Фетиш

Литва с сомнением посмотрел на свое отражение в зеркале. Коротенькое пышное платье горничной, чулки с подвязками, маленький чепчик. И что только за пристрастия у России? С удивлением Торис отметил, что выглядит довольно неплохо. Но все равно – странно. Вчера вечером Иван отпустил всех по домам, дав им недельный отпуск. Страны разъехались быстро, всем хотелось побыть дома и подальше от Брагинского. Раз в три месяца Россия распускал всех. Дома оставались только он и Литва, который не получал такой роскоши, как поездка домой. Но и остальные бывали дома только потому, что Россия хотел побыть наедине с Торисом. Литва уже привык к тому, что Иван влюблен в него этой странной и пугающей любовью. Он не мог сказать, что чувствует то же самое, но руки Брагинского, крепко стискивающие его тонкую талию, определенно приносили некоторое удовольствие. Пусть это удовольствие пришло и не сразу, но все же лучше так, чем находиться на грани истерики все то время, что они проводили наедине. Но платье – это выход за рамки. Это было унизительно, но отказать Торис не мог. Россия всегда получает свое, и лучше согласиться добровольно, иначе Брагинский переходил к наказаниям, да таким, что сидеть потом было невозможно. Услышав тихие шаги, Литва обернулся и уставился на Ивана, который практически сиял от удовольствия. - Почему подол такой короткий?! – Торис попытался спустить его ниже, - Ничего не прикрывает! - Я экономил на ткани. Ну, и…Зачем прикрывать-то? Россия поглядел на него самым невинным взглядом. Торис всегда удивлялся, как Ивану удается совмещать такое милое лицо и такой ужасный, распущенный характер. - Не нужно было шить вообще! Литва старательно пытался скрыть смущение, но от внимательно взгляда Брагинского по телу проходила дрожь, заставляя щеки краснеть. - Слушай…- Иван подошел чуть ближе, а Торис инстинктивно отошел на шаг назад, – У тебя такие стройные ноги. - Я много тренируюсь!.. Торис паниковал, сам не зная почему. Этот раз не будет отличаться от многих других. Иван возьмет свое, как бы Литва не упирался. Хуже всего было от осознания, что сопротивляться совершенно не хочется. - Если тебе так не нравится форма, можешь снять её прямо сейчас. Россия играет с ним, как кот с мышкой, которую он уже заполучил, но не собирается есть сразу, он хочет порезвиться с ней, чтобы растянуть удовольствие. - Э-э…Мне пора, работа не ждет. Быстро развернувшись, Литва пошел к двери, шурша своей пышной юбкой. Он кожей почувствовал, что Иван кинул на него взгляд, полный желания. А потом Брагинский нагнал его и резко приподнял юбку. Литва вскрикнул и отскочил от него к столу. - Что?!…Что вы делаете?! Парень уперся бедрами в небольшой столик, пытаясь держаться подальше от России. Иван удивленно глянул на дрожащего любовника. Торис вызывал в нем просто бешеное желание своим поведением и соблазнительным видом. Ему чертовски шло платье. Он выглядел в нем слишком беззащитно, и было бы глупо этим не воспользоваться. - Решил проверить твое белье, - Усмехнулся русский. Литва сильнее вжался в столик. - Н-не стоит! Зачем вам еще и белье проверять? Отвлек их обоих звук упавшей вазы, которая ударилась об пол и рассыпалась на маленькие кусочки. Сердце Литвы рухнуло к желудку и резко подскочило обратно, забившись так сильно, что стало тяжело дышать. Торис упал на колени, собирая осколки. - П-простите, Россия! – Он с ужасом в глазах поднял взгляд на Ивана, - Я все уберу! Брагинский прикоснулся пальцем к губам, делая вид, что о чем- то размышляет. - Это была очень дорогая ваза, – Ваня на секунду прикрыл глаза, - М-м-м, а что же делают с оплошавшими горничными? Литва начал молиться всем богам, только бы его оставили в покое. - Их наказывают! – Брагинский счастливо улыбнулся. - Простите! Простите! Простите! Простите!

***

«Наказание…Ага, как же». Литва стоял на коленях перед Россией, который теперь опирался на тот самый столик, и старательно облизывал его возбужденный член. Прикрыв глаза, он медленно обвел языком каждую венку и взял в рот головку, посасывая её и причмокивая. Россия тяжело дышал и бросал взгляды на макушку Ториса, который так усердно делал ему минет. - Я слышал, что горничных надо наказывать именно так. Разве нет? Голос у Ивана был низкий, с хрипотцой – завораживающий. Россия чуть подался бедрами вперед, толкая член в самое горло, глухо выдыхая. Литва на мгновенье отстранился. - Кто вам это сказал?! Торис возмутился такому предположению, впрочем, сразу возвращаясь к своему занятию. Он не мог сопротивляться Брагинскому из-за опасения, что тот ему кости переломает. Впрочем, в этом он убеждал сам себя, что это все из-за страха, но собственный вставший член этому противоречил. Литве было стыдно признаться, что он возбудился только от ощущения горячей, влажной плоти во рту. Торис повел ногами, пытаясь хоть немного унять болезненное возбуждение. Он не видел, что Иван обратил на это внимание. Россия сжал его волосы на затылке и отстранил. - Литва, ну-ка встань. Торис мгновенно покраснел и потупил взгляд. Если он встанет, то Брагинский все поймет. Это будет настоящий позор! - Ну? Он не мог не подчиниться. Литва осторожно поднялся на ноги, стараясь не смотреть России в глаза. Иван буквально прожигал его возбужденным взглядом. Тяжело дыша, Торис пытался скрыть свое состояние, но выходило у него плохо. - Ты чего съежился? – Иван улыбнулся, разглядывая любимого подчиненного, - Я разве делаю тебе больно? - Я…Нет…Просто… Литва не знал, что сказать. Он прижал руки к груди и чуть наклонился, чтобы его возбужденная плоть не топорщила платье. - Подними юбку. Литву прошибла крупная дрожь. Он широко распахнул глаза, все еще надеясь скрыть возбуждение. Но ему было очень страшно, потому что Брагинский так этого не оставит. Так и не решившись выполнить приказ, Торис замер на месте. Иван рывком притянул его к себе и повернул, спиной прижимая к своей груди. Россия медленно провел руками по его бедрам, поднимая юбку. Одной рукой он скользнул к сжавшемуся отверстию, массируя его, а другой обхватил возбужденный член. Литва схватился за его руку, пытаясь остановить. - Ого, ты уже… - Торис простонал от уверенного движения руки Брагинского, - У тебя встал, когда ты… - Нет, это неправда! – В отчаянии закричал Литва и попытался вырваться. Иван прижал его сильнее и сжал рукой член, делая приятно. Торис дернулся и застонал. - Врешь. – Жарко прошептал на ухо Брагинский и провел по нему языком, вырывая тихие вздохи, - Как нехорошо. Литва всхлипнул, и по щеке у него скатилась слеза. Для него было слишком много эмоций. Они переполняли его – возбуждение, страх, стыд. И бешеное желание ощутить, как Иван будет проникать в него, принося ни с чем несравнимое болезненное удовольствие. - Скажи правду. – Россия обвел пальцем головку его члена. Литва всхлипнул и сильнее вжался в грудь Брагинского. - Я хочу… Сделайте это… Россия отпустил его, толкая на пол. Литва лег на спину и сам раздвинул ноги, не дожидаясь, пока это грубо сделал бы Россия. Иван опустился на него и приставил три пальца к губам. Торис взял их в рот и старательно облизывал, чтобы подготовка была менее болезненной. Но как бы Россия его не подготовил, принимать Литве всегда было больно. Он никак не мог привыкнуть к размерам Брагинского. Иван вытащил пальцы и вставил сразу два, раскрывая колечко мышц. Торис дернулся и захныкал. Было больно. Россия наклонился и провел языком по его шее, делая приятно. Вставив третий палец, Иван двинул ими, задевая чувствительный комок. Литва выгнулся и простонал. Брагинский оторвался от его шеи и заглянул в глаза Торису. Тот выглядел просто великолепно. Раскрасневшийся, смущенный и возбужденный. Выдохнув, Брагинский вытащил пальцы и приставил головку члена. Иван провел руками по стройным упругим бедрам и вцепился в ягодицы. Он резко толкнулся, сразу входя до основания. Торис вскрикнул от боли, вцепляясь руками в длинный ворс ковра. Иван двинул бедрами, не отрывая внимательного взгляда от своего любовника. Литва приоткрыл глаза и посмотрел в глаза Ивана, которые были наполнены страстью. - Ро-Россия… - Выдохнул Торис, пытаясь сдерживать особо пошлые стоны. - Потрясающе, Литва. – Брагинский улыбнулся. – Ты потрясающе выглядишь. Иван переместил руки ему на бедра, до синяков сжимая нежную кожу. Прикрыв глаза, Россия задвигался быстрее. - П-Перестаньте, пожалуйста!.. От переизбытка чувств Торис не знал, как ему себя вести. Движения Ивана приносили потрясающие ощущения, но остатки гордости вопили, чтобы Литва остановил это любыми способами. - Почему? - Россия уставился на него, пожирая глазами. – Тебе же до дрожи нравится. Войдя до самого основания в дрожащее тело, Брагинский остановился, наслаждаясь ощущениями. Литва был восхитительно узким и теплым. Иван не хотел, чтобы это прекращалось. Торис прикрыл свои зеленые глаза, только бы не видеть Россию, который смотрел на него, как на вещь, с которой можно делать все, что захочешь. Он сосредоточился на своих ощущениях и старался сдерживать стоны. Но это было слишком приятно – ощущение большого горячего члена внутри, который задевал простату. По щекам покатились слезы. Литва потерялся в ощущениях. Его тело сгорало от возбуждения и волн наслаждения, жара, что пульсировал внизу его живота. - Ты завелся в такой ситуации, Литва. Ты настоящий извращенец. Торис вздрогнул и плотно сжал губы, чтобы не издавать ни звука. Россия снова с силой задвигался в нем, нарочно, при каждом толчке, задевая простату. Его заводил такой вид подчиненного. Литва так старался скрыть, что ему приятно от действий Ивана, но получалось откровенно плохо. Все его тело вздрагивало при каждом глубоком толчке, без слов говоря, как ему хорошо. Литва, покорно сносивший все толчки, думал только о том, как это унизительно. Он не понимал, как мог возбудиться, но глупо это отрицать. Дрожащими руками он пытался прикрыть подолом платья свой возбужденный орган. Иван снова остановился и с хитрой улыбкой уставился на Ториса. - Слушай… Может ты мазохист? - Н-Не правда! Иван медленно вышел полностью и сразу толкнулся до основания, ладонью шлепая Литву по упругим ягодицам. Торис громко вскрикнул, а затем пошло простонал, кончая себе на живот. Он дернулся, дугой выгнул спину и обмяк, без сил раскинувшись под Россией. Брагинский достиг разрядки через пару толчков, громко простонав и уткнувшись Торису в шею.

***

Литва сидел на полу и пытался собрать осколки злополучной вазы. Его еще трясло, а руки отказывались слушаться. Он был погружен в свои мысли. Подумать только, они сделали это трижды, с перерывом в несколько минут! Торис схватился за прядки волос, пытаясь прийти в себя. Он чувствовал себя как эта ваза. Он был разбит. Все тело ныло и требовало отдыха, но мозг отказывался успокаиваться, лихорадочно ища оправдания всему, что недавно случилось. Литва даже подумал, что Иван прав. Может, он действительно мазохист? Ему ведь это понравилось, несмотря на все попытки сопротивления. Ему понравилось, как Иван грубо взял его, как ударил его, как кусал за шею. А тяжелое дыхание в ухо заставляло тело подрагивать от накатывающего возбуждения. Торис тряхнул головой. Это Россия одевает его в платья! Это Россия придумал так его наказывать! - Да черт! Это все Россия виноват! – Закричал Литва, не справившись с эмоциями. За спиной раздалось деликатное покашливание. Торис почувствовал, как его внутренности скрутило в узел. Тем временем, Иван присел с ним рядом и улыбнулся своей излюбленной улыбкой маньяка. Литва в ужасе широко распахнул глаза. Эта неделя будет самой долгой в его жизни.