Анархия II

- Слушай, а где Олег? – спросила я у Маши, когда мы пришли домой. Я внезапно поняла, что не видела его вчера, но не придала этому значения, потому что он звонил Маше. - Он же набрал, сказал, что останется на работе что-то закончить, - ответила Маша и вдруг застыла. До неё стало доходить. Она схватила телефон, вытащив его из рюкзака, долго не могла попасть по его номеру. Затем она прижала телефон к уху, щёки у неё горели. И вдруг телефон выпал у неё из руки. С грохотом он ударился о пол. Но она, казалось, даже не услышала этот звук. Я стояла, просто стояла на месте. «Набранный номер не существует», - только и услышала я. Звук за звуком. Внезапно я почувствовала мокрые дорожки от слёз на щеках. Нос распух. Сначала я подумала: «А что я скажу маме?» И вот до меня начал доходить весь ужас произошедшего. Ноги… Я их не чувствовала. Судорога овладела всем моим телом. Я облокотилась о стенку, но меня это не спасло. Вот, каково это, когда вырывают сердце и ничего не оставляют взамен. Даже эту чёртову надежду! Нет, почти не больно. Немного страшно. Я даже не успела сказать, что люблю его, своего маленького братишку. А что, если я никогда не буду успевать? Вот просто… Я достала телефон, чтобы набрать номер Серёжи и сказать… Многое ему сказать. Но остановилась. Я не хотела что-то предпринимать, потому что загодя уже не верила в правильность своих действий. А когда не веришь – нет смысла даже шевелиться. Так я думаю. Я встряхнула головой и обратила внимание на Машу. Она сидела на полу и держала в руках телефон. Экран полностью разбился. Но девочка так сильно сжимала его в руках, как будто сейчас в нём сосредоточился дух моего брата. И если бы она ещё крепче сжала его, Олег тут же бы появился здесь. Я подошла к ней и аккуратно присела рядом, прижав к себе. - Не бросай меня, - всхлипнула она. Плач вырвался из её груди, она дрожала. Это не входило в мои планы. Обычно происходит так: ты оказываешься с человеком рядом с тот момент, когда ему это непременно необходимо, вот слёзы высыхают на твоём плече, а потом в человеке теплится надежда, что ты рядом. А что потом? Потом лишь один неверный шаг в сторону – и ты на минном поле. Никто не даёт второго шанса, кроме тебя самого. Не пустят в жизнь и на миллиметр. Я испугалась новой ответственности, мне сразу захотелось бросить её на этом этапе, отпустить, но я сдержалась. Никого всё равно рядом нет. Я бы с удовольствием ушла в себя, напилась или пошла бродить по городу, но ничего у меня не получается. - Пойдём, - сказала Маша, неожиданно отпрянув от меня и встав на ноги. Я поднялась за ней. Если она хочет – так тому и быть. Без десяти девять на часах в прихожей. Я почувствовала, как меня лихорадит. Кажется, организм сошёл с ума раньше разума. Я не успела сообразить, что мне стало адски плохо. Но я не подала вида, решив последовать за девочкой. На улице темень пожирала глаза. Правительство отказалось от освещения улиц. Мы долго шли, очень долго. По каким-то дорогам, улочкам, тропинкам. Мы стали заходить в гущу кустарников. Усталость стала ломить ноги, мне даже показалось, что старая рана открылась, ногу обожгло. Я приостановилась, но затем нагнала Машу. Она подошла к старой лавочке. Теперь я узнала её. Мы были здесь однажды с Виктором. Здесь недалеко должен был быть развеян прах Магдалины, а где-то в листве табличка с годами жизни. Бесполезная память и враньё. Вся жизнь – игра. Маша присела на лавочку, стоявшую посреди леса. Я села рядом и решила уйти в себя. Не было смысла мешать Маше, я начала вспоминать свою жизнь, пытаясь отыскать оправдание себе. Я же ни в чём не виновата. Хотя с каждой секундой я убеждалась в неправильности своих действий, мне постоянно становилось безумно стыдно и одиноко. Раньше, думалось мне, одиночество всегда будет рядом и это именно то, в чём я нуждаюсь. А сейчас только страшно из-за пустоты. - Алиса, - тихо позвала Маша. Я незамедлительно откликнулась на её обращение, оно меня вернуло в реальность. - Да? – я посмотрела в её беспокойные бегающие глаза и испуганно отвернулась. Не могу же я просто взять и упасть в её бездну без кислородной маски и запаса еды хотя бы на месяц. - Алиса, - вновь повторила Маша моё имя и взяла меня за руку, приглашая вновь посмотреть на неё. Когда я обернулась к ней на её призыв, она сказала: - Скажи, ты же не уйдёшь от меня? – мы всё ещё сидели на лавочке и мир был вокруг нас. - Нет, я не уйду, - сказала я и оглянулась. Ничего не произошло. Никто не провалился сквозь землю, а я не сгорела на месте. Всё было на вид спокойно в эту секунду, когда я это сказала. Мне всегда казалось, что всё перевернётся с ног на голову, когда я скажу что-то подобное кому-то. Ан нет. Удивительно! Позади скамейки заухала сова. Я обернулась, но ничего не увидела. Шевельнулась ветка. - Здесь нет птиц. Надо уходить, - шепнула Маша и сильнее сжала мою руку. Я поняла её и встала. Ветка ещё раз зашелестела, я дёрнула девочку за собой. Она скорее поднялась. Мы пошли по тропинке, выходя из леса. Я думала, прикидывала, сколько сейчас времени, но так и не определила. Но я точно знала, что комендантский час мы нарушили. И как же это напугало Машу. Она вроде бы никогда так не шугалась, а сейчас… Интересно, как мы начинаем ценить собственную жизнь. Как-то глупо. - Не оглядывайся, - прошептала я, почувствовав на себе взгляды. Это пронзало. Мы шли шустрее, как будто верили, что это нас спасёт. Выйдя из леса в цивилизацию, я потянула Машу в другую сторону от дома. Я вела её к себе. Сначала хотела привести её в Хранилище, но тут же вспомнила о Магдалине и решила не портить жизнь Маше ещё больше. Сейчас я была открыта для стражей, а они мечтали заполучить Хранителя на месте преступления. Мне нужно было это предотвратить.