Обнаженные

Он передо мной. Казалось, что его крупными, сильными чертами лица можно было бы намертво забивать всякую живую тварь. Взгляд уставших глаз был точь в точь таким же- внимательным, проникновенным, прямым. Едва колючим. Кстати о колючем- светлая щетина покрывала массивный подбородок и по периметру очерчивала неровной линией не по-мужски пухлые губы. Дополнением ко всему образу служила стрижка с короткой, ровно обрезанной челкой, смотревшаяся бы на любом другом простаке нелепо и дурашливо. Но он далеко не был Иванушкой-дурачком, роль которого он порой любил надевать на потеху публике. Он был Просто-Иваном. На Просто-Иване была надета стильная и лаконичная удлиненная чёрная рубашка без привычного воротника, отсылающая к образу русского попа из ранних веков. Рукава красиво облегали все нужные места, где мощным бицепсам мужчины было маловато места. Сдержать процесс нервного сглатывания слюны не удаётся. И для кого он растил эти прекрасные огромные кисти, сплошь покрытые естественной растительностью и выступающими венами? Они мало походили на те тонкие, изнеженные передние конечности музыкантов, которые привыкли воздушно взмахивать ими словно крыльями. Тут же казалось, что сила его собственных рук мгновенно потянет его за собой вниз, словно молот. Внутри меня становилось мокро, а от этого становилось ещё и жутко стыдно. Я думала, он не повернется. Сильными верхними нотами я практически моментально покорила трех остальных судей, которые преимущественно гнались за отточеным и безупречным вокалом. Он один, словно на зло моему самолюбию, был гордо повернут спиной, заставляя тем самым не только разрывать на мелкие кусочки голосовые связки, но и обнажать всю душу и накопившиеся во мне переживания полностью, без остатка. На протяжении всего выступления я не сводила молящего взгляда с заветного красного кресла с электронной надписью "Стыцамэн", чем вызвала смешки и улюлюканья в зале, которые едва доносились ко мне сквозь пелену сознания. Интересно, понимал ли он тогда, что происходит и чем вызвана такая реакция зрителей? Улыбался ли, нервно бился в агонии от сложности предстоящего выбора под названием "брать или не брать", или же вовсе не слушал меня и безразлично втыкал в пустоту? Повернулся он лишь на завершающих аккордах, принадлежащих моему старенькому синтезатору, когда я непроизвольно издала отчаянный всхлип в микрофон. И лишь тогда, когда я сбросила последнее нижнее белье со своей души, лишь когда болезненно оголила свой нерв перед ним, я почувствовала, как что-то раскололось. Неуверенно нажатая кнопка, такой же неуверенно медленный оборот кресла в мою сторону. Так стена между нами дала трещину. Мои глаза в его. Прикладывает палец к губам, словно размышляя о чем-то своем, дьявольском. Попытки проникнуть в глубины его чертовского разума оказываются безуспешными. О чем же ты думаешь? Первой в диалог со мной вступает всегда улыбчивая и лучезарная Тина Кароль, чьей идеальной укладкой и изысканной манерой поведения я уже успела восхититься не раз за этот вечер. -Здравствуй. Представься, пожалуйста. Нервно вздыхаю и продолжаю разговор. -Меня зовут Лола, родилась и проживаю здесь, в Киеве. -Вы здорово выглядите,-вмешивается Потап, попутно улыбаясь. Отряхиваюсь в испуге от того, что в моем внешнем виде могло вызвать улыбку, слишком очевидно и заметно смотрю вниз, оценивая в своём образе каждую деталь, которая могла бы быть не на месте. В зале раздается смех. Какая же я нервная, и оттого неуклюжая. -Нет-нет, все в порядке,-посмеиваясь, произносит рэпер, что вызывает еще больший шквал эмоций в зале,- просто ты, так сказать, свежо выглядишь. Честно. Красиво и молодо. Сколько тебе, милая? Опешив от количества комплиментов и полученной информации, немного задерживаюсь с ответом. Но тут же негромко произношу: -Шестнадцать. Аплодисменты в зале и лукавые взгляды членов жюри, успевших переглянуться между собой, вводят меня в еще больший ступор. Они полагают, что я слишком юна для этого всего? И главное, считает ли так Он? Мои глаза в полной растерянности метались по лицам, предметам, теням в студии. Задержать взгляд где угодно, лишь бы не на Его двух безумных пропастях. Хотелось провалиться. -Вы совсем засмущали девочку, хватит,- улыбается Тина, с долей укора переводя свой кошачий взгляд на коллег,- да, возможно ты совсем юна, как высказался ранее Потап. Но, кажется, это далеко не мешает тебе, лишь помогает. Сейчас у тебя именно то время, тот период в твоей жизни, когда твои чувства, все твои эмоции предстают в намного более ярких, выразительных красках. Я прекрасно это понимаю, так как сама прошла сквозь это все, и хотя бы поэтому сочла бы уместным позвать тебя в свою команду. -Спасибо вам огромное,- шепчу в микрофон, не в силах справиться с чувством смущения и бесконечной радости. -Правда, временами не хватало какого-то стержня в вас и в вашем голосе,- добавил Вакарчук,- возможно, в силу вашего возраста, недостающего опыта что-ли. Но с этим можно поработать, и мне было бы приятно иметь такого перспективного молодого исполнителя в своей команде. Киваю головой, не в силах найти нужные слова благодарности. Волнение и нереальность происходящего затуманивают все мои мысли, перекрывая любую возможность доступно их излагать. -В общем, выбор сегодня перед тобой стоит непростой,- замечает Потап, привыкший примерять на себя едва ли не роль ведущего, суммируя результаты и умеющего разбавить скучные рассуждения своей болтовней,- но прежде чем ты объявишь свой вердикт, я хотел бы поинтересоваться своим замечательным коллегой слева от меня. Больно он молчалив сегодня. Да, Вань? Коленки задрожали. В висках отчетливо начал просчитываться пульс. Он слегка растерянно взглянул на рэпера, улыбнувшись. -Я что-ли? Да со мной и так все понятно. Опять эта маска беспечного и оторванного от мира сего Иванушки-дурачка, которую зал в очередной раз поощряет взрывом смеха. Пока он развернут профилем, рассматриваю его как можно лучше, вглядываясь в каждую деталь его силуэта. Не хочу думать о сложном выборе, о дальнейшем участии в проекте. Просто хочу запечатлеть его черты хоть ненадолго в своей памяти, и неважно что потом. Хочу смотреть на него сейчас. Поворачивается ко мне в анфас. Смотрит. -Я думаю, что в этот раз откажусь от комментариев. Мне интересно, что из этого выйдет. Прожигает меня задумчивым, серьезным взглядом. Играет в странную игру, правила которой известны лишь ему одному. Чувствую себя бессильной против него. Едва я успеваю раскрыть рот, дабы вынести свой вердикт и отдать предпочтение одному из наставников, напряженную тишину вновь кромсает его хрипловатый голос: -А знаете, что? Я вижу, что она уже со мной. И не нужно недовольств и криков сейчас,- обратился Иван к своим опешившим коллегам,- я просто знаю это, окей? Она моя. Срываясь с насиженного кресла, под бурные овации, он подбегает ко мне и заключает в крепких объятиях. Теряюсь, не зная, что предпринять. Обнимаю в ответ, попутно прижимаясь к груди, ибо выше попросту не достаю в силу небольшого роста. Голову сносит от запаха его духов, смешанных с его естественным ароматом и свежестью чистой рубашки. Кажется, я действительно 'его' теперь. Над ухом раздается шепот, обдающий кожу щекочущим теплом: -Мне нравится, когда передо мною оголяются, малышка.