Бунтари и Революционеры

      Нацу не хотел открывать глаза. Он чувствовал соленый запах океана, теплые солнечные лучи на коже и легкую прохладу от капель. Происходящее казалось ему чем-то неуловимым, возможно, слишком реалистичным сном, пока не услышал вполне реальный голос, его торса коснулись вполне реальные холодные мокрые волосы. Нацу взвился, раздался смех. — Не подкрадывайся так! — ворчал он, подняв солнечные очки с переносицы. — И вообще, ты холодная! — Драгнил, какой ты неженка, — рассмеялась блондинка. — Я предлагала еще со мной искупаться, но нет. Ты как кот. — Кот? — девушка улеглась на него, игнорируя недовольные вздохи. Люси уютно устроилась на Драгниле. Он обнял её. — Ага, — Люси сонно причмокнула. — Тянешься ко всему теплому, — Нацу улыбнулся, снова надев солнцезащитные очки. — Не понимаю, как ты можешь столько купаться. Я-то думал, ты устала… — Это когда я за ластами пришла? — Да! — Девушка рассмеялась. — Надо хоть немного от воды отдыхать. И вообще, шляпу надень, голову напечет. — Люси проворчала что-то невнятное. Нацу потянулся на соседний шезлонги и вскоре надел на голову девушке бежевую шляпу с широкими полями. Она недовольно буркнула, уткнулась холодным носом в его изгиб шеи.       Они ещё какое-то время полежали так. Вскоре Люси перелегла на соседний шезлонг. Глаза слипались от усталости и она уже хотела задремать, как вдруг в поле её зрения попали две молоденькие нимфетки. Девушки, сидящие у воды, хихикали, периодически «незаметно» оглядываясь на Драгнила. Будто в довершение представления, одна из них начала мазать подругу солнцезащитным кремом, пока та сексапильно выгибала спину.       Вдруг одна из них встретилась взглядом с Хартфилией. Девушки заторопились уйти как можно быстрее. Нацу задумчиво посмотрел на них, перевёл взгляд на блондинку. — Что с лицом, дорогуша? — Выбесили, — театрально прошипела Люси, сложив руки на груди. — Засматриваются на тебя… а я тут тону в реках из их слюней. — Ну что поделать, если я такой красивый? — рассмеялся Нацу. — Драгнил, губу закатай, — строго сказала девушка. — Ты мой, так что не зазнавайся.       Он лукаво улыбнулся, отправил ей воздушный поцелуй. Девушка закатила глаза, отвернувшись от парня, но, видимо, такой расклад ему не понравился, поэтому Нацу быстро пересел на шезлонг Хартфилии, посадил её себе на колени. — Мне вот тоже не нравится, что на тебя всякие парни заглядываются. — Ну что поделать, раз я такая красивая? — наивно спросила Хартфилия. — Одно радует. — Он поцеловал её в щёку. Девушка уловила ход его мыслей, уверенно улыбнулась, вытянула левую руку вперёд. На безымянном пальце игриво сверкало золотое обручальное кольцо. Нацу уткнулся носом ей в висок, вдыхая запах волос и моря… — Драгнил, нельзя быть настолько собственником. — Драгнил, ты холодная, так что хватит купаться, — он взял полотенце со своего шезлонга и бережно укутал им недовольную Люси. Драгнил растирал её замерзшие руки, периодически целуя Хартфилию. Несмотря на свадьбу, Люси так и не сменила фамилию, чем очень задела Нацу. Однако, понимая, что эту бестию не переубедить, парень позволял себе называть её по фамилии. По его фамилии… — Вообще поражаюсь, как кольцо не слетело во время твоих заплывов. — Ловкость рук и никакого мошенничества.       Солнце ещё не до конца скрылось за горизонтом, невыносимая жара немного спала. Люси смыла в душе морскую соль и, обернувшись в полотенце, вышла на балкон огромной виллы. Девушка любила подолгу смотреть на спокойный океан и свежую зелень. Во всём этом она находила недостающий покой и гармонию. Она поглубже вдохнула. — Не боишься, что какой-нибудь дикарь заберётся на балкон и похитит тебя? — раздался насмешливый голос.       Люси обернулась. Нацу, сложив руки на груди, облокотился на дверной косяк, наблюдая за супругой. — Ты же знаешь, что я смогу этому «дикарю» пару ребер сломать? — Драгнил рассмеялся. Он подошёл совсем близко, обнял жену со спины. Люси тяжело вздохнула. — Поверить не могу. Хотя… Нет, могу, просто боюсь, — Нацу развернул Люси к себе лицом, не отпуская её плеч. — Что такое, родная? — Нацу, я боюсь верить во всё происходящее. Что нам не нужно больше бороться…       Драгнил крепко обнял Люси, поцеловал её в макушку. Блондинка закрыла глаза, обняв парня. — Всё хорошо, — тихо сказал он. — Мы через столько прошли, так что заслужили это спокойствие. Я здесь и никуда не исчезну. — Знаю. Просто… — она чуть отстранилась, устало выдохнула. — Ладно, закроем тему. Мы и правда заслужили этот отдых. Кстати, на сколько ты выкупил виллу? — Выкупил? — удивлённо спросил он. Девушка настороженно кивнула. Драгнил с самодовольной улыбкой сказал: — Люси, я её купил. — Ты ЧТО сделал? — Люси так резко подняла голову, что ударила макушкой подбородок парня. — Я могу купить дом в любой точке мира — для меня не проблема. Тем более для того, чтобы порадовать мою супругу, — он широко улыбнулся. — Ты дурак? — её бесило его спокойствие. Люси попыталась выбраться из цепких объятий мужа, но тот перехватил её поудобнее. — Сколько стоил этот дом? — Какая разница, если это мой тебе подарок? — Нацу, это очень дорого! — Люси! Послушай меня внимательно, — серьёзно сказал Нацу, посмотрев девушке в глаза. — Ты столько из-за меня страдала, но всё равно осталась рядом. Даже когда у меня ни копейки не было. Люси, — парень вновь прижал к себе девушку, уткнувшись носом ей в волосы. — Ты сделала для меня так много, что мне и вовек не расплатиться. Ты любишь меня, ничего не требуя взамен, поэтому я хочу дарить тебе такие подарки. Хоть каждый день по машине, дому или же бриллианту, — он тихо рассмеялся, чувствуя, как её тонкие руки обвили его талию. — Я вообще не понимаю, за что ты меня любишь. Но я хочу видеть твою улыбку каждый день. — Я не из-за подарков улыбаюсь, дурак. — И эта одна из причин, почему я люблю тебя. — Нацу поднял голову, посмотрев ей в глаза. — Так что не вредничай, родная. Я хочу жить здесь столько, сколько ты захочешь. — А если я захочу жить здесь всю жизнь? — Люси лукаво улыбнулась. — Не захочешь, — он хитро улыбнулся, чмокнул её в щеку. — В тебе есть русская кровь, так что рано или поздно тебя потянет к снежным вершинам.       Люси с удовольствием смотрела на своего супруга. Он был грациозен и красив, каждый день она открывала в нем новую черту характера. Блондинка с удовольствием слушала парня, хотя и знала практически всё о нем…       Он впервые любил так сильно. Когда-то недостижимая девушка теперь принадлежала ему телом и душой. И свидетельствовало об этом кольцо на её безымянном пальце.       День подходил к концу. Нацу развалился на мягкой кровати, прикрыв глаза. Люси легла рядом с ним, положила подбородок на подушку и не отрывала взгляда от Нацу. Парень, не открывая глаз, улыбнулся: — Что? — Мне нравится, как смотрится кольцо на твоем пальце. — Какая прелесть, — Нацу вслушивался в её голос, представляя самоуверенную улыбку супруги. — Как ты думаешь, все эти подарки, женитьба… Все это, после рек крови. Что это? — Внутри у него вдруг всё сжалось, в голову что-то ударило. — О чем ты? — настороженно спросил Драгнил. — Что для тебя всё… Это? — От его дремоты не осталось и следа… но почему её голос звучит будто из далека?.. — Долгожданное счастье? — Это отчаяние, милый.       Драгнил открыл глаза, резко сев в кровати. Он осмотрелся вокруг с ужасом понимая, что сидит в своей постели, в однокомнатной квартире. Рядом с кроватью валяются его вещи, которые ему было лень положить в шкаф, а к себе он прижимает излюбленную подушку Хартфилии, впитавшую в себя запах девушки.       От шока парню стало тяжело дышать, глаза заблестели от внезапно подступивших слёз. Он не знал местонахождения Люси, не знал, жива ли она. И впервые за долгое время Драгнил, стиснув зубы, заплакал. Страх за её жизнь, стыд за собственную бесполезность и отчаяние подступили к горлу и вышли горькими слезами Драгнила. Нацу и не помнил, когда он плакал в последний раз, но сегодня, после такого осязаемого счастья, удар о реальность застал сильного парня врасплох.       Люси думала, что после тренировки проспит до утра, но ночь выдалась беспокойная. Во сне она чувствовала тепло, в комнате будто витал тот запах соленого океана. Хартфилия села в кровати, подтянула колени к подбородку, обняла их руками. Счастье мимолетное, но такое реальное… Теперь эта комната казалась ей сном, а сердце почему-то заныло. Девушка опустила взгляд, в голове крутились ненужные, неизвестно откуда появившиеся, вопросы: «Нацу, что с тобой? Тебе больно? Почему сердце скулит?». Хартфилия закусила губу, боясь даже поверить в то, что солнце, море и дом — были сном. Теплым, самым желанным сном. Сном, в котором был он…