секунду смеялась в голос. Бен демонстративно отвернулся, что вызвало у неё новый взрыв смеха. Уж слишком непривычно он выглядел в больничной одежде, с пластырем, закрывающем пол-лица. Пока Бен при помощи дроида и доктора перебирался на кровать, Рэй зажимала себе рот рукой, мысленно повторяя, что здесь нет ничего смешного. Она знала, что наступать на правую ногу Бену ужасно больно, в этом, действительно, нет ничего смешного. Рэй и не подумала бы смеяться, если бы не стеснительно-обиженное выражение лица Бена. Он не хотел, чтобы Рэй видела его таким, была свидетелем его слабости. Рэй понимала, что её смех – страшный удар по его самолюбию, но ничего не могла с собой сделать. - Ладно, прости, - сказала она, когда плечи перестали трястись, и последние отголоски смеха затихли где-то внутри. - Что уж, смейся, - ответил Бен. С минуту он смотрел в стену. Рэй не видела его лица, но готова была поспорить, что уголки его губ подрагивают. Она сама уже давилась смехом. Они не выдержали одновременно. Страх, напряжение, пережитые страдания, всё осталось позади, воспоминания о боли потонули во взрыве безудержного смеха. Доктор Снорини улыбался, глядя на Бена и Рэй. Эти двое были самыми необычными пациентами за всю его долгую жизнь, и док знал, что они преподнесут ещё много сюрпризов. Энакин забеспокоился на руках у Рэй. Он брыкался, стараясь высвободиться из пелёнки и громко пищал, растревоженный яркими эмоциями, которые чувствовал в Силе. - Рэй, как ты себя чувствуешь? – спросил доктор Снорини. - Прекрасно, - ответила Рэй совершенно искренне. Теперь, когда Бен и Энакин с ней, Рэй чувствовала себя полностью счастливой. - Тогда я вас оставлю, - сказал доктор и, поманив за собой дроида, направился к двери. Как только они остались в палате одни, Рэй соскочила на пол и пододвинула свою кровать к кровати Бена. Только оказавшись в его крепких объятиях, Рэй поняла, как сильно ей этого не хватало. Она закрыла глаза, наслаждаясь спокойствием, которое ощущала лишь рядом с Беном. Рэй попыталась закинуть на него ногу, чтобы было удобнее, но случайно задела правое колено Бена. Он дёрнулся, но не издал ни звука. - Прости, - пробормотала Рэй. – Тебе больно? - Уже нет, - ответил Бен, крепче прижимая Рэй к себе. – Док говорит, это не очень серьёзно. Нога заживёт, плечо тоже, а на лице просто царапина. - Значит, теперь всё хорошо? – уточнила Рэй, ей очень хотелось услышать это от него. - Да, - уверенно сказал Бен. – Всё хорошо. Рэй потянулась к нему, одной рукой прижимая к себе ребёнка, а другой обнимая Бена за шею. Его волосы снова были чистыми и мягкими, Рэй с наслаждением запустила в них пальцы, перебирая тёмные кудри. Она целовала Бена со всей страстью, на которую была способна, и с нежностью, которую так хотела подарить ему. Она дарила Бену свою Силу, свой Свет, прогоняла из его души остатки смятения, излечивала раны. Её поцелуй, её неповторимый Свет были бальзамом для его исстрадавшегося сердца. Как же Рэй скучала по Бену!... Как же она скучала по его горячим губам, по его настойчивости, перемешанной с нежностью. Рэй почувствовала властные прикосновения сильных рук к своей талии, плечам, бёдрам. Бен тоже скучал по ней. В этом поцелуе Рэй отдавала Бену всё, что могла отдать, всю Силу, всю свою любовь и преданность. Рэй растворялась в нём, теряя саму себя. Это было немного страшно, осознавать, что вся твоя душа принадлежит другому человеку, но Рэй чувствовала покой и безопасность. В этот момент Энакин захныкал. Рэй и Бен в растерянности посмотрели друг на друга. Оба они понятия не имели, что делать, если ребёнок плачет. - Может, он голодный? – предположил Бен. Наверное, им многое предстоит узнать о том, как обращаться с ребёнком. Но пока что предположение Бена оказалось правильным, и малыш быстро успокоился. Некоторое время Бен смотрел на умиротворённое лицо Рэй и на своего сына. Вот за что стоит сражаться, подумал он. Когда-то Селина сказала Бену, что сражается ради своих детей, ради того, чтобы они жили в мире без Тьмы, страха и боли. Тогда Бен не понял её. Теперь же он понимал.