Предатели семи морей.

      POV Вирсавии.

      В Синдрии царит радость и покой. На рынке кипит жизнь. Тут можно встретить кого угодно! От простого человека до великого ученого. Что я здесь забыла? Просто прогуливаюсь. Лес и сады почти не изменились. Разве что в садах начали выращивать новые культуры. В развлекательном квартале мне делать нечего! В торговом одна заблужусь, да и долго там не выдержу. В порту можно помочь с монстрами, но как-то неохота. На это дело нужно настроение и азарт. А скрыться и без кораблей могу. Но без Аладдина никуда.       В последнее время мне кажется, что мальчик смотрит на меня иначе. Об этом я поговорю с ним вечером. Не стоит мешать его занятиям. Только бы с Синдбадом наедине не остаться! Хотя поговорить надо и с ним. Я тоже хороша: взяла и исчезла! Но с глазу на глаз говорить с ним я не могу. Он же мне на раз-два зубы заговорит и… Бах. — Аккуратнее, красавица! — Ой, простите… И как я за дорогой слежу? Отправлюсь лучше во дворец. Коротким путём. И не сшибу никого.       Всё, я на месте. Только… куда идти? Али-Баба учится фехтованию, Морджана тренируется с Масруром, а Аладдин у Ямурайхи. Опять улыбаюсь, как дура? Да?! Ну извините люди, сложно сохранять каменное лицо, вспоминая внука. Дико.       В башне пурпурного Льва мне делать нечего. Особенно днём. Хоть главная повариха — не помню её имени — говорит всякое да шутит надо мной (да, это она была на том корабле). Мол, в покоях Его Величества мне всегда рады. Намёк понят, но нет. Ещё там комнаты генералов, но все заняты своими делами. Одна я шастаю без дела. А так мне и в башне зеленого Стрельца для гостей хорошо живётся.       Может… Башня багрового Рака? Можно. Как раз вспомню старые навыки. Ох и опозорюсь. С самого приключения в империи Ко меч не держала. Три года прошло. Пройдусь пешком. Хорошо, что во двор переместилась. А здесь красиво. Как-нибудь скажу об этом Синдбаду. Пусть порадуется маленькой победе. О да, с тех пор, как мы начали путешествовать, моё одобрение доставалось с трудом. А может в башне серебряного Скорпиона остаться?       Мой выбор меня не огорчил. Бальбадский принц неплох, но этого недостаточно. Однако они сильно увлеклись, если не заметили меня. Только и остаётся не отрывать взгляда от них. Сама не знаю почему, но кровь кипит при виде дуэли фехтовальщиков. И, как мне рассказывали, глаза ярче звёзд в такой момент. Ага! И слюнки небось текут, что ни платочек, ни полотенце не приложишь.       Я действительно восхищаюсь. Но маг из меня намного сильней, чем вояка. Посему стою в сторонке и жду. Ибо выклянчить тренировку у принца Элиохапта в приподнятом настроении — насладиться результатом.       Али-Баба побеждён и обезоружен. Шарркан доволен собой и весело смеётся. А я громко захлопала в ладоши, тем самым обратив на себя внимание. Потому смело к ним подхожу. Друг Аладдина смутился от моих действий, а Шарркан только смолк и гордо посмотрел мне в глаза. Этим говорил: «Гордись мной, сестрёнка!»       — Как всегда прекрасно, — мастер меча только хмыкнул и задрал нос. — Но когда Али-Баба станет сильнее, кто победит? — я невинно захлопала ресницами, приложив палец к подбородку. Шарркан глянул в мою сторону, будто на врага посмотрел. Скрестил руки на груди и выдал:       — Ученики не всегда превосходят своих учителей, — понимаю, куда он клонит. Камень в мой огород, учитель. Вдруг откуда-то послышались звуки взрыва. Все обернулись на звук, как по команде, в сторону башни чёрных Весов. Над зданиями вновь взорвалась огненная сфера. Видно, на барьер натыкается. Спокойно вздыхаем — волноваться не стоит. Это Яму с моим внучком балуются.       Быстро же я свыклась с этой мыслью! Вот и колокол звонит. И мигом птицы оттуда разлетелись. Бедняжки. Наверное, Джафар уже мчится из башни белого Овна к главной волшебнице. Уже представляю его недовольное бормотание: «Что вы здесь устроили?»       — Так чего ты хотела? — смуглый принц вытащил меня из раздумий. — На смех себя выставить захотела? — как-то досадно вынес он свой вердикт. — Может в другой раз? — смотрю на него недовольно. Ему остаётся смириться. Отчего, почесав затылок, элиохаптовец встал в позу и ехидно добавил: — Не беги потом к королю плакаться, — закатываю глаза. Моего тихого бормотания он не услышал. То бишь вопрос: «Когда такое было?» остался без должного внимания.

      POV Али-Бабы Салуджа.

      Признаться, я удивился, когда госпожа Вирсавия наколдовала саблю. Тем вечером после праздника она кратко рассказала обо всём. И с того дня старается избегать короля Синдбада. Но с другими генералами она болтает с удовольствием. И помогает, если требуется. Атмосфера во дворце с её появлением изменилась.       Вот они и начали. Такое напряжение. Мне следует стоять за колонной, а не рядом с ней. Госпожа Вирсавия начала, как и я, неумело. Я успел подумать, что она в первый раз держит меч. Но прошло немного времени, и она стала отбиваться от атак господина Шарркана намного лучше.       Во дворце старожилы были очень рады её появлению. Мне всё же не мерещится! Король Синдбад чуть ли не сияет в присутствии госпожи Вирсавии. Её здесь ждали. Но есть что-то такое, какая-то тайна, о которой нам не говорят.       — Как в старые добрые времена, — баритон этот уж очень походил на бас, за что Вирсавия любила голос короля Синдбада. Она сама на днях так сказала. Его приход был неожиданным и нежданным. Но госпожа Вирсавия и господин Шарркан не остановились.       — О, — я перевёл взгляд с короля на дуэлянтов. — Это что-то новенькое, — если до этого Вирсавия с Шаррканом сражались в одном стиле, то сейчас волшебница успешно загоняла в угол мечника иным. В прямом смысле загоняла. Вот господин Шарркан лишился своего оружия. А в руках госпожи Вирсавии две сабли. Как бы мне не задохнуться от восхищения.       А ещё она как-то виновато улыбается. Будто говорит: «Ты просто не ожидал. Для меня это ничья». Я удивлён!       — Молодец, Сави, — на слова Синдбада женщина никак не отреагировала, пропустив мимо ушей. Какая муха их всех покусала?

      POV Синбада.

      Джафар устроит мне очередную взбучку, когда найдёт. А пока я могу полюбоваться зрелищем. Али-Баба явно не ожидал моего появления, а генералы к таким сюрпризам привыкли.       До ужаса длинные волосы Вирсавии были собраны в хвост и не мешают ей противостоять Шарркану. То, что она избегает меня, только подстрекает. Так и хочется поймать и заключить в объятиях у всех на виду, гордо и громко напомнить: «Ты принадлежишь мне». Уверен, покраснеет сильнее, чем Ямурайха от пьяного «бреда» Шарркана.       — О, — а вот это уже интересно. — Это что-то новенькое, — Салуджа перестаёт смотреть на меня, как на восьмое чудо света. И я позволяю себе гадко ухмыльнуться. Мне совсем не нравится, как она сейчас победила моего лучшего мечника.       — Госпожа Вирсавия, — они подошли к нам. И в её бледных и, только на вид, слабых руках красовался посох. Неприятные воспоминания о прохождении лабиринта Зепара прогнал неумолкающий владелец Амона. — Я знаю этот, то есть эти два стиля, — я тоже видел пару раз. Не хочу признавать, но мечники Ко тогда были хороши. — Сначала вы использовали обычный для ближнего боя, — а вот это интересно. Али-Баба говорит с восхищением, но ему что-то не нравится. Косо посмотрел на Вирсавию, но она упорно игнорирует меня. — Я могу понять, откуда вы знаете первый стиль. Но, — на секунду принц умолк, — кто научил вас королевскому? Ведь его знают только члены королевской семьи, — а сам откуда знаешь? Спрошу позже. Восхищение в его глазах померкло, сменилось подозрением и любопытством. Меня это не интересует. Члены семьи императора? Чёрт! Вирсавия, что ты делала эти годы?

      POV Вирсавии.

      О, Али-Баба, зачем ты это сказал? Синдбад, не смотри на меня, как на предателя. Ещё раз такого взгляда я не вынесу. Мне нет дела до войн и вражды. Почему же мне так стыдно?       — Я путешествовала по миру, чему-то училась, — в сторону Сина отчего-то глянуть боюсь. — Вот и результат! — всё! Больше не могу находиться рядом с ними. Любопытный Али-Баба, осуждающий Синдбад и сочувствующий Шарркан. Ей-Богу! Будто бы я мир случайно похоронила за тремя плитами смерти.       Сношу всех на своём пути, даже не извиняюсь. Убегаю, как маленькая девочка. И обиделась. Так по-детски. Но в душе снова появилось то чувство семьи. Такое чувство, как и много лет назад. Вот и пришли. Я узнаю комнату. Она такая же как раньше. Её не забрасывали. Каждый день убирают, что ли?       Большая кровать с белым балдахином хорошо вписалась между окнами. Вдоль левой стены стоят шкафы и сундуки с одеждами и украшениями, старыми вещами, сувенирами. Вдоль правой стены шкафы со свитками и небольшой стол. Больше ничего нет. Ну, люстра со свечами не в счёт. Большего и не нужно. Помню, как когда-то Синдбад посадил к себе на колени и начал рассказывать, каким красивым будет этот дворец. И какая у нас будет комната. Специально для меня ещё одна будет. Но мне было как-то не до этого. Я больше думала, как мне соблазнить его…

      POV Шарркана.

      Ну вот, сестрёнка Вирсавия убежала. Только не к Сину, а от него. Главное, не выдать свое веселье улыбкой.       — Кхм, король Синдбад, — легко киваю Али-Бабе, намекая, чтобы он ушёл. Ух, какой понятливый ученик попался, — вот так наезжать на сестрёнку, — цокнув языком, я с укором посмотрел на своего короля. Но тот даже не смотрел в мою сторону. Я усмехнулся. До чего веселит данная ситуация. Правитель наверняка думает, не пойти ли за ней.       — Вы слишком долго ждали, пора отыграться, да, король? — озвучил свою мысль и Синдбад повернул голову ко мне.       — За языком следи, — я и не заметил, как повелитель, не жалея сил, сжал моё плечо. Больно. — Она единственная, кому я позволю стать королевой, — в глазах Синдбада заиграл азарт. — Шарркан, скоро она станет моей женой.       — Охо, король Синдбад, вы так в себе уверены. Но не забудьте, что Вирсавия не в ущелье отсиживалась, а по всему миру от вас пряталась. Мало ли, — язык — враг мой. Я уже жалею о своих словах. Рука, которая сжимала плечо, дала мне хорошего подзатыльника. Как бы шишка не появилась. А он даже ничего не сказал, просто ушёл. Опять затылок чешется. Точно шишка будет! А я всего лишь хотел дать ему стимул. Только идиотом себя выставил. Ну что поделать?       Так, милый женский смех? Оборачиваемся и подмигиваем. Хе-хе, что касается меня, то скоро я завоюю сердце самой вредной девушки. Да прибудет со мной удача. И терпение.

***

      Ужин. Столовая Короля и его приближенных. POV Вирсавии.

      Видимо, я уснула, опираясь на край кровати. А сейчас меня кто-то пытается разбудить. Ну и кто посмел? Так не хочется вставать. Даже глаза открыть лень.       — Джафар? — не верю своим глазам! Сам главный советник пришёл за мной. Что-то на меня нашло, и я обнимаю этого порядочного ассасина. Такого порыва он явно не ожидал. А мне просто нужно было его обнять. — Ты так вырос, стал хорошим человеком, — может эти слова ничего не стоят, но мне нужно что-то сказать. — Одним «прости» я не отделаюсь? — пусть я не вижу его лица, так даже легче, но я точно улыбаюсь, как дура. И ещё крепче обнимаю его. И да, я чуть выше. Надо будет как-нибудь подразнить этим.       — За то, что вы сделали в прошлом, вас следует казнить, — может мне сейчас от него отойти? Ибо жутко не нравится его серьёзный тон. Нет уж, лучше постою ещё так. Не хочу видеть недовольное лицо Джафара — моё сердце в пятки ухнет! — Но думаю работа с государственными делами даст лучший результат, чем бесполезная смерть, — отстраняюсь и заглядываю ему в глаза. Вот же черт! Лицо пофигиста, а в глазах злорадство. Черт!       — Вы разговариваете с первым советником короля Синдрии, — он отошёл на пару шагов. — На вашем месте, я следил бы за языком, — кажется, последние слова не остались при мне. А теперь, как маленькая, спрятала руки за спину и виновато смотрю в пол. Похоже, мы с ним местами поменялись. — Идёмте, — в недоумении смотрю на него. Желудок заурчал назло, гад такой. — Пора ужинать, леди Сави, — и улыбается, черт. Люблю его, их всех люблю. Я уже и забыла, здесь они моя семья.       До обеденного зала мы дошли молча. А когда зашли, все дружно нас поприветствовали. Ой, как не нравится мне хитрый взгляд Шарркана! Ещё один черт. Мои мысли отвлёк Аладдин: врезался в меня и сразу обнял. Сегодняшний ужин отличается от предыдущих, хотя бы тем, что стол низкий и все уселись на подушках. Вот же! Знает как мне угодить.       — Сегодня Яму-сан научила меня заклинанию невидимости, и теперь я могу прятаться как она, — Аладдин довольный собой потянул меня в сторону своих друзей, где для меня было занято место. Всё хорошо, но не нравится оно мне тем, что сижу напротив короля. И вот, плюхнувшись на подушку, мой желудок вспомнил про своё существование. Чем меня очень смутил и повеселил остальных. Ну, а я, гордая коза, набрала кучу разной еды. Я больше не милая девушка, я монстр, набивающий рот, как грызуны и прочая подобная живность.       — Охо-хо-хо, — о, Хинахохо, мой верный собутыльник! С ним я толком поговорить ещё не успела. — Вирсавия, я смотрю ты изменилась в некотором роде, — мужчина опустил свою большую руку на мою мелкую голову, испортив и без того никакую прическу. — Ну-ка скрась нашу трапезу и поведай, где была, чего надумала, — я недовольно покосилась на северянина. Ему отказать трудно. Так что проглотив всё пережёванное добро и запив чем покрепче, выдала:       — Редко где оседала надолго, много чего видела и надумала вот чего! — важно так подняла указательный палец вверх и закрыла глаза. Всё внимание явно на меня направлено. И что теперь сказать? Я же просто путешествовала. А не, сказать есть что. Заявляю:  — Раньше сорока замуж не пойду, а может и вообще не пойду — как резко вышло-то! А Хинахохо, Драгул, Писти и Джафар обреченно поотбивали себе лбы. Руки у них крепкие. Ямурайха, Шарркан, Спартос, детишки и даже Масрур (!) не скрыли свой ошарашенный взгляд. И только Синдбад грозно так потребовал:       — Обоснуй! — я даже не побоялась глянуть в его сторону. И меж нашими взглядами молния проскочила. Все точно не хотят вмешиваться. Но им жутко интересно. Аладдин так вообще даже отодвинулся чутка влево от меня. Ну ничего, этого его не спасёт.       — Я, — все напряглись, — решила посвятить свою жизнь, — все чуть наклонились в мою сторону, — самому лучшему мужчине, — и захапала в свои объятия внучка. И на всякий случаю добавляю: — Он не мой сын! — причём так уверенно, что не поверить будет грешком на их совести. А вообще, не говорить же мне, что я боюсь заводить семью из-за прошлой жизни. Мать из меня ужасная! И мне всё равно, как долго они буду отходить от шока. Хотя Синдбада жалко. Я всё ещё люблю его. В ближайшее время мне лучше не попадаться ему на глаза. А вот юный маги быстро пришёл в себя.       — Тётенька Вирсавия? — может, никто и не заметил, как Аладдин заговорил на языке народа Альма-Торран. — Или лучше сказать бабушка? — ну вот, Уго сделал это быстрее меня. Ничего, он ещё у меня получит.       — Давай пойдём отсюда, — встаем из-за стола и убегаем в сторону балкона. А что? Летать можем, и так нам не помешают. Хотя, напоследок кидаю мимолётный взгляд в сторону остальных.       А с высоты Синдрия ещё краше. Отсюда даже видно, как южные монстры плавают рядом, но не рискуют приближаться. Поднимаюсь ещё выше и тяну за собой Аладдина.       — Бабуль, Уго-кун мне всё рассказал, — осторожно смотрю в глаза юного маги. — Ты была хорошей матерью, и папа не хотел бы видеть твоё несчастное лицо, — как это мило! Я, наверное, своими объятиями скоро его задушу.       — Аладдин, я просто не знаю, где здесь моё место, — трусь щекой о его макушку, пусть ковёр самолёт у меня на голове покрасуется. — Поэтому я буду рядом с тобой. Ты же мой внук, моя кровь, моя путеводная звезда, — чёрт! Сейчас заплачу. — Моя путеводная звезда, — и напоминание о твоих родителях. Я плачу, плачу от счастья.       — Всё хорошо, бабуль, — ковёр самолёт слетел с моей головы и теперь мы уселись на нём, а я никак не оставлю внука в покое. — Я тебя люблю, и буду любить очень-очень сильно. Ты же у меня такая хорошая, — интересно, что сказал ему Уго? А я всё плачу. Я так долго не плакала. И слёзы рекой, и не могу остановиться. В моих объятиях самый дорогой человечек, и ради него я буду жить, Соломон.