Пока ты спал:Спасение Илижалбура.

Голубое небо, бирюзовый песок, зелёная трава. Везде цветут долгожданные цветы и поют птицы. И вроде бы всё есть, а чего нет легко достать. Но душе почему-то этого мало, она хочет что-то другое, более важное. Не скрою, я раньше вообще не обращал внимания на такие вещи как небо, солнце, песок или дождь. Но попав сюда стал многое примечать для себя, словно заново открывая. Хотя по сути так оно и было. Я заново открывал для себя мир который вроде бы знал, но не помнил. А самое забавное, что здесь навряд ли найдётся хоть кто-нибудь кто действительно знает обо мне хоть что-нибудь. Надежда остаётся лишь на драконов, но до них надо ещё добраться. Поэтому я продолжал идти вперёд не обращая внимания на кучу-малу в своих мыслях. Шел я так пару часов, пока не увидел овраг, а в нём протекающий ручей. Весь овраг утопал в изумрудной растительности и сюда, на верх, поднимались отзвуки журчания воды и весёлая песня птиц. Решил спуститься вниз, чтобы попить родниковой воды, да и флягу наполнить обычным, а не магическим способом. Спустился я кое-где притормаживая ногами о камни и руками удерживаясь за растения. Пару раз спотыкался, но всё же удерживал равновесие и оставался на своих двоих. Спустившись, нагнулся и чертыхаясь начал сбивать пыль со своей одежды. На джинсах заметил новую дырку. Интересно они доживут до нового населенного пункта или всё же придётся магичить. От раздумья меня отвлёк лёгкий удар по голове: — Какого хрена? — громко возмутился я выпрямляясь. — Рыбу всю распугал! — совершенно спокойно говорит мне старичок, уходя к воде опираясь на деревянный посох грубой обработки. Да и обработкой там и не пахло, просто с ветки сучки срезали. И именно им скорее всего он и приложился к моей голове. Оглядываюсь по сторонам. Ручеёк здесь не глубокий бежит, не река и заводей нет. — Какая здесь рыба водиться может? — возмутился я. — В водах истины всякой рыбе место есть! Вот ничегошеньки не понял, что он имеет в виду. Начал откровенно, нагло осматривать его. Старый, сморщенный словно гриб-сморчок, лысый с носом картошкой и хитро прищуренными глазами, как у крысы. Одет был в коричневую рясу подпоясанную верёвочкой. Так кажись монахи на Земле в Средневековье ходили. — Налюбовался? — спрашивает он, не оборачиваясь. — Ещё бы. Ты же в моём вкусе, будешь лет так через сто. Старик аж крякнул как-то обескураженно, а затем садясь на валун у ручья сказал: — Мы с тобой так долго не проживём. Я от возраста своего помру. Сто двадцать лет это тебе не шутки шутить, ну, а ты… — замялся старик. — Что я? Уснул что ли? — позвал я. — А ты путь такой изберёшь сам, добровольно, который в итоге к смерти тебя приведёт. — С чего это ты взял? — нахмурился я не обрадованный такой перспективой. — Оракул я. И видение у меня было насчёт тебя. — И что за видение ты видел? — спрашиваю я. Оракул внимательно посмотрел на меня, будто решал говорить или нет, но потом всё же заговорил: — Твоя душа в потёмках ночи. Она скитается сейчас, Но увидав во тьме ты брата. Ты всё узнаешь, всё поймёшь. И море крови осушая Начнёшь игру без слёз и правил. Где проигравший погибает, А победитель правит всем. Ошибки долго исправляя Найдёшь друзей и свет любви. Но сердце лишь тому ответит Кто рядом здесь, с тобой всегда. Но к сожаленью, жизнь исчезнет, Когда на кон поставлен он, Но нет тебе в огне спасенья. Сгоришь дотла без возрожденья. Токов неписаный закон. Кто отдаёт себя до капли Не может возродится вновь. Из всей этой ахинеи я понял лишь то что у меня есть брат который определённо знает кто мы есть на этом белом свете. И то, что я погибну влюбившись. — А подробнее про возлюбленную можешь? — полюбопытствовал я. — Могу и про любовь тебе чуть подробнее рассказать. — подтвердил старик закатывая глаза будто уходя за грань мира. — Он рядом и любим тобою, Но сердце спит его пока. Ты ждешь когда ответит " ДА! ", Но слышишь лишь " НЕТ! " в ответ. Пойдешь на край, рискнув не раз, Но он молчит уж в сотый раз. Пройдёт не день, пройдёт не два. Пройдут в душе уже века. И он проснётся, он поймёт; Душа его тобой живёт. Не мыслит жизни без тебя, И сердце бьётся для тебя. Но миг прошел и ты ушел, Туда где нет ему пути. И он один, он без тебя. Ты не вернёшься никогда! Старик замолчал, а я обдумывал такие перспективы. И почему я решил, что любовь моя это девица? Парень! А ведь ближе всего ко мне Визариус. Чёрт и что эти двое учудят? Какого меня заклинит на него? И где интересно, этот демон доморощенный бродит? И если он демон, то где его рога? — Предсказания у тебя мрачноваты дедок, так и хочется выть на луну. Одним словом сердце по прежнему в клетке стоит держать. Дед как-то странно взглянул в район моего сердца и сказал: — Сердце удержать никто не в силе. Придёт время и оно упорхнёт, и ничто его не удержит. — Я умею его держать так крепко, как никто другой. Ай! — возмутился я когда старик шлепнул меня по лбу своим посохом. — Ты чего это, сбрендил. — потираю я лоб ладонью и отхожу на безопасное для себя расстояние. — Я оракул, мальчишка и вижу многое. Если сказал так, значит так и будет. — Да ну тебя. Наркоты нанюхался и пристаёшь к честному народу. — Какому народу? — не понял он оглядываясь. — Ко мне пристаёшь, со своим бредом, — пояснил я собираясь уйти. — Иди, иди. Ждёт тебя длинная дорога, а вот когда пройдёшь весь путь тогда и поймёшь, что я прав был. — Ну что же Оракул, поглядим насколько ты прав, через пару лет. Но если ты ошибся… — Знаю, знаю. Испепелишь своим огнём. Я удивлённо посмотрел на него. — Даже не думал об этом. — Да не ужели? И что же ты тогда сделаешь? — с сомнением посмотрел он на меня. — Пенсии лишу. — сконфужено заметил я, в то же время мысленно обвиняя в бессердечии, ведь порой старики только и живут на свою грошовую пенсию. — Пенсии? — непонимающе спросил он. Вот я дурак! Ну откуда спрашивается у них тут пенсия. У них тут нормального Повелителя нет, а про пенсию они и не слышали. — Хм, пенсия… — протянул старик — Навряд ли ты меня её лишишь, скорее наоборот даруешь. А вот интересно, что бы я здесь сделал если бы добился власти. Многое! Нет, технический мир я оставлю Земле, но вот хоть немного упростить жизнь малоимущему населению, ведь можно? Можно! Пенсия, бесплатное обучение и лечение. По желанию работу, а нуждающемуся крышу над головой и не абы какую, а пригодную для жилья. Но для начала мне нужно было найти своего брата, который у меня оказывается есть. — Где мне найти брата? — спрашиваю я у старика. — Мне почём знать. — А… Я думал Оракулы всё знают, а ты оказывается просто напросто шарлатан. — не растерялся я. Да грубо, но так нужно! Во взгляде старика проскользила злость смешанная с какой-то детской обидой и неуверенностью. — Я же тебе сказал, что какой бы ты путь не выбрал он приведёт тебя к нему. — А мне бы путь покороче. — Иди куда идёшь. — К драконовым горам? — наседаю я на старика. Тот так тяжко вздохнул, типа говоря, что я его уже достал своими расспросами. Но я ведь не просто так. У меня жизненно важный вопрос и ну, очень при очень важен для меня ответ. Ну по крайней мере для меня. — Да, иди к драконовым горам. — всё же ответил он после непродолжительного молчания. — Он что у драконов? В плену? С ним всё в порядке? — посыпались от меня вопросы. — Придёшь, увидишь! — коротко бросил он намереваясь уже сам уйти. Я же просто так сдаваться не собирался. Я вообще никогда не сдавался, считая это признаком слабости. А вот слабаком меня ещё никто не мог бы назвать. Да и сдаваться смысла нет, мне ещё многое нужно было узнать. Так что не думая, крикнул ему: — А ну-ка стоять, бояться. Старик ещё и шагу не успел сделать. Замер, а через пару мгновений отмер и спросил: — Зачем? — Что зачем? — не понял я. — Зачем бояться то? Я по деловому, горделиво задрав голову и смотря на всё с высока зашел вперёд, заглянув в его глаза, которые оказались серыми, почти белыми. Выцветшие со временем, но мудрые, повидавшие в этом мире всё. Сейчас в них скользила неуверенность, но мне ведь надо и очень. — Ты ведь Оракул, значит знаешь всё, ну или почти всё. — поправился я когда увидел, что его седая бровь поползла вверх. — Ну прикинь мозгами, как я могу понять, стоящий рядом мужчина брат мне или нет, или я каждого должен пристально осматривать на наличие схожих черт во внешности. — Сердце подскажет! — был мне лаконичный ответ. — А если оно у меня отсутствует или похотью повеет. — Если да кабы во рту выросли бы грибы, — проворчал старик вполне распространённое выражение на Земле. Интересно кто у кого слямзил это выражение. — Сердце не обманешь. Брата укажет, а остальное это уже твоё решение. Хотя похоти между вами никогда не было. Ну что же, тогда остаётся лишь путь в горы, а есть ли у меня сердце? Это мы узнаем в ближайшее время, ведь пора ставить точки в теме Визариус. Пора решать все проблемы и исправлять ошибки, если они конечно у меня есть. А вот, что касается предсказаний Оракула; умирать мне определённо ещё рановато, ведь пару месяцев назад мне исполнилось всего-то двадцать один год. А что касается остального, время покажет прав он был или нет. Не зря же река, а точнее пока ещё ручей истины протекает где-то рядом.