Во что ты верил, Драко Малфой?

Поттера ты ловишь почти за шкирку возле самого сфинкса, с которым эта недалёкая кошка-переросток решила сцепиться на когтях. Сфинкс на это обиженно рокочет и, повернувшись к вам своим тощим львиным задом, гордо удаляется прочь от невежественных людей. Поттер перекидывается обратно за считанные секунды и тут же повисает у тебя на шее. Ты тратишь несколько минут на то, чтобы успокоить мальчишку и выстреливаешь в тёмное небо красными искрами. А потом, зловредно подумав, как эти никчемные блюстители порядка будут пробираться через обугленный лабиринт, ты вызываешь своего домовика и приказываешь ему вытащить вас из лабиринта. Людям в замке аппарировать нельзя. Эльфам — можно. Вот такая несправедливость. Домовик переносит вас к трибунам, на которых царит совершенная неразбериха. Зрителей спешно эвакуируют в Хогсмит, студенты стройным табуном несутся к замку, и ты тащишь Поттера следом за ними. Тебе, особенно с растерянным мальчишкой на буксире, легко вписаться в общий антураж напуганной толпы, и на вас не обращают внимания подоспевшие авроры. Все курсы забиваются в Большой Зал, двери запирают и эльфы по приказу директора подают еду, чтобы хоть чем-то занять и отвлечь детей. Вы сидите за столом, ты ковыряешь вилкой ростбиф, а Поттер не отходит от тебя ни на шаг, едва не хватаясь за рукав твоей мантии своими тонкими пальцами. Спустя почти час появляется директор и с приторным выражением лица сообщает, что в турнире победил болгарин Виктор Крам, и несмотря ни на что, все четыре стола взрываются овациями. Ты тоже аплодируешь. Крам заслужил. Он единственный, кто действительно заслуживает победы на этом треклятом турнире, который какого-то хрена прозвали тремудрым. Забинтованному, но гордому и серьёзному Краму вручают его приз, и на следующий день Кубок Огня увозят на корабле в далёкую Болгарию. И ты действительно жалеешь, что не можешь уплыть вместе с ними. О нападении Пожирателей не было сказано ни слова. Незнание равноценно крепкому сну, как любят заявлять старые маразматики с белой бородой и очками-половинками. Ты это отрицаешь и перед тем, как уйти в Хогсмит — отец велел тебе не рисковать и отправиться домой камином без символического поезда, — ты просишь Поттера не выбираться лишний раз с проклятого, но защищённого Гриммо. Он улыбается, кивает и неожиданно крепко обнимает тебя перед тем, как забежать в стоящий на платформе экспресс. Ты на всё лето остаёшься в Британии, смутно подозреваешь причину беспокойства отца и надеешься, что ты ошибаешься и всё будет хорошо. Но за ужином замечаешь, как метка на его руке наливается чёрным. И тебе не надо быть кентавром, чтобы понять, что звёзды сложились в один ёмкий, красноречивый символ. Хуй тебе, Драко, а не спокойная жизнь.