Остановка: город Z

В руках Сайтамы любая безобидная вещь становится оружием массового поражения. (с) Рэш

Ругаться Генос не умел. Однако, пока он ремонтировал в ванной своё левое колено, Сайтама и Рэш успели пополнить свой словарный запас парой новых слов и неизвестных доселе оборотов. - Ротозубое чешуёвище, - рычал Генос, заменяя истекающую смазкой поршневую деталь. - Знало бы оно, как кошмарно разит из его пасти! Змеюка палёная! С какого круга ада выползти решила? Да только не на тех напала! Лысый плащ какое-то время стоял в проходе, слушая монолог. Потом решил подойти. - Больно? - он осмотрел масштаб повреждения и количество лежащих вокруг ванны инструментов и сменных деталей. - Да, учитель, - киборг предпочёл бы продолжать своё занятие в одиночестве; испытывать физическую боль в механическом теле, пусть терпимую и не особо реалистичную, почему-то казалось ему чем-то постыдным. - Чувствительность моих тактильных рецепторов была увеличена почти до нормальных человеческих показателей, соответственно, чрезмерно сильный раздражитель воспринимается болевым импульсом. Сайтама, собиравшийся положить ладонь на плечо боевой машины, тут же отдёрнул руку и покраснел. - А-а... О-о-о! - протянул он и, не сказав больше ни слова, поспешно покинул ванную комнату. - Червячина многоголовая, - ещё раз ругнулся Генос. Потом, оставив в покое многострадальное колено, поднёс к лицу свою руку, несколько раз сжал и разжал пальцы, и крепко задумался. Что значит быть живым? Раньше он воспринимал своё тело как оболочку, оружие, но уж никак не альтернативную форму существования. Сколько бы Стенч ни старался, впихивая в своё детище различные приближённые к реальным, но бесполезные в бою, детали, киборгу было всё равно. Одержимый местью, он сузил своё сознание до минимума, отбросив социальные и физиологические потребности. А сейчас Генос словно очнулся. Вновь ощутил себя пятнадцатилетним мальчишкой, смазывающим зелёнкой разбитые коленки, любящим обнимашки и вкусную еду. И ему, чёрт побери, это нравилось! - Волосатая хвостатая рыжая задница! - с чувством произнёс киборг, внезапно переключив внимание с одного монстра на другого. За его спиной что-то звонко упало на пол. - Эй, а я тут при чём? - фыркнул Рэш, поднимая баночку с перекисью и ставя на место. Похоже, Генос был настолько занят самокопанием, что не услышал, как оборотень пришёл обработать свои раны. - Это же из-за тебя мне сейчас так больно! - хмыкнул герой, хитро прищурившись. - Ох... Это было неизбежно. Но, надеюсь, ты не сильно против? - улыбнулся вервольф, подходя к нему. - Кстати, помощь не нужна? Ты давно уже возишься. - Почти закончил, - Генос закрутил последнюю деталь во внутреннем механизме и принялся прилаживать поверхностные листы брони. - Погоди, не уходи. Я хотел дать тебе кое-какой совет. - М? - Рэш обернулся. - Не трогай людей, которые почему-то ненавидят учителя. Это их проблемы. Учитель — хороший человек, великий герой, и он не опускается до их уровня. И мы не должны. - Угу, я видел твой взгляд! - фыркнул оборотень. - Сам бы ему шевелюру спалил, небось! - И был бы неправ, - глаза Геноса вспыхнули какой-то мрачной серьёзностью. Вервольф вздохнул. - Ладно, обещаю впредь не вмешиваться, - он шутливо ткнул киборга кулаком в плечо и вышел из ванной. Сайтама скорбел над кончиной своего геройского костюма, попутно прицениваясь, сколько нужно заплатить старому знакомому портному за его починку. А вот Рэш по поводу своего вида не унывал совсем: дырявые вещи на его родине почему-то ценились больше целых и невредимых. Но самым счастливым выглядел, как ни странно, Генос, в нелепом розовом фартуке готовящий на кухне ужин из морепродуктов. По телевизору шёл выпуск новостей. Всё внимание СМИ было приковано к инциденту в городе К, который уже взялся восстанавливать герой S класса Стальной рыцарь. Где тот был в момент угрозы — как всегда тактично умолчали. Впрочем, телевизионщики не обделили вниманием и Геноса с Сайтамой; последнего показали крупным планом в разгар процесса пофигистичного ковыряния в носу. Киборг, наблюдавший за выпуском через межкомнатное окно, радостно воскликнул что-то похожее на «Учитель, Вас показывают в новостях! Теперь Ваша популярность станет ещё выше!». И даже брошенный скептический взгляд Лысого плаща не остудил его пыл. Рэш мирно дремал в дальнем углу комнаты, но мгновенно проснулся от звона соприкоснувшейся со столешницей посуды. - Чего вскакиваешь? - опустившийся перед столиком на колени Генос сверкнул глазами в направлении оборотня. - Монстры вроде тебя и с пола поедят. Вервольф заржал, раскусив подкол. - А, это я за твоим топливом хотел сходить, - парировал он, на четвереньках подкрадываясь к киборгу и наклоняясь лицом на уровень его ягодиц. - Куда, говоришь, шланг вставлять? На этот раз заржал Сайтама, благодарящий всех святых, что не успел сделать глоток чая. Генос задымился. - Один — один, - мрачно признал он. Подшучивания продолжались и во время еды, и после неё, когда Рэш мыл посуду, и даже после этого, когда все расселись перед телевизором смотреть вечернее ток-шоу. В какой-то момент Лысый плащ не выдержал и швырнул в оборотня подушкой, отчего тот впечатался в стену и смиренно затих. Но не успел Генос вдоволь позлорадствовать, ибо вёл со счётом четыре-три, как в него прилетело скомканное одеяло, отправив стального героя следом за вервольфом. Рэш сдавленно пискнул, оказавшись между стеной и киборгом. Сайтама не то, чтобы сердился на их возню или она как-то его задевала. Нет, скорее всего дело в том, (герой честно признался самому себе) что ему внезапно тоже захотелось поучаствовать. Вот так вот, действительно внезапно. Однако, то ли из-за того, что по статусу не положено, то ли из-за великой лени, но Лысый плащ предпочёл с самым безразличным видом уткнуться глазами в телевизор. - Злые вы. Уйду я от вас... на часок. Может, монстра встречу, - потирая отбитые рёбра, пропыхтел Рэш. - Не забудь миску храбрости вылакать, трусливый волк, - опасливо косясь на учителя, прошептал ему вслед Генос. - А ты найди свою маслёнку, у тебя от усердия извилины скрипят, железный дровосек, - так же шёпотом ответил вервольф и тихонько прикрыл за собой дверь. Сайтама выдохнул. С одной стороны, стало немного легче, но с другой он ощутил себя эгоистичным мерзавцем, отобравшим у ребёнка конфетку. Резко поменявшееся состояние киборга тоже не помогало расслабиться: тот сидел не шевелясь, уставившись себе на колени, и светился алым в стыках брони. Температура эмоционального фона в комнате неторопливо поползла к критической отметке. - Ну что с тобой не так?! - взвился наконец Лысый плащ, не выдержав психологического давления. - Учитель! - встрепенулся Генос. - Я думаю о том, что... когда мы... в общем, я хотел бы... - Стоп!!! - рявкнул Сайтама, хватаясь за голову. - Давай так: ты делаешь что хочешь, но только молча! Окей? Киборг внезапно засветился ещё сильнее, из дюз охладительной системы пошёл густой белый пар. - Окей, - тихо согласился он. - Вот и ладненько, - тут же повеселел Лысый плащ и вернулся к просмотру телепередачи. Не сказать, что Сайтама был очень удивлён, когда Генос грузно опустился прямо позади него. Не удивило даже то, что киборг прижался грудью к его спине, покрывшейся мурашками от жара и близости. И что металлические руки мягко опустились ему на плечи — тоже нисколько не удивило. Сам дал добро — терпи, уже поздно гнать куда подальше. И как только он раньше мог спокойно выдерживать прикосновения стального парня без учащённого пульса, тяжёлого хриплого дыхания и без этого донельзя неловкого прилива крови к паховой области? Почему нельзя просто расслабиться в этих горячих объятиях, унять дрожь во всём теле и перестать, наконец, облизывать раз за разом пересыхающие губы? - Демон, - прошептал Сайтама, оборачиваясь, чтобы оказаться с Геносом лицом к лицу. Киборг не решался посмотреть в глаза наставнику, полагая, что перешёл допустимую грань, приняв благосклонность за ответные чувства. А потому сидел, покусывая внутреннюю сторону щёк, и до скрипа в сочленениях сжимал пальцами плечи Сайтамы. Да, учитель как-то признался, что ему нравятся парни. Но кто сказал, что ему может понравиться кусок холодного железа, пусть даже и с подогревом? - Мальчишка, - слово, произнесённое возле самых губ, как разрядом тока пронзило рецепторы синтетической кожи. Генос вздрогнул и широко раскрыл глаза, непонимающе уставившись на нахмуренное лицо учителя, находящееся в запредельной близости от его. - Чего ты от меня хочешь, а? - на этот раз Сайтама легонько задел нижнюю губу киборга, и потому чуть отстранился. - Я ведь всего лишь лысый пофигистичный мужик с отвратительными манерами. - Вы... Вы самый лучший, учитель! - с трудом выдавил Генос. - Я Вас... Я... Вас... Договорить киборг не смог, потому что его заткнули самым чудесным способом, о котором он мог только мечтать. Прикосновение мгновенно выкинуло из головы все ненужные мысли. Генос застонал, сильнее вжимаясь в губы Сайтамы, обхватил его лицо ладонями, чтобы ни в коем случае не разорвать контакт. Тот улыбнулся прямо в поцелуй, и увлёк парня за собой на футон. Перед глазами киборга высветилась огромная пульсирующая надпись, предупреждающая о зашкаливающем количестве гормонов, сбоях в анализаторах и о перегрузке в генераторах. Генос двинул веками, отрубая все визуальные эффекты. Чтобы идеально проработанная боевая машина сломалась от перевозбуждения? Ага, как же. Сейчас хотелось лишь одного — чтобы время остановилось. На целую Вечность... - Челюсти разожми, - шепнул Сайтама, испытывая одновременно и радость, что первый поцелуй парня был именно с ним, и жуткий дискомфорт от того же самого. Генос послушно приоткрыл рот и вновь застонал, обнаружив, что и там есть рецепторы, которые только и ждали вторжения извне. Язык Лысого плаща деловито прошёлся по верхнему нёбу, внутренней стороне зубов, и, наконец, обнаружил язык киборга, отчего механическое тело изогнулось, точно пронзённое разрядом тока. Сайтама крепко прижал к себе Геноса, запустил руки под безрукавку, ощущая его крупную дрожь и сбивчивую пульсацию ядра. В первое мгновение посетившую мысль о том, что лучше бы ласкать живую кожу, герой тут же прогнал взашей и запретил возвращаться. Металл брони, неведомым образом трепещущий под пальцами, был ничуть не хуже. А чёрный полимер, упругий, податливый и словно касающийся в ответ, был вообще вне конкуренции. Генос отдавал себя ласкам полностью, прогибался, вжимался с силой, обнимал руками и ногами, словно желая полностью погрузиться в сильное тело Сайтамы. Поцелуй перерос в некое таинство обмена дыханием, ибо киборг больше не мог сдерживаться, и стонал на каждом коротком вздохе. Взгляд его был расфокусирован, диафрагма зрачка занимала почти весь объём радужек. «Мальчишка», - почти с обожанием подумал Сайтама. Почти, потому что маленькой змейкой в душе разворачивалось горькое сожаление. Герой понимал, что это просто детская влюблённость, и она обязательно пройдёт рано или поздно. Откуда у киборга вообще могли взяться эти чувства он предпочёл не думать. В общем, пусть парнишка поиграет, хуже не будет. Главное — не привязываться к нему слишком сильно. Кстати, а есть ли у Геноса... чем? И куда? Да не, бред. Вряд ли Стенч позаботился о таких вещах, так что можно не беспокоиться. Зато побеспокоиться стоило о своём собственном достоинстве, оттягивающем пижамные штаны. Всё это время Сайтама упорно держался в полуобороте от киборга, но полностью отгородиться от лихорадочных метаний стальных конечностей по своему телу было невозможно. Сначала бедро Геноса скользнуло по паху героя, потом на член опустилась и его горячая ладонь. Лысый плащ замычал, перехватил запястье киборга и, опрокинув того на спину, лёг сверху. Лучше, впрочем, не стало. Парень извивался как кошка, тёрся об учителя всем телом, доводя того до исступления. Сайтама уже не мог себя контролировать. Продолжая осыпать страстными поцелуями лицо и губы Геноса, он запустил руку под резинку штанов и обхватил напряжённый, пульсирующий ствол. Внезапно киборг напрягся, а его лицо на долю секунды приняло осмысленное выражение. - Рэш... возвращается, - простонал он, продолжая содрогаться от удовольствия. Сайтама оторвался от вылизывания и покусывания чужой шеи и глухо выругался. До разрядки оставалось совсем немного... Впрочем, в ванную герой удалился с чувством некоторой мрачной удовлетворённости: как такового, полового акта всё-таки не было, совесть может спать спокойно. О том, как вести себя после случившегося, можно подумать и завтра. Или послезавтра. Или вообще никогда не подумать. Генос со стоном повернулся на бок и, поджав под себя ноги, постарался успокоиться. И у него, как ни странно, получилось: когда входная дверь, скрипнув, отворилась, он смог принять вертикальное положение и невозмутимый вид. - Летающий макаронный монстр, как вам это? - раздался довольный голос Рэша. Что-то влажно шлёпнулось на паркет, и сияющее лицо оборотня возникло в дверном проёме. Киборг зря надеялся, что тот ничего не узнает. Вервольф заинтересованно потянул носом воздух, прислушался к шуму воды в ванной, вгляделся в скомканную и местами подпаленную простыню на футоне Сайтамы. - Оу, неловко вышло, - заикаясь, смущённо проговорил он. - В следующий раз подольше погуляю.