Чувства ядерных масштабов

      Пробуждение было тяжёлым. В тело словно был закачан свинец, не дававший пошевелиться. Веки казались неподъемными на вес. Дыхание словно вообще остановилось. Моей первой мыслью было то, что отец всё-таки убьёт меня. Я никогда ещё не был в таком отчаянии, как сегодня, но я надеялся, что он меня поймёт.       Открыв глаза, я лежал ещё где-то пять минут, просто смотря в потолок. Мне не понравилось, что он был весь покрыт трещинами и плесенью. Я уж думал, что о здоровье своих жителей «Волт-Тек» заботится в первую очередь. Я чётко понимал, что нахожусь в медпункте по тихо пиликающему томографу и запаху стерильности. В клиниках всегда такой специфический запах спирта и кварца. Именно его всегда боятся маленькие дети при походе к зубному. Несмотря на это, запах спирта и кварца не был единственным. К этому букету примешивался запах некой затхлости и гнилого мяса. Я списал это на обонятельные глюки. Ещё через пару минут я понял, что лежу до сих пор в полном одиночестве. Подняв голову, я увидел, что я полностью голый и усеянный трубками, воткнутыми в разные части моего тела. Одновременно с этим я почувствовал во рту такую же трубку, и сразу же поспешил её выплюнуть. На языке осталось отвратное послевкусие.       Я начал сдирать с себя эти трубки, будто это были змеи. Каждая отодранная с кожи трубка отзывалась синяком и болью в этом месте.       — Мать... Перемать... Что эти... Эти... Эй! — Крикнул я уже в дверь палаты, скрытую ширмой. — Какого чёрта я весь в этой херне? Доктор! Вы меня слышите? Ответа не было. Я продолжил сдирать с себя трубки, и наконец разобравшись с последней, встал с кровати. Голова кружилась, ноги подкашивались, к горлу подступала тошнота. Минуту я пытался привыкнуть к ощущениям, после чего наконец обратил внимание на тумбочку, на которой лежал аккуратно сложенный костюм убежища 322.       Наспех одевшись, я понял, что запах гниения не проходит. Источник запаха совсем рядом. Я заглянул за ширму и обмер. На кровати прямо за ширмой лежал обвитый трубками, почерневший, облезший и сгнивший человек. Томограф возле него, что странно, показывал, что сердце работает. Лицо этого человека было донельзя обезображено, но я всё ещё узнавал в нём своего отца.       — Господи... Нет...       Сердце словно оторвалось и рухнуло куда-то вниз. Отец был похож на практически полностью сгнивший труп, но при этом был живым. Я подошёл к нему поближе и попытался выдернуть трубку, но что-то остановило мою руку в последний момент. Наверное, я понял, что если разбужу его, он точно умрёт. Я не знал, что делать.       — Папа... Как такое могло случиться с тобой?       Я не был в состоянии шока. Мой мозг отказывался верить в то, что это произошло. Я не верил в это. Сорвавшись с места, я побежал за следующую ширму. Затем за третью, четвертую. На них лежали всё такие же гнилые люди, но при этом подававшие признаки жизни, а возле одной из кроватей лежал скелет с пробитым черепом. Этих людей я знал только в лицо. Сейчас на на них невозможно было смотреть. Зрелище было отвратное. Несмотря на это, спустя минуту осмотра помещения, в душе зажегся огонёк надежды – одна из кроватей была пуста. Я сразу понял, чья она.       — Дядя Джоэл...       Я выбежал из лазарета в коридор убежища. Он пуст. Нигде не было ни звука.       — Дядя Джоэл!       Нет ответа.       — Дядя Джоэл, ты здесь?!       Нет ответа.       — Что тут произошло?..       Всё так же было тихо. Похоже, если дядя Джоэл и был здесь, то он давно ушёл. Я направился к кабинету Смотрителя. Возможно, там были какие-то подсказки о том, что произошло здесь. Зайдя в кабинет, я быстро включил терминал за его столом, и замер. Среди нескольких текстовых документов, имевших только дату, виднелся один файл – "Для Майка". Я сразу же открыл его. Файл содержал голосовое сообщение. Голос был мне знаком.       «— Привет, Майк, это дядя Джоэл. Если ты это слушаешь это сообщение, то я не напрасно не уничтожил лазарет. Ты видел, что произошло с людьми там, верно? Ужасная картина. Мне жаль, что так вышло. Я изучил документы Смотрителя. Похоже, это всё был некий эксперимент компании Волт-Тек. Его сутью было внедрение в организм испытуемого вещества, повышающего сопротивляемость радиации. К сожалению, для большинства этот эксперимент обернулся неудачей. Компания поставила условие, что эвакуирует весь персонал в том случае, если к концу отчетного периода хотя бы один испытуемый будет в сознании. К сожалению, этого не случилось. Подопытные стали гнить заживо. Я попробовал отсоединить одного из них, но тот просто начал бешено визжать и истерить. После он упал с кровати и разбил себе череп. Жуткое зрелище, видеть живой труп. Далее персонал Волт-Тек в отчаянии попробовал уйти отсюда на поверхность, надев защитные костюмы, которых на всех не хватало. Если ты не видел скелетов в коридоре, то поверь, скоро увидишь. Это не столь важно. Важно то, что мир изменился. Если ты достаточно мужественен чтобы выйти на поверхность, то помни – каждый день на поверхности будет для тебя как последний. Тебе придётся биться с мутировавшими животными и отчаявшимися и пострадавшими от радиации людьми. Я прожил на поверхности уже три года, и тем не менее всё ещё не уверен, что доживу до завтра. Ты можешь пойти туда, где ты будешь востребован, вступить в сообщество людей, выживающих здесь. Выбрать есть из чего: Братство Стали, Подземка, Минитмены, НКР, Легион Цезаря... Будет лучше, если ты узнаешь о них сам. Главное помни: война не кончилась. Война ещё идёт. И война никогда не меняется. И ещё: В ящике стола лежит подарок от меня. Это "Пип-Бой 3000", твоя золотая мечта. Я отдал за него около тридцати тысяч крышек, но это того стоило. Также там ты найдёшь лазерный пистолет, немного крышек и бонусом взрывчатку и детонатор. Используй их с умом. Уничтожь лазарет. Эти люди не должны страдать. Я люблю тебя. Дядя Джоэл. Конец связи.»       Ещё минут пять я стоял, не понимая, что делать. Придя в себя, я посмотрел на календарь терминала и на дату сообщения. Дата 05.04.2287 была старше сообщения на пятьдесят лет, что не оставило мне сомнений в том, что искать дядю Джоэла теперь бесполезно. Открыв ящик, я достал оттуда тот самый Пип-Бой и надел его на руку. Сидел просто идеально. Пистолет я повесил на пояс, а крышки запихнул в карман.       — Поверить не могу, что мне приходится делать это...       Я вернулся в лазарет закрепил пластиды взрывчатки на каждой из кроватей, в последний раз попрощался с отцом, вышел из лазарета к двери убежища, подсоединил Пип-Бой к терминалу, открывавшему её и нажал на кнопку открытия. Дверь отъехала в сторону с характерным предупреждающим сигналом, ослепляя меня ярким светом из внешнего мира. Я точно помнил, что неделю назад тут стоял небольшой городок. Теперь от него не осталось ничего. Лишь руины пепел. Трудно было поверить, что здесь когда-то жил человек. Я не знал, что ждёт меня, но что бы то ни было, я был готов. Рука машинально залезла в карман и нащупала там кольца двухсотлетней давности. Сердце на секунду сжалось. Отступать некуда.       Скрепя сердце, я нажал на кнопку детонатора, и под грохот взрыва где-то в глубине убежища, сделал первый шаг в новый мир навстречу новой жизни.