best friends

— Айгу, ну-ка взгляни на меня, — усталым голосом просит Юнги. Чонгук поджимает губы и нехотя поднимает голову, показывая старшему лицо. Нижняя губа разбита, щека припухла и синяк на ней бледно-фиолетового оттенка и Юнги готов поспорить, что тело тоже покрыто аналогичными синяками. Ким не решается смотреть парню в глаза, потому что стыдно. Опять в конечном итоге Мин ухаживает за ним, а Гук вообще-то обижен на него. Старший был слишком холоден после того разговора о признании. Чонгук просил у него помощи, развернутого совета, а тот только в ответ коротко хмыкал и уходил, говоря, что не желает обсуждать эту тему. «В конце концов, ты когда-нибудь должен сделать что-то самостоятельно. Не вечно же мне за тобой ухаживать и прикрывать». Вспоминая слова хёна, Гук прикусывает кончик языка, говоря себе, что ему плевать на мнение Юнги и вообще пошёл он к чёрту. — Один день не прогнал этих обалдуев и уже весь помятый, — цокает языком старший и подходит к аптечке, что находилась в шкафу. В школьном медпункте Юнги как дома. Медсестра настолько привыкла, что парень тут внаглую спит, что спокойно ему может доверить аптечку, если сама она занята бесконечными отчётами об медосмотрах учеников. И потому, увидев помятого Чонгука в немного окровавленной рубашке, у которого несколько пуговиц отсутствуют, женщина отправила его к Мину. — Не надо тогда, раз уж я такой проблемный, — фыркает Ким и встаёт с койки. Не хватало ещё, чтобы его били по гордости. И без того стыдно, а тут ещё парень соль на рану сыпет, жирно намекая своими короткими усмешками «ты без меня пропадёшь». — А ну сел обратно, — резко рычит Юнги, быстро возвращаясь к нему с аптечкой в руках. — Тоже мне самостоятельный нашёлся. — Иди к чёрту, хён, — безразлично кидает Ким и бежит прочь из помещения. — Йа! Ким Чонгук! Парень бежит куда глаза глядят и от обиды прикусывает губу, говоря себе, что разреветься теперь не хватало. Слёзы застилают глаза и Гук моментально их стирает, боясь, что кто-то спалит. По идее плачет парень почти никогда, но сегодня видимо он настолько устал. Кончай реветь, плакса. Он сильней сжимает челюсть, подавляя любые признаки слабости. Возьми себя в руки, твою мать. Разве слезами поможешь себе? — Чонгукки? Ким вздрагивает и поднимает голову, позволяя скупым слезинкам скатиться по щеке. Хосок смотрит с удивлением и немного взволнованно. Руки сами тянутся к лицу младшего, а Чонгук может только позволять. Большие пальцы с легким нажимом проводятся по влажной коже, где пару секунд назад были слёзы, стирая едва видную дорожку. Гук может в ответ только тихо всхлипнуть. Чон улыбается легко, понимающе, пальцами зарываясь в волосы младшего. «Айщ, этот Чонгук совсем мелкий», — вздыхает Юнги, ероша собственные волосы. — «Привык за моей спиной прятаться, что даже забыл, что у него по идее есть Тэхён. А я ведь в своей семье младший, и мне непривычно играть роль старшего». — Ты чего? — Хосок дарит ему широкую улыбку и уже интенсивней ерошит волосы. — Юнги-хён, — хрипит Ким, закрывая глаза. Внутри всё сжимается. Чонгук не знает что его задело — то ли долгое безразличие хёна, то ли его откровенное издевательство и то, что он тыкал ему «ты без хёна пропадешь, нихрена ты не самостоятельный». — Да не слушай ты его, — непринужденно отвечает Чон. — Он же вечно ворчит, как старикашка, забыл? Гук кивает, хоть и внушается ему слабо. А после его обхватывают крепкие руки и прижимают к себе. Сердце начинает бешено колотиться, потому что Хосок обнимает его, мать твою. Младший готов немного сдохнуть, лишь бы перед смертью помнить этот момент. — Наш Чонгукки оказывается такой впечатлительный, — смеётся Хосок и прижимается губами ко лбу. Нет, он ошибся. Вот сейчас, прям самый раз, чтобы сдохнуть.

~~~

— Чонгук! — зовёт его Юнги, стараясь не заматериться в голос. Школа у них огромная, так что хрен найдешь Чонгука при всём желании. Но упорства у Юнги хватит на десять человек, и потому он скачет по разными коридорам, прикидывая в голове примерно где может шляться мелкий. — Юнги-хён, — знакомый голос хрипит его имя с тихим всхлипом. Мин облегченно выдыхает и уже собирается выпалить младшему целую гневную тираду, направляется к нему, но резко останавливается. Чонгук стоит спиной к нему, неподалеку, на приличном расстоянии. Перед младшим Чон Хосок, который его одноклассник, что ужился в его классе. Хосок улыбается трогательно, словно обращается с младенцем, а не с парнем, который его на два года младше. И Юнги понимает, что он тут явно лишний. —Да не слушай ты его. Он же вечно ворчит, как старикашка, забыл? Мин ощущает что-то непонятное неприятное колючее и вязкое, когда Чон треплет волосы Гука. Чонгук походу там в прострации в лучшем случае, а в Мордоре в худшем. Его хватает только на кивок. Я его волосы треплю, вообще-то! Парень сжимает руки в кулаки при виде объятий. Хосок, отошёл, пока не огрёб. Это я его обычно успокаиваю! Какого хрена, Чонгук? А когда Чон целует мелкого, то что-то обрывается (и плевать, что в лоб). Мин поджимает губы, принимая факт, что Чонгук всё-таки испытывает что-то огромное и светлое и это не гормоны. Иначе он бы не расслабился и не прижимался к Хосоку, как доверчивый щенок. Эй… А как же хён? Непонятный зверёк грызет внутренние органы и, кажется, Юнги понял, о каком чувстве рассказывал ему Тэ недавно. Юнги привык быть единственным хёном для Чонгука, что теперь неприятно видеть, как он вот так легко позволяет Хосоку обнимать его. Мин привык быть младшим и чтобы с ним носились и заботились о нём. Особенно ему нравилось, когда Юнсо, его брат, отгонял хулиганов, а после дурачился с ним. Юнсо, в отличии от Юнги, парень тихий и никогда не спорил с родителями. Бывали моменты, когда Юнги на дух не переносит брата, но. Юнсо просто умеет заботиться. Настолько, что Юнги хотел бы стать таким же. И в тот день, когда Юнги в первый раз защитил Чонгука, он почувствовал некую гордость что ли. Ему нравится приглядывать за Гуком, иногда ворчать, но видимо именно это и не устраивает младшего. Видимо, он нашёл себе защитника получше. …Чонгук? — Собственник хренов, — обзывает себя Мин, облокотившись об стену напротив кабинета, где идёт его урок. Дверь распахивается и одноклассник чуть ли не сбивает Юнги с ног, за что получает угрожающий взгляд. Одноклассник ойкает и нелепо извиняется и убегает — время обеда как никак. Тэхён лениво выплывает из кабинета и пугается, когда Юнги слишком резко и неожиданно толкает его к стене, игнорируя шокированные взгляды остальных. Мин улыбается уголком губ и прижимает Тэ к стене, что Ким мысленно написал завещание. — Передай своему брату мои поздравления, — хрипит тот. — Он самостоятельный взрослый и теперь ему не придётся слушать мои ворчания. Отныне пусть сам защищается от своих безмозглых одноклассников. Понял меня? — Хён… — Чудесно. Мин отпускает Тэ и направляется к выходу из школы. К чёрту, настроения абсолютно нет. Ким только может изумленно смотреть парню вслед, подправляя помятую рубашку. Похоже у Юнги тоже есть свои мелкие демоны.

~~~

— Помнишь, как мы мечтали сюда переехать? Первым заговорить о прошлом решается Тэхён. На крыше школы, под открытым небом. Хосок переводит взгляд с облаков на парня и затаивает дыхание. Не верится, что Ким сам решил ворошить былые времена. Тэхён стойко игнорирует взгляд Хосока, ему неловко признавать, что он по-прежнему вспоминает их разговоры, их мечты на двоих. Парень убедил себя в том, что раз уж он решил забыть Намджуна, то самое лучшее сейчас — исправить ошибки прошлого. — Мы бы жили в одной квартире, — аккуратно говорит Чон, уже боясь сказать что-либо неправильное другу. — Я бы опаздывал на пары и лажал по крупному… — Я бы отвечал за еду и организовывал все наши дни, чтобы мы успевали… — Эй, — Хосок мысленно ищет кто он сказал что не то, потому что голос у Тэхёна требовательный. — Давай не говорить «я». — А тогда что? — Мы.