Starting from scratch.

      22 года — это уже совсем не детский возраст. 22 — это возраст окончания института, выбора профессии, спутника жизни; это шаг в новую большую жизнь.       На дворе конец июня. В душном мегаполисе, как обычно, в это время невероятно жарко. Первый час ночи. Диппер Пайнс стоит на балконе, надеясь, что ночной ветер снимет ощущение духоты и заберёт с собой неспокойные мысли юноши. Диппер делает глоток минералки из горла бутылки. Последние несколько недель в голове у Пайнса каша, он не знает, что делать со своим будущим. Школьные, да и университетские годы уже позади. Однокурсники с полной уверенностью говорят о том, что хотят от жизни, что будут делать дальше. Даже Мейбл. Вечно легкомысленная и взбалмошная Мейбл уже два года замужем и растит с любимым мужем маленькую дочку. А Диппер чувствует внутри себя пустоту. Молодой талантливый SEO-специалист, закончивший ВУЗ с отличием. Казалось бы, все двери открыты: иди куда хочешь, строй свою жизнь. На электронной почте несколько приглашений на работу, но что-то не так. И этого «что-то» кажется бесконечно много.       Диппер мечтает о возвращении в детство, в лето, когда им с сестрой было по 12. Когда загадки необыкновенного городка Гравити Фолз будоражили воображение. Дядя Стен, Хижина Чудес, Зус, Венди, другие друзья. Вспоминая рыжую девушку, юноша улыбнулся; она была его первой любовью и оставалась ею достаточно долго. Каждый год Пайнс с нетерпением ждал лета не из-за каникул, а из-за возможности увидеть Венди. И конечно же продолжить исследовать Гравити Фолз. Но почему-то, после того, как маленький, вредный, вечно злорадствующий треугольный демон - Билл Сайфер - исчез в сознании дяди Стена, загадок становилось всё меньше и меньше. Пока одним летом их не оказалось вообще. Даже надоедливые гномы, гоняющиеся за Мейбл и мечтающие сделать её своей королевой, куда-то делись. Это были самые скучные три месяца в жизни двойняшек Пайнсов. Казалось, что с исчезновением чудес городок стал таким же серым, как и измерение снов, где когда-то обитал одноглазый треугольник со своей компанией. Тем летом им с сестрой исполнилось 16, больше они в Гравити Фолз не приезжали. Зус не смог после долго держать бизнес дяди Стена, и Хижина Чудес обанкротилась. Документы на собственность он отправил Пайнсам по почте, а сам переехал в Канзас после смерти бабушки…       Вообще много всего произошло за эти несколько лет. Всё вокруг изменилось. После угасания аномалии Гравити Фолз Мейбл быстро оправилась и нашла себе новые увлечения, как обычно, замечая радости даже в самом печальном. Но Диппер так не смог, причуды городка стали смыслом жизни для мальчишки. После их исчезновения юноша замкнулся в себе, стал угрюмым и мрачным. Одно время даже красил волосы в чёрный, как это делал Робби, и носил одежду только мрачных оттенков; остальные цвета смотрелись неестественно яркими во вдруг потускневшем мире.       Диппер делает ещё глоток воды. Снизу по шоссе мчатся машины. Большие города не спят никогда, тут все куда-то спешат, что-то делают, почему-то ничего не успевают и вечно опаздывают. Сам Пайнс сильно изменился с подросткового возраста, как внешне, так и внутренне. Разум, жаждущий открытий, постепенно успокоился и был перенаправлен в сторону получения высшего образования, но радости душе это не приносило. Теперь посещающего трижды в неделю спортзал юношу никак нельзя было назвать хлюпиком; волосам вернулся естественный каштановый цвет, с щек и носа почти сошли веснушки, а о чрезмерном увлечении наукой и чтением говорили только иногда надеваемые Диппером очки, которые он стал носить с 14 лет. Да, чтение под одеялом с фонарём хорошо не сказалось на зрении, но очень скоро окулист подобрал нужные линзы. Очки теперь носились только вечером или с утра, но никогда на улице. С данным аксессуаром у Пайнса были связаны воспоминания о Гравити Фолз, так что он старался особо не напоминать себе о них и тем более не смотреться в очках в зеркало.       Если бы можно было вернуться в тот славный городок, обнаружить там вернувшиеся чудеса и заново открыть Хижину Чудес. Но это было невозможно по множеству причин. Во-первых, этих самых чудес уже давно не было. Во-вторых, от хижины в лучшем случае остались только гнилые доски. В-третьих, средств на возобновление бизнеса у Диппера явно не было.       Билл Сайфер. Дурацкий жёлтый треугольник! Умерев, забрал с собой все, что было дорого юному Пайнсу. За это юноша его ненавидел. Ненавидел даже ещё сильнее, чем при жизни того. Хоть он и строил свои постоянные козни, но, помимо Билла, в Гравити Фолз были и другие сверхъестественные существа, приносящие радость в жизнь мальчика. Теперь ничего этого не было. Детство закончилось и чудеса тоже, началась реальность: будни, быт и повседневность, которые постепенно охладили жаждущего приключений юного исследователя. Пожав даме в строгом платье по имени «Взрослая жизнь» руку, обратно уже не вернёшься. Эта рука разве что не горела синим пламенем, как у демона во время заключения сделки.       «Так, так, так! Ударим по рукам?»       В голове раздался знакомый голос с металлическими нотками. Иногда какие-то фрагменты воспоминаний казались ужасающе реальными. Особенно воспоминания о Странногедоне.       «Вы, людишки, такие слабаки...»       Так говорил в те дни Сайфер. За несколько часов до собственного проигрыша.       Диппер тогда всё слышал.       Мальчик слышал, как кричал в агонии демон, когда исчезал; как уговаривал Стенли на сделку, как обещал ему всё, абсолютно всё. Ему, наверное, было больно. Больно и страшно. Демоны ведь не умирают как люди, у них нет души. Насколько знал Диппер, они просто исчезали, переставали существовать. После смерти демонов ждал только мрак и забытье.       Как оказалось потом, слышал крики демона только он один. Даже из памяти дяди Стена они стёрлись вместе с Биллом. Юноша до сих пор не знал, почему именно он. Возможно, потому что демон вселялся в его тело однажды. Но он бывал и в теле Стенфорда тоже. Это не давало ему покоя. Даже сейчас, спустя почти десять лет, Диппер мог проснуться от того ужасного электрического вопля.       Минералка закончилась. Усталость уже вовсю давала о себе знать, настойчиво отягощая веки.       Пайнс выбросил бутылку, включил ноутбук, ещё раз прочитал предложения о работе, решил, что сходит на собеседования в каждую компанию, а потом посмотрит что будет.       Сейчас, после волны ностальгии по временам в Гравити Фолз, перспектива просидеть в офисе всю оставшуюся жизнь казалась особенно тошнотворной, но делать было нечего. Надо на что-то существовать, чем-то питаться, где-то спать, как-то обеспечивать будущую семью. А значит, просиживать дни дома в ожидании чуда было нельзя.       Диппер захлопнул лэптоп и пошёл спать. Когда сон окончательно поглотил юношу, за окном уже начало вставать солнце. Ранние золотые лучи отключающееся сознание сложило в такой же золотой одноглазый треугольник с бабочкой и цилиндром. Билл как-то сдавленно смеялся во сне Пайнса, будто ему не хватало кислорода для дыхания.