Город Света

Ива хотела есть. Она с отвращением посмотрела на осточертевшие ягоды, а потом попыталась унять урчание в желудке, который не утихал с самого утра. Бек удивленно посмотрел на девочку своими большими глазами-пуговками и подтолкнул мокрым носом свою наполовину обгрызенную кость. Ива рассмеялась, почесав Бека за ушком, отчего тот блаженно заскулил. Выражение лица девочки постепенно менялось от веселого до задумчивого, если не печального. Пять дней прошло после набега на лагерь. И все это время она думала лишь об одном: откуда пришли те люди? Она отсеивала заведомо глупые варианты, и в конце концов осталось только два. Они могли просто проходить мимо, ища, чем бы можно поживиться. Эта версия была довольно реалистичной, учитывая, что почти все путешественники натыкались на убежище Ивы именно так. Но наличие у них тяжелого оружия и отсутствие хоть какой-то пищи навевали мысли о том, что их собственный лагерь находится не так уж далеко. Их вид не был похож на вид голодающих или жаждущих, так что Ива посчитала этот вариант достойным существования. — Не лай, ты меня сбиваешь! — в очередной раз прикрикнула Ива на Бека, который лаял каждый раз, когда девочка пыталась попасть в цель. Она тренировалась на мишени, которую вырезала сама на широком дереве. Она пыталась экономить пули, но это было не так то просто. Сейчас ее результаты улучшились, Ива могла попасть почти в самый центр круга, если, конечно, постарается. Бек сомнительно завыл и положил голову на передние лапы, сделав скучающее выражение морды. — Я тоже хочу кушать, правда, но пока я не научусь защищаться — выходить из лагеря опасно, — поучительно рассказывала Ива собаке. — Помнишь, что было в прошлый раз? Бек опустил взгляд, стараясь не вспоминать это событие: два дня назад в поисках припасов они вышли в город и ошивались там, пока на Иву не напал какой-то безумный. Бек оттащил его за ногу, и парочка убежала, пока мужчина, матерясь и крича что-то вслед, корчился на земле. Уходящее за горизонт солнце положило конец тренировке и заставило Иву с Беком вернуться в пещеру. Завешанная теплым, но изъеденным молью, ковром и прикрытая травой, она была довольно теплой и уютной. Но вопреки всему, уснуть той ночью Ива не могла. Хотя, за последнюю неделю это стало обычным делом — днем она пыталась забыть о том, что сделала, но ночью мысли об убийстве человека не покидали ее. Она видела смерть и раньше, но в этот раз была ее причиной. Ива говорила себе, что мужчина пытался убить ее, что это было лишь самозащитой, но кровавые руки каждую ночь преследовали ее, выныривая из самых глубин ее души. Сейчас она казалась себе грязной, запятнанной. Бек не спал, охраняя хозяйку и верную подругу. Он не смотрел на Иву, умом понимая, что так она не заснет, зато Ива смотрела на пса. Он исхудал, а шерсть не блестела. Недостаток пищи сказывался и на нем — лето скоро кончится, мелких животных в лесу все меньше. Ива упорно не понимала, куда они деваются, но Бек все чаще возвращался без наживи или с совсем маленьким уловом. Ива положила ладонь на приклад и закрыла глаза. Она знала, что будет делать.

***

Август открыл глаза и без удивления обнаружил себя привязанным в темной комнате. А чему удивляться? Каждое утро одно и то же, только руки каждый раз болят сильнее. Они бы его хоть на ночь отвязывали, право. На смену беспокойству и страху пришло равнодушие с какой-то больной ироничностью. Август не реагировал на окружающий мир, сосредоточившись на четырех стенах. Первые два дня ему казалось, что он ослеп. Вокруг была только всепоглощающая темнота, и ничего больше. Он кричал и извивался на стуле, пока дверь не открылась, впуская человека в наушниках, которые бы не позволили Августу использовать дар. Тогда Август смеялся, заставляя вошедшего встать в ступор. Наверняка он посчитал парня сумасшедшим, хотя Августу было на это плевать. Он просто радовался тому, что мог видеть, что надежда увидеть небо еще существовала. Или, может, он и правда тронулся умом, пока сидел в камере? Кто знает. Август даже не помнил, сколько он здесь: дни или недели, а может и месяцы. Дни и ночи тянулись одинаково. С ним в комнате постоянно был кто-то — Август это слышал. Кто-то водил его справить нужду, носил еду. Как дворецкий, сказал бы Август, если бы не тот факт, что все это происходило в могильной тишине и кромешной тьме. Но потом человек исчез. Август не ел несколько дней, отчего постоянно хотел спать. И немножко умереть. Но он отбрасывал эти мысли, вспоминая о людях, которые, возможно, его еще ждут. — Есть здесь кто?! Эй! Август знал, что ответа не последует. Он слышал, как трапперы ушли около часа назад. Он мог слышать все, что происходит в здании, но с изумлением отмечал, что охрану они не оставляют. А вдруг он решит сбежать? Что тогда? В коридоре раздались шаги. Они не принадлежали никому из трапперов — у тех шаги были тяжелыми и громкими, а эти… Легкие, крадущиеся — Август сразу понял, что это кто-то из людей. — Кто здесь?! Помогите! Я заперт в комнате! Шаги затихли напротив двери, а тонкий девичий голос, правда, чуть охрипший, прошептал: — Кто вы? Август блаженно улыбнулся и посмотрел в потолок. Его призывы были услышаны. — Я пленник. Трапперы схватили меня. — Это трапперы? — голос отшатнулся. Было слышно, что девушка боится. Август кивнул, а затем рассмеялся, поразившись своей глупости. — Да, — уже громко сказал он. Девушка потопталась на месте, а Август наслаждался новыми звукам, так долго отсутствовавшими в его жизни. Неуверенность в движениях, задумчивость, страх — он слышал все. Он слышал биение сердца девушки, то, как оно реагирует на его слова. Он слышал ее дыхание — чуть сбитое, видно, она бежала. И голос. Голос дрожал и звенел, словно ручей, он передавал все то, что чувствует девушка, не скрывая ничего. — Я… я сейчас открою. Подожди. Шаги постепенно стихали в дали, а затем Август услышал звон металла. Девушка нашла инструменты? Как мило. По ушам сильно ударило, парень вскрикнул от резкой боли. Он еще не научился настраиваться правильно: если он слушает за десятки метров, то звуки поблизости кажутся ему настоящим взрывом. В глаза ударил яркий свет — за дверью день. В дыре проломанной кувалдой двери виднелся силуэт. Да, это была девушка. Она была хрупкой и совсем маленькой, но уже приобретшей женские изгибы. Август поморщился, пытаясь разглядеть ее лицо, но свет из-за спины мешал. Внезапно он услышал шаги и громкий смех. Еще хуже было то, что девушка услышала их же. Трапперы были совсем близко. Ее сердце забилось быстро, как у маленькой птички, которую посадили в клетку. Она смотрела то на дверь, то на Августа, который совершенно не знал, что делать. Он не хотел оставаться здесь ни на секунду больше, но вероятность того, что девушку схватят была слишком велика. — Беги! — рыкнул Август. Девушка показала оружие, будто говоря, что будет защищаться, но Август хихикнул: ее руки тряслись, а ноги подкашивались. Куда уж ей? — Беги, теперь я найду, как выбраться! Он ее убедил, или внезапно вошедшие трапперы, но девушка побежала. Благо, они ее не заметили. Зато заметили проломленную дверь и Августа, сидящего с улыбкой до ушей. — Принесли чего-то вкусного? — сыронизировал, как обычно, парень, после чего получил звонкую затрещину и провалился в голодный обморок.