Освобождение от оков

Вечерело. Кони уже начинали спотыкаться, только Майро — любимец Келегорма — словно и не носился с самого раннего утра; словно не нес на себе двойную тяжесть. Маглор следовал за братом, несколько ревниво поглядывая на то, как крепко, но бережно обнимает Тьелкормо бледного от боли Финрода. Короля Финдекано вез в своем седле верный Сардафион — Маглору его тоже не доверили. Но сейчас Макалаурэ был этому только рад — плечо все больше горело и ныло, а рука была не в состоянии держать даже щит. Под доспехами повреждения было не осмотреть, но Маглор только сейчас понял, что ранен серьезнее, чем казалось ранее. Крошечный отряд встретили несколько женщин, которые сразу начали распоряжаться и хлопотать над бесчувственным нолдораном. Сардафион убедился что король Фингон в надежных руках, и вопросительно уставился на Келегорма. Тот спешно спрыгнул на землю и привычным движением подхватил Финдарато на руки, вызвав еще один мрачный взгляд старшего брата. Маглор, однако, не возразил — удержать возлюбленного на руках он бы сейчас не смог. Финрод только коротко охнул, но и его утащили в другой шатер, где горели свечи и откуда несся узнаваемый запах лекарственных трав. Слышалось пение, в лагере постоянно что-то происходило; кто-то стонал, кто-то плакал... Келегорм, избавившись от Финрода, кивнул Сардафиону: - Попроси себе свежего коня, твой, скорее, подохнет, чем пойдет назад. - А вам? - Сардафион оглядел Майро, словно на ярмарке. - А мне не надо, - хмыкнул Тьелкормо. - Под тобой и второй подохнет, а мой еще бодреньким будет... - Ты о ком? - подозрительно поинтересовался спешившийся и подошедший Макалаурэ. - Ну не о Златовласке же, - отмахнулся Келегорм. - О лошадках спорим. Сардафион, ну где ты там? Меня Майтимо проклянет, если мы тут застрянем... Советник Маэдроса уже тянул на поводу несколько упирающегося скакуна и пропыхтел: - Мне сказали, что этот — самый свежий. Не знаю, что в Барад Эйтель с конями делают, но этот упирается, как осел. - А этот конь и не из Барад Эйтель, - из темноты показалась темноволосая дева, заинтересованно глядя на воинов. - Он из Гондолина. - А, ну тогда понятно... - Келегорм фыркнул и вскочил в седло. - Сардафион, попробуй ему лед к заднице приложить — небось, побежит, как миленький! - Хорошо, что этого Финдекано не слышит, - не удержался Макалаурэ, но его уже не слушали. Под дружный хохот гондолинский конь перестал упираться, Келегорм пришпорил Майро, и воины Химринга на хорошей скорости исчезли за поворотом. Тьелкормо, уже снова раззадорившийся от предвкушения новой схватки, напоследок махнул брату, проорав: - Как сможешь — возвращайся, а то всех балрогов без тебя разберут... Оставшись один, Маглор наконец стянул наплечник и увидел, что тонкая кольчуга пробита и опалена, а кровь пропитала рукав нижней рубахи. Дева, так и стоявшая неподалеку, подошла к нему. - Как тебя зовут? - Ремиэль, - сверкнула глазами та. - Ремиэль, не посмотришь, что с этим сделать можно? - тоскливо указал на свое плечо взглядом Макалаурэ. - Руки почти не чувствую. Тонкие девичьи пальцы пробежались по рассеченной ткани, принося жгучую боль, а потом дева несколько растерянно произнесла: - Это был не обычный меч? Кожа порвана и обожжена... - Балрог, - коротко ответил Маглор. - О-о-о, - в глазах девы зажглось восхищение. - Ты дрался против балрога... - Мы с братом убили одного, - небрежно пояснил Макалаурэ. - А брат погиб, наверное? - сочувственно глянула на него Ремиэль. - Почему? - Маглор неосознанно попытался вырваться из ее рук, возмущенный такими словами. - Ты же его только что видела! - Тот, который назвал лорда Нельяфинвэ по имени? - дева на секунду задумалась, после чего сложила два и два и явно испугалась. - Так вы — сыновья лорда Феанаро?! - Канафинвэ, - коротко представился Маглор. - С раной что делать будем? Ремиэль хлопнула ресницами, после чего засуетилась: - Пойдемте, я проведу... и помогу... Макалаурэ послушно пошел, куда потащили. По пути ему поясняли: - Я тоже из нолдор, но никогда не жила в Барад Эйтель, вот и не видела вас. Это теперь, из-за битвы, мы приехали сюда, да и мама хочет быть поближе к отцу — он сражается. Родители когда-то пересекли льды вслед за королем Нолофинвэ, а я родилась уже здесь... Маглор только пожал плечами, не понимая, зачем ему все это рассказывают. Оказавшись в уютном шатре, он внимательно посмотрел на другую женщину, что была здесь — в глазах ее явно были видны прожитые долгие и не слишком веселые годы. Женщина устало омывала перепачканные кровью руки, а волосы ее растрепались, очевидно, от долгой работы. Она повернулась на шум, спешно осмотрела рану, даже не вытирая рук, и утомленно проговорила: - Зачем ты привела его сюда, Ремиэль? Рана не такая уж тяжкая. - Это лорд Канафинвэ, - с непонятной гордостью отозвалась дева. - Я его узнала. - Мам, ты уж постарайся... - Ох, Ремиэль, - женщина чуть прикрыла глаза. - Ладно. Лорд Канафинвэ, раздевайтесь. Маглор прикусил губу, стягивая кольчугу. Жжение стало просто нестерпимым, но отчего-то он сразу поверил, что мать этой Ремиэль, которую он не помнил, а может, и не видел — поможет, исцелит... - Постарайтесь не двигаться. Ремиэль, подай мне вот ту ступку... Когда к рассеченной коже прикоснулась влажная, прохладная ткань, Маглор едва не застонал — теперь уже от облегчения. На чистую уже кожу ложилась вязкая мазь, и Макалаурэ спросил: - Какие вести? - Я целитель, - тяжело вздохнула женщина, перенимая у дочери из рук еще одну склянку. - Поэтому вряд ли могу сообщить что-то хорошее. Но вам это, вероятно, неинтересно — к нам доставляли, в основном, наших же воинов. Не всех удалось спасти... Лорд Глорфиндель долго мучился... Таких страшных ожогов я никогда не видала, хоть и лечила тех, кто дрался с самим Глаурунгом. Я пыталась лечить, а сама только и думала, что кинжал в моих руках помог бы ему больше. Через час все равно умер... У вас такой же ожог, только небольшой совсем. В голове у Маглора всплыло давнее, еще валинорское воспоминание — Лаурэфиндэ, друг Турукано и Финдарато. Значит, его больше нет здесь... - Мам, он с балрогом дрался, - встряла Ремиэль. - И убил. - Убил не я, - возразил Макалаурэ. - Убил Тьелко. В смысле, лорд Туркафинвэ, разумеется. - Я уж и не знаю, что хуже — эдакие ожоги или обморожения, - продолжала бормотать целительница, словно не слыша. - Кулак уже можете сжать? Макалаурэ попробовал. Получилось, но каждое движение раненой руки приносило боль. - Отлично. Значит, можно забинтовывать. - Когда я смогу вернуться? - спросил Маглор. - В бой? Не сможете. Разве что он продлится неделю. Любые движения будут приносить боль, а если кто-то заденет плечо — боль будет такой, что вы обо всем на свете забудете. Дело, конечно, ваше, но я вам смерти не желаю. «Что странно, - подумал Маглор, вставая и произнося приличествующие слова благодарности. - Судя по отношению». Женщина только отмахнулась, обращаясь к дочери: - Как там тот синда, из которого восемь стрел достали? - Пришел в себя, - кивнула Ремиэль. - Уже понятно, что жить будет. - Сюда доставляли и синдар? - удивился Макалаурэ. - Это кто-то из приближенных короля Эльвэ, - махнула рукой Ремиэль. - А вообще да, доставляли. Вот ваших, из Химринга, вроде бы не было... - А из Нарготронда? - Из Нарготронда — были, и эдайн из Бретиля — тоже. Но ими их женщины занимаются, нам почему-то не слишком доверяют. Маглор тяжело вздохнул, выходя вслед за Ремиэль и ее матерью из шатра — навстречу уже тащили кого-то. Маглор пригляделся, и узнал этого нолдо. Имени не помнил, помнил только, как тот уходил с отрядами Ородрета и Гвиндора в Тол-Сирион. - Чем я могу помочь в лагере? Женщина слабо улыбнулась: - Боюсь, что ничем. Лечить вы не умеете, на тяжелую работу сейчас не способны. Будет лучше, если вы просто... - Помогите мне, - предложила Ремиэль. - Я была не слишком усердной маминой ученицей, поэтому на подхвате. Да и коней нужно чистить и поить... - Ремиэль! - строго окликнула ее мать. - Он же лорд! Ты бы ему еще за ранеными выносить предложила! - А что? - мгновенно заупрямилась дева. - Он сам предложил! - Он менестрель! - И что? - вклинился в спор Маглор. - Думаете, коней чистить не умею? Однако впоследствии, слушая болтовню Ремиэль, Маглор быстро пожалел, что согласился... Финдарато пришел в себя от того, что кто-то положил ему на лоб мокрый холодный платок. - Где я? - вскинулся Финрод, но быстро вспомнил, и поинтересовался у девы, что склонялась над ним. - Почему я был не в себе? Неужели, - он чуть покраснел, - я не выдержал боли? - Вовсе нет, - светло улыбнулась ему целительница. - Мы дали вам вдохнуть сонной травы. Иначе было бы слишком больно — кость сломана, пришлось выправлять. Финрод окончательно приподнялся и попытался сесть, оглядывая перетянутую голень. - Лучше лежите, - предупредительно воскликнула дева. - Скоро вы сможете ходить... ну, недели через три. А садиться вам пока ни к чему. Могу поднять подушки повыше, нужно? - Да, - несколько беспомощно отозвался Финдарато. Лежать не хотелось, но и отнестись с пренебрежением к нелегким трудам лекарей он не мог. Дева подняла подушку, помогла ему улечься и улыбнулась: - Удобно? - Да, спасибо, - благодарно улыбнулся ей в ответ Финрод. - И совсем не болит. - Это пока, - вздохнула та. - Начнет срастаться... будет неприятно. - А где лорд Канафинвэ? - тревожно обратился к ней король Нарготронда. - Он был ранен, я помню! Сколько прошло времени? - Уже утро, - дева укрыла его легким, но теплым покрывалом. - Битва закончилась, по всей видимости. Мы только знаем, что Врата в Ангбанд закрылись. В небе еще дерутся Великие Птицы... - Орлы? - тревожно дернулся Финрод. - Орлы, - кивнула дева. - С драконами. Но вам лучше не думать об этом. Поспите, прошу вас. Так вы гораздо быстрее пойдете на поправку. О битве вам думать незачем — вы все равно не сможете драться. - Ты можешь позвать ко мне Макалаурэ? - умоляюще обратился к ней Финдарато. - Обещаю, что побеседую с ним — и попытаюсь заснуть. - Я попытаюсь его разыскать, - нахмурилась дева. - Но я только слышала о нем, не видела. Помните, слово дали! Я попрошу, чтобы вас никто не тревожил. Спите, а к вечеру я принесу вам отвара из трав... Финрод благодарно улыбнулся, но, стоило деве исчезнуть за пологом, как он начал тревожно прислушиваться. Однако было довольно тихо. Доносились чьи-то голоса и возвещавшее утро пение птиц, но больше ничего не было слышно. Вдруг раздался шум, и в шатер буквально ворвался Маглор, который тотчас упал на колени рядом с возлюбленным. Финдарато удивленно посмотрел на него и попытался утешить: - Кано, со мной все хорошо... Не стоит так переживать... - Я не только поэтому, - судорожно вздохнул сын Феанора. - Та дева, которой я помогал... Финдарато, как ты? Мне сказали, что опасности нет, но... Тебе больно? - Совсем нет, - помотал головой король Нарготронда. - Только очень грустно. А ты?.. Как ты? Я видел, что тебя ранил своим страшным оружием балрог. Маглор покосился на повязку и поморщился: - Мне велели это не снимать. Но мне уже много лучше. Жжет, но не так сильно, как раньше. - А что та дева, которой ты помогал?.. Кстати, чем? - Не спрашивай, - отмахнулся здоровой рукой Маглор. - Но это кошмар! Она, оказывается, уже просчитала, что из всех сыновей нашего отца женат только один. И как начала... - Что начала? - нервно вопросил Финдарато. - Глазки мне строить, - выдохнул Маглор. - Я уже хотел было предложить ей Тьелко, да пожалел — дура же... - А Тьелко тоже здесь? - встревожился Финрод. - Нет, ускакал. Но вернется же еще... я надеюсь. Он к Майтимо поехал, а Майтимо, понятно было, первым делом сюда рванет, как сможет. Я уже видел его знамя, через час где-то будет. - А Финдекано? - Живой, - подтвердил Макалаурэ. - Правда, в себя не приходил. Горячка... Видимо, от бичей балрогов. Но мне уже почти обещали, что выживет. Точнее, сказали, что если до утра протянет — выживет. Уже утро. - Да, я знаю, - кивнул Финрод. - Кано... Может, ляжешь со мной? Мне велели, если смогу, подремать... Но я не хочу отпускать тебя. Или ты занят? - Без меня там точно обойдутся, - отмахнулся Маглор и заинтересованно посмотрел на возлюбленного. - Лечь-то я с тобой могу... - Кано, - на этот раз Финдарато залился краской, - я знаю, о чем ты. Я сейчас не могу... И ближайшие три недели не смогу. - А мне вот сказали, что лучше всего помогут не все эти притирки и растворы, а добрые вести и хорошее настроение, - улыбнулся Макалаурэ. Финдарато огляделся и вздохнул: - Ладно... Мне обещали, что будут беречь мой покой, так что, надеюсь, никто не заглянет... Только ты аккуратнее, хорошо? - Финдарато, - Маглор посмотрел укоризненно, - когда я был неаккуратен? - Вообще-то бывало, - фыркнул Финрод. - Особенно после возлияний. Он попытался подвинуться, освобождая место для возлюбленного, но тот остановил: - Лежи ровно, а то и в самом деле повредишь еще себе что... - А как, - растерянно начал Финрод, но быстро замолк. Макалаурэ оседлал его бедра, убедился, что с повязкой Финрода все хорошо, и склонился, нежно целуя. Забинтованное плечо явно мешало ему, поэтому Финдарато вырвался и уточнил: - Ты уверен, что хочешь этого? Обычно ты предпочитаешь по-другому. Маглор слегка улыбнулся: - Думаю, ты неверно меня понял. Он поднялся на коленях, торопливо развязывая штаны и придвинулся ближе. Финдарато опустил ресницы, чувствуя, как сердце начинает колотиться быстрее. И в самом деле, так будет гораздо проще... Макалаурэ перехватил его за затылок, направляя голову, и Финрод послушно раскрыл губы, привычно и нежно обхватывая твердую плоть. Тянуться вперед было неудобно, поэтому он вскинул руку, прижимая к себе возлюбленного за поясницу, и качнул головой, чувствуя, как пальцы на затылке сжимаются крепче. Шевелиться он практически не мог, поэтому только позволял Кано двигаться, стараясь подарить как можно больше наслаждения умелыми ласками. Маглор хрипло вздохнул и надавил сильнее, подхватывая размеренный ритм. Финрод глухо простонал, втянул воздух носом и пропустил возлюбленного глубже, вызвав почти мучительный вздох. Макалаурэ опустился еще ниже, уже опираясь ладонью здоровой руки о покрывало. Финдарато закрыл глаза, сосредотачиваясь на ощущениях. Реакции возлюбленного он знал наизусть, поэтому был готов заранее и даже не поперхнулся, когда гортань залило вязкой и горькой жидкостью, только усилил движение, чтобы продлить удовольствие. - Финдарато, - Маглор выдохнул, опускаясь рядом. Финрод торопливо подтянул покрывало, сгибая здоровую ногу в колене, чтобы скрыть совсем уж очевидную реакцию, однако Макалаурэ недовольно сбросил легкую теплую ткань. Финдарато зажмурился, когда уверенная рука возлюбленного накрыла натянутую ткань нижних штанов с подвернутой правой штаниной. Маглор немного приостановился и перебрался через него на другую сторону, пояснив: - На левую руку опереться не могу. - Если тебе неудобно, не нужно, - запротестовал Финрод. - Финдарато, - Макалаурэ уже успел сползти по походному ложу вниз. - Еще одно слово — и я... - И что ты? - лукаво сверкнул глазами король Нарготронда. Маглор не нашелся с ответом, только резко наклонил голову. Финдарато глухо вскрикнул и попытался податься бедрами навстречу, однако Макалаурэ его удержал, не позволив шевелиться. Финрод быстро сообразил, что для этого возлюбленному приходится напрягать пострадавшее плечо, и затих, изнывая от слишком медленных ласк. Макалаурэ умел и любил доводить его своей неторопливостью до исступления, до рваного дыхания, до жалобных просьб, но сейчас издеваться не стал, довольно быстро набирая темп. Финдарато почувствовал, как искалеченную ногу осторожно отводят в сторону, и ощутил, как в тело проникают влажные пальцы — сначала один, потом два... Сдерживаться сил не было, и Финрод застонал, безропотно отдаваясь на волю любовника. Словно в награду, пальцы надавили на чувствительную точку внутри. Финдарато захлебнулся вскриком. Как же хотелось большего! Чтобы не пальцы, а сам Кано... Макалаурэ как будто почувствовал нетерпение возлюбленного и плотнее обхватил губами плоть, да и в тело вошел глубже. Финрод до боли закусил губу, чтобы не застонать, дернулся и выгнулся навстречу и пальцам, и горячему рту, чувствуя, как перед закрытыми глазами вспыхивают алые пятна. Когда он пришел в себя, Макалаурэ уже осторожно укладывал его удобнее, вновь закрывая покрывалом. В палатку заглянула давешняя дева и тревожно спросила: - Что-то случилось? Нужна помощь? Я слышала... - Все хорошо, - ровно ответил Маглор. - На руку неудачно облокотился. - А, - сразу повеселела девушка. - Это ничего. Будьте немного осторожнее, тогда и заживать быстрее будет. Лорд Канафинвэ, я разрешила вам заглянуть на несколько минут, а вы тут уже полчаса... Королю Финдарато нужен отдых. К тому же там прибыл лорд Нельяфинвэ. Вы не хотите обменяться с ним новостями? - Уже иду, - Маглор поднялся. - Финдарато, спи. Я приду чуть попозже. - Кого ты ищешь, Тьелпэ? - Лютиэн встревоженно оглядывалась. - Нам нужно уходить, пока нас не попытались остановить! Если мы хотим попасть в Ангбанд... - Вот именно! А как мы туда попадем, ты подумала? Врата закрыты, и даже если нам каким-то чудом удастся их миновать, внутри — наверняка хватает тварей. - Да, вряд ли мне сейчас удастся, как в прошлый раз, открыть Врата, - призадумалась Лютиэн. - Моргот наверняка обновил чары после моего вмешательства. А у тебя есть план? - Есть мысль... Они как раз проходили мимо лагеря гномов, вольготно расположившихся на выжженной земле вокруг костров. От компаний наугрим тянуло ароматами трубочного табака, слышался смех и громкие разговоры, но стоило двоим эльдар пройти мимо, как многие притихли, говоря вполголоса. Келебримбор, которого немного учил кхуздулу король Финдарато, даже несколько притормозил, таща жену за руку, и резко обернувшись, сказал короткую фразу на непонятном Лютиэн языке. Коренастый рыжебородый гном так удивился, что привстал и повалился обратно. Его сородичи громко захохотали и снова взялись за фляги с вином. - Что это было? - встревоженно спросила супруга. - Тьелпэ, не нарывался бы ты... Видела я гномов в Дориате... - Мне не нравится, когда тебя обсуждают. - Да мало ли кто меня обсуждает... Кого ты ищешь? Может, я знаю? - Короля Турукано, - отрывисто отозвался Келебримбор. - Лютиэн, я предлагал тебе остаться. Даже настаивал. Если ты твердо решила пойти со мной на верную смерть... - Я поняла. Я молчу, - покорно кивнула супруга. - Впрочем, я все равно никого не знаю из Гондолина, и ничем помочь тебе не смогу. Последние слова жены Келебримбор пропустил мимо ушей, потому как завидел знакомое лицо. Пусть это было и не совсем то лицо, которое он хотел бы видеть, но этот эльда мог бы привести его туда, куда ему было нужно. Маэглин действительно не слишком обрадовался, но к королю привел. Тургон нашелся около уже поставленного королевского шатра — пытался утешить какого-то темноволосого эльда, грустившего над обугленным щитом. - Останься здесь, Лютиэн, - велел Келебримбор. - Я сам поговорю. Как ни странно, супруга, вздохнув, послушалась. Тургон, оповещенный о госте, шагнул навстречу, коротко склоняя голову в обычном приветствии. Келебримбор, слегка замявшись, повторил жест. - Тьелперинквар? Тебя прислал Нельяфинвэ? Он спас моего брата, тогда как я сам не смог этого сделать. Потому я слушаю тебя. - Нет, я пришел поговорить с вами... - Что тебе нужно? - Я собираюсь проникнуть в Ангбанд, - прямо и четко ответил Тьелпэ. - Но Врата закрыты, и я сомневаюсь, что Моргот выйдет мне навстречу. От моего друга, короля Финдарато, мне известно о том, что ваш город во многом поддерживал сообщение со внешним миром с помощью Великих Орлов Манвэ. - И что с того? - синие глаза короля Гондолина чуть прищурились. - У вас наверняка есть способ подать Орлам сигнал. Должно быть, он секретный, я понимаю... но могу поклясться, что мне нужно это только для того, чтобы я мог осуществить свой замысел. - Ищешь смерти? - лицо Тургона по-прежнему ничего не выражало. - Исполняю предначертанное, - бросил Келебримбор, едва сдерживаясь, чтобы не проговориться ради собственных интересов, не сказать о том, что видел отца короля Тургона совсем недавно, чтобы не рассказать так, чтоб ему поверили. Не ударить так, чтобы сломить. Тургон коротко взглянул чуть вбок от Тьелпэ, завидев Лютиэн. Дева стояла, нервно оглядываясь, сжимая руку на рукояти меча. - Твоя жена идет с тобой? - поинтересовался Тургон. - Да. Я отговаривал ее, но она сделала выбор. Лицо второго сына Нолофинвэ отчего-то болезненно исказилось, и он отвернулся, отвечая: - Я помогу тебе, если ты желаешь того. Хотя твоя затея кажется мне безрассудной. - Но ведь ваше сердце говорит иначе? - Да. И только потому... Ответь мне, зачем тебе — именно тебе — все это? Ты достал Сильмариллы, я знаю, хотя это не было твоей судьбой. Ты смело пошел в безнадежный поход в Ангбанд... И сейчас готов его повторить. Я верю, что ты любишь свою жену, но сейчас ее жизни и счастью ничто бы не угрожало. Зачем? - Зачем? - у Тьелпэ внезапно перехватило дыхание — он почему-то не ожидал такого простого вопроса. - Затем, что судьба Эндорэ теперь — моя судьба. Затем, что сегодня я потерял друга, который бился за меня. Затем, что мне нет смысла в жизни, если я откажусь... от всего этого. - Твои речи напоминают мне речи Феанаро в Тирионе, вывернутые наизнанку, - бросил Тургон, уже исчезая в своем шатре, а через несколько секунд снова появляясь из него. Он протянул Келебримбору небольшой серебряный рог. - Звук этого рога знают все Орлы Манвэ, когда-либо бывавшие в Гондолине. Это призыв, на который они откликнутся. - Благодарю вас, - с чувством сказал Тьелпэ, принимая дар в руки. - Я верну. Если, конечно, вернусь сам. - Позаботься лучше о своей супруге. Погибнет она — следуй за ней. Не повторяй моей судьбы. Жить с этим — невыносимо. - Я обещаю, - Келебримбор оглянулся в последний раз. - Не обещай, - это было последнее, что он услышал. Лютиэн, ожидавшая мужа, только чуть повела плечами: - Твой план удался? - Да. Ты все еще хочешь идти со мной? - последние слова короля Тургона поселили в душе смятение. - Лютиэн... мы ведь идем на смерть. Я не хочу, чтобы ты погибла. Ты ведь уже знаешь, каково... там. - Тьелпэ, - дева только чуть вздохнула. - Когда ты ведешь себя как военачальник, я без лишних вопросов готова тебе подчиняться. Но не спрашивай меня, готова ли я. Я сбежала за тобой из Дориата, не убоявшись даже подставить друга — правда, с его полного осознания того, что он делает... Я последовала за тобой в Чертоги Мандоса. Неужели ты еще не понял? Я готова была порвать с семьей, со своим народом — ради тебя. Я последую за тобой всюду, куда ты решишь повести меня. В Нарготронд — так в Нарготронд, в Ангбанд — так в Ангбанд, в Валинор — так в Валинор. Захоти ты жить в грязной хижине среди последних из смертных — я научусь всему, что будет необходимо для такой жизни. Это не только любовь, Тьелпэ. Это судьба. Моя судьба повстречать тебя — того, который стал тем, без чего моя жизнь бессмысленна. Не наша вина, что ты эльда королевского рода, внук Феанора, ты мог бы быть кем угодно. Но ты — это ты. - Ох, Лютиэн... - только вздохнул Келебримбор. - Ты все-таки дочь Создателей этого мира. Не знаю, хотел ли бы я, чтобы это все досталось мне, будь у меня выбор. Я, конечно, честолюбив, есть такое... да и вообще характером пошел в свою семью, если уж честно. А нас не слишком любят, и есть за что. - Но есть и за что любить, - возразила Лютиэн. - Ты больше не возражаешь против того, чтобы я пошла с тобой? - Нет. Больше не возражаю. Я просто счастлив, что ты у меня есть... Отойдя довольно далеко от наскоро укрепленных походных позиций, Келебримбор поднес к губам рог короля Гондолина. Словно зазвучала Музыка, прокатившись по равнине Анфауглит, отдавшись эхом в мрачных вершинах Тангородрим. Прошло несколько секунд, а потом и минута, две. Тьелпэ успел отчаяться, подумал о том, что призыв стоит повторить заново, когда над ними мелькнула огромная тень. Торондор снижался, оставив свое воинство драться с последним из драконов Моргота. Перья его были перемазаны черной кровью и частью обуглены, над левым круглым блестящим глазом зияла рана. - Всё, как в старые добрые времена, - печально произнес он, приземляясь и складывая крылья. - Я вас помню, эльда из нолдор и эльдиэ из синдар. Вы же вроде поженились? - Да... - Лютиэн внезапно чуть замялась. - Ну, вскоре после. Простите нас, что мы тогда так... Нас захватили чувства победы, свободы, любви... - Не стоит извинений, - явно вздохнул Торондор. - От моего создателя, Владыки Манвэ, я знаю, что вы нарушили ход Судьбы. Куда вас перенести на этот раз? По ту сторону Врат? Я видел там множество тварей, вы погибнете в неравной схватке. - Нам нужен Мелькор, - Лютиэн соображала сейчас быстрее. - Видел ли ты его среди его воинства? Он вала, ты бы несомненно узнал его. - Я помню вала Мелькора еще со времен его пребывания в Валиноре, - ответил Торондор. - Конечно, я бы узнал его. Нет, его нет среди тварей. Я не видел его. - Тогда перенеси нас в его крепость, - произнес Келебримбор. - Значит, вы готовы ко всему? - печально произнес Торондор, распластывая по земле обгоревшее крыло и предлагая эльдар занять места на его спине. - Вы нравитесь мне, эльда и эльдиэ. Вы искренние, честные, почти как мы. Я хотел бы вынести вас обратно, но боюсь, этого не доведется мне. - Просто передай свою честность вашему роду, - отозвался Келебримбор. - И если у нас с супругой уже не суждено родиться сыну или дочери, пусть поступок наш живет в памяти вашего народа. Келебримбор почувствовал, как вздрогнула Лютиэн от его слов, принимая руку и восходя наверх по крылу; увидел, как Торондор прижал второе крыло к голове, словно эльда или адан, старавшийся закрыть лицо и не выдать обуревавших чувств. - Я высажу вас на вершине крепости Моргота, - произнес он. - И если вам удастся вырваться оттуда — сохраните рог, я услышу и приду на помощь. Мой род всегда поможет свободным народам Эндорэ, когда будет в том нужда. Ныне я обещаю это. - Ну вот и все, Тьелпэ, - Лютиэн взглянула наверх, проследив за взмывающим в небо Торондором. - Наверное, мы скоро вернемся. Впрочем, не жаль. Лорд Феанор понравился мне, я буду рада встретиться с ним снова. Должно быть, с ним интересно беседовать. - Думаю, да, - кивнул Келебримбор, - сам-то я был слишком мал, когда он погиб, не успел оценить. Но сначала нам нужно сделать всё, чтобы исполнить предначертанное. - Сделаем, - супруги направились к лестнице, выходу со смотровой площадки ангбандской крепости. Первым им попался поднимавшийся сюда орк, и Келебримбор без лишних слов перерезал ему горло, чего тот совершенно не ожидал, а тело скинул вниз по лестнице. - Там их внизу много, а так переговоры будут более удачными, - пояснил он жене. - Тьелпэ, ну зачем, - вздохнула она. - Нам же теперь все равно. Они же не виноваты. Если бы Мелькор не стал Морготом, это мог бы быть эльда, а ты его... - Лютиэн, да ты хоть представляешь, сколько я их сегодня перерезал?! - Сегодня было сражение, - заметила дева. - Все справедливо. Например, я только понаслышке знаю про битву в Альквалондэ, но стараюсь не осуждать ни одну из сторон... - Это орки, Лютиэн! - А нам это теперь уже неважно. - Нет, ты точно дочь айнур, - пробурчал Келебримбор. - Вот вроде и жалости в тебе ни к кому нет, а вроде и зачем-то всех жалеешь... Ладно, пошли. Тьелпэ развернул меч для защиты, спускаясь по лестнице, Лютиэн, точно так же, с обнаженным мечом, последовала за ним. Внизу раздался воинственный рев, но приблизиться никто не пытался, ожидая, пока враги спустятся. - Эй, твари Моргота! - неожиданно прокричала Лютиэн, и Тьелпэ даже вздрогнул. - Мы пришли сами! И не к вам, а к вашему хозяину! Вас больше, но убьете нас — он не порадуется! Шум внизу немного притих. - Тьелпэ, ты ругаться на синдарине красиво умеешь? - тихо спросила дева. - На синдарине — нет. На квэнья — умею. - Не пойдет, орки квэнья вообще не знают и не понимают. Вот почему я девой родилась? Что отец, что Маблунг при мне старались не ругаться... А сейчас бы пригодилось. - Ну извини, - прошептал Келебримбор. - Не родилась бы ты девой, у нас с тобой вряд ли бы что-то получилось... Я-то не король Финдарато. Разве что это уж должен был бы быть совсем Рок... Лютиэн тихо хихикнула, что совсем не подходило к сложившейся ситуации, и снова продолжила громко: - Доложите о нас своему хозяину! Скажите, что пришла дева, которая ему не досталась! Твари Моргота внизу изумленно загомонили. Тьелпэ и Лютиэн уже спустились почти до самого конца лестницы, и им наперерез шагнул один, очевидно, предводитель: - Стоять, эльфы! Дернетесь — отведаете ангбандской стали, что выковали ваши же родичи для нас! Келебримбор замер, чуть скрипнув зубами. И впрямь, оружие орков в нынешней битве куда превосходило то их оружие, что он видел во времена Дагор Браголлах. Морготу никогда бы не удалось достичь этого, не будь у него пленных эльдар... Да и на синдарине орки стали говорить куда более прилично. А этот так и вовсе, если б его не коснулось Искажение, мог бы быть потомком нолдор — скрученные в узлы черные патлы, явно ценные для орков «украшения», вполне приличные доспехи... Привычная нолдорская жалость обуяла Тьелпэ — этого ему захотелось убить сразу и просто. - Доложить, - рыкнул старший. - Здесь двое. Сами пришли. На встречу с Морготом их вели со всем почетом, который только мог быть в Ангбанде. Приближаться не рисковали, косились на мечи эльдар, но окружили со всех сторон. Келебримбор оглядывался, а когда узнал коридор, только вздохнул — вспомнил, каким он был тогда наивным и недогадливым. Ведь действовали же наугад — и вырвались как-то! «Почетный караул» довел их до самого тронного зала, однако дальше орки не пошли, сгрудившись у дверей. - Дальше мы не пойдем, - озвучил догадки Тьелпэ главный. - Да и вам лучше бы поостеречься, если хотите успеть что-то сказать. Хозяин сильно не в духе. - Благодарим вас, - кокетливо опустила ресницы Лютиэн. Оркам явно было неведомо, что именно эта дева некогда своим обаянием опустошила корону Мелькора, поэтому они только нахально разулыбались и расступились. Келебримбор невольно взял жену за руку. Та не менее отчаянно вцепилась в его пальцы. В тронном зале на этот раз было пусто. Гулкий звук шагов отдавался от всех стен и замирал где-то под высокими сводами. Мелькор, как и в прошлый раз, сидел на своем троне, и только сейчас у ног его на лестнице расположилась чья-то фигура. Келебримбор пригляделся и узнал еще одного давешнего знакомца — Саурона. - Гортхаур? - отчего-то удивленно спросил он. - Приветствую тебя, нолдо, - майа насмешливо вскинул голову, рассыпая безупречно уложенные волосы по плечам. - Вот и свиделись, я запомнил тебя. А тебя, Лютиэн, я вечность вспоминать буду. Повелитель, может, сразу убьем, раз уж они сами пришли? - Нет, - отрезал Мелькор. - Убить их мы всегда успеем. - Я бы так не сказал, - покачал головой Гортхаур, но спорить не стал. Мелькор побарабанил пальцами по подлокотнику трона и с нескрываемым любопытством уставился на посетителей: - В прошлый раз вы пришли за Сильмариллами. А сейчас что вам нужно? Вашего у меня больше ничего нет. Келебримбор промолчал, не зная, что ответить на такой же простой вопрос, что задавал и Тургон. Неожиданно слово взяла Лютиэн: - Мы пришли победить тебя, Мелькор. - Хороший план, - одобрительно кивнул вала. - А как? - Мы не знаем, - пожала плечами дева. - Вала Манвэ велел победить, мы и пришли. - Мой брат знает толк в стратегии и тактике, - нарочито-одобрительно покивал Моргот. - Я смотрю, он подарил вам поистине неоценимые сведения, чтобы вы — двое эльдар — справились со мной. А пока я дрожу от страха, не просветите ли вы нас случайно, что значит — победить? Убить меня нельзя, я айну. Перенести меня в Валинор под заботу Намо у вас вряд ли получится... - Может быть, попробовать развоплотить? - неуверенно пробормотала Лютиэн. - Заставить сбросить обличие... - В твоем присутствии, прекрасная дева, я охотно избавлюсь от одеяний, но дальше, боюсь, у тебя возникнут сложности. Келебримбор гордо вскинул подбородок: - Не смей оскорблять мою жену, Враг! - По-моему, я наоборот сказал ей комплимент, - поморщился вала. - А что, Лютиэн, ты уже выбрала? Помнится, в прошлый раз у тебя женихов больше было... - А чего тут выбирать? - пожала плечами дева. - Сильмариллы принадлежат роду Тьелпэ. Даэрон мог порадовать мое сердце лишь песнями, а адан — так и вовсе... разве что носовым платком. - Логично, - не мог не признать Мелькор. - А теперь объясните мне, чего вам в ваших землях не сиделось? Камни вы сперли, так зачем вам еще и Ангбанд мой понадобился? Крепость северная, здесь вовсе не курорт. Неужто вам мало своих земель? Так быстро плодитесь? Саурон слушал весь этот бред с невозмутимым лицом, а на этот раз не выдержал: - Повелитель, да что вы с ними разговариваете? Подать вам Гронд? - Не надо, - Мелькор явно перестал ломать комедию. - Знаешь, как эльфы крутиться умеют? Весь зал расхреначим, пока гоняться за ними будем... - Разоружить? Доставить к вам? Лютиэн откашлялась, явно собираясь петь, но Мелькор только презрительно на нее глянул: - Можешь не стараться, дева. Я владею Музыкой и заклинательными песнями. Меня можно было захватить врасплох, но когда я готов... Майрон, убей нолдо. - А деву? - деловито уточнил майа, поднимаясь. - А ее не убивай, - Моргот крепко ухватился за подлокотники трона, поднимаясь выше. - Она мне еще пригодится... - Ладно, - Саурон пожал плечами. - Сейчас, за мечом схожу... - А он у тебя что, не здесь?! - Да здесь, здесь... - В общем-то, можно его и не убивать, - задумчиво продолжил Мелькор. - Пока. Тогда дева сама пойдет на все, лишь бы страдания мужа поскорее окончились... - Не вздумай, Лютиэн, - отчаянно прошептал Келебримбор. - Что бы не пришлось тебе увидеть. - Не стану, - кивнула она. - Знаю, что тебе будет легче все что угодно, чем это осознание... Гортхаур! Если мечом ты владеешь так же, как песнями, то тебе стоит поберечься! - Лютиэн, отойди! - нервно прошептал Тьелпэ, поднимая меч. - И не подумаю, - покачала головой она. - У него нет приказа убить меня, и я тебя прикрою... Мелькор удовлетворенно наблюдал за происходящим. Келебримбор кинул на него взгляд, понимая, что тому вовсе не стоило устраивать показательный поединок, он мог расправиться с вторгшимися в Ангбанд куда проще. Но... Тьелпэ поймал еще один насмешливо-удовлетворенный взгляд и понял, что здесь, в Ангбанде, быстро или медленно, но убили бы любого, кто попал сюда, кроме... Кроме его самого и его жены. Они — единственные во всей Арде похитители Сильмариллов — должны быть побеждены Морготом, а не просто уничтожены. В глазах Темного вала сам он — тот, что обокрал его, а Лютиэн — та, что обманула, да еще и пообещала много всякого... Келебримбору ни разу не доводилось стоять с Лютиэн плечом к плечу, она всегда была ему соперницей в тренировочных боях, однако оказалось, что действуют они на редкость слаженно. Гортхаур недовольно морщился: вынужденный оберегать деву, чтобы не повредить ее тела, он осторожничал и никак не мог дотянуться до Тьелпэ мечом. Когда все три меча — черный и два сияющих светлым серебром — скрестились, раздался грохот. Черные стены Ангбанда содрогнулись, с потолка тронного зала посыпалась какая-то труха. Тьелпэ инстинктивно пригнулся, Лютиэн взвизгнула, да так пронзительно, что даже Моргот поморщился. Вслед за этим послышался оглушающий рев зверя, жалобный, отчаянный, и снова грохот, но уже другой — будто кто-то швырялся в стены Ангбанда огромными камнями. - Майрон! - раздался голос Мелькора. - Проверь, что там! А с этими я справлюсь и сам.