Влечение

Утро встретило Париж пасмурным небосводом и мелким дождём, что моросил и создавал очень неприятное ощущение влажности. Взрослые спешили на работу, дети в школу, но только в пекарне Дюпен-чен все было тихо. Брюнетка спала в своей кровати, обняв всю ту же подушку, что впитывала слезы и всхлипы юной девы, совсем забыв о том, что нужно вставать и идти на занятия. Её квами уже давно покинула царство Морфея, не собираясь тревожить свою подопечную. Тикки понимала, что пережила девушка, она плакала почти всю ночь, и лишь под утро смогла успокоится и заснуть. Видеть ее слезы было самым худшим для малышки, но та ничего не могла сделать. Она лишь хотела понять, какие мотивы и причины были у Нуара, чтобы так жестоко обойтись с той, кто не раз помогала ему в битве против акум, даже будучи обычной старшеклассницей. Герой Парижа не знал, кем на самом деле была его жертва этой ночью, но все равно, квами не могла осознать до конца, что могло сподвигнуть парня на такое. Они уже давно не дети, им по 16 лет и гормоны часто дают о себе знать, смотря на Леди, Тикки часто осознавала, что девушка выросла и уже не была той маленькой героиней, которая мило краснела при разговоре с Адрианом. Нет, она смущалась, но уже не так, как раньше, готовая упасть в обморок. Бессвязные речи стали более уверенными, а улыбки более открытыми. - Ох, Маринетт. Бедная моя девочка, - Квами подлетела к лицу девушки, аккуратно гладя ее по щеке, на которой недавно были дорожки от слез, что высохли, но Тикки все прекрасно помнила. Её сожаление никак не могло помочь, но по другому она просто не могла, ведь нельзя дать брюнетке впасть в отчаянье, чтобы ее сердцем овладела акума, она этого не позволит, ибо ее подопечная избранная и темная сила не должна и коснуться ее. Пусть в этом виноват ее напарник, пусть она возненавидит Кота, но ни в коем случае квами не позволит навредить ему. Ненависть порождает множество отрицательных эмоций, на которые как раз и откликаются акумы, только в этот раз такого не случится, Маринетт не станет марионеткой Хищной Моли, ему просто не позволят. Пусть ненавидит, но не переступает грань. Ведь если она это сделает, то не сможет вернуться, ибо очистить акуму просто будет некому, а Нуар не спасет ее, ибо его судьба будет решена сразу, как он появится перед ней. Малышка вздохнула, понимая, насколько все трудно, но нужно набраться сил и преодолеть это, ради девушки, ей нужна поддержка и внимание, чтобы ее чистая душа не погрязла во тьме. В отличие от мирно спящей девушки, виновник ее слез не мог найти себе места. Блондин не спал, метался по комнате, разбрасывал вещи и рвал на себе волосы. Понимание ужасного поступка, что тот совершил, полностью изводило его, Агрест не мог уснуть, стоило закрыть глаза, как сразу появлялся образ мило стесняющейся девушки, но резко образ менялся на плачущую, молящую его прекратить, кусающую до крови губы. Он ненавидел себя настолько, что готов был убить, но не мог. Смелости не хватит прервать собственную жизнь. Трус и насильник, которого возненавидит Маринетт, к которой он больше не сможет подойти. Но девушка же не знает, кто скрывается за маской героя, только понимание этого дело не меняет. Сам Адриан не сможет вести себя как прежде с той, которая любила его. Да, он знал это, но не мог ответить взаимностью, ведь его сердце было отдано Леди, только почему именно сегодня блондин пришел к ней и сделал все непристойности именно с той самой невинной и милой Маринетт, что была словно лучик света в его повседневной рутине. Старшеклассник разрушил все собственными руками, как теперь ей смотреть в глаза и вести себя так, словно это не он был тем самым монстром, что сотворил такое с ней. - Ты сам виноват в том, что сделал, - квами в виде черного котенка, фыркнул, откусывая кусочек от сыра, - Поздно метаться и заниматься самобичеванием. Дело сделано, в твоих силах лишь вымаливать прощения у этой девушки, которую удосужило влюбиться в собственного насильника, - Квами замолчал, видя яростный взгляд в свою сторону. Плагг был абсолютно прав, и Агрест это понимал как никто другой, только не хотел до конца верить, что сотворил все это собственными руками. Сломал хрупкий мир юной принцессы, разрушил дружбу, которой дорожил. Адриан не стал отвечать любителю сыра, зная, что поддержки от него не дождешься, но хоть спасибо за то, что не читает ему нотации, не делает еще хуже, чем есть. Прощение. Угрюмо усмехнувшись, блондин обернулся, смотря в окно, на мирно плывущие тучи, словно сама природа плакала вместе с Маринетт. Юноша не сомневался, что девушка рыдала, ведь когда он уходил, слышал приглушенные рыдания и от этого на душе становилось тяжелее, а сердце остановилось на миг. Даже если он и попытается извиниться, то разве может она простить его за такое? Смешно. Какая нормальная девушка простит того, кто лишил ее девственности без согласия, изнасиловал, а после сказав "Прости" ушел. Глупо, тем более его одноклассница ангел с чистой душой, но теперь с опороченным телом. И все благодаря ему, Адриану Агресту в образе любимчика парижанок Кота Нуара. Особо не заботясь о внешнем виде, Агрест схватил сумку и двинулся к выходу из комнаты, а после и из особняка, предупреждая Натали о том, что сегодня пройдется пешком, женщина не успела толком ответить, как сына знаменитого модельера и след простыл. Зонт благополучно остался дома, а холодный дождь давал расслабиться, хоть ненадолго. Уйдя глубоко в свои мысли, Адриан не замечал ничего вокруг, с его волос уже капала вода, одежда промокла до нитки, но ему было все равно. Дождь усилился, заставляя прохожих поторапливаться, но только не блондина, шаг которого был размерным и неспешным. Парень даже не понял, когда успел дойди до учебного заведения, но резко остановился. Она будет там. Что делать? Юноша в глаза то ей посмотреть не сможет, не то, что заговорить, но поздно, назад пути нет, нужно идти вперед и преодолеть все трудности. Глубоко вздохнув, блондин сжал кулак, заходя в заведение, а после и в класс, ожидая встречи с голубыми глазами, которые ему так нравились. Но её не было. Место рядом с Альей пустовало, как сегодня, так и последующие несколько дней. Состояние Адриана все ухудшалось от понимания, насколько все плохо. Парень даже не обратил должного внимание на отсутствие его Леди на патруле, все его мысли были заняты одноклассницей, что почти неделю не посещала учебу. Бывшая Леди Вай-Фай оповестила учителя и других, что Мари просто заболела, после того, как попала под дождь. Плагг пытался подтолкнуть блондина к действиям, но тот упорно отмалчивался, не зная, как поступить. В конечном итоге сдался, обещая своему квами, сходить к Маринетт и поговорить. Агрест сдержал обещание, беря домашнее задание для брюнетки у Альи, говоря, что хочет проведать девушку, мол она все же его друг и будет невежливо ,если он не зайдет к ней, на что подруга героини счастливо кивнула. - Что я ей скажу? Зачем вообще ввязался в это, - Горестно выдохнул герой Парижа, направляясь к пекарне, попутно отзваниваясь Натали о том, что пошел отнести задания для друга. Вся уверенность мгновенно улетучилась, стоило Агресту остановится напротив двери дома, в котором несколько дней назад саморучно сломал жизнь девушке. Закусив губу до крови, блондин неуверенно потоптался у второй двери, ибо заходить через парадный вход он не хотел, видеть ее родителей, который так дружелюбно бы улыбались ему, это уже черезчур. Недовольно рыкнув на самого себя, старшеклассник поднял руку и постучал, руша последнюю преграду перед собой и одноклассницей. Все последующие дни после случившегося, Маринетт отказывалась выходить из дома, как бы маленькая квами ее не упрашивала, слышала резкий отказ. По возвращению родителей, Дюпен-чен сказала, что простыла, и побудет дома, на что мама покачала головой, но согласилась, ибо осложнений не хотелось, а несколько дней без учебы ничего критичного не принесут. К зеркалу брюнетка боялась подходить, но когда это казалось необходимым, девушка переборола себя и подошла. Увиденное поразило ее настолько, что она осела на колени. Взлохмаченные иссиня-черные волосы, искусанные губы, мешки под глазами и покрасневшие очи от слез. Самое страшное и неприятное было дальше, на шее и ключице красовались бордовые засосы, следы от зубов, что напоминанием остались на молочно-белой коже старшеклассницы. После этого героиня отказывалась подходить к зеркальной поверхности без одежды, чтобы больше не видеть этого. Водолазка с длинным воротом и длинные зауженные джинсы стали повседневной одеждой на эти дни. Они скрывали все тело, лишь губы и глаза напоминали о пережитом ужасе, который сотворил ее напарник. Она доверяла ему свою жизнь, не то что непорочность, а он так поступил. Маринетт плакала по ночам, ей снились кошмары. В ее снах все было куда красочнее и больнее, Кот делал с ней такое, о чем она и думать не могла, лишь просыпаясь, мысленно благодарила за то, что всего этого не было на самом деле, что та видела во сне. На патруль не было сил идти, как и желания видеть черного негодяя, что так подло воспользовался ей. В последний учебный день родители отлучились за покупками, но не сказали на какое время, точнее отец обмолвился, что к вечеру они будут, на что героиня затравленно кивнула, выдавая слабую улыбку. Она боялась оставаться одна, боялась, что снова случится тот кошмар, но Тикки ее успокоила. Больше такого не будет, пусть Нуар узнает, кто на самом деле Ледибаг, но больше так издеваться над подопечной та не позволит. Леди слабо улыбнулась, благодаря свою квами за такую отвагу и поддержку, в которой она нуждалась. Не будь с ней Тикки, Мари бы давно погрязла в одиночестве. Решив приготовить себе кофе, хоть немного разбавить привычный рацион за эти дни, девушка спустилась на кухню, как ее прервал стук в дверь. Она как ошпаренная подпрыгнула, на трясущихся ногах медленно отправилась к входной двери. Сглотнув, Дюпен-чен аккуратно открыла дверь, а квами была наготове в любой момент превратить свою подопечную в героиню. Каково было удивление, когда на пороге предстал Агрест. - А-Адриан? - Хриплый, удивленный звук сорвался с губ, а девушка уже полностью открыла дверь. Это же ее одноклассник, боятся нечего, слишком приличный и добрый, чтобы так поступить, как это сделал Нуар, но о как она ошибалась. Стоило Агресту поднять глаза, как тот вздрогнул, до боли сжимая руку в кулак. Взгляд изумрудных глаз прошелся по лицу, волосам, остановился на мгновение на губах, что так до конца и не зажили, а после встретились с ее, небесно-голубыми, такими чистыми, как самое прекрасное озеро. Он видел страх, медленно исчезающий, оставляя место удивлению и облегчению. Она боится, кто же после такого не станет трястись от любого шороха. Сердце Адриана замерло, пропуская удар, а чувство вины захватило с головой. Теперь он видел перед собой труды своего творения, и становилось жутко и неприятно, а главное ненависть к себе возросла во много крат. Между ними повисла тишина, никто не старался ее разрушить. Маринетт не понимала, что здесь забыл юноша, что украл ее сердце. Блондин не знал, как начать разговор с той, перед которой он готов был на коленях стоять и молить, чтобы простила его. Но вместо этого стоял и бездействовал. Откинув сомнение в далекий ящик, блондин отбросил сумку в сторону, резко делая шаг вперед, вовлекая девушку в свои объятия. Он не знал, зачем сделал так, но чувствовал, что это лучшее, на что был способен сейчас. Дыхание обоих участилось, Дюпен-чен вздрогнула, а Агрест обнял ее крепче, утыкаясь носом в ее волосы, что пахли лавандой. - Прости, Мари, - Тихий шепот, что озвучил лишь одну фразу, по которой все сразу стало понятно. Героиня замерла, а ее глаза расширились. Она четко запомнила именно эти слова, и именно сейчас она вновь их услышала. Её мир рухнул снова, а ведь она только пыталась его восстановить. Осознание пришло сразу. Адриан Агрест - это Черный Кот, который сломал ее уже во второй раз. Заставляя осознать, что потеряла не только напарника, но и возлюбленного.