Лишенный цвета

Все синее: его таблетки, его руки, его джинсы.

Солнце нервно проглядывало сквозь тучи, словно пыталось выгадать момент, когда стоит выходить наружу и встречать нас своими блеклыми лучами. На севере это было обычным делом, как и прохладный колючий ветер, старавшийся сорвать со всех головные уборы. Здесь теплое летнее солнышко заменяло бледное, почти прозрачное зеркало, которое, казалось, было прибито гвоздями, чтобы не слетело вниз и не разбилось на хрупкие осколки. Воздух, пропитанный свежестью и запахом приближающегося дождя, хотелось вдохнуть полной грудью и забыться на несколько моментов, расслабиться и поддаться невидимому течению, уносящему тебя подальше от тяжелых мыслей. Автобус, забравший нас с аэропорта, остановился в небольшом городке, который частично напомнил лагерь, что было весьма странно, учитывая, что представления походной жизни и реальность прошлись как параллели, то есть без сходств и пересечений. Городок выглядел весьма спокойно и мирно. Расположенный в центре лесной чащи, он был словно отделен растительной стеной от грязных преступных мегаполисов. Пока мы тут осматривались, к нам подошел добродушный мужчина лет сорока семи-восьми в потертых джинсах и рубашке в клетку. Он хлопнул несколько раз в ладоши, чтобы привлечь наше внимание, и улыбнулся, отчего еще заметнее стали его морщины, приобретенные с возрастом. - Меня зовут Рик Вайлд, добро пожаловать в наш город. Я, как Сахем, проведу вам экскурсию и расскажу о правилах поведения. - Вы сказали «Сахем», верно? Вперед протиснулся высокий худощавый парень в синей толстовке. На шее его болтались большие наушники, а на выглядывающем из-под рукавов запястье виднелись тонкие неаккуратно заросшие шрамы от лезвия. - Слышал раньше этот термин? - «Сахем» или «Сагамор» - предводитель, вождь индейцев, проживавших на севере в семнадцатом веке. Я не уверен, но я читал о таком, кажется, эти племена раньше назывались массачусеты. - Неплохо, неплохо. Надеюсь, все обратили внимание на то, что он сказал? Если нет, то повторюсь, здесь главный я. Выполняю должность главы города, а также главы охраны правопорядка. Если кто-то из вас нарушит закон, то окажется за решеткой или ему будут назначены исправительные работы, так что не думайте, что здесь все вам будет сходить с рук. Теперь идемте за мной, я познакомлю вас с окрестностями. Мужчина двинулся вперед и начал рассказывать об основании города, о старейшинах и еще много различных фактов из истории, которые оказались, на удивление, интересными. Это место назвать лагерем было очень сложно, потому что здесь было множество удобств, которые в летних лагерях недоступны. Рик сказал, что мы можем делать здесь все, что захотим, и не будем ограничены ни в чем, потому что с этого момента считаемся жителями этого городка. Нам только нужно соблюдать правила и законы, установленные для всех, ну и еще задания, которые он будет нам выдавать. В принципе, в свободе нас почти не ограничили, что безумно всех порадовало. Что же еще нужно подросткам, как не целое лето, проведенное вдали от родителей и нудных правил общества? - Мы разделим вас на четыре группы. У каждой будет свой цвет, свой лидер и свой дом, название которого вы должны будете мне огласить завтра вечером на большом костре, куда явка обязательна, - сказал Сахем, ладонью показывая на площадь, где уже шли приготовления и трудились люди. - Детки, вам у нас понравится, еще не захотите уезжать, как я в свое время! – воскликнула особа, подошедшая к Рику. Ее светлые волосы были затянуты в тугой хвост, а оголенные ноги кричали об идеальности загара. – Я Кэндис, помощница главы, сейчас я разделю вас и выдам каждому карту нашего города, чтобы вы ненароком не заблудились. - Здесь написано, что мы будем жить по девять-десять человек в доме, нас всего двадцать два, а домиков четыре, это ошибка? – спросил парень на голову выше меня с большим рюкзаком на широкой подкаченной спине, из-за которой я перестала что-либо видеть перед собой, так как этот тип встал передо мной. - Нет никакой ошибки, - прощебетала блондинка, - шестнадцать человек поступило к нам вчера, и они уже расположились в своих домах. Давайте, давайте, поторапливайтесь. Первые, кто соберет свою семью, получит кое-что интересное вечером. - Тебя? – послышалось из толпы, после чего раздался гул и хохот группы парней. - Семью? Звучит как-то пафосно и глупо, - сказала я, наконец, обойдя этого парня. - У тебя впереди с ними еще три месяца, вот увидишь, как ты к ним привяжешься. – Сахем улыбнулся и положил мне руку на плечо. Его глаза, тягучие и переливающиеся, как мед, смотрели так по-доброму, что невольно я улыбнулась в ответ. Он подмигнул и ткнул на синий квадратик на карте, я быстро смекнула, что он имел в виду, и вынырнула из толпы, которая рассосалась уже через мгновение. «Не похоже на место для душевнобольных, что, конечно же, радует. Хотя факт отдельного проживания немного напрягает, потому что откуда я знаю, вдруг со мной будут жить такие фобии, что вдохнуть будет страшно или зайти на ту же кухню, чтобы сделать себе завтрак. Уже начинаю людей измерять фобиями, м-да, докатилась, Хелена. Так, интересно, а правильно ли я иду, а то выбрала путь самыми узкими улочками, еще заблужусь, и вообще будет замечательно! Хм, там какие-то ребята рисуют граффити на стене, может, они местные или такие как я, только приехали вчера. Думаю, можно у них спросить», - подумала я и сошла с дороги на траву. По мере того, как я приближалась к стене, меня заметил один из парней. Он подбросил баллончик вверх, поймал его и приблизившись ко мне на пару шагов, стал распылять синюю краску. - Ты что творишь? – Я пыталась отбиться от него, как могла, но он продолжал оставлять на моих джинсах и светлой кофточке синие пятна, при этом ухмыляясь и явно злорадствуя. Пока я пыталась сопротивляться, даже не заметила, какая специфическая у него внешность. - Синей краски боишься? Это твоя фобия? Он опять ухмыльнулся и провел руками по своим и так взъерошенным волосам. Глаза стального цвета пристально наблюдали за каждым действием или шевелением с моей стороны. Его руки были по локоть в синей краске, как и толстовка с джинсами, но, похоже, его это совсем не волновало. Но не от этого он выглядел странно, а из-за волос цвета сигаретного дыма, которые так и бросались в глаза, и не могли остаться незамеченными. - Да пошел ты, - сказала я, мыслями на секунду вернувшись к двум своим фобиям. - Расслабься, это была просто шутка. - Не смешно. - Ути, боже, какое у нас лицо серьезное, прям тонна милашности. – Парень положил руку на мою голову, отчего мое раздражение усилилось. – А хочешь кайфануть? - В смысле? Он сунул руку в карман и достал оттуда маленькую стеклянную баночку с синими таблетками. - Это то, о чем я думаю? – спросила я, скрестив руки на груди. - А о чем ты думаешь? Парень смотрел мне прямо в глаза, не отводя взгляд и не моргая, словно нашел в моем лице что-то знакомое или давно утерянное. На пару мгновений даже показалось, что он смотрит сквозь меня. От этого прямого взгляда внутри все холодело, и я аж вздрогнула от прошедшего по телу импульса. Этот тип усмехнулся, затем надел солнцезащитные очки, которые снял с головы, и начал отходить, не оборачиваясь. - Тебе дальше по дороге, повернешь налево при первом повороте, дальше сама разберешься, - безразлично сказал парень, кивнув в нужную сторону. Он показал жестом "козу", высунув язык, затем развернулся и снова приступил к граффити. Окутанная мыслями, я побрела в указанном направлении, вовсе забыв о том, что торопилась. "Все было так странно, особенно резкая перемена настроения: то он шутит и смеется, то делается таким суровым, что становится страшно. Обычно такие люди улыбаются в лицо, говорят тебе комплименты, а потом всаживают нож глубоко в спину. С ним явно что-то не так, и я не хочу даже знать, что именно".