Брони в Эквестрии

      Весь остаток дня мы провели у Флаттершай. Отойдя от первого потрясения, все пони захотели получше узнать, что же это за Вай-Фай такой, и при чем тут Дискорд. А как это связно объяснить пони, которые вообще ничего не знают ни об интернете, ни даже о компьютерах?       Мой рассказ затянулся часа на полтора, да и то особой связности не вышло, так что все полностью поняла только Твайлайт, которая привыкла впитывать любую, даже самую невероятную информацию.       Рэрити уяснила для себя только самое основное и большую часть времени рисовала что-то на салфетке, Флаттершай была слишком близка к природе, чтобы ее хоть как-то заинтересовали умные железные машины и двоичные коды, и слушала просто из вежливости, в отличии от бестактного Дискорда, который откровенно спал почти всю лекцию.       Мда… Вроде бы и тема моя любимая, и про компьютеры я много чего знаю, даже немного программированию училась, а на словах получается смято и непонятно. Как там Бараш говорил: «Белиберда несусветная»? Вот-вот, так и получается.        Впрочем, телефоном мы с Твайлайт пользовались очень активно, хоть и неудобно копытами обращаться с сенсорным экраном, а телекинез на него не действует. Пришлось мне вспомнить древнее искусство тыкания в телефон носом, которым я пользуюсь только зимой, когда руки в перчатках.        Я показала Твайли кое-какие сайты, фикбук в том числе, быстро списалась с подругами ВК, чтобы они не переживали, куда это я пропала. Как и следовало ожидать, девочки не поверили, и даже селфи с Дискордом их не убедило, после чего Лололошка просто добавила меня в ЧС, а Пинкамина (ее настоящее имя Диана, а ник она взяла из безграничной любви к одной розовой кобылке) куда-то пропала. Ну и ладно.       Мы уже досматривали вторую серию МЛП, когда телефон ясно дал понять, что его аккумулятор не вечен и в Эквестрии, на этот раз, к счастью, вполне мелодичным сигналом, а не криком аниматроника.       На время просмотра мультика все немного приободрились, и даже Дискорд открыл один глаз и внимательно смотрел на светящийся экранчик. Как же это все-таки здорово — смотреть цветных коней и одновременно чувствовать, что они тут, рядом с тобой, и ты сейчас одна из них.       Однако разряженный телефон лучше не искушать, а то имеет он такую вредную привычку, отключается совершенно внезапно, и не подает признаков жизни, пока его снова не зарядишь. Что же, извините, девочки, кина не будет, электричество кончилось.       Флаттершай встряхнула гривой и попросила помочь с кормежкой животных. Дискорд состроил недовольную мину и улетел в закат, и теперь мы были просто обязаны остаться, не бросать же Флатти одну с целой оравой зверей.        Как оказалось, далеко не все кролики такие же злые, как Энджел, а даже наоборот. Я чуть не растаяла от умиления, просто наблюдая за этими меховыми комочками. В последний раз я так сильно умилялась только прошлой весной, когда суровый и накачанный физрук купил у меня на масленичной ярмарке корзиночку с бумажными розами, чтобы подарить их своей маме. Мимимимими.       Так же я еще раз убедилась, что меня просто обожают кошки, на что Рэрити высокомерно заметила, что это я еще Опал не видела. Потом я долго пыталась объяснить собравшимся вокруг меня, что истерический хохот меня пробил вовсе не на нервной почве, а также кто такая сильная и независимая женщина и почему меня так смешит одна мысль о том, что Рэрити сильная и независимая. Так и не поняли.

***

      В замке Твайлайт я оказалась уже под вечер, усталая, но веселая, и хотелось одновременно завалиться сейчас на кровать с книгой и пойти погулять с кем-нибудь еще. Как гласит народная мудрость, не знаешь, что делать — послушай музыку. С этой целью я и открыла телефон. Только с этой целью.       Страница с диалогами была загружена еще когда было подключение, и в «Сахарном Уголке» отображалось новое сообщение.       Пинкиамина Диана Пай. Да. Писала она. И на этот раз в ее сообщении не было ни обвинений, ни насмешки, ни игривости. « Мира… Я съездила к тебе, а ты… Мира, прости меня…»       Ох… На мои глаза навернулись слезы. Я быстро перебралась на кровать и обеими копытами схватила Сомбрика. На его мордочке выражалась вина и сочувствие.       Бывает и так, что обыкновенная плюшевая игрушка становится твоим лучшим другом, и тогда неживая мордочка может передавать все эмоции. Вот и сейчас белоснежный Сомбринский оскал превратился в грустную улыбку, а прищуренные красные глаза словно говорили: «Прости, но я лишь игрушка и не могу ничего для тебя сделать». Да и никто не может.       Телефон жалобно пискнул и вырубился, но он сейчас не был мне нужен. Зачем? Последнее сообщение Дианы я в момент выучила наизусть, а больше мне от него ничего и не нужно. В голове крутилась песенка Эльзы. Отпусти и забудь, Этот мир из твоих грёз. Отпусти и забудь, И не будет больше слёз.       Слёзы были. Я уткнулась в шерстку Сомбры и откровенно разрыдалась, стараясь только не всхлипывать слишком громко, а то еще придет Твайли, начнет меня утешать…       Всё-таки я даун. Зачем я такое написала?       Но я же не думала, что моя смерть её так ранит. Она и Марина (которая Лололошка. Та ещё тварь) никогда за меня не волновались. Даже когда мне руку сломали — они обе просто хмыкнули и пошли в туалет, глаза красить. А тут вот такая реакция.       Никогда не видела, чтобы Дианка плакала. Мои слёзы видел только Сомбрик, Марина рыдала из-за каждого расставания с Олегом (типа её бойфренд, который параллельно крутит ещё с тремя девчонками и ко мне подкатывает), а вот Диана… Она всегда была такая спокойная, немножко игривая и серьезная. Любила шутить. Интересно, она действительно плачет, как я сейчас? Или нет?       Слёзы потихоньку высыхали, грустная улыбка Сомбрика снова переходила в злобный оскал, который я так обожала. Да, всё-таки это действительно так — имея не ценим, потерявши — плачем. Меня тоже никто не ценил. А теперь плачут.       А может и ценили. Кто знает. Интересно, Диана родителям рассказала? Надо будет её попросить, чтобы она не говорила про переписку, а если уже рассказала, то что-нибудь соврать. Не надо чтобы родители знали. Им это не нужно. Пусть не волнуются за меня — в Эквестрии всё, однако, не так радужно, как мне казалось вначале. Поэтому лучше пусть меня похоронят, а вещички в детдом отдадут. Эх, какие у меня весёлые мысли.       Надо лечь поспать. Только вытереть глаза перед этим, а то если кто-нибудь зайдет сюда и увидит эту размазюканную тушь на щеках, то сразу всё поймет. Да. Рэрити накрасила мне ресницы. Понятия не имею зачем. Они и так длинные и густые, зачем их делать еще длиннее и гуще??? Но она сказала «Так надо». Укушу её, как-нибудь на досуге. Ибо нефиг меня красить.       Посмотрев в зеркало в ванной, я поняла, что с такими разводами я похожа на Марионетку. Хееееех. Это меня немножко развеселило. Надо будет найти картинку, показать Рэрке, чтобы она от ужаса отшатнулась. Кееек.       Господи, какая здесь мягкая кровать. Только сейчас заметила. Несколько дней как убитая спала, а сейчас одолела меня бессонница. У меня дома был классный матрасик — вроде и твердый, но спится на нём так сладко, что даже вставать с него не хочется. Чудо, а не матрасик. Жалко, что я его с собой утащить не смогла, как телефон и Сомбрика.       По голове прошел табун мыслей на тему «А что бы я взяла с собой в Эквестрию?». Я бы взяла гитару. Свою любимую гитару-шестиструнку, на которой я играть-то толком не умею, зато знаю каждый её изгиб, каждую шероховатость деревянной поверхности, каждый колок, каждую струну. Струны у меня нейлоновые, ибо на железных я не могла играть — пальцы резались до крови.       Я её не боюсь, в смысле крови, да и из носа она идет так часто, что начинаешь просто предугадывать, когда и из какой ноздри потечет, но всё же.       Струны были новыми, беленькими, и я помню, с каким упоением натягивала их и настраивала. Тогда я думала, что никогда с ней не расстанусь и буду играть каждый день. Но время шло, нужно было учить много уроков, и черный чехол с гитарой, стоявший в углу, покрывался толстым слоем пыли, как и всё в комнате.        Я вспоминаю сейчас свои полудетские мечты — стать рок-исполнителем, основать собственную группу — что-то такое грустное накатывает. Вроде и могла, но не стала. Всё откладывала на потом. А когда это потом? Теперь уже никогда. Гитара дома, ты — в Эквестрии. И даже на концерте любимой группы, которая летом обещала приехать в твой Мухосранск, и на билет которой упорно копила деньги, не платя за обеды в школе и работая на полставки, ты не побываешь. Потому что ты уже мертвая. Печаль-беда…       А ещё я бы взяла книги. Много своих самых любимых книг. Над которыми я плакала, над которыми смеялась. Которые заставили меня чувствовать. Которые сделали меня мной. Ой, тоже мне философ. Хех.       И вот где-то здесь я, наконец, уснула, ибо что было дальше я, не помню.

***

— Мира! Вставай! — А? — отзываюсь я хриплым и сонным голосом. — Ну нафиг эту физкультуру, я ко второму уроку пойду… — Какой еще второй урок?! Мира! Вставай скорее!       Я с трудом отрываю голову от подушки. Эта самая голова такая тяжёлая, будто её напичкали свинцом. Не хочу на физкультуруууу…       Кто-то трясет меня за плечо. С трудом открывая слипшиеся веки, я вижу перед собой фиолетовую мордашку. Я ж ничего не курила… — Мира! Ты же вчера ничего крепче чая не пила! Что с тобой? — Сколько время? — пробормотала я, стараясь не уронить голову на подушку, которая издает такое приятное и уютное тепло, манит и зовет в свои объятия… — Шесть десять. Нам нужно много сегодня сделать. — Да ну на***, — я упала таки на подушку и почти уснула, но противный аликорн опять поднял меня и поставил на негнущиеся копыта, в которые будто ваты напихали. — Да ещё даже солнце не встало! — заныла я, пытаясь нащупать руками кровать. — Маааам. — Принцесса Селестия уже давно подняла солнце. И я тебе не мама, поэтому вставай.       БЛЯ**! — Ты не ушиблась? — спросила меня Твайлайт, помогая подняться. Я потирала ушибленный нос, из которого опять полилась кровь (а чего вы ожидали?) и помотала головой. — Умывайся и приходи скорее в столовую. Я пока всё подготовлю, — и кобылка улетела со скоростью пули.       Мда. Зайдя в ванную, я увидела своё отражение. Даже свежеподнятый зомби выглядит лучше. Под глазами синяки с копыто, будто я беспросветно бухала несколько дней подряд, из ноздри кровь хлещет, на этот раз из правой. Так, надо её остановить и умыться.       Холодная вода помогла. Кровь течь перестала, да и личико посвежело, хотя синяки под глазами почти не уменьшились. Сколько я спала-то? Часа три? Естественно я буду выглядеть как зомбарь, куда же мне. Я ж не Шеллар III, чтоб по четыре часа спать и высыпаться. Ладно, Твайлайт там что-то говорила про столовую. Но я так хочу спать…       Совершить преступление не удалось, так как в комнате был Спайк, который принес мне… одежду. Я захлопала глазами. Зачем мне одежда? Я же… Ах да. Я же не могу гулять в пижаме. Блинский. А ещё произошло то, что сразу придало мне бодрости, а также злости.       Эта. Фиолетовая. Дрянь. Чихнула. На. Моего. СОМБРИКА!!! — УБЛЮДОК МАТЬ ТВОЮ, А НУ ИДИ СЮДА, ГОВНО СОБАЧЬЕ!       Увлекаемый побудительным пинком, Спайк кубарем покатился вниз по лестнице, а я снова начала дырявить стены. Ладно бы он просто чихнул, так ведь драконы огнем чихают! Сука, ОГНЕМ!!!!! — Что случилось?! — выглянула из дверного проема Твайлайт, но тут же была сбита дракончиком, за которым гналась я. Эта тварь, сука убью его, спалила мою игрушку!!! — ТВАЙЛАЙТ!!! — завопил Спайк, пытаясь найти укрытие в лице подруги. — СПАСИ МЕНЯ! — АХ ТЫ. — я поперхнулась воздухом, так как Твайлайт применила заклинание стазиса, и мне пришлось замереть. — Так, — спокойно произнесла кобылка, разворачиваясь к Спайку. — Что произошло? Мира, неужто тебе так не понравилось платье Рэрити? — Да не в пла… Погоди, ты принесла мне платье Рэрити? — Что? Ты издеваешься? — Да. У вас с ней один размер, и я подумала… — Ты серьезно? Куда мы собираемся, что мне нужно надевать ЭТО? — У Рэрити прекрасные платья, — возразила Твайлайт, кивая на ткань в лапах Спайка, которая чудесным образом из них не выскользнула. — Ага. В особенности «платье принцессы», — мрачно хмыкнула я. — «Мне нужно именно то платье, в котором была принцесса Твайлайт.» — изображая голос той поняхи, сказала я. Твайлайт потупилась и слегка покраснела. — Оу, я совсем забыла, что ты… — Расслабься. Лучше прибей своего ассистента. Он мою игрушку спалил. — Спайк! — Твайлайт недоуменно уставилась на дракона. — Ты специально сжёг её игрушку?! — Нет! — пытаясь отдышаться, пропыхтел дракончик. Да, знатно я его пнула — до сих пор коленки подгибаются, — Я просто чихнул. — На мою игрушку! — вставила я, придумывая наиболее изощренные способы приготовления драконятинки. — Но я не специально! — Тихо! — Твайлайт подняла крыло и решительно заткнула нас обоих. — Сейчас я схожу в твою комнату и посмотрю, что с игрушкой. Ты, — она ткнула на меня копытом, — надеваешь платье и завтракаешь. Хотя нет, сначала завтракаешь, потом надеваешь. А ты — она повернулась к Спайку, — собираешь свитки, которые упали из-за тебя.       В столовой действительно было много пергамента и упавших на пол бумажек. Спайк вздохнул и принялся поднимать их, а я поплелась к столу, чтобы схомячить приготовленный… сэндвич с ромашкой. Серьезно? А где мя… А, я же в Эквестрии. Чёрт.       Чтоб вы поняли — я обожаю мясо. Каждое лето мы раз в неделю ездили на шашлыки, жарили курочку и пекли картошку в углях. Я готова была всю неделю пахать, чтобы поесть мяса. Котлетки, тефтельки, варёное мясо, жареное, стейк — я просто готова была этим объедаться до умопомрачения, пока живот не лопнет.       А тут сэндвич с ромашкой заместо гренок с беконом. Хнык.

***

      Твайлайт вернулась через пару минут, когда Спайк убрал только пару свитков, а я так и не притронулась к еде. Я это не ем, я не козел, как выражался домовёнок Кузя. — Не хочешь есть? — словно прочитав мои мысли, спросила принцесса, — Нам предстоит долгий путь до Кантерлота… — Не, я не голодна, — я постаралась улыбнуться как можно милее, но звук умирающего кита, донесшийся из моего желудка, испортил момент. Твайлайт сделала вид, что не заметила. — Кстати про твою игрушку, — она перетащила ко мне совершенно целого Сомбрика. — Ты зря на Спайка злилась.       С восторженным «Сомбрик, ты жив!» я в неописуемо грациозном ага, конечно прыжке схватила игрушку копытами и крепко стиснула её в объятиях. Твайли слегка приподняла бровь. — Этот гадкий дракон чуть не спалил тебя, моя прелесть. Не волнуйся, я его за это наругала, больше он к нам не придет. — Ээээ, Мира? — Да? — Ты говоришь с игрушкой? — я подняла глаза и увидела, что принцесса находится в некоем подобии шока. Блинский, я что, произнесла это вслух? — Не важно, не важно, — ответила я и встала, демонстрируя платье. — Один размер, говоришь?       К моей гордости, платье мне было немного великовато в талии, или как там у пони эта часть туловища называется? Но в остальном да, оно было потрясающим. Рэрити действительно постаралась на славу. — Хм, странно, что Рэрити не заметила твоей худобы, — Твайлайт придирчиво осмотрела меня с головы до копыт. — Наверное, ты похудела за несколько дней. «Или у Рэрити проблемы со зрением» — подумала я. — Так зачем весь этот маскарад? — спросила я Твайлайт, тоже оглядывая платье.        На мой взгляд оно было слишком шикарным, да и желтый цвет мне не очень шел. Никогда его не любила. Черный, красный, зелёный, фиолетовый и серый — вот мои любимые цвета.       Но чаще всего я хожу, вернее ходила, в чёрном. Школьной формой я не пренебрегала, всё-таки не хотелось привлекать к себе лишнего внимания, но добавлять к ней несколько деталей никто не запрещал.       И сейчас я бы предпочла простое черное платье без всяких рюшек, на подобии того, что было у Флаттершай на Ночь Кошмаров. Но сейчас неподходящий случай для чёрного. Жалко. — Принцесса Селестия запросила встречи с тобой, — Твайлайт выпрямилась. — Как ты знаешь, я пишу ей письма, и она очень заинтересовалась твоей личностью.       Ну японский магнитофон! Я ведь так и знала! Так и думала! — Воу, — кажется, это прозвучало чересчур наигранно. — Вот это… честь, — слова подбирались с трудом. Я, конечно, знаю, что Селестия добрая и все дела, но… Я её побаиваюсь. Она всё же правительница, да ещё и такая крутая, что кучу злодеев на тот свет в заточение отправила. — Также с тобой хочет побеседовать принцесса Луна, — Твайлайт улыбнулась мне и попросила поторопиться. — Мы должны успеть на поезд. Девочки уже ждут нас.       «Ну нахрена им нас ждать так рано?» — недовольно подумала я, следуя за неугомонной принцессой.

***

      Но, несмотря на мои предположения, на станции были все. И среди них я была единственной, кто не выспался. Жизнерадостности Твайлайт и Пинки Пай я не разделяла — мне жутко хотелось есть и спать. Может, надо было попробовать этот бутер? Ведь щавель и ревень я пробовала, и ничего, съедобно.        Пока я сожалела о потерянном завтраке, подошел поезд. Эпплджек похлопала меня по плечу и спросила: «Всё нормально, сахарок? Ты какая-то кислая сегодня.»       Посмотрев на неё взглядом, который ясно выражал моё мнение о ранних поездах и сэндвичах с ромашками, я сладким голосом пропела «Всё хорошо» и нырнула вслед за Рэинбоу в поезд. Судя по выражению мордочки фермерши, моего сарказма она не поняла. Жаль.       И тут до меня дошло, что ни телефона, ни наушников я не взяла.       Весёлая будет поездка…

***

      Поездка действительно оказалась весёлой. Я серьезно, без сарказма. Рядом со мной сидела Старлайт, которая тоже ехала с нами. Напротив устроились Твайли и Спайк, с другой стороны прохода сели остальные. Так как ученица Твайлайт не присутствовала на чаепитии, где я рассказывала о своем мире, то она поинтересовалась моим миром. Спросила как мы живем без магии, как общаемся друг с другом, кто у нас поднимает Солнце и Луну.       Про биологию и физику я могу трындеть хоть до посинения, поэтому я рассказала об изобретении телефона, про то, что наша страна располагается на планете, которая имеет вид шара, который в свою очередь крутится вокруг Солнца и своей оси, чем и вызывает смену дня и ночи.       Также я рассказала о том, что Луна является спутником Земли, и от неё зависят приливы и отливы. Я говорила про горы, реки, моря, озёра, про Байкал они все слушали особенно внимательно, про животных, про растения, в общем, вспомнила курс биологии и географии с пятого по восьмой класс. А что, эти предметы я люблю, по ним я всегда была отличницей.       Судя по всему, я говорила слишком громко, так как вокруг меня стояла уже не только шестёрка, но и весь вагон, который слушал меня, разинув рот. Заметив такое количество глаз, я умолкла и потупилась.       Никогда не любила выступать на публике. Обычно меня слушали только учителя, и иногда поглядывали подруги. Остальной класс занимался своими делами: задротил в телефон, пускал самолётики и курил электронные сигареты. То, что у меня на них аллергия, никого не волновало. Но был один человек, который меня слушал. Олег.       Я не обращала на него внимания, а он был типажом «победителя». Чтоб такого завоевать, нужно как можно меньше внимания на него обращать. Об этом я узнала слишком поздно. Его приставания закончились тем, что мне пришлось заломить ему руку и сильно ударить ногой под коленями. С тех пор он ко мне подходить боялся. Да и остальные парни поняли, что приставать ко мне — дело конченное, и занялись моими более доступными одноклассницами.       Пару раз я выступала на конференциях по истории, но мне это давалось с таким трудом и волнением, что скрыть дрожащий голос было невозможно. А тут такой ажиотаж. — Мисс, вы не могли бы продолжить свой рассказ об этом чудесном месте? — попросил меня пожилой пони светло-желтого цвета с белой гривой. Я немножко сконфузилась. Твайлайт подмигнула мне и попросила: «Мира, продолжай, пожалуйста.»       Со всех концов вагона полетело «Да-да! Продолжай!» и я, набрав в грудь побольше воздуха, продолжила оборванный рассказ, стараясь не вспоминать о том, как позорно я выступила с презентацией по «Читателю года» в прошлой четверти.       Я знала, что нужно сконцентрировать внимание на самом заинтересованном лице и обращаться как бы к нему, но иногда следует окидывать взглядом всех слушающих, чтобы они не чувствовали себя забытыми. Когда я рассказывала про город, в котором живу, и про то, какие растения растут в моей комнате, пони-проводник объявил «Кантерлот!» и Твайлайт засуетилась.       Кое-как мы выбрались из вагона, в котором каждый выражал сожаление по поводу неоконченного рассказа и благодарил меня за интересную лекцию. Я чувствовала себя немножко потрясенной, но, безусловно, это было приятно. На душе стало легко, будто оттуда скинули какой-то тяжелый булыжник, и сейчас я наблюдаю, как он падает в пропасть, спотыкаясь о неровности обрыва.        Мы вышли на платформу, где нас ждала королевская стража. Среди них были и кристальные пони, и я пялилась на них во все глаза. Что они-то тут делают? Оказалось, в этом же поезде ехали Кейденс и Шайнинг Армор. Твайлайт кинулась к семье, обниматься, а я стояла рядом со Старлайт и пыталась нащупать упавшую челюсть. Блиииин. Я думала, что мне придется встретиться только с верховными принцессами. Кейденс и её супруга я немного недолюбливаю, сами догадайтесь за что. — Здравствуй, — Кейденс подошла к нам со Старлайт, которая склонилась в поклоне. А я как хлебушек, стояла набычившись, — должно быть, ты и есть Мира? — Ага, — буркнула я, нагло рассматривая принцессу и её карамельную гриву. Не, я смотрела эскизы, которые предполагали другую расцветку, и эта, на мой взгляд, была самой приемлемой, но, смотря на её гриву, я упорно вспоминаю леденцы на палочках.       Принцесса немного замешкалась, окидывая меня взглядом, а затем пробормотала:  — Да, ты действительно похожа…       Я промолчала. Своё необычайное сходство я тоже заметила. Но мне было как-то побоку, ибо я — это я, и уж не мне обладать магией короля Сомбры. Кто угодно, но не я. Слишком я тупа для этого.       К нам подошел Шайнинг. — Привет, — он чуть поклонился мне и Старлайт, которая уже встала. — Добро пожаловать в Кантерлот. Не знал, что моя любимая сестрёнка тоже едет в этом поезде. Обычно маршрут немного другой.       Не придав этим словам никакого значения, я вежливо кивнула. Этого парня я тоже не любила, но всё же он вызывал больше симпатии. Нет, он, конечно, дурак — кто будет стрелять в тень? — но он храбрый дурак, готовый защищать других. А ведь если верить фанатской версии, Сомбра тоже когда-то был таким. Глупым, но храбрым и ответственным. Хотя нет, «глупый» неправильное слово. Он был опрометчив, конкретно в этом случае. Да, так лучше.       Твайлайт потащила меня и Старлайт вслед за супружеской четой, которая чинно шла в окружении стражи, а кобылки шли сзади и весело болтали о том, как они сходят в пончиковую Джо, пока мы будем беседовать с принцессами. «Я тоже пончиков хочу!» — подумала моя бедная голова, а желудок вновь подтвердил это урчанием. К счастью, из-за шума города, никто этого не услышал.       Мы со Старлайт разговорились. Она оказалась вовсе не такой стервой, какой я видела её в сериале, да и новая причёска делала её ещё более милой. Она рассказывала мне о магии, я — о своем мире и о том, какие песни мне больше нравятся. Вскоре к разговору подключились Спарклы, а я всё не умолкала. Чёртова привычка. Где бы не была — слишком громко говорю. Девочки постоянно меня одёргивали, а я никак не могла понизить голос. Эх.       Такими темпами мы добрались до замка. Он оказался очень красивым. Я вспомнила, что Лорен Фауст создала его по подобию Минастирита — замка Гондора из «Властелина Колец». Обожаю этот фильм. Книгу не читала, но фильмы пересматривала неоднократно. Кобылки всё-таки решили не идти в пончиковую, ибо увидели там ужасно длинную очередь, поэтому шли рядом и громко восхищались.        Вокруг били фонтаны в виде какого-то космического сооружения, куча озёр, а также тропинок, посыпанных песком. Сначала мы зашли в зал с двумя лестницами, потом прошли по какому-то длиннющему коридору, завернули за угол, прошли ещё вперед. Перед нами были огромные двери, с каждой стороны по стражнику-единорогу в золотых доспехах и шлемом с белым ирокезом. В копытах они держали копья. Увидев принцесс, они почтительно поклонились и открыли двери.       Мы вошли в зал. Он был поистине великолепен — по бокам располагались витражи, отражающие подвиги шестёрки и принцесс. В конце зала стояло два трона, рядом с ними были стекла, символизирующие солнце и луну.        Я немного отделилась от общей группы и подошла к одному витражу. На нём был изображен Спайк, который подхватил Кристальное сердце. На сердце вдруг стало грустно. Вроде так было нужно. Но такая щемящая тоска на душе, что хочется волком выть.        У Спайка здесь такая довольная мордашка, как будто ему разрешили это сердце потом съесть, а как раз в это время не попавший на витраж и почти неизвестный современным пони единорог переживает один из самых худших моментов в своей жизни. Что приятнее: утонуть в ледяной воде или быть расщепленным на атомы? Я не знаю. И знать не хочу.       Твайлайт шикнула на меня, призывая подойти ближе. Я с грустью отошла от витража, провожая его взглядом, и присоединилась к компании пони. Твайлайт нервно поправила мое платье и прическу и, убедившись, что я выгляжу просто идеально, кивнула стражнику. Я с интересом наблюдала за тем, как каменное лицо стража двигается и как он произносит слова. Пока это чудо природы с ирокезом выкрикивало наши имена и титулы, появились принцессы.       Да, Хасбро стоит поработать над их изображением. В мультсериале они выглядят достаточно милыми, в особенности Луняха. Но тут… Брр. Мне сделалось жутко, и захотелось домой, к нелюбимой геометрии и тому сраному вору.       К счастью, это ощущение вскоре прошло, быть может потому, что Селестия поменялась в лице, когда увидела Твайлайт. Она улыбнулась. До этого момента она была хмурой и чуть ли молниями из глаз не стреляла. Её грива развевалась на волшебном ветру, или, как лично я говорю «плыла», на копытах сверкали золотые туфли, голову украшала корона с фиолетовым камнем, и такой же нагрудник. Красота. Пожалуй, я недооценивала Тию — она мне никогда не нравилась, можно сказать, вызывала антипатию. На самом деле она красивая.       Но Луна краше! Как только ночная принцесса вышла к нам, я чуть на колени не повалилась в припадке вечного поклонения и обожания. К счастью, я смогла удержать себя в руках-копытах и не опозорилась. Фух.       Принцессы кивнули стражнику, который закончил нас представлять, и тот вышел. Пройдя ближе к нам они дружелюбно улыбнулись и принялись здороваться с Твайли и Кадензой. Ну да, они же родственники. Хех.       Когда все поздоровались, Твай представила сначала Старлайт, а потом меня. Светло-розовая единорожка грациозно поклонилась. А я? А я упала. Носом. В пол. Разбила его, естественно. Мда, неловко получилось — приходишь такой, в гости к принцессам, и хоп — всё в крови, ты в крови, крылья Селестии в крови, ибо ты тут же вскочил и замотал головой, Твайлайт чуть ли не в обмороке, у Рэрити изумленное лицо, Эпплджек сняла шляпу, Пинки Пай прыгает вокруг и предлагает помощь, Шайнинг протягивает тебе носовой платок, Кейденс пытается откачать Твайлайт, Луна просто стоит с каменным лицом…       П*****, в общем.

***

      После того, как мой кровоточащий нос удалось забаррикадировать платком Шайнинга, (спасибки, не ожидала от тебя такого, + тебе в копилочку), а Твайлайт пришла в себя, принцессы соизволили поинтересоваться, кто я такая и как попала в Эквестрию. Да блиииин, опять сначала?! Твайлайт, давай-ка ты сейчас поговоришь, я себе уже язык смозолила одно и то же повторять!       Молитвы мои были услышаны, и принцесса Дружбы рассказала всем мою историю, с небольшими моими комментариями. Сестры и Кейденс с Шайнингом внимательно выслушали, а затем спросили, к чему у меня есть особый талант. — Эм… Ну, если вы говорите про кьютимарку, то её у меня нет…       Кейденс быстро и тревожно переглянулась с Селестией. — А чем ты любишь заниматься? — спросила Луна, протягивая мне чашечку горячего чая. Я постаралась как можно аккуратнее подхватить её телекинезом, но от греха подальше, поставила её на стол. А то ещё оболью Рэрити, которая пристроилась рядом со мной. — Ну, я люблю смотреть кино, читать книги… Немного играла на гитаре раньше… и на пианино… Занималась борьбой… Училась программированию, правда совсем чуть-чуть… Вот и всё, в общем-то…       Как обычно — рассказ смутный и невнятный. — Она красиво поет, — вставила Эпплджек. Я покраснела как рак. Несмотря на заверения Элемента Честности, я всё ещё считала себя ужасной певицей. — И много знает про флору и фауну, — робко добавила Флаттершай, краснея не меньше меня. — Значит, ты просто не определилась со своим особым талантом? — Селестия весело изогнула бровь, усаживаясь поудобнее в мягкое кресло на балкончике, куда мы перебрались. — Что-то вроде того, — кивнула я, отпив из чашки вкуснейшего зелёного чая. Обалденный чай. — Ну вот, — Луна облегченно откинулась на спинку кресла и повернула голову в сторону Кейденс, — а ты такой крик подняла, дорогая племянница. — Что ж, осторожность никогда не бывает лишней, — поджала губы та. — Погодите-ка, — я подняла копыто, подозрительно смотря на принцесс, — это вы сейчас о чем? — Мира! — обвинительно шикнула Твайлайт, как бы говоря «Ты что творишь?!» — Кейденс считает, что твое появление в Эквестрии может быть как-то связано с возвращением короля Сомбры, — Селестия отвела глаза. — Наши разведчики докладывают, что в Северных горах что-то зашевелилось. Что-то большое и опасное, — Тия нахмурилась. — Я получила эти сведения прямо перед вашим приездом, поэтому встретила вас не так радушно, как могла… — Погодите-ка! — воскликнула я. — Это что, Скуталу?       Рыжий жеребенок-пегас летела рядом с Дёрпи и Клаудчейзер, которые направлялись к солнцу. Но Скуталу ведь не умеет летать! Внезапно я осознала, что ни Рейнбоу, ни Флаттершай рядом нет. — А где пегасы?! — заорала я, указывая на пустые кресла. Твайлайт сорвалась с места и вместе с оставшимися на месте друзьями принялась звать пегасок. Никто не отвечал. Я вовсю пялилась на огроменный клин пегасов, который всё пополнялся и пополнялся новыми пони, улетающий в самые высокие облака. Погода внезапно стала облачной, тучи настолько плотно засели на небе, что его голубизны не было видно. Я углядела, что пара пегасов столкнули все эти облака с горы. Это что, диверсия? Что тут вообще творится??? — Флаттершай!! Рейнбоу!!! Где вы?! — надрывалась Твайлайт, выкрикивая имена подруг. — Отзовитесь!!!       Внезапно накатил ливень. Мы успели забежать внутрь замка и закрыть дверь на балкон, как на нем появилось ужасно уродливое существо. Буквально секунду оно таращилось на нас своими двумя желтыми, большими, как теннисный мяч, глазами, а затем растворилось в воздухе.       Сверху полилась какая-то мерзкая жижа зелёного цвета. Она облепляла окна и витражи. — Фуу! — брезгливо поморщилась Рэрити, — Что это за дрянь? — Это… Эктоплазма? Что? — я подошла поближе к прозрачной двери, чтобы рассмотреть эту неведомую хрень.       Снаружи раздался чей-то вопль. — Сестра! Нужно активировать щит над Эквестрией! Эта штука ядовита для пони! — бросила Селестия, и из её рога полилась желтая магия.        К ней присоединились все принцессы и Шайнинг. Я и остальные сидели в полном недоумении. Куда делись пегасы? Что это за неведомая хрень? Чьи эти жёлтые глаза? Вернулся ли черный единорог? Что происходит во всей Эквестрии?       И главное — почему?