Would It Matter

Тепло. Очень тепло и мягко. А-а-а! Зачем я к нему пришёл?! Что он сейчас подумает? Тупой! Тупой! Тупой! А какая мне разница, что он подумает? Правильно, большая. Он ещё спит, поэтому надо быстро свалить обратно на диван, будто там и был. Только я привстаю на локтях, его рука только сильнее прижимает меня к кровати. Сука. Мы ещё и в обнимку спали. А ведь неделю назад я был натуралом. — Максим, отпусти, — шепчу я, — Пожа-алуйста, — зачем-то добавляю, не думаю, что это поможет. В ответ он мне что-то невнятно пробурчал. Не засчитав это за ответ, я ещё раз прошу: — Твою-то мать, отпусти. Ну, раз так не понимает, я его просто оттолкну. А для этого нужно повернуться на другую сторону. Будет весьма проблематично из-за его руки, прижимающей меня. Достаточно, как мне показалось, долго ворочаясь, я смог перевернуться к его лицу, находящимся теперь в сантиметрах десяти от моего. Мне это совсем не нравится. Пытаюсь оттолкнуть его руками и ногами, но ничего не получается. Что-то мне подсказывает, что он уже не спит. — Эм, Максим, убери, пожалуйста, свою руку с меня, — уже громче говорю я. Отвечают мне, естественно, тишиной. Да он издевается! — Ебать тебя, Максим, отпусти! — уже, можно сказать, кричу ему в лицо я. — Ну, во-первых, ебать, скорее всего, буду я. А во-вторых, можно как-нибудь помягче? — хрипло спросил он. — Ебанюшечка моя, пусти, пожалуйста, — саркастично попросил я, сделав вид, что не заметил первой части предложения. — А ты что здесь делаешь вообще? — игнорируя мою просьбу, интересуется Максим. — Сплю. Спал, — быстро поправился я, — А теперь хочу встать, можно? — Здесь спал? — да что за игнор? — Да. Отвали. Пусти. Пытаюсь поднять его руку и встать, наконец, с кровати, на что получаю ухмылку. Как иначе-то? — Может, всё-таки ты меня отпустишь, не? — спрашиваю я, сдавшись. — Зачем? — легко спрашивает Максим. — Да что ты опять от меня хочешь? — вспоминаю я своё прошлое пробуждение в его компании. — Ничего. Может, я просто хочу так полежать? — А вот я не горю желанием, — отрезал я, не прекращая попыток выбраться из объятий. — А я горю, так что лежи. — Нет, ты серьёзно меня не отпустишь? — Не отпущу. — Ладно, время для отчаянных мер! — Каких еще м… Знаю, глупо. Знаю, я идиот. Но я его поцеловал. Нет, ну, а что мне ещё нужно было делать? Это был единственный способ как-то ослабить хватку! Ну, как мне показалось. Я не углубляю поцелуй, я вообще почти ничего не делаю, Максим сам справляется. Как только его рука начала спускаться ниже, я сразу решил вырваться, но не тут-то было. Он резко поставил руку перед моим лицом, преграждая путь к спасению, и навис сверху, продолжая целовать. Я не в самом выигрышном положении. Честно говоря, я не против. Ну, тело точно только «за». А вот мой мозг говорит, что лучше бы я ему сейчас врезал и убежал. Но когда я в последний раз слушал свой мозг? Чтобы выбраться, мне нужно взять инициативу в свои руки. С помощью немалых усилий мне удаётся перевернуть нас так, что теперь я оказался сверху. Максима, вроде бы, это даже не волнует. Он просто не разрывает поцелуй, лишь иногда отрываясь, чтобы вдохнуть немного воздуха. Как бы, сейчас я могу уже спокойно валить. Но нет. Я ещё тут. Максим раздвигает своим языком мои губы и скользит им внутрь. Я не отвечаю. Не умею потому что. Да, мне восемнадцать и я не умею целоваться. Мне становится как-то стыдно, поэтому я медленно отстраняюсь от Максима и смотрю в его глаза. Что это было? У него растрепались волосы, уверен, у меня тоже. — Я немного в шоке, — выдаёт Максим после небольшой паузы. — Боже, я тоже, — помолчав, отвечаю я. — Но мне понравилось, — хмыкнул он. — Эм, да, ага, круто, — тут я вскакиваю с него и бегу. Просто бегу. — Ты куда? — донёсся мне в след разочарованный голос. А действительно. Куда я? Я в трусах, вообще-то. Блин, что делать? Надо что-то придумать. В коридоре вижу шкаф с одеждой. Цель найдена. Аккуратно, чтобы не быть услышанным, бегу к ней. Тихо открываю раздвижную дверь и залезаю в шкаф. Я не знаю, зачем. Но другого я ничего не придумал. — Дима-а-а! Ты где-е-е? — не без иронии громко спрашивал Максим. Были слышны его шаги и какие-то звуки. Мне страшно. Что я делать-то дальше буду? Какой я дебил. Дверь шкафа резко открывается, и я вижу ухмыляющегося Максима, поставившего одну руку на пояс. — Если ты сейчас не выйдешь из шкафа, то я зайду к тебе, и мы продолжим то, что ты начал в спальне, — пригрозил он. — Я одежду свою искал просто, — быстро придумал себе оправдание я, параллельно вылезая из шкафа и вставая рядом с Максимом. — Ага, но она у тебя на диване, — он кивнул в сторону моей одежды. — Да, точно, забыл немного, — я криво улыбнулся и пожал плечами. — Эм, ну ты объяснишь, что это было. То близко меня к себе не подпускаешь, то сам лезешь целоваться. Я запутался. — Да, я это… в душ пойду. — Не-ет, стой, — он хотел ухватить меня за руку, но я проскальзываю мимо него и вбегаю в ванную, закрывая на замок за собой дверь. — Чёрт, да ты можешь объяснить? — спрашивает Максим через дверь. — Это э-э-эксперименты, — в такой ситуации я просто не мог не ответить шуткой. Мне это нужно было, чтобы как-то отделаться от вопроса, хоть и на время. — Ладно, выйдешь, и поговорим, — поставил он условие. — Максим, у тебя есть зубная щётка запасная? — подождав пару минут, решил разузнать я. — Да, на верхней полке, — как готовился. А вдруг? Мне кажется, я чистил зубы минут десять. А потом просто сидел на стиральной машине столько же. Будь, что будет. — Чай готов, — как только я вышел из ванной, сообщил Максим из кухни. — А? Ага, спасибо, — проговорил я, осторожно садясь на стул, находящийся через один от Максима. Он очень пристально на меня смотрит, но ничего не говорит. Как на допросе. Беру в руку кружку с чаем и немного отпиваю. Горячий. Максим всё смотрит. — Хорошо, что? — не выдерживаю я. — Что? — он делает вид, что не понимает, о чём я говорю. — Спрашивай, что хотел, — уточняю я. — Ты определился? — Не знаю. Нет. — А я думал, что утром… — Утром… — перебиваю я, — Утром была импровизация в тяжелых условиях. — Как ты мило оправдываешься. — Я не… — Да-да, конечно. Ты всё ещё натурал. Знаю. — Ам, — перевести тему, нужно срочно перевести тему, — А мы есть что-нибудь будем? — Ну, мы можем… — начал Максим. — Нет. Мы не будем ничего заказывать, — отрезал на полуслове его я. — Как хочешь, но я бы поел пиццы. Пошли тогда в кафе, тут рядом есть одно. — Давай, не против, — на самом деле, я бы тоже пиццы поел, но мне как-то неловко тут находится, поэтому надо сходить куда-нибудь, а потом — домой. Оделся я быстро, убежав в комнату Максима, пока сам Максим был в ванной, чтобы он меня не видел. Хотя мы два раза спали в одной кровати. Но кого это волнует, правильно? Я надел вчерашнюю одежду, в которой, если честно, хожу вторую неделю. Неважно. Максим не заставил себя долго ждать. И через десять минут моего залипания в телефон, он предстал передо мной в чёрных джинсах и рубашке в синюю клетку. И в дырявых носках. Модник, блять. — Ну, пошли, — сказал я, вставая с дивана и направляясь в коридор. — Дамы вперёд, — Максим вежливо поклонился, указывая руками на коридор. — Заеби, вот сам и иди вперёд. — Неа, — он скрестил руки на груди. — Ладно, я пойду первым, но я тебе никакая не дама, — закатив глаза, я прошёл в коридор. — Ага. Я бросил на него злобный взгляд, на что он только ухмыльнулся. Задолбал. Зашнуровав свои кроссовки и надев куртку, я вышел на улицу, чтобы там дождаться Максима. Через минут десять он вышел. В душе не чаю, как можно надевать куртку и обувь десять минут, но да ладно. Как Максим и говорил, дошли мы достаточно быстро, минут так за пятнадцать, думаю. Только сев за столик, я предупреждаю: — Это не свидание. — Безусловно. Это не свидание. Я плачу. — С чего это? — удивился я. — А у тебя деньги есть? — Максим поднял брови. — Нет, — признался я. — Ну так? — Ладно, ты платишь. Но это всё равно не свидание, я просто хочу есть. — Ты всегда хочешь есть, — фыркнул Максим. — Отвали. Мило улыбаясь, к нам подошла официантка, держа в руках блокнот, ручку и пару меню, которые оказались перед нами. Не прекращая улыбаться, девушка сказала: — Здравствуйте, меня зовут Аня. Сегодня я буду вас обслуживать. Я подойду через десять минут, чтобы принять заказ. — Хорошо, спасибо, — ответил Максим. Она развернулась и пошла на кухню. — Давай, выбирай, что заказывать будешь, — сказал Максим, протягивая мне одно из меню. Мы минуты семь молчали и выбирали себе завтрак. Глаза разбегались при виде разновидностей оладий, вафель и тостов. Завтракать в кафе я ещё не ходил ни разу — обычно мама его мне готовит. А тут я могу выбрать сам. Непривычно. — Ты определился? — спросил Максим, отложив своё меню в сторону. — Тут, похоже, блинчики вкусные, их закажу и горячий шоколад, думаю. — Такой же горячий, как я? — сострил он. — А ты пикап-мастера включил, как посмотрю, — я закатил глаза. — Он у меня всегда включен, — Максим подмигнул, и я издал короткий смешок. — Тогда отключи, пожалуйста, эту функцию. — Ты от многого отказываешься, мой дорогой, — я скривил лицо, реагируя на обращение, которое Максим выделил. — Ты сам-то решил, что будешь? — я тоже отложил меню. — Венские вафли и чай, — огласил свой выбор он. — Ну так зови тогда официантку и заказывай. — А сам что? Это же не свидание, — передразнил меня Максим. — Но платишь-то ты, — таким же тоном в ответ сказал я. — Ну ладно, мне нетрудно. Девушка! — Максим поднял руку, громко зовя официантку, — А как её зовут-то? — тихо спросил у меня он. — Я запоминал, что ли? То ли Аня, то ли Таня. — Слушать надо, когда с тобой взрослые говорят, — пригрозил пальцем Максим. — Да она меня на год или два старше! Сам слушай её, — я скрестил руки на груди и откинулся на спинку стула. — Вы определились с заказом? — тем временем подошла девушка с бейджиком, гласящим, что её зовут Аня. Я угадал. — Да, — быстро отзывается Максим, — Мне венские вафли с карамелью и чай. — А Вам? — Аня повернулась ко мне, улыбаясь. — А ему блинчики и горячий шоколад, — не дал мне ответить Максим. — Хорошо, ваш заказ будет готов через пятнадцать минут. — Спасибо, — кивнул он. — Я, вообще-то, говорить умею, ага, — сказал я, как только девушка отошла от нашего столика. — Не волнует, — он махнул рукой. — Пф, прекрасно. Вот мы сидим в кафе, но я всё равно не очень ощущаю безопасность. Тем более под пристальным взглядом Максима, которым он сейчас на меня смотрит. Будто что-то сказать хочет. Я смотрю ему в ответ. Ну, а что мне ещё делать? С минуты мы играем в эти гляделки, и я не выдерживаю: — Ну что? — Что? — переспрашивает Максим. — Можешь перестать на меня так смотреть, — объясняю я. — Почему же? Ты сегодня красивый, — от этой фразы я впал в ступор. Что он сказал? А ответить мне на это что? — Значит, только сегодня? — нашёл ответ я. — Не только, ты всегда такой, — и сидит, как ни в чем не бывало. Кроме мамы, мне ещё такого никто не говорил. — Ага, да, ты т… — А вот и ваш заказ! — фух, благослови эту женщину. Я чуть не сказал «ты тоже». Это было бы странно. Наверно. — Спасибо, — придвинувшись к столу, поблагодарил Максим. — Если что-нибудь ещё захотите, зовите, — подмигнув, официантка удалилась. Улыбнувшись ей напоследок, Максим приступил к еде. Мне чем-то не понравился их разговор. Вот совсем. И эта Аня не понравилась. Она ещё так подмигнула. Чтобы как-то от этого отвлечься, я решаю запихнуть разом в рот все блины, которые эта Аня мне принесла. Наверно, я был слишком голоден или что-то ещё. Зря это сделал, потому что, как только я впихнул последний, третий, блинчик, я подавился. Быстро прокашлявшись, поднимаю глаза на Максима и замечаю, что он опять на меня смотрит. Опять очень долго смотрит. — А сейчас что? — С тобой все хорошо? — и, не дожидаясь ответа, добавил: — Ты как-то странно себя ведёшь после того, как Аня ушла. — Так ты и имя ее запомнил? — тихо пробормотал я. — О, так ты… — Нет, — оборвал я. — Ревнуешь? — закончил предложение Максим. — Нет, — повторил я, — Блинчики очень вкусные, не удержался. — М-м, конечно, — ухмыльнулся он. — Отвали. Мой завтрак уже закончился, а Максим даже первую вафлю не съел. Вот так всегда получается. Ну, у меня хотя бы горячий шоколад остался, которого не было уже через минуту, потому что я не смог просто смотреть на него. Мне нужно было его выпить, что я, собственно, и сделал. Теперь у меня вообще ничего не осталось. А у Максима полвафли и чай. Он так аппетитно ел, и я, облокотившись локтем о стол, начал смотреть на это. А что мне оставалось делать? В этом кафе нет вай-фая, из-за чего мне и пришлось этим заниматься. — Ну как? — спросил я спустя минуту наблюдения того, как Максим, видимо, с удовольствием, поедает вафли, политые карамелью. — Фкуфно, — ответил он с набитым ртом. Никаких манер. А хотя мне ли о манерах говорить, — Попробовать хошь? — предложил Максим, подняв на меня глаза. — Ну… давай, — а почему нет? У меня еды не осталось, а вафли выглядят слишком заманчиво. Я протянул вилку к его тарелке, но он отбил её своей. Я с непониманием на него посмотрел, на что Максим только ухмыльнулся: — С моей вилки ешь. Чужой вилке не место в моей тарелке. — А то что твоя вилка будет в моём рту — ничего? — Твой рот-то мне уже не чужой, — он поднял бровь. — Да Максим! — Что? Будешь, нет? — он протянул мне вилку с вафлей на ней. Я громко выдохнул, но потянулся к вилке. Ради еды я готов на всё. Обхватив губами вилку, я снял с неё кусочек вафли. М-м, вкусненько. Почему я раньше не знал, что в этом кафе так вкусно готовят? Наверно, потому, что я ем всегда дома. Но теперь я буду часто сюда заглядывать. — Девушка, можно счёт, — Максим опять поднял руку, зовя к нам официантку. Она быстро подбежала к нам и наклонилась к Максиму, открывая ему вид на своё декольте. — Держите, — девушка снова ему улыбнулась и отдала счёт. Мне не кажется странным, что она с ним флиртует. Был бы я девушкой, я бы, скорее всего, поступил так же. Максим расплатился и, по-моему, оставил немного чаевых. Уже направляясь к выходу, меня догнала Аня. Я махнул Максиму рукой, показывая, что может выйти на улицу, и повернулся к официантке. — Ты можешь передать ему мой номер? — она жалостливо на меня посмотрела и протянула листок с цифрами. Пару секунд я просто мерил её взглядом, а потом ответил: — Нет, он занят, — и развернулся. Я не знаю, кем Максим занят, но номер девушки я ему отдавать не хотел. Жаль, что не видел её лица. Выйдя из кафе, я сразу же направился в сторону своего дома, Максим, разумеется, за мной. Хотя, возможно, он идёт к себе, потому что наши дома находятся рядом, но что-то мне подсказывает, что нет. — Мы идём ко мне? — спросил я. — Можем и ко мне, если хочешь. — Нет, я иду домой, — твёрдо сказал я. — Так, а мы что делаем? Иногда я поражаюсь своей тупости. — А ты зачем идёшь тогда? — переспросил я. — Нам, как бы, по пути, не? Опять поражаюсь своей тупости. — Да и тебя провожу заодно, — пожал плечами Максим. — А это зачем? — Просто. — А, конечно. — Всё, я пойду, — стоя у моего дома, сообщил я Максиму. — Я тебя до дверей провожу. — Я, что ли, в подъезде заблужусь? — Ты можешь, — хмыкнул он. Я не удивлен. Ладно, мне не жалко. В лифте я зажался в угол, а Максим, нажав кнопку, означающую шестой этаж, начал опять внимательно на меня смотреть. Нравится ему на меня смотреть. — Сейчас я могу пойти домой? — открывая дверь квартиры, задал вопрос я. Но ответить Максим не успел, потому что, только я открыл дверь, в коридоре показался отец, а заметив меня, он грозно посмотрел и, нахмурившись, сказал: — Быстро заходи в квартиру! — Эм, я, наверно, пойду, — тихо произнёс Максим, но папа, видимо, его заметил. — Нет, задержитесь, молодой человек. Вы, как я понимаю, Максим? Проходите тоже, — сказал отец так, что отказать и не осмелишься. Не нравится мне это. — Максим? — в коридор зашла мама, — Пойдём на кухню, оставим их. И, напоследок бросив мне сочувствующий взгляд, Максим удалился вместе с моей мамой на кухню. А я остался в коридоре, с папой и его серьёзным выражением лица. — Дима, мне позвонили из школы, — нет. Только не это, — Рассказали мне про твои частые прогулы и… ну ты сам понимаешь, о недавних событиях. Что у вас с Максимом? — Ничего, пап, ничего. Это… ничего, — оправдывался я. — Знаю я это «ничего». У меня в твоём возрасте тоже был такой друг, но мы сейчас не об этом. Так что это? Я молчал, не зная ответа на вопрос. Правда, не знаю. Отец вздохнул и пошёл на кухню. — Максим, можно тебя? — Конечно, — спокойно отозвался он. — А ты иди к матери, — приказал папа, уходя с Максимом в гостиную. Наверное, с мамой мне будет безопаснее. Или хуже. Это же моя мама. — Так он тебе нравится? — да, хуже. — Нет, — признался я, честно или нет, я не знаю. Мама очень пристально на меня посмотрела, приподняв брови. — Хорошо-хорошо, возможно, но не точно, не разобрался, — сдался я. — А мне кажется, вы очень даже мило смотритесь, — улыбнулась она. — Мама! — А что? — Да ничего, конечно! — всплеснул руками я. — Я просто стараюсь смотреть на вашу ситуацию в твоём свете, — объяснила мама. — В каком ещё свете? — не понял я. — В голубом, похоже. — Мама! — Максим остаётся, — на кухню зашёл папа, а за ним и сам Максим, — Накрывайте на стол. Хм, видимо, он смог сказать отцу что-то очень внушающее доверие, раз его не просто не выгнали из квартиры, а даже позвали разделить ужин. — Почему ты остался? — шёпотом спросил я у Максима, когда он проходил мимо меня. — Меня спрашивали, что ли? — прошипел он. — Мальчики, идите, посидите в гостиной, — сказала мама, включая плиту, — Я пока ужин разогрею. — Ладно. Идём, — я толкнул Максима рукой в грудь и, после того, как он развернулся и вышел из кухни, прошёл следом. Я сел на диван рядом с Максимом, закинувшим ногу на ногу. — У тебя классный папа, — хмыкнул он. — Вы про что с ним говорили? Отец тебя даже на ужин пригласил. Что ты такого ему сказал? — Да ничего особого. Он же не гомофоб, не стал наезжать, будто я ему сына испортил. — Ты ему сына и не испортил, — фыркнул я. — Да? — Максим поднял брови. — Да! Ну, может, чуть-чуть. Но Максиму это знать не обязательно. — Ужин на столе! Проходите на кухню, — позвала нас мама. Максим вскочил первым и быстрым шагом направился на кухню. Куда он так ломанулся? На столе стояли четыре тарелки, наполненные макаронами, испускающими пар. Мне, разумеется, досталось место около Максима. Кто бы мог подумать. — Молодой человек, а Вас дома не потеряют? Вы сообщили родителям, что у нас ужинать остались? — спросил папа. — Нет, они сейчас отдыхать уехали. Я и сам в основном в другом городе живу из-за учёбы, сюда только на каникулах приезжаю, — разъяснил Максим. — А где Вы учитесь? На каком курсе? — блин, папа, я тут не жениха привёл к вам знакомиться. Что за расспросы? — Я на втором курсе педагогического университета, — хм, значит, ему сейчас около двадцати, — Историком буду. — А как вы с Димой познакомились? — заинтересованно спросила мама. Ну, давай, Максим, придумывай увлекательную историю нашего знакомства, ты же не будешь реальную разглашать. — Дим, расскажи, — он толкнул меня локтем и жалостливо посмотрел. — Не, я плохо рассказываю, давай ты, — отказался от такой чести я. — Ну, мы встретились на автовокзале, — правдиво начал он, — Дима помог мне с сумками, а потом сел ко мне, — после этих слов Максим довольно посмотрел на меня. Классно ты меня сейчас геем сделал. — Папа, а что за история про твоего друга? — плавно перешёл на другую тему я, не желая развивать старую. — Помнишь дядю Дениса? — Ну, — я, вспоминая, нахмурил брови. — А дядю Никиту? — Да ладно! Правда, что ли? — изумился я. — Ага, — папа кивнул, — Было дело. — Максим, ты не хочешь на ночь остаться? — улыбнувшись, поинтересовалась мама. — А почему нет? Да, спасибо, — он качнул головой, а потом кинул хитрый взгляд на меня. Мне это не нравится. — Может, не стоит? — без особой надежды спросил я, зная, что ничего не изменится. — Дима, Максим, вообще-то, в гостях, — встрепенулась мама. — Идите к тебе в комнату, — сказал папа, после чего тихо добавил: — Всё равно ведь вместе спать будете. — Папа! Я всё слышал! — Тебе показалось, идите. Максим схватил меня за запястье и потащил в мою комнату. Закрыв двери и не включая свет, он упал на мою кровать и закрыл глаза. — Я опять на полу сплю, похоже — сделал вывод я. — Может, сразу вместе ляжем? Всё равно в конечном итоге так и будет, — Максим ухмыльнулся. — Не будет! — Уверен? — Да! — нет. — Сам себе-то веришь? Ложись уже рядом, — Максим пододвинулся и похлопал ладонью рядом с собой. Ну, Максим прав. Если я сам не приду к нему, в чём я сомневаюсь, он сам ко мне придёт или перетащит к себе. Так что я закатил глаза, делая вид, что мне это не в радость, и лёг рядом, укрывая нас пледом. Максим довольно хмыкнул и положил руку ко мне на талию, прижимая ближе к себе. — А это ещё зачем? — не понял я. — Захотелось так. — А, ну ясно, — сказал я в темноту, потому что поворачиваться к нему лицом я не рискну. Лучше не надо. — Спокойной ночи, Дима, — прошептал мне в шею он, от чего по всему телу пробежали мурашки. — Ага, спокойной, — прошептал в ответ я и закрыл глаза.