Влечение

- Что за, - не успела толком осознать, как крепкие руки подхватили за талию, закидывая на плечо владельца. Взгляд сразу упал на знакомый черный спандекс и хвост-ремень, отчего злость набирала обороты, ибо что творит этот Кот и куда несет меня? Я спокойно занималась разработкой эскиза платья на выпускной, а меня так нагло прервали, причем слишком нагло. Только хотела было возмутиться, как наглым образом скинули с плеча на кровать, мою же собственную, ибо ступеньки, по которым поднимался незваный гость, видела отчетливо. Облокотившись на локти, со всей злостью, которая только была, подняла взгляд на напарника и опешила. Зеленые глаза, зрачки которых были слишком узкие, хищно взирали на меня, все тело, облаченное в черный костюм, было напряженно, словно хищник готовился напасть на свою добычу и увы, осознание того, кто являлся этой самой добычей не давало мне покоя. Несомненно, это была я. Липкое чувство страха заставляло мышцы напрячься, а губы задрожать. Впервые, находясь рядом с героем Парижа, я боялась, дрожала, как кролик, загнанный в угол. Его оскал, взгляд - это был не тот Нуар, которого знала я, он был другой. Постаралась отодвинуться, но не смогла и шевельнуться, когда чужое тело нависло сверху, прижимая к кровати, не прерывая зрительного контакта. Нужно что-то сделать, ведь все не просто так, это не закончится само собой, Кот не тот, не тот. Его движения были молниеносны, хватая руки за запястья и сводя их у меня над головой. Одной рукой держал, а второй отстегнул свой ремень, после чего стянул запястья вместе, привязывая руки к спинке кровати, и вот тут мне стало действительно страшно. Я пыталась вырваться, освободить руки, но попытки были прерваны на корню. Коленками парень сжал мои бедра, а руки итак были нейтрализованы. - Н-нуар, что ты делаешь? Прекрати сейчас же! - Пыталась вразумить блондина, но тот лишь хмыкнул на мои слова, нагнувшись вперед, языком проходя по губам. Медленно, словно дразня, его шершавый язык прошел вниз по подбородку, а после по шее, останавливаясь на ней. Вскрикнула, чувствуя боль в районе пульсирующей жилки, а на глаза навернулись слезы. Кот зализывал укус, целовал, спускаясь ниже, цепочкой поцелуев к ключице, но эти действия вызывали лишь отвращения. Дорожки от слез блестели в свете лампы, но меня это заботило в последнюю очередь. Омерзение, отвращение к самой себе, что беспомощно лежу и позволяю делать с собой все, что ему захочется. Не правильно, но и перевоплотиться не могу, нельзя, чтобы он знал, кто такая Ледибаг. Чувствовать его губы на своей коже не приятно, но в тоже время понимаю, насколько все заходит далеко. Нужно выбраться, сделать хоть что-то! Но я связана, а поэтому без оружия. Треск одежды заставляет вернутся из своих мыслей в реальность, видя, как любимая кофточка лоскутками падает на пол, а в след за ней и бюстгальтер. Зажмуриваюсь, а слезы лишь усиливаются. Когтистой рукой сжимает одну грудь, а вторую поцеловал, зубами хватает отвердевший сосок. Почему мое тело так реагирует? Почему ему нравится все, что делает этот чертов Кот? С губ непроизвольно срывается тихий стон, а я быстро закусываю губу, чтобы больше не издавать таких стеснительных и противных мне звуков. Накладные ушки дернулись, а их владелец отрывается от своего занятия, поднимая голову и смотря мне в глаза. В его взгляде прочитала все - страсть, хищное желание завладеть мной, вину? Видимо мне показалось, не могло такое быть, просто не могло. - Хочу услышать это еще раз, Принцесса, - Хриплый голос заставляет дрожать все тело, а внизу приятно грело, но я не хотела это принимать. Он насильно делает все с моим телом, а его "Принцесса" пробуждает ненависть к одному лишь слову. Он не назовет меня так больше, никогда, не позволю. Меня некому спасать, родители как назло уехали на выходные к тёте, оставив пекарню полностью в моём распоряжении. Так сложилось, что я совсем одна наедине со своей судьбой в виде напарника, который отключен от всего мира, стараясь заполучить то, что хочет. Я держалась как могла, стоны удовольствия так и рвались наружу, но искусанные губы не давали этому случится. А Кот продолжал свою пытку, оставляя засосы по всей шее, ключице, груди, животу. Видимо этого было мало, ибо следующей деталью одежды, с которой он беспощадно разделался, были бриджи, а за ними и трусики. Глаза расширились от ужаса, я стала брыкаться, сжимала ноги вместе, старалась кричать как можно громче, но мне попросту закрыли рот ладонью. Когти прошли по талии, оставляя на ней царапины, с которых сочилась кровь, но сейчас было главное не дать совершить ему главное. - Я п-прошу... Не надо... Пожалуйста, - Глушащие слезы не давали нормально сказать, лишь получилась едва слышимая просьба, когда Кот убрал руку от лица, чтобы развести коленки в стороны, сразу вставая меж ними. Не могла смотреть на это, зажмурилась, но тут же застонала, почувствовав палец внутри, а потом и второй, которые медленным движение стали двигаться, принося удовольствие. Коготки задевали стенки, принося боль, но та быстро растворялась в приятных ощущениях. Мерзко самой от себя, что нравилось. Это же насилие, а мне нравится, как такое могло произойти? - Прекрат-ти, - Полу-стон вырвался быстрее, чем успела подумать, но тут же вскрикнула от невыносимой боли. Меня будто разрывали изнутри, отчего выгнулась вперед, а слезы только усилились. Не сразу поняла, что уже не пальцы были причиной такой адской боли, а более большее и горячее. Легкий поцелуй в губы, крепкие объятия, тихий шепот на ушко. - Все будет хорошо, Принцесса. Сейчас все пройдет, - Но это не спасало ни капли, боль не уходила, а с толчком только стала сильнее. Всхлипы разрывали тишину комнаты, губы были искусаны до крови, ладошки расцарапаны ногтями. Ужасно больно, а Кот продолжал издеваться, двигаясь снова, не останавливаясь. Целовал губы, шею, грудь, руками ласково проходя по животу, видимо старался помочь, но какая тут может быть помощь, после всего, что он сделал. Движения стали грубее, набирая темп, постепенно сменяя боль на удовольствие, только этого мне было не нужно. Нуар прижимал к себе сильнее, наращивая темп, словно скоро все закончится, и о как я была права. Нечто горячее заполнило все внутри, заставляя выгнутся и издать протяжный стон. В теле чувствовалась легкость, словно все заботы и переживания ушли, только в теле, но не в душе. Морально я была убита, растоптана, уничтожена. Парень на мгновение обмяк, падая на меня, но после встал, аккуратно развязывая мои руки, а после накрыл одеялом. Нежное прикосновение губ к щеке. Я же не повернула голову, чтобы взглянуть на насильника, что получил свое, совсем не заботясь о моем состоянии. - Прости, Мари, - В голосе звучало раскаянье, но что мне от его слов. Все уже не будет как прежде, девственность не вернешь. Сегодня всеми любимый герой Парижа морально убил свою напарницу, совсем не подозревая, что тихая и заикающаяся девушка была его любимой. Ему нужно было лишь ублажить свои плотские потребности, он это сделал с девушкой, что ни в чем не была перед ним виновата. Перевернувшись на бок, обняла подушку, заглушая в ней свои рыдания. Все тело трясло, а внизу болело. Не знаю, ушел ли Кот, мне было все равно. Я возненавидела его за то, что сотворил. Тикки виновато опустилась на голову, перебирая волосы, словно стараясь утешить. Только мне уже не поможешь. И новый поток рыданий заполнил тишину комнаты, в которой мгновение назад рушился мир молодой девушки по имени Маринетт. Глухой звук падающего стула, который нещадно пнули, эхом отдавался от стен просторной комнаты. Нуар был в замешательстве, он был зол и опечален, виновен и доволен. В нем смешалась буря чувств, которые изнуряли его, а совесть и чувство вины грызли изнутри. Сняв трансформацию, Агрест упал лицом на кровать, руками сжимая покрывало. Блаженство от полученного удовольствия до сих пор не покинуло тело юноши, за что он ненавидел себя. - Что же я натворил, - Прошептал блондин, ударяя кулаком перед собой, а его квами лишь печально опустился на стол, совсем забывая про излюбленный сыр, осознавая, что только что сотворил его подопечный.