Издеваешься или на самом деле любишь?

      Белые-белые, почти ослепляющие снежинки медленно падают перед ногами. Утренний морозец щекочет совсем еще теплые щеки, а руки, что постоянно мерзнут, тонут в варежках и куртке.       «Вот почему вчера было так холодно» — думает он и запрыгивает в свой автобус.       Пусть до школы идти и недолго, но почему-то в такой мороз не хочется обветривать себе лицо. Он глубоко зевает, когда усаживается на место: всё-таки не выспался, хотя забил вчера на домашку. А сейчас едет в такую рань, чтобы хоть что-то сделать в школе.       Ёнджэ выключает музыку на телефоне и заходит в соцсети, чтобы немного отвлечься. Видит значок «новые сообщения» в общей беседе класса и чуть ли не подпрыгивает, когда понимает, что сегодня экзамен. Хоть и пробный, но экзамен же.       В сердце что-то екает, мозг просыпается, а потом до него медленно доходит: да пофиг, как-нибудь напишет (всегда так прокатывало), и немного успокаивается. Зато домашку можно не делать.       — Волнуешься? — приходит новое смс.       Ю уже хочет напечатать ответ, но автобус останавливается на нужной ему остановке, и парень выскакивает, быстро перебирая конечностями в сторону школы. Доставать из тепла руки и что-то печатать совсем не хочется. Ну уж нет.       Он проходит через ворота школы, почти поднимается по ступеням, но его тут же хватают за локоть и разворачивают на 180 градусов.       — Страх потерял? — шутит Дэхён серьезным голосом, отпуская младшего и открывая перед ним двери.       Тот быстро заходит внутрь и говорит:       — Холодно же, я бы себе руки отморозил.       Чон улыбается загадочно, стягивает с себя куртку и вешает на крючок в раздевалке, а потом смотрит за действиями младшего пристально слишком, будто пытаясь что-то отыскать в его движениях.       — Идем? — спрашивает старший.       Ю кивает и шагает следом за ним, поправляя по пути свой галстук.       В стенах школы по-настоящему пусто, тем более на верхних этажах. Дэхён останавливается где-то посередине лестницы.       — Тоже домашку не сделал? — и делает такой вид, будто и не спрашивает вовсе, а утверждает.       — Угу, — кивает младший.       — Тогда давай в спортзал. Там сейчас никого нет, — не дождавшись легкого кивка, он тянет его за руку.       Как только они оказываются внизу, они тут же плюхаются на маты и лежат так, подложив под голову руки.       — Ты знал, что сегодня пробный? Я вот совсем забыл…       — Только утром вспомнил.       Они молча смотрят на потолок спортзала, затем младший достает телефон.       — Я послезавтра уезжаю, — говорит старший как будто бы никому, в пустоту.       Ёнджэ ненадолго отвлекается и переводит взгляд в чужую сторону.       — На соревнования, — договаривает Чон.       Младший вздыхает, а с языка само по себе сходит:       — Придурок, — он то было уже себе надумал там, мол, как в детстве, опять бросает его.       — Что? — Дэхён даже поворачивается к нему, приближаясь, будто не расслышал.       — Ничего, — пытается отмазаться парень.       — Я же слышал, — старший хватает одной рукой за щеки и поворачивает его голову свою сторону.       — А что тогда спрашиваешь? — почти кряхтит младший, цепляясь обеими руками в руку, сжимающую свои щеки.       Чон прищуривается слишком нахальски, осматривает младшего с ног до головы, а потом выдает:       — Убежать ведь не сможешь, — Ёнджэ в это время перестает дергаться.       Дэ нехотя отпускает щеки, скользит рукой вниз, по телу младшего, и поправляет задравшуюся рубашку.       — Пошли уже, скоро звонок, — почти молниеносно вскакивает на ноги, закидывая на плечо рюкзак.       Ю встает следом, поправляя волосы.       — Это тебе, на удачу, — и протягивает тонкую ручку с какими-то надписями.       Целый день проходит как-то быстро: все-таки пробный экзамен занимает много времени. Ребята не спеша, один за другим покидают аудиторию, оставляя позади несколько часов мозгового напряжения. Только-только Ю успевает переписать с черновика последнее решение, как его ручка перестает писать.       — Паста закончилась, — вздыхает он, радуясь тому, что все-таки успел.       — Сдаем работы, — монотонно говорит один из преподавателей.       Выходя из аудитории, парень с каким-то наслаждением потягивается, прогибаясь как можно сильнее. Школа уже почти пуста, поэтому в коридорах раздается некое подобие умиротворенности.       За окном слышится легкая метель, и сразу же перед глазами у Ёнджэ представляется картина его «дома», холодного, неуютного и темного. И как бы он ни старался как-то это исправить, у него ничего не получалось. Лучше бы он жил в маленькой, но уютненькой комнате, из которой уходить не хочется, чем в большой, но совсем чужой.       Воспоминания о доме сами собой навеяли грусть, поэтому парень топал до раздевалки в каком-то раздумье. То ли хотелось остаться где-нибудь ненадолго, лишь бы сократить время, проведенное в стенах давящей квартиры, то ли плюнуть и просто пойти домой.       — Ты чего так долго? — слышится неожиданно уютный в этой атмосфере голос, — я уже думал идти искать тебя…       В руки приземляется куртка младшего, а сам старший уже начинает одеваться.       — Пошли скорее! — торопит куда-то Чон.       — Да куда опять? — младшему вот совсем некуда торопиться.       Но ответа так и не последовало, лишь быстрые нетерпеливые взгляды, из-за которых было не очень-то удобно.       Они заходят в продуктовый магазин, где Дэхён быстро что-то набирает в корзину, а Джэ только бродит по пятам, иногда теряя из виду знакомую куртку, но все же не останавливается и выбирает себе на ужин какие-то сладости.       — Ты что, только конфетами что ли питаешься? — удивляется старший, когда Ю расплачивается за покупку.       В ответ неопределенно хмыкают. Когда они выходят из магазина, Ёнджэ тихонько спрашивает:       — У тебя сегодня есть тренировка?       — Конечно, скоро надо ехать…       — Понятно, — тянет как-то неуверенно.       Когда они доходят до ненавистного Ю дома, Чон оборачивается:       — Возьми, пожалуйста, этот пакет к себе. Я его попозже заберу, — и тянет свою покупку.       — Хорошо, — улыбается младший, — до завтра…       — Я скоро приду, не прощайся со мной, — и тыкает пальцем в перчатке в нос, тут же быстрыми шагами скрываясь из виду.