Повод.

Marie Clere, это не я! Во всем виноват первый томик манги и тот попугай)))

Он молча шел за ней, не одергивая, не крича, не пытаясь перегнать. Просто шел, не оглядываясь назад, не считая сколько ранений получил, сколько новых шрамов зарубцевалось на теле. Просто делал шаг, чтобы не потерять ее из виду. А она, словно не замечала, все время обгоняла на полшага, не звала за собой, не просила защитить. Он молча терпел, делая вид, что между ними ничего нет, что не он старательно перебинтовывал тонкую руку вчерашней ночью, что не он покрывал поцелуями белоснежную кожу, не он видел ее глаза, затуманенные страстью, не вдыхал аромат темных волос, старательно ловя каждые стон. Такова их игра, таков спектакль для друзей. Печально, что актеры стали путать сцену и реальность. Вот и сейчас, сидя в компании друзей в кафе, они даже не смотрят друг на друга. Он пьет черный кофе без сахара, пытаясь найти в чашке хоть одно светлое пятно, а она старательно вырисовывает что-то на салфетке. Впрочем, здесь он ее обогнал. Парень знает, что будет красоваться на белоснежной бумаге через несколько минут. - Кучики-сан, что с вашей рукой? – спрашивает взволнованно Иноэ. Указывая на красное пятно, пропитавшееся сквозь ткань школьного пиджака. Рукия резко одергивает свою руку. Будто это поможет. Вот уже и Ичиго хмурится сильнее обычного, а Исида учтиво подправляет очки. Кейго замолкает, а Кодзима перестает бегать взглядом по электронным строчкам. - Это…это… Кучики явно смутилась от столь пристального внимания к своей персоне. И так старательно созданная роль рушится от неудачной игры актера. Он понимает ее умоляющий взгляд, впервые просящий о помощи. Не отказывается, принимает все, как есть. И в следующую секунду на Кучики летит та самая чашка с горьким кофе и короткое прости. Брюнетка вскакивает со стула, направляясь в туалет, чтобы вытереть это огромное пятно на своем пиджаке. Теперь ему приходится чувствовать дискомфорт от пристальных взглядов, но вида он не показывает. Все произошло случайно, такова официальная версия.

***

Он не курит, совсем нет. А сигарета, зажатая между пальцами всего лишь повод стоять на крыше и мерзнуть. Челка прикрывает глаза, скрывая все то, что так бережно хранится в сердце.Табак падает вниз, разносимый ветром, а белая бумага и фильтр следуют за ним. Чаду захотелось разобрать, понять изнутри. Опыт с сигаретой не удался. Внутри до сих пор эта непонятная тоска. Каково же его удивление, когда за рукав нерешительно дергают, заставляя обратить на себя внимание. Кучики Рукия слишком маленькая, слишком хрупкая, но она сильнее его, Ясатуро уверен. -Возьми, я задолжала. Пластиковый стакан без опознавательных знаков, горячий и пахнет кофе. Ее пальцы крепко сжимают напиток, и так же легко выпускают из своих оков. Чад смотрит на содержимое пластиковой посудины. Не черный. Там совсем не горький кофе. Молоко, много белого цвета. - Он с сахаром, - вдруг произносит Рукия. – Зачем еще и этим горчить жизнь? Она подпрыгивает, а он ловит и прижимает к себе. Тоска в сердце пропадает, но надолго ли? Он не знает, просто идет немного позади, чтобы помочь, когда это будет нужно, чтобы поддерживать, когда ее собственных сил не хватит, чтобы дарить это всё понимающее молчание. А она всегда найдет повод, чтобы дать ему понять, что нуждается в нем.