Hot And Steamy

От этого Кинжала исходила сила. Он буквально чувствовал это каждым сантиметром огрубевшей кожи. Сила, что растекалась кислотой по его телу. Сила, что привязала его к этому кинжалу. Сила, что пленила его. И прямо сейчас она находилась в руках той, кому он доверял больше всех прочих. Прошел месяц. Теперь он знал, как контролировать эту тьму. Как не поддаться ей. Как подчинить себе. Подчинить это эфемерное вещество, которое принесло ему столько бед. Но самое главное, он знал, что обязан сохранить тот свет, что эта женщина внесла в его жизнь Реджина знала точно: теперь ничего не будет как прежде. Они не могли проводить все время вместе. Те великолепные минуты счастья, кажется, были так давно и все же совсем недавно. Она потеряла это. Каждое утро, когда Королева открывала глаза, и каждую ночь, когда закрывала их. Она потеряла этот сон в его руках, она потеряла родные губы, она потеряла его нежные объятья. Потеряла возможность просыпаться каждую ночь, позволяя себе слабость просто смотреть на него, пока он крепко спал, чтобы убедиться, что ее лучник никуда не собирается. Женщина потеряла то, что подарила ей их общая магия — любовь. С тех пор прошел месяц. Королева потеряла все это. Она была бедна, словно ее ограбил вор. Ее Вор. Соскучилась по нему больше всего на свете. Она просто хотела увидеть его, хотя бы на пару секунд, Королева должна снова оказаться в его исцеляющих объятьях. Реджина взяла кинжал в правую руку, подняв перед собой, сжимая сильно, так, словно считая, что если не будет этого крючковатого хранителя проклятья, не будет и пропасти между ними. — Робин Гуд, я призываю тебя. Две. Три секунды. Ничего не произошло. Реджина посмотрела на кинжал, и горькое осознание пришло ей в голову: теперь нужно звать совсем не Робина. Теперь нужно звать Темного. Встряхнула головой, стараясь отогнать эти мысли. Он — все еще Робин. Ее Робин. Уже собиралась попробовать еще раз, как вдруг: — У тебя очень сексуальный голос, когда ты говоришь это. Отшагнула к столу, когда поняла, как близко прозвучали эти слова, прямо за ее спиной. А затем Реджина почувствовала, как на талии сомкнулись сильные руки, и теперь ее собственное тело оказалось в ловушке между столом и его торсом. Королева закрыла глаза и улыбнулась, признаваясь себе, как, черт возьми, сильно скучала по этому. Брюнетка почувствовала, как его руки проскользнули под блузу, лаская ее живот, ребра, подбираясь к чашкам лифа. То спускаясь вниз, то вновь поднимаясь, нарочно дразня такое скучавшее по мужским ласкам тело. Боже, как же ей не хватало этих контактов и едва ощутимого тепла родных рук. Она почувствовала себя так, словно снова смогла сделать полный вдох после мучительно долгой задержки дыхания. — Я не могу приходить каждый раз, когда Вам понадобятся мои ласки, Мисс Миллс, — прошептал ей на ухо прежде чем нежно укусить мягкую мочку с аккуратным камушком в золотой оправе. Черт! — Мне не нужны твои ласки. И вообще, я не для этого тебя звала. Реджина улыбнулась и откинула голову ему на плечо, делая вид, будто не замечает, как его руки проникли под бюстгальтер и начали медленно массировать грудь, крепко сжимая уже потвердевшие соски. И когда он снова стиснул пальцы, возбуждая ее еще более, тогда она позволила себе снова открыть глаза. Начал отращивать щетину или же просто не хочет бриться? Не важно. Улыбка заиграла на ее губах. Она поцеловала его подбородок, касаясь гладкой кожи кончиком языка. Соленый. Ей понравилось — Так что же тебе нужно от меня? — спросил Робин, застонав на последних словах. — Я соскучилась по тебе, — прошептала брюнетка, ощущая, как его рука рисует на ее животе маленькие круги, спускаясь ниже, тем самым раззадоривая не только ее. Лучник сам возбуждался от этой близости. Да, он тоже скучал. — Я скучала по этому. Ей удалось скользнуть рукой между их телами, достаточно, чтобы опустить ладонь вниз и ласкать его возбуждение через черные брюки — Боже, Реджина, — застонал он. — Я не могу… мы не можем… твой офис.. я… — Я тебя хочу, — ее рука сильно сжалась на молнии, заставляя мужчину застонать громче. Реджина улыбнулась и провела рукой выше, ища пояс его брюк, и когда она почти расправилась с ними, Робин остановил ее, медленно положив ладонь брюнетки на гладкую поверхность стола. — Реджина… — Ммм, да? — произнесла она, изображая святую невинность, а на самом деле, как бы случайно, прижималась бедрами к его паху. Черт! Это было потрясающее ощущение. Она чувствовала его прямо между своих ягодиц. Такой большой и напряженный. Королева все еще помнила, как легко он возбуждается рядом с ней. Нарочно начала двигаться намного настойчивее, делая все, чтобы заставить его застонать ей в ухо, при этом стараясь самой сохранить остатки самообладания. Не сдержался. Поднял ее блузу вверх, как можно выше, а затем расстегнул лифчик одним движением руки, открыв себе для обзора голую спину. Темный целовал, лизал, кусал каждый сантиметр смуглой кожи. Буквально пожирая ее, оставляя любовные укусы везде, где мог, пока не услышал ее хныканье и затем не потянулся следом, когда она медленно склонилась над столом. — Я хочу, чтобы ты разделась. Сейчас. — Тогда сделай это, — сказала она, задержав дыхание, — у тебя есть магия. Раздень меня и возьми прямо здесь, Робин. Ей не нужно было просить его дважды. Мужчина махнул рукой, и одежда исчезла в облаке черного дыма. Он был восхищен красотой ее обнаженного тела и наслаждался этим. Сейчас, после такой длинной разлуки, казалось, увидеть ее такой он больше и не надеялся. Робин собирался запомнить, ласкать, кусать и прожигать взглядом каждый дюйм этого тела. Прямо сейчас воспользоваться ее доступностью, прямо здесь. — Ты определенно одет слишком нарядно, — произнесла она хриплым голосом, не отрывая взгляда от его пафосного темного костюма, затем усмехнулась и взмахнула рукой, призывая те же самые силы расправиться и с его одеждой. — Не только ты умеешь пользоваться магией. Она сидела на деревянной поверхности, ни на секунду не прерывая их зрительный контакт, и он с той же непоколебимой уверенностью смотрел ей в глаза, даже когда она раздвинула ноги, продемонстрировав насколько была возбуждена — Давай, Темный, иди сюда и позаботься обо мне, — произнесла она, прежде чем лизнуть два пальца и опустить их вниз, проводя по промежности. Боже, она была чертовски сексуальна. — Посмотри, что ты потерял за все это время, — потерла свой клитор и, раздвинув половые губы, медленно ввела средний палец внутрь, прикрыв глаза и застонав. Робин был готов взорваться, она точно заметила это, иначе зачем искушала его? Он был возбужден и мог наброситься на нее прямо сейчас. Но не сделал этого. Реджина коснулась другой рукой своей груди, доставляя еще больше удовольствия от этого акта и наблюдая за тем, как он сжал кулаки, мысленно прокляв эту чертову женщину. — Черт, да! Я делаю это каждую ночь, думая о тебе. — Ты делаешь это? — прошептал он так тихо, что она едва смогла его услышать — О, да, я кончила столько раз с твоим именем на губах, что ты и представить себе не можешь. Эта была правда. Он знал это, потому что, черт возьми, делал тоже самое, наблюдая за ней, постоянно и будучи уверенным, что Королева не могла его видеть в темноте комнаты, наполненных громкими стонами. Темный увидел, как она скользнула внутрь еще одним пальцем, а затем прогнулась в спине, опрокинув голову назад и широко раскрыв губы. Он шагнул к ней навстречу, черт бы ее побрал, внимательно наблюдая, как руки задвигались быстрее. — Ты так и будешь смотреть или, может быть, уже присоединишься? — провокационно улыбнулась брюнетка. — Мы не можем, Реджина. Сейчас полдень, что если кто-то придет? Что если Генри или Роланд? Она разочарованно выдохнула. Кто может понять этих мужчин? Пару минут назад он демонстрировал ей свою уверенность и желание, а теперь стоит словно подросток — девственник, который не знает, как использовать свои «возможности». Королева взяла в руки кинжал, и медленно, тщательно облизав каждый сантиметр, обведя языком каждую букву его имени, подняла его над собой. Твою мать!!! — Не заставляй меня использовать ЭТО, Темный, — игриво улыбнулась брюнетка, издевательски соблазняя его. Самым удивительным было то, что он до сих пор стоит на месте, как столб, словно они на чаепитии. Одетые. И не одни. Честно? Реджина понятия не имела почему, но это возбуждало еще больше. И насколько же он глуп, если не понимает, что она заперла дверь в тот самый момент, когда сняла с него одежду. Что же удерживает его? — Я приказываю тебе, Темный, — произнесла, смотря ему прямо в глаза, специально сделав акцент на его новом имени, — возьми меня прямо сейчас и люби так сильно, чтобы потом я не смогла ходить. Брюнетка закусила губу, наблюдая за тем, как мужчина приближается с таким выражением лица, будто был готов убить ее прямо тут. Возможно, при других обстоятельствах, он так бы и сделал. А пока… Пока Королева с наслаждением рассматривала его оголенный торс, будто никогда раньше не видела этой горы мышц и того, что было чуть ниже. Большой и толстый, она слишком скучала по ощущению его внутри себя. Королева уже протянула руку, собираясь коснуться его, но прежде, чем она успела это сделать, Робин толкнул ее назад, опрокинув спиной на гладкий деревянный стол, обхватив ее запястья своей рукой, а вторую опуская вниз. — Боже, какая ты мокрая, — с надрывом в голосе прошептал он. Реджина улыбнулась и расслабилась, когда мужские пальцы начали скользить по складкам. — Должно быть, ты скучала по мне намного сильнее, чем говорила, — пальцы разбойника проскользнули внутрь чуть глубже, чувствуя, как возбуждением отвечает ее тело на его прикосновения. — Будь. Во мне, — скомандовала она в последний раз, прежде чем он направил себя в нее. Коснулся кончиком чувствительного клитора, просто дразня и наблюдая за тем, как женщина задрожала. — Ты понимаешь, о чем просишь меня, Реджина? — он медленно коснулся ее входа. — Да! — закричала она. — Чтобы ты грубо взял меня. Проник в нее еще на один сантиметр. — Не просто грубо. Ты хочешь, чтобы я любил тебя так сильно, что потом ты не смогла ходить, и так как я — Темный, то должен подчиниться твоей эгоистичной прихоти. Еще один сантиметр, и Реджина уже достигла предела. Робин хмыкнул. — Ты уверена, что справишься со мной, Реджина? — выдохнул ей в ухо, проводя губами по линии скул. — Проверь, — прошептала Королева низким, грудным голосом, и этого было достаточно, чтобы и сам Робин больше не смог сдерживаться. Он до конца вошел в нее и обхватил сильными руками круглые бедра, не заботясь о том, что может оставить на ее коже синяки. Черт, он безумно хотел эту женщину. — Да, Робин! Она наблюдала за тем, как его руки крепко сжимают ее бедра, а сам он глубоко входит в нее. Брюнетка была на пределе. Наконец-то получив желаемое, она была готова сорваться почти сразу, но сдерживалась, собираясь продлить это удовольствие. Лучник остановился и медленно вошел в нее еще несколько раз, не прекращая массировать клитор, а затем схватил ее ягодицы, резко, обеими руками, так, что Королева вскрикнула от неожиданности, и затем поднял над столом, имея ее стоя. Все это было быстро, глубоко и так чертовски хорошо, что ее стоны заполнили всю комнату, пока она не пришла к финалу с довольной улыбкой на лице. — Больше, — прошептала, все еще задыхаясь. Робин выдохнул. Он никогда не любил ее так сильно и так хорошо, но эта женщина все равно хотела еще. Она хотела, чтобы он снова и снова заставлял ее кричать. Реджина никогда не чувствовала себя такой ненасытной. — Как пожелаете, Ваше Величество, — толкнул ее на диван, и брюнетка засмеялась, продолжая массировать до сих пор пульсирующий клитор. — Ты используешь свои руки без разрешения? — ухмыльнулся разбойник, откидывая ее ладони на диван. — Может быть. Маг направил свои бедра в нее и вошел еще раз. Склонившись над ней, схватил за волосы, крепко сжав в кулак, целуя открывшуюся часть шеи. Целуя ее везде, каждый сантиметр кожи, до которого он мог дотянуться, находясь в таком неудобном положении. Это было то, по чему Робин скучал больше всего. — О черт, черт! — прошептала ему в рот, когда была уже близка. Мужчина обхватил ее грудь руками и, втянув губами один из сосков, начал водить языком по чувствительной коже. Он играл с ее сосками, наблюдая, наслаждаясь тем, как она вздрагивала каждый раз, когда его язык ласкал ее. Робин снова потянул волосы вниз, целуя с жадностью, глотая ее последний стон, когда она кончила. Ее глаза были закрыты, губы же - наоборот. Робин не был уверен, сможет ли Королева сделать это снова, но его это не заботило. Он — Темный, и он получил приказ. Разбойник поднял ее, и теперь его ладонь встретилась с обнаженной ягодицей. Шлепок, еще один и так до тех пор, пока на коже не появился след от его ладони. — Кто ответственен за это теперь, Ваше Величество? Женщина не ответила, просто застонала. И пусть он снова нагнет ее над столом. Они занимались сексом во всевозможных позах: по-собачьи на ее рабочем столе, на диване, а затем мужчина позволил ей оседлать его на полу, и, черт, это того стоило. Крепко сжав тонкие запястья, Робин рассматривал ее. Ее грудь, бедра и, самое главное, эту великолепную попу, которая теперь была неестественно красная. Оргазм приходил один за другим, пока они не рухнули на пол, восстанавливая дыхание. Реджина не могла свести ноги и чувствовала боль везде. Это дерьмо того стоило. — Боже мой, я дам тебе что угодно, только давай остановимся. Я устала, — выдавила сдавшаяся Миллс. — Хм, как на счет того, что ты дашь мне кинжал, чтобы в следующий раз я всегда мог остановиться, если ты снова попросишь что-то такое, с чем не сможешь справиться? — Мм, давай! Я даже представить себе не могла, что ты можешь так долго… я имею в виду, в самом деле? — Ну, что я могу сказать. Я — лучший, — самодовольно хмыкнул он. — Иди в задницу, Локсли. — Там я уже был. И я снова хочу тебя, — произнес он, а затем ответил ей той же монетой: — ведь мы потеряли целый месяц. — Но ты точно восстановил этот пробел сегодня. Я даже не смогу дойти до дома, ты это знаешь? Я даже не смогу сесть, не говоря о том, чтобы идти. Это вообще не обсуждается. Он не мог ей ничем помочь, но зато с садистским удовольствием посмеялся: — В следующий раз будьте осторожней с тем, что просите, Мисс Миллс.