Генри Айзен

      Чувство, что его нае… на ежика считают похожим не оставляло Айзена. Оборотень нажаловался директору, директор потребовал у шинигами объяснений, шинигами объяснил и по настоятельной просьбе-приказу отправился к Дементору за подробностями. Въевшаяся в подкорку привычка на официальных встречах выглядеть, собственно, официально, привела к тому, что Поттер обрядился в почти привычную форму богов смерти, только с уклоном в европейский стиль (вместо косоде и хакама рубашка и брюки, вместо сандалий полусапоги, вместо хаори тренчкот… единственное что осталось неизменным — цвета и иероглиф «5» на спине). Теперь же весь такой красивый бывший капитан пятого отряда стоял выслушивая длинный и крайне нудный монолог Дементора. Пустой оказался необычным адьюкасом, пусть не особо сильный, зато он мог делиться бесконечное количество раз, лишь немного проседая по реацу. Строго говоря, от съедения Айзена спасло только замешательство твари, не ожидавшей увидеть жнеца там, где их не было уже порядка шести столетий. В пятом часу утра Дементор наконец закончил свою «лекцию» и улетел куда-то к границам территории, а шинигами с трудом переставляя ноги направился в башню Гиффиндора. Спать. И пусть весь мир подождет. Утро следующего дня       У Рона Уизли было очень плохое утро. Каждое утро когда нельзя поваляться подольше уже было плохим, но сегодня… — Удачная ночь, Гарри? — Весело спросил Финниган. Поттер, щеголявший довольной и слегка не выспавшейся физиономией, утвердительно фыркнул, чем уменьшил настроение Шестого еще больше. Разозленный на весь мир и, в особенности, на этого везунчика Поттера, напридумывавший себе невесть чего, сгорающий от зависти Рон потащился вслед за «другом» на завтрак. По пути к ним присоединилась эта поганая грязнокровка Грейнджер. С трудом подавив желание сплюнуть, Уизли поторопил Гарри, краем уха слушая объяснения откуда и зачем тому белый плащ с неизвестным символом на нем. «Выпендрежник» в приступе зависти подумал Рон, услышав «Твилфитт и Таттинг». От рассказа что он думает о своих вероломных друзьях, их спас завтрак. Едва еда появилась на столах, Рыжий забыл обо всем и начал жрать. Жрать-жрать-жрать. В своем представлении он ел изыскано, аккуратно помещая в рот каждый ровно отрезанный кусочек, тщательно пережевывая до полного разрушения межмолекулярных связей (пусть он не имеет никакого представления что это за связи). На деле, вокруг него уже образовалась «зона отчуждения» метра на три, за пределами которой однокашники спасались от крошек и брызг летевших во все стороны. После завтрака первым уроком зелья. Ненавидимые Роном зелья, да и не нужные — зачем будущему Чемпиону Мира По Квиддичу зелья? Совершенно не нужно. Все эти занудные теории, мерзкие компоненты, кому это вообще может понравиться? Только ничтожным ботаникам типа воронов и все. Еще барсукам, но там все тупые. За своими размышлениями, Уизли не заметил, как пришел в класс, сел за парту со своим «другом» Гарри Поттером и начал варить зелье. Очнулся он только когда его запястье оказалось сжато как в тисках рукой собственно Поттера. — Рон, мой дорогой друг… Скажи пожалуйста, где в рецепте указано добавление лепестков семецветки? — Ну Гарри… — Что «ну Гарри»? Значит так: стоишь смирно, ни к чему не притрагиваешься, понял? — Да, но… — Помешаешь — котел на голову надену. Вопросы? —… — Не слышу. — Нету. — Пробурчал Уизли. Злость по поводу урока зелий вместе с обидой на Гарри смешались в настолько гремучую смесь, что Рыжий не задумываясь схватил со стола горсть неизвестно чего и сыпанул в котел. Прежде бледно-красное зелье почернело и, загустев до состояния киселя, начало издавать запах жженой резины. Через пару секунд вся аудитория могла наблюдать как Шестой с котлом на голове (горячим котлом, да и испорченное зелье не освежало) выдает что-то вроде пляски святого Витта. Снейп парой небрежных взмахов сняв котел и очистив Рона произнес: — Вообще Поттер, за такие выкрутасы как минимум отправляют на отработку до конца года, но принимая во внимания ситуацию… двадцать баллов гриффиндору, зачет за сегодняшнее зелье и можете идти. Уизли в больничное крыло, живо. — Пунцовый от ярости и боли Рыжий вылетел из класса, Гарри собравшись неторопливо вышел вслед. Ближе к вечеру, кабинет директора. — Это того стоило? — Дамблдор с интересом ждал ответа от шинигами. Тот изучив предоставленное врачебное заключение ответил: — Более чем. — и не дожидаясь нового вопроса продолжил: — Уизли всего за один день сумел надоесть мне до крайности, а я очень даже терпелив. — Чешуя, изменение цвета кожного покрова на зеленый, щупальца вокруг рта, крылья, выросшие из поясничного отдела… — Хуже не стало. Не так ли? — Так. Хорошо. Итак, что с дементорами? — Достаточно необычно. — Айзен задумался. — Он утверждает, что заключил договор, залогом которого стала его маска. — Маска? — некоторое недоумение в голосе Сосуке насторожило Альбуса. — У каждого пустого лицо прикрывает своеобразная маска, он может снять ее став таким образом арранкаром, но этот пустой… Дементор не столько снял маску, сколько отделил. Ума не приложу как. — Думаю у тебя будет время подумать, прости за каламбур. Где эта маска известно? — В месте где много камней. — Что?! — Так он сказал. И это точно не скалы. — Уверен? — Он сказал. Есть что-то на примете? — Есть. Что нужно искать? — Что угодно. Маска не обязательно похожа на человеческое лицо, она может быть звериной мордой, геометрическим телом или еще целым рядом различных предметов. Лучше искать по ощущениям. — Каким именно? — Схожим по воздействию с дементором. А, и она имеет очень яркий, белый цвет. Матовый белый. Дамблдор со вздохом откинулся на спинку кресла. Мало осколков Тома, еще маски искать… Не мальчик уже. И к слову о мальчиках. — Ко мне приходила мисс Грейнджер: она подозревает, что ты это не ты. — Проницательная девочка. — Что намерен делать? — Ничего. У нее при всем желании фантазии предположить что именно случилось не хватит, пожалуй стоит усыпить ее бдительность. — Будь осторожен. И пожалуйста, не надо больше калечить студентов. — Э… — Одного достаточно. Доброго вечера. — Доброго, директор. — Буквально выгнанный из кабинета Айзен покачал головой и неторопливо направился в библиотеку. Директор директором, дементоры дементорами, а домашку никто не отменял. Следующий день, рано утром, Стоунхендж.       Альбус закончил накладывать известные ему сканирующие заклинания и хмуро посмотрел на их цель. Ярко-матово-белая маска в форме довольно милого женского личика с четырьмя рожками и зубастой ухмылкой от уха до уха, как-то издевательски и даже несколько ехидно лежала на центральном камне Стоунхенджа. Единственный вопрос — как ее еще не забрали… хоть кто-нибудь? «К черту. — подумал Дамблдор, — скажу Жнецу где ее искать, пусть сам разбирается, ему по должности положено.» Наложив несколько десятков разных ограждающих чар волшебник аппарировал. Через пару секунд из-за одного из менгиров вскочил черный пес, покрутился вокруг заколдованного камня и тихо гавкнув также исчез.