Практические особенности ётунской магии

Есть в жизни асгардской знати некие аспекты, которые можно охарактеризовать, как прямые линии без поворотов. Всегда одно и то же. Привычно и стандартно. Нормально и "как у всех благородных". Привычно полдничать каждый день, ходить на пиры… Стандартно «продать» невинность подороже, выйдя замуж по расчету или по выбору семьи. Но ненормально заниматься внебрачной любовью с двумя мужчинами сразу, так словно каждый из них – единственный, отдавая всю себе без остатка. Это изгиб в прямой линии морали асов. Это отступление от нее на шаг. Это неправильно и губительно для репутации молодой девы. Но это… чертовски волшебно. Сиф равнодушно ковыряла в тарелке любимое кушанье, аппетита не было совсем. Все происходящее вокруг она уже второй день воспринимала как в тумане, случившиеся в купальнях просто выбило опору у нее из-под ног. Лишь стоило ей вспомнить, что там было, как коленки начинали противно дрожать не то от стыда, не то желания снова вкусить такой запретный, сладкий плод – познать двух мужчин сразу. - Сиф, почему ты ничего не ешь? Но Сиф только молчала, что ей сказать? Что она больше не девственница, невинности её лишил будущий царь Асгарда, да и младший принц не просто факел в сторонке держал? - Дочь, ты слышишь меня? – княгиня строго обратилась к старшей дочери под смешки остальных сестер. Это две вертихвостки точно что-то почуяли, как же ей теперь отвертеться от них? - Простите, матушка, я не голодна… - Ты неважно выглядишь, дорогая, - нахмурилась княгиня. – Пойди, приляг! - Как скажете, матушка! Сиф поднялась из-за стола и поспешила в свои покои. Там, прислонившись горячим лбом к холодному, каменному панно на стене, Сиф снова, в который раз вспоминала свое любовное приключение. Если бы вы знали, святейшая княгиня, почему у вашей дочери синяки на бедрах и засосы по всему телу, из-за чего она носит сегодня закрытое платье? Почему так она сладко стонала вчера в купальных, распростертая, ошалевшая, когда они ласкали ее одновременно, один языком, другой – руками, пока она не начала умолять двух принцев «пожалуйста…». Почему билась в сладкой боли от первого раза, ведь Тор был не маленький, далеко не маленький, а Локи ласково шептал на ухо, что скоро все пройдет, её будет легче, ведь она так восхитительна сегодня, сейчас, в эту самую минуту, что даже трикстер не может устоять перед ней? А потом они брали её попеременно, два брата, таких разных, как лед и пламя, но в то же время таких похожих. Взрывная, опасная и такая будоражащая смесь противоположностей. Изящный, язвительный Локи, чьи ласки напоминали укус змеи и заставляли её ловить воздух ртом, словно рыбу, выброшенную на берег; могучий, горячий Тор, чьи погружения были подобны броску копья, а ласки обжигали не хуже огня, вырывая из нее крик наслаждения до хрипоты…. Пару часов спустя оба принца проводили ее, уставшую, до кареты. Тор стыдливо отводил глаза, а Локи выглядел каким-то растерянным и виноватым, что ли. Сиф так и не поняла до конца выражение глаз трикстера. На минуту ей показалось, что Локи смотрит на нее с благоговением, но только на минуту. Разве можно было ожидать подобного от бога коварства и обмана? Конечно же, нет! «Я в порядке, матушка, я действительно в порядке. Только у меня чертовски болит между ног, а вызвать лекаря я не могу, иначе мое падение откроется сразу… Но я ни о чем не жалею, матушка! Слышите, ни о чем!» Только как она теперь сможет явиться в чертог Всеотца, посмотреть в глаза двум принцам, и не выдать себя при этом? Шутить с Тором, её первым мужчиной или как прежде презирать Локи, оказавшимся таким страстным? Сиф Брандсон поняла, что впервые в жизни попала в довольно щекотливую ситуацию и как из нее выбраться, дева просто не представляла. Да еще сестры не давали ей прохода. Вот и сейчас, Аргунд скреблась в дверь её покоев в надежде выпытать, что же случилось с такой рассудительной, мудрой Сиф… Если бы княжна сама знала! Она теперь даже не была уверена, что любит только Тора, ведь есть еще и Локи… Это открытие стало для нее полной неожиданностью. Неужели Локи, такой сволочной, тоже теперь… ей по сердцу? Всеотец, как это может быть, как могут нравиться сразу двое?! Дева схватилась за горящие щеки и принялась расхаживать по комнате, чтобы успокоиться. Но средняя сестра не давала асине мучится в сомнениях. Аргунд вышла из себя из-за того, что её так долго игнорируют, и начала настойчиво стучать в дверь, зовя Сиф. Только ей ничего не обломится, признаться такой болтушке, как Аргунд для княжны будет смерти подобно, но открыть дверь все же придется. **** Локи сладко потянулся в своей кровати, откладывая книжку в сторону. Красота! Тор не беспокоил его уже полдня, что само по себе было чем-то из ряда вон выходящим. Можно быть полностью предоставленным самому себе, никто не мельтешил перед глазами, не раздражал назойливой заботой. А самое главное, можно было предаваться разным мыслям. Ну, хорошо, если быть точным, то сладким воспоминаниям! Танос, читаури, Мидгард, Перчатка вечности уже были почти забыты… Локи снова поднялся и принялся расхаживать по комнате взад-вперед. Он сам не мог толком сказать, почему ему нужно было непременно двигаться, когда он думал о… А собственно говоря, о ком? Лафейсон прислушался к себе. Как странно, но его мысли в последние несколько часов целиком и полностью занимала Сиф Брандсон. Эта смышленая и храбрая асиня, которая всегда раздражала его своим слепым восхищением Тором. Да она вообще разве что только в рот громовержцу не заглядывала! Но теперь Локи узнал и другую Сиф. В памяти всплывали соблазнительные картины их вчерашней встречи, когда он видел в ней не подругу Тора, готовую в любой момент обвинить его, трикстера, в подлости и обмане, а стонущую от наслаждения молодую женщину, открывающую для себя с каждым соитием все прелести плотской любви. Как она хваталась за его плечи и выгибалась под ним дугой, как стонала и извивалась в его руках, а её бёдра жадно приподнимались навстречу каждому толчку сыну ледяного великана… Как шептала: «Еще, Локи, пожалуйста, только еще!»… А пахло от молодой асини воистину божественно, ётунская сущность наделила Лафейсона тонким, острым обонянием. Локи еще никогда не чувствовал ничего подобного, и это было так непривычно для него. Горячая кровь пульсировала в венах ётунского сына. Сердце стучало как бешенное. Необычайная легкость во всем теле. Холодная и ясная голова. Он чувствовал себя живым, ётун дери, впервые в жизни нужным, не брошенным. Там, в купальнях, погружаясь в гостеприимный жар женского тела или ловя губами ее стон, когда в ней был Тор, такой красивый, могучий ас… Это воспоминания пьянили Лафейсона, как хорошее вино, и ему не хотелось так скоро расставаться с ними, а от одной мысли, что все может повториться, Локи чувствовал прилив острого, лихорадящего возбуждения, и только хождение по комнате могло остудить его. И Локи всерьез принялся рассуждать, как бы снова подстроить совместное купание в Баденштате. Как вызвать Сиф, привести туда же Тора, настрого наказав стражникам не впускать ни одной живой души, наглухо закрыть двери, оставив за стенами весь прочий жестокий, холодный Иггдрасиль с проклятым Таносом, читаури, унизительным намордником и снова… жить, просто жить. Любить втроем, делить радость, наслаждение, боль, ведь у них это так здорово получилось уже однажды. Младший принц замотал головой, прогоняя похотливые, сумасшедшие идеи. Всеотец, о чем он сейчас думает?! Как снова затащить в постель Тора и Сиф?! Да что с ним творится? Какая-то слишком шустрая, чтобы быть понятой, мысль пробежала по задворкам разума, что все эти желания очень нетипичны для Лафейсона, и не мог он так быстро возжелать Сиф и Тора вместе взятых, да и с зельем явно было что-то не то. Так, не мысль даже, а мыслишка… Поэтому Локи быстро отмахнулся от нее и снова вернулся к такой волнующей для него теме. Только теперь, чем больше думал Локи над очередным «коварным планом», все больше его посещала мысль, что Сиф любит Тора, а Локи теперь и знать не пожелает. Вот проснется эта красавица и поймет, что делила ложе с коварным, презираемым ею Лафейсоном, посчитает все случившиеся помутнением рассудка, подговорит Тора, ведь приворот только между ними, и младший принц опять останется один-одинешенек, без Тора, без Сиф, без купания в Баденштате… Представив себе такой исход, Локи похолодел и замер на месте. Что же ему теперь делать? Вначале мысли хаотично роились в голове, но затем, как по команде, выстраивались в прочную логическую цепочку: срочно найти Тора, взять его под контроль, а потом увидеться с Сиф, чтобы понять, что та думает насчет всего случившегося и дальше ориентироваться по обстановке. Правда, что он будет той говорить при встрече, Локи еще не представлял… Пока не представлял, но где его трикстерская натура уже не пропадала! Окрыленный новым планом, Локи метнулся к креслу, хватая кожаный кафтан с изумрудными вставками. Но выйти из покоев ему не дали. Дверь распахнулась без стука, и в комнату зашел хмурый и печальный Тор. На старшего принца нельзя было смотреть без содрогания. У него было такое кающееся выражение лица, словно это он совратил всех девственниц Асгарда вместе взятых, и Всеотец сразу бы вынес один-единственный вердикт без всяких колебаний: «Виновен, алименты пожизненно!» Локи в который раз похвалил себя за умение спрогнозировать ситуацию. - Доброго здравия тебе, брат, - Тор старался не встречаться взглядом с трикстером. – Ты, как погляжу, нормально себя чувствуешь… Локи возвел глаза к потолку, как предсказуемо было видеть Тора таким, даже не интересно, право слово… - И тебе здравия, брат! – Лафейсон сложил ладони с таким святым и ангельским видом, что любой мидградский священник удавился бы от зависти и тут же принялся бы исповедоваться богу коварства и обмана как на духу. - Только твой вид меня печалит, брат, - участливо лилейным тоном продолжал Локи. – По-моему, тебе стоит быть довольным вчерашним купанием. Сиф, благородная, красивая асиня, подарила тебе свою невинность. Многие хотели бы оказаться на твоем месте… Локи сделал вид, что запнулся, хотя продолжать дальше не было никакой необходимости. При упоминании Брандсон Тор дернулся как от удара, кинул на брата затравленный взгляд и еще ниже опустил голову. - Да я разве спорю с тобой, Локи - красивая, благородная, - пробурчал Одинсон. – Вот только не могу я, понимаешь, не могу, чувствую себе полным поддонком! Она меня-то небось теперь и близко видеть не захочет… Вот уже писал её записку, а она не ответила и посыльного прочь прогнала! Тор с чувством ударил себя в грудь. Локи выждал паузу, давая брату помучиться, проникнуться совершенным «грехом». Так легче будет его настроить на нужный лад. - Знаешь, думаю, все не так плохо, – продолжил вещать трикстер, за что получил вопрошающий взгляд Тора. – Все было по согласию, к тому же, вспомни, Сиф сама просила это сделать, ты нравишься ей, Тор, будь уверен! Одинсон в задумчивости покусывал губы. - Все равно это как-то не правильно, - настаивал ас. – Мы с ней вроде только друзья, я еще с Джейн не расстался… Локи горько вздохнул, но не отступился от своей затеи. - Ты почитай историю своей семьи, Тор! – снисходительным тоном поведал Лафейсон. – Только не прабабушек и прадедушек, а дойди хотя бы до седьмого колена, найдешь там такого интересного, что наше вчерашнее приключение даже сравнивать нельзя. Про полиандрию или полигинию я вообще молчу! - Что это еще такое? – дофин озадаченно наморщил нос. В который раз чувствуя себя в роли учителя, Локи лекторским тоном продолжил: - Особый брак, при котором брачный партнёр одного пола имеет более одного брачного партнёра противоположного пола. Проще говоря, несколько жен или несколько мужей. Но вернемся к Сиф. Еще раз говорю - ты нравишься ей, иначе бы она бы ни за что не возлегла бы с тобой на одно ложе! Но сейчас нам с тобой нужно не о себе думать… - Как это? – непонимающе вскинулся Тор. - Ты мужчина, брат, а Сиф, какой она не была смелой и храброй на поле боя, сейчас нуждается в особом внимание, ведь ей, наверняка, гораздо хуже, чем нам с тобой. Было неплохо навестить её, выразить ей наше почтение… - Тоже вину чувствуешь, да, Локи? - довольно прищурился Одинсон. Для него подобное заявление Лафейсона было еще одним неоспоримым подтверждением того, что Локи не так уж и плох. Это он только притворяется редкостной сволочью, а на самом деле, где-то очень-очень глубоко… Локи из-за всех старался сдержать рвущееся наружу желание сказать какую-нибудь гадость в ответ. Иногда Тор любил порассуждать (!) на темы, в которых сам ни черта не смыслил, и это жутко бесило Локи. Но вместо этого младший принц только и смог, что неопределенно пожать плечами. Чтобы Локи вину чувствовал? Ну… Нет, пожалуй, такого не бывало! Но Тор понял все по-своему. Такой жест брата он воспринял, как нежелание Локи признаваться в собственных ошибках, а для младшего принца это простительно – не возмужал еще! Тор задумался над словами брата, Лафейсон не отвлекал его от такого нужного процесса. - Хорошо, давай навестим Сиф! Это хорошая идея, как думаешь, может быть ей стоит цветы преподнести? Локи устало вздохнул. - Нет, Тор, будет лучше, если о нашей встрече никто не узнает, поэтому цветы придется отложить… Полагаю, нам придется снова нарушить приватность особняка клана Брандсон! В предвкушение совместных приключений у Одинсона даже глаза загорелись. - Походы за яблоками вспомнил, да, брат? - громовержец довольно подмигнул Локи. - Идем, чего ждать! И Тор потянул младшего брата к выходу, но тот особо и не сопротивлялся. *** По-летнему теплая ночь накрыла Асгард своим звездным покрывалом. Астероид асов и соответственно сам Асгард, находились почти в центре Галактики, поэтому ночное небо было усыпано таким скоплением звезд, что казалось сероватым, а не черным из-за обилия сверкающих точек. Молочная полоса через весь небосвод, дающая в два раза больше света, чем мидгардская луна в полнолуние… Да уж, назвать асгардскую ночь темной, что хоть глаз выколи, можно было только с большим преувеличением. К «великой радости» трикстера, в этот раз ему выпала роль побыть благородным рыцарем, найти окна Сиф и поговорить с княжной. Одинсон даже спорить с этим не стал, признаваясь, что просто не знает, о чем говорить в таких ситуациях. Тор лучше возьмет на себя как разобраться с собаками, и вообще будет на стороже на тот случай, если охранникам приспичит совершить обход всего имения ночью. Ха, можно подумать, Локи был в курсе, как себя вести с новой для себя Брандсон! Ладно, прорвемся… Дождавшись, когда стражники закроют входные ворота особняка – дома Сиф - братья, быстро перекинув в знакомом месте через ветки высокого дерева несколько веревок, взобрались на стену и таким же способом благополучно спустились на землю, но уже на территории обители Брандсон. Так они делали уже не раз в далеком детстве, когда обчищали сад святейшей княгини от сладких, румяных яблок. Воровать, конечно же, особой нужды у них не было, но сам факт ночного похода за приключениями доставлял особое удовольствие обоим принцам. Правда, до тех пор пока личина воров не была раскрыта, и Один не взялся за свой толстый, с тяжелой бляхой, ремень… Оглядевшись по сторонам, братья рванули прочь с места своего проникновения. Ровно на половине пути, они в полной тишине разделились: Тор побежал к будке с собаками, намериваясь подкинуть тем хороший кусок свежего мяса, прихваченного собой, а Локи короткими перебежками пустился по тропинке к дому. Прислонившись к прохладной каменной кладке в тени плетущегося винограда, трикстер переводил дух, вслушиваясь в звуки ночи. Пока он бежал, гравий предательски шуршал под ногами, и Лафейсону казалось, что уже весь особняк в курсе, как он тут носится. Но все было спокойно. Лафейсон начал двигаться вдоль стены, ища комнату Сиф, он очень надеялся, что дом Брандсон имеет стандартную планировку. Да и как иначе, если это был один из старейших особняков в городе, а в те времена все строили по одной схеме и только в два этажа… Так, вот окна людской. Из распахнутых створок был слышен смех служанок, басистый голос ни то кучера, ни то дворецкого. Чернь отдыхала от работы как могла. Пригнувшись, Лафейсон поспешил миновать окно и едва не поймал на себя воду, которую одна из служанок выплеснула прямо в сад. Замечательно, его, младшего принца Асгарда, только что не окатили помоями! Вот было бы позору явиться перед Сиф мокрым и грязным… Но трикстер только упрямо сжал зубы, не в его правилах отступать на полпути. Осталось немного, вон за тем углом начнется женская половина, а значит Сиф уже рядом… До намеченного места Локи добрался без приключений, хотя и не так быстро, как планировал. Наученный горьким опытом, трикстер вначале останавливался перед очередным открытым окном, прислушивался к тому, что было внутри и только потом быстрой тенью проскальзывал дальше. В одной из комнат он услышал голоса младших сестер Сиф. Кажется, их звали Лив и Аргунд, но Локи не был так в этом уверен. Ага, значит, комната старшей княжны совсем близко. Девушки весело щебетали, обсуждая очередной наряд у портного, так что проскочить мимо них не составляло особого труда. Послушав их немного, Лафейсон внутренне содрогнулся. Как хорошо, что Сиф увлечена другими вещами, он бы умер со скуки, если бы дева принялась рассуждать при нем какую складку и где нужно припустить… Вот и заветное окно на втором этаже, так же как и у младших сестер. Локи видел залитый мягким, теплым светом кусочек светлого потолка, слегка колеблющуюся от ночного ветерка прозрачную тюль… По всем раскладам это и должно быть окно Сиф, но трикстер не мог позволить себе ошибиться, нужно быть уверенным наверняка. Он принялся вслушиваться, что происходило там внутри, но пока ничего нельзя было разобрать - полная тишина. То ли комната была пуста, то ли Сиф уже просто легла спать при свете ламп. Наконец, когда его терпение уже готово было испариться, наверху раздался какой-то шум. - Госпожа не желает выпить на ночь горячего молока? - Нет, Бриг, ты можешь быть свободна. В ту минуту в саду крикнула какая-то ночная птица, но Локи все равно разобрал уставший голос Сиф. Дождавшись, пока княжна выпроводить служанку восвояси, Лафейсон переломил связной кристалл, чтобы сигнализировать Тору о своем местонахождение. Точно такой же кристалл у громовержца должен был указать тому дорогу. Затем подобрал с земли небольшой камушек и бросил в створку распахнутого окна. Звякнув об стекло, тот отскочил куда-то в темноту. Минуту-другую ничего не происходило, затем погас свет, послышались быстрее шаги, и в окне показалась Сиф. Локи впервые видел ее в таком милом платье с распущенными волосами. Должно быть, поэтому от нее так повеяло чем-то родным и хорошо знакомым, что принц поначалу растерялся, позабыв все слова, которые приготовил, идя сюда. После света дева вначале ничего не увидела в темноте, ведь Локи стоял в тени, но постепенно глаза асини привыкли, и Сиф стала различать чью-то фигуру. Она перегнулась через подоконник, хватаясь за оконную раму, чтобы получше разглядеть, кто же к ней пожаловал. - Локи?! – проговорила изумленная княжна, озираясь по сторонам. Она явно не ожидала увидеть Лафейсона здесь в такой час, и напрочь позабыла все правила этикета, даже не поприветствовала, как положено возможного наследника трона. - Что ты здесь делаешь? – благородство брало свое, Сиф быстро справилась с шоком, и вторая фраза прозвучала уже несколько холодно и отстраненно, заставляя Локи почувствовать себя преданным, так что тот завелся вполоборота. Впрочем, разве он не предполагал подобный прием? Как известно, лучшая защита – это нападение. Незачем знать этой зарвавшейся красотке, что вот уже больше суток она не покидает мысли трикстера. Признаться в подобной слабости к женщине? Еще чего! Поэтому нацепив привычную маску бесчувственного мерзавца, он насмешливо поведал: - Пришел проведать, как дела у повзрослевшей асини из благородного клана Брандсон! Даже в полумраке ночи Локи видел, как еще сильнее вцепилась Сиф в оконную раму, как выступили острые костяшки девичьих пальцев. По мнению трикстера, княжна даже побледнела в ответ на такую откровенную издевку с его стороны. Тут уже было не до благородства… Маска старшей дочери князя треснула, разбилась вдребезги, разлетелась на мелкие кусочки. Осталась просто Сиф, запутавшаяся, потерянная, влюбленная дева, уже почти сломленная от собственных угрызений совести и тяжелого гнета морали семьи… - Зачем ты пришел, Локи? – дрогнув, проговорила она. – Тебе мало моего позора, моей слабости перед вами двумя? – в голосе княжны было столько боли, столько отчаянья, что Локи невольно попятился назад. Какой-то странный комок встал в горле Лафейсона, он чувствовал себя сейчас просто отвратительно, от прежней злобы уже не было и следа. Он что есть мочи всматривался в глаза девы и пока не понимал, что сейчас видит в них: невыплаканные слезы или это так отражаются звезды в теплых, шоколадных омутах асини… - Зачем, мой принц, - голос Сиф слабел. – Зачем ты убиваешь меня без меча, одним словом? Княжна опустила голову, черные пряди скользнули на лицо, скрывая ее от взора младшего принца. Локи понял, что если сейчас не случится чуда, то наступит самый настоящий Рагнарёк. Для Локи наступит, потому что видеть Сиф такой было для него невыносимо больно… Впервые больно. - Нет-нет, - несколько поспешнее, чем следовало выпалил Локи, - мы оба с Тором пришли проведать тебя, потому что беспокоимся! Я не желал задеть тебя, Сиф, - Локи надеялся, что это не будет звучать как оправдание его издевки, - но по дороге сюда меня чуть не облили помоями. Твоя прислуга, Сиф, работает даже ночью, какое похвальное рвение для черни! Сиф нахмурилась, она слишком устала и не сразу поняла, о чем ей говорит Лафейсон, поэтому не заметила оправдывающегося тона. - Тебя едва не облили помоями? – уточнила она, Локи кивнул. Сиф улыбнулась, еще сильнее… Напряжение последних суток выплескивалось, и через минуту княжна заливисто смеялась, представив себе трикстера облитого остатками ужина с макаронами-спиральками на волосах. В любой другой ситуации Локи точно обиделся бы и даже сильно. Но сейчас ему было плевать, лишь бы Брандсон смеялась, а не была так затравлена его же словами. В кустах поблизости послышался небольшой треск. Отряхиваясь от листьев и сухих веточек, под окно вышел Тор. Завидев Брандсон, громовержец заулыбался своей лучистой улыбкой. Тор действительно был рад видеть Сиф, какой смысл скрывать? Вот в чем еще завидовал ему Локи – в умение быть искренним, ведь именно за это дофина и любили многие. - Как ты, чаровница? – Тор подмигнул Сиф, но дева и не думала обижаться на такой вопрос золотоволосого принца, ведь это было сказано с добротой и заботой. Локи сжал зубы чуть ли не до скрипа. Чтобы Тор снова обошел его? Да ни за что! Сиф в свою очередь как-то странно отреагировала. Вначале она пролепетала что-то невразумительное, что тоже рада видеть принцев, заставляя Локи пережить заново не самые лучшие моменты. Потом пространно ответила, что у нее все нормально. Локи внимал её словам и остро чувствовал ложь, очевидную, плохо прикрытую ложь, которую проглотит невнимательный Тор, ведь сейчас Сиф вовсю старалась выглядеть нормально, но Лафейсон действительно неплохо разбирался в других. Откуда это у него, он сам не знал. Перед глазами снова встал образ жмурящейся Сиф, закусывающей губы от первого, голодного рывка Тора, и Локи озарило. Ведь пойти к лекарю она точно не сможет, святейшая княгиня наверняка блюдет целомудрие дочерей не хуже Разрушителя, охраняющего Хранилище Всеотца. Княжна хотела сказать что-то еще, но младший принц перебил её, просто поинтересовавшись: - Болит? Как просто, всего одно-единственное слово, но Лафейсон нутром чувствовал, что попал в яблочко, не целясь. Сиф замолкла, во все глаза смотря на трикстера. Она была поражена до глубины души, что этот двуличный бог мог оказаться таким… понимающим, поэтому ответ вырвался сам по себе. -Да, - и тут же, словно спохватившись, - нет… То есть… Локи! Брандсон побеждено закрыла лицо руками, от стыда она была готова провалиться сквозь землю. Тор пока не разобрался, что происходит. Он непонимающе смотрел на брата, который спокойно, неотрывно наблюдал за княжной, потом повернулся к дофину. - Я тебе потом объясню, - пояснил трикстер, - лучше придумай, как передать ей лекарство! Тор понимал все меньше и меньше, ясно было только одно - Сиф нужна помощь, и он, громовержец, перевернет верх дном Иггдрасиль, что бы помочь этой деве. - Что за лекарство? Большое? Лафейсон покачал головой. - Нет, два маленьких пузырька! Локи не стал пояснять, что с некоторых пор после знакомства с Таносом носил обезболивающее и заживляющее зелье с собой на всякий случай, ведь этот самый случай мог наступить в любой неподходящий момент, а геройски истекать кровью или сносить боль трикстер терпеть не мог, да и не видел смысла. Будущий король Асгарда понимающе кивнул и скрылся в темноте. - Сиф, кинь мне пергамент и пишущий кристалл, я укажу тебе дозировку. Брандсон, стараясь не смотреть на Локи, поспешно исчезла в проеме окна и быстро вернулась, кидая что-то на землю. Лафейсон без труда нашел искомые предметы под ногами и принялся строчить на клочке пергамента. Не успел он дописать то, что хотел, как сверху над головой раздалось негромкое: - Спасибо, Локи! От неожиданности тот едва не выронил пишущий кристалл. У него что-то со слухом или Сиф поблагодарила его?! Княжна продолжала: - Мы с тобой всегда не ладили, но сейчас признаю, что я была неправа насчет тебя… Локи поднял взгляд на Сиф и несколько долгих мгновений смотрел той в глаза открыто, без маски, все еще не веря в то, что услышал. Сиф тепло и ласково улыбнулась ему в ответ. Она ему улыбнулась! Локи показалось, что вот именно с такой натуры мастеру следует создавать свой шедевр. Свет, игра теней, выражение глаз прекрасной девы… Их единение прервал Тор. Одинсон вновь возник прямо из темноты, таща огромную корзину и веревку. - Тор, ты ограбил лавку петельщика, поменьше корзины не было? – Лафейсон принялся вовсю источать яд, надеясь вернуть прежнее лицо в изобличающей его ситуации, но, судя по добродушной мине Тора, у него это получалось не очень. - Да не бухти ты, Локи! Возле кухни были только такие… В саду послышался лай собак, стало видно пламя факелов. - Теперь вижу, без трупов точно не обошлось, - прошипел не на шутку встревоженный трикстер, быстро кидая в корзину зелья и пергамент. Тор уже привязывал веревку к ручке корзины, затем раскрутил другой конец и бросил его Сиф. Дева ловко поймала его и потянула за веревку, поднимая корзину к себе. Братья ждали, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. Лай собак то отдалялся, то снова приближался, это начинало нервировать принцев, попасться во второй раз святейшей княгине в их планы явно не входило. Как только корзина была на подоконнике, Тор крикнул Сиф. - Приходи во дворец поскорее, чаровница, мы тебя ждем! Локи закивал, подтверждая слова Одинсона, Сиф же только улыбнулась в ответ и пожелала принцам благополучного возвращения. Вовремя. Прямо за углом дома послышались шаги бегущих стражников, видимо, присутствие чужаков было обнаружено. Тор, наверняка, топал, как целая армия ётунов, идя на кухню и обратно! Растолковывать принцам, что да как - не пришлось, они оба рванули прочь, несясь стремглав сквозь цветники святейшей княгини к дереву и веревке – заветному пути на свободу. Сшибая на бегу ароматные кусты, Локи впервые в жизни возненавидел розы. Где-то позади раздался вопль Сиф. - Сюда, стража, ко мне, здесь воры! Шум погони стал стихать, Локи оглянулся. Огонь факелов уже не был виден сквозь деревья. Ясно, умница Сиф давала им фору, что бы они смогли благополучно унести ноги. - Ну, где ты там? – Тор нервно топтался возле стены, держа веревку в руках. - Да здесь я, здесь, - прохрипел запыхавшийся Лафейсон. Минут через десять два принца, как ни в чем не бывало, сохраняя серьезные лица, степенно подошли к воротам королевского дворца. У них дела были государственной важности, не стоит караульным так на них пялится. Да, да, даже ночью! Кто совсем как дети - Тор и Локи? Да вы их ворующими яблоки еще не видели, вот там воистину был разгул, разброд и шатание асов на пару с ётунами…