Starting from scratch.

Немного музыкального сопровождения: Another OST – Track 1 _____________________________________________________

      — Дип? Это… Это, ну… Это твой любов..?       — О, Боже, нет! Мейбл, нет! — Пайнс перебил сестру на полуслове, тут же заливаясь краской. — Это Билл.       — Билл?       — Билл Сайфер.       — Тот треугольный парень, который чуть не убил дядю Стена, вселился в твоё тело, обманом заставил меня, да и тебя, заключить с ним сделку и начал апокалипсис! — нотки раздражения пропитали голос девушки. — И каким образом он оказался в твоём доме? Отпусти моего ребёнка, мерзавец!       — Оно само в меня вцепилось, — Сайфер был только рад, если от него отлепят малышку.       — Да, это тот самый треугольный парень, — Диппер потёр переносицу двумя пальцами, прикрывая глаза.       — Ты чем вообще думал, братец?!       — Долгая история, Мейбл…       — Ну вот теперь я уж точно никуда не спешу. Быстро всё рассказал своей сестре! А ты, — молодая мама перевела взгляд на блондина, — забился тихо в угол и сделал вид, что тебя тут нет!       Сказать, что Билл выпал в осадок от такого изменения характера беззаботной «Падающей Звёздочки», значит было ничего не сказать. Но вот слушаться её он точно не собирался.       Диппер с Мейбл долго говорили в комнате юноши, пока демон занимался своим прерванным делом. Ханна довольно быстро сбежала от мамы и вернулась к Сайферу, но в этот раз Билл оказался сноровистее и вовремя остановил девочку от попытки то ли помять, то ли порвать один из листов с записями Пайнса.       Мейбл вроде не злилась на брата; весь негатив, на который та была способна, был направлен в сторону демона. Ей он не нравился. То есть, если Диппер хотя бы находил такое существо, как Сайфер, интересным и заслуживающим тщательного изучения, особенно на этапе «срастания» с весселем, то его сестра испытывала одну лишь неприязнь.       Билл не считал интересным или нужным вслушиваться во всё, что думает о нём Падающая Звёздочка, гораздо больше его стала привлекать маленькая девочка, постоянно пытающаяся стащить что-нибудь у демона. В общем, Сайфер был вынужден опять отвлечься, чтобы уследить за малышкой, на что та довольно бурно отреагировала, тут же захохотав.       Человеческие дети являлись еще более странными, нежели взрослые особи. Они толком не могли говорить и ходить, постоянно кричали и хныкали, их пропорции были неправильными, а сами малыши всегда росли чересчур эмоциональными и любопытными. И вообще, походу, не отличали "добро" от "зла". Вот эта конкретная считала просто жизненно необходимым оттаскать Билла за его слегка вьющиеся растрёпанные светлые волосы, схватить маленькой рукой за нос, потрогать острые кончики ушей.       — Мироздание, ты же ещё более мелкая, чем были Сосновое Деревце и Падающая Звёздочка, когда мы впервые с ними встретились, — Ханна никак не отреагировала, продолжая изучать демона перед собой. — Тебе наверняка даже снов нормальных не снится, сознание ещё слишком слабое, чтобы чётко транслировать что-то твоему спящему мозгу, — на конце фразы Сайфер слабо ткнул пальцем девочку в лоб; малышка тут же отвлеклась, переводя взгляд на часть руки Билла, попадающую в поле её зрения. — И совсем ты не похожа на Пайнсов: глаза голубые и волосы слишком светлые.       Демоны совсем не такие в первые годы своей жизни. Можно сказать, что детства у подобных Биллу существ нет; они просто появляются из складок между пространствами или сгустков определённой энергии. Многие не выживают, их поглощают более развитые сородичи. Никто за ними не смотрит, у них нет семьи, нет жажды к открытиям и приключениям; научиться использовать собственные заложенные способности, найти безопасное отдалённое от всех место в параллельных измерениях, тихо забиться в угол, пока не окрепнешь — вот те составляющие «взросления» демонов. Собственная слабость ощущается в этот период особенно ярко. Потому что наблюдать за тем, как могущественные монстры кромсают друг друга и всё попадающееся им на пути невыносимо. Страшно. Чувствуешь себя жалким мальком в океане, полном акул и касаток.       Билл хорошо помнит первые столетия своей жизни. Да, если ты хочешь обладать властью и силой, будучи демоном, то придётся постараться и лезть из кожи вон, обучаясь контролю, манипуляциям и различным трюкам.       Конкретно Сайфер возник в небольшой трещине между двумя сместившимися измерениями; тёмная энергия потекла в ту щёлку, смешиваясь с космической пылью погибшей звезды, не давая ей преобразоваться в чёрную дыру. Наверное, эту умершую звезду можно назвать мамой Билла: она подарила свою жизнь маленькому золотому треугольнику. Стоит ли говорить о том, что первое место обитания демона было мягко говоря враждебным? При взрыве суперновая выбрасывает тонны чистейшей энергии, на которую моментально слетаются создания всех миров и мастей в попытке урвать свой кусок.       Билл только чудом смог увильнуть оттуда, наблюдая издалека, как стервятники растаскивают сгустки скопившейся мощи. Вероятнее всего, Сайфер тогда и сошёл с ума: на первых минутах своей жизни.       Дальше его ждала борьба за выживание, осознание себя, принятие сущности. Демоны сами себя не ранжировали, поэтому путь определения своего «класса» проходил методом проб и ошибок. Буквально на первом столетии Сайфер понял, что его призвание — управление сознанием; к слову, в это же время была найдена лазейка в измерение снов, а с ней и доступ к планетам с разумными обитателями.       Только появляющийся тогда маленький комок грязи вокруг горячего магматического ядра привлёк внимание Билла не сразу. Да и будущее говорило, что ожидать зарождения жизни предстоит ещё многие и многие тысячелетия, а за это время молодая звезда-Солнце могла погибнуть и унести за собой всю систему.       Но, вопреки опасениям, альянс юных планет вокруг нестабильной звездочки в пелёнках развивался благополучно, и всё обещало соответствующие комфортные условия и необходимые химические реакции на третьей планете для становления существ с сознаниями. А пока основным вопросом оставался вопрос выживания, да и голубой шарик планетки привлекал всё больше и больше монстров.       Измерение снов должно было стать безопасным домом для Билла. Требовалось очистить его и подчинить себе, а это была довольно-таки кропотливая работа. В конце концов через массы времени результат стал удовлетворять Сайфера: вся «грязь» была выметена, права на территорию официально заявлены и отстояны.       Двухмерная среда, состоящая из обрывков душ и частичек памяти стала идеальной для бестелесного треугольного демона. Хотя изначально у Билла была плоть, но это было остаточное вещество «матери». Оно частично растворилось, частично было поглощено более могущественными существами, желающими сожрать небольшой безвредный сумасшедший комочек колеблющейся энергии, светящийся синим пламенем.       Поток воспоминаний Сайфера прервал Диппер, берущий на руки племянницу и отцепляющий её хваткие пальчики от майки демона.       — Ханна, его нельзя трогать - это плохой дядя, не подходи к нему, — Мейбл аккуратно взяла дочку к себе.       Почему-то Биллу стало обидно, что у него забрали маленького человека и запретили приближаться вновь.       Молодая мама ушла в спальню, попросив Пайнса заварить чаю на троих.       Всё-таки люди были странными.       За чаем Падающая Звездочка много говорила именно с Биллом. Она сказала, что понимает сложившуюся ситуацию и согласна с действиями своего брата. Сказала, чтобы Сайфер держал свои фокусы при себе и как можно скорее сваливал из жизни Пайнсов. Чтобы держался подальше от Ханны и не усложнял жизнь Дипперу. Потом она забыла о демоне и начала, улыбаясь, рассказывать что-то брату, тот внимательно её слушал и иногда даже смеялся.       Биллу больше вообще не хотелось разговаривать и как-то контактировать с кем-либо из присутствующих; он тихо вышел из-за стола и пошёл на балкон. Собственно, первые века собственной жизни Сайфер молчал, ему не с кем было говорить, да и незачем. Демон нашёл себе компанию уже будучи обитателем Земли: Восьмёрка, Криптос, Зантар, Зубы, Замочник, Шестигран, Аморфник, Пироньяка и Пустышка. А собрать их вместе и заставить перестать грызться было той ещё головной болью. Что же касалось летучих глазышей, они скорее были аналогом людских питомцев, Сайфер нашёл их стайку в углу одного из самых мрачных измерений и, как оказалось, «приручить» их было довольно просто.        Весёлые времена молодости.       А сейчас Билл был заперт в этом кожаном мешке из костей и мяса, который являлся жутко неудобным. Обычно тело сразу ощущается так, как должно быть у людей, но это явно было «сломанным», или, вернее сказать, сделанным наспех. И конечно не последнюю роль сыграло то, что Форд всё же подловил демона и чуть не убил, используя собственного брата. Если бы не Сосновое Деревце, Сайфер просто растворился тогда.       Вессель был как тюремная клетка. Несмотря на подпитку и восстановившийся до нужного внешний вид, Билл не мог с ним окончательно срастись; пожалуй, впервые за многие-многие года ему хотелось вернуться в родное измерение снов. Но оставалось лишь ждать и терпеть. Ждать пока разрастутся под кожей нервные окончания, возвращая чувствительность (да, ощущения людских оболочек отличны от привычных демонам, но совершенно ничего не ощущать было жутковато даже для Сайфера), ждать пока сформируется второй глаз, так необходимый человеку с дуальным зрением. Терпеть собственные слабость и беспомощность… Переход в этот мир вытянул из демона те толики энергии, что он успел скопить, и сейчас прибегать к использованию жалких остатков былой силы грозило смертью.       А раньше Сайфер, не задумываясь, выделывал всякие трюки и фокусы: летал, менял размер, разжигал огонь из воздуха, метал молнии, читал мысли, проникал в сны, контролировал чужой разум, строил реалистичные иллюзии… Перечислять можно до бесконечности, но на сегодняшний день безопасно для себя можно было только поднять несколько предметов в воздух, и то — ненадолго.       Билл облокотился на балконную перегородку и с силой втянул носом воздух. Судя по тому, как кольнуло горло и лёгкие, он на пару минут просто перестал дышать. Забыл. А сосуд не делал этого сам, у него всё ещё отсутствовал данный инстинкт.       А ещё обладание плотью накладывало обязательства по сохранению её дееспособности; если с физическими повреждениями демон ещё мог справиться сам, то кушать, пить и спать придётся на самом деле.       Сайфер поднёс правую ладонь к губам и сильно укусил себя между большим и указательным пальцами. Клыки прогрызли мясо, вязкая жидкость, вкус и температуру которой Билл определить не мог, наполнила рот, тонкой струйкой сбегая по подбородку на шею, а затем за ворот футболки.       Как и ожидалось, боль не чувствовалась.       Демон сглотнул, убирая руку от лица и разглядывая след от укуса. Полюбовавшись, как кровь медленно стекает по пальцам вниз с балкона, Сайфер прикрыл глаза сосредоточенно сращивая мельчайшие атомы эпителиальной ткани.       Билл приподнялся на мыски и перегнулся через ограждение. Он привык парить в воздухе, а не использовать ноги, может быть поэтому именно с ними справляться труднее всего.       А Диппер жил довольно высоко. Голова слегка кружилась, ветер трепал светлые волосы, заставлял глаз слезиться.       — Билл, ты чего творишь? — на балкон зашёл Диппер. Судя по недавнему стуку двери он уже проводил сестру и племянницу.       Вдруг в голове демона что-то щёлкнуло, будто ломаясь… И Сайфер расхохотался. Жутким, истеричным, заливистым смехом, сильнее перегибаясь вниз. Он просто смеялся и смеялся, начиная задыхаться, захлёбываться кислородом.       — Эй? — Пайнс слегка опешил, он был привычен к характеру демона, но не ожидал, что тот включит режим безумия прямо сейчас, когда всё вроде бы спокойно. — О, смотри, как я могу, Сосновое Деревце! — неожиданно блондин отпустил край перегородки и расставил руки в разные стороны.       У юноши в груди ёкнуло, когда демон стал переваливаться вниз. Хорошо что балкон был узким, так что Пайнс, среагировав, успел подхватить демона за пояс и утянуть в комнату, пока тот всё никак не мог успокоить свою истерику.       — Это так весело, Сосновое Деревце! Весело же! Если я упаду вниз с такой высоты, то это тело наверняка хоть что-то почувствует. Весело, правда?! — слова прерывались ставшим совершенно ненормальным смехом.       Диппер закрыл дверь на балкон и обернулся к Биллу, во взгляде демона плескалась одна лишь пустота.       — Ненормальный, — зло кинул Пайнс, проходя мимо Сайфера к рабочему столу и включая ноутбук.       — И чего в этом такого? Почему люди вечно цепляются за рассудок? Свихнуться ведь так весело!       — Билл, пожалуйста, я устал, иди пошуми в другое место.       — Как будто у меня есть возможность убраться отсюда, — металлический голос Сайфера раздался прямо над ухом, горячее дыхание обожгло кожу.       — Какого? — по спине юноши прошли мурашки.       — Сосновое Деревце, признай, ты ведь соскучился, — Сайфер хитро прищурился, не намереваясь покидать личное пространство Диппера.       — Ещё чего?! Конечно нет, — фыркнул Пайнс.       — О, так тебе по душе такая вот жизнь без аномалий?       — Ну, не то чтобы... — честно ответил юноша. — Я привык, тут все так живут, Билл, мне просто повезло побывать в Гравити Фолз.       — Ага, было весело, малой.       — Чего ты хочешь? — Диппер прикрыл глаза, совершенно не понимая к чему этот разговор - сплошное "весело" да "весело".       — Покорми меня, — на этом Билл развернул Диппера к себе лицом и толкнул его так, что тому пришлось сесть на край стола, случайно захлопывая жужжащий лэптоп.       Сайфер придвинулся ещё ближе к юноше и положил ладонь ему на шею, слегка сжимая, ощущая ровный человеческий пульс под пальцами. Демон приложил два пальца другой руки к собственному горлу. Его сердечный ритм был медленнее и не таким ритмичным. Надо было это поправить. Билл подтянул руку юноши к себе, засучивая рукав домашней рубашки, накинутой поверх футболки, чтобы открыть внутренний сгиб локтя с синеющей веной. Демон наклонился и провёл гибким языком по чувствительной коже, Диппер не сводил с него взгляд. А потом последовал укус: ритуал забора энергии повторился, и, как и в прошлый раз, от клыков не осталось и следа.       — Мм, так интересно, Сосновое Деревце, — блондин облизнулся и уставился на юношу светящимися глазами, — я не чувствую вкус своей крови, но твоя жизненная сила такая свежая, похоже на мяту.       — Ты закончил? — Пайнсу становилось душно от долгого пребывания демона настолько близко.       — Конечно, — и Билл отступил. — Спасибо за угощение, пойду займусь делами.       Демон ушёл, надеясь всё-таки за сегодня разобрать сведения по необычной серой книге, попавшей в руки Дипперу. ***       Стоял глубокий вечер, а на улице, как ни странно для этого времени года, было свежо и прохладно. Сидеть дома не хотелось совсем, Диппер решил выйти ненадолго прогуляться. Он даже попробовал позвать с собой демона, но тот отмахнулся от предложения, выразительно посмотрев на ворох макулатуры, часть из которого была написана и дополнена уже самим Биллом. Сайфер только напомнил юноше не уходить слишком далеко на всякий случай. Да Диппер и не планировал, ему просто хотелось пройтись по району, а то сидеть в квартире жуть как надоело; Пайнс любил собственный дом, но находиться там несколько дней безвылазно не мог, начинал чувствовать себя запертым в коробке.       Парень надел наушники, включил недавно скачанный трек и медленно направился в сторону небольшого сквера в 10 минутах ходьбы. Что ж, снизу было, конечно, жарче, чем на балконе, но в лёгкой одежде и при учёте ветра терпимо. Сквозь музыку слышалось гудение машин, звук колёс на шоссе, редкие звонки велосипедов и, иногда, чей-то звонкий смех. На небе появились лёгкие перьевые облака, создающие дополнительную тень; птицы стаями кружили над городом, иногда приземлялись на антенны или шпили зданий. Было уже темно, но не настолько, чтобы включились уличные фонари и ночные вывески. Эти несколько минут почему-то нравились Дипперу, город больше походил на живое дикое место, чем на развлекательный центр, обвешанный неоновой рекламой.       Диппер дошёл до сквера и сел на одинокую лавочку около фонарного столба. Под тонкой подошвой летних кед ощущалась шершавая поверхность мощёной кирпичом дороги. Воздух был свежим, долгожданный ветер унёс весь зной и серую дорожную пыль, очистив зелёные листья деревьев, казавшихся темно-фиолетовыми в царившем полумраке.       Заиграла тихая медленная мелодия без слов. Юноша смотрел куда-то поверх крон невысоких парковых кустов, тело расслабилось, глаза стали закрываться сами собой, и Диппер позволил себе ненадолго откинуться назад и забыться в сладкой дрёме. Когда парень почувствовал, что уже засыпает, то быстро-быстро заморгал и тряхнул головой: стало темнее; он снял один наушник, оглядываясь по сторонам и проверяя карманы, а то мало ли; но вроде всё было на месте. Недалеко от него на других лавках тоже стали появляться люди, решившие прогуляться на ночь.       Диппер, убедившись в безопасности обстановки вокруг, решил, что ещё немного можно разрешить себе посидеть тут. Пайнс обратно надел наушник, взял в руки мобильник и зашёл в интернет почитать какую-нибудь научную статью; найдя информацию себе по вкусу, юноша полностью погрузился в текст.       Через минут пятнадцать Диппер услышал громкий звук, будто что-то тяжёлое и железное упало в пяти метрах от него; он опять выдернул наушники и осмотрелся, но всё было как и прежде. Только людей стало больше, даже в двух лавках от него кто-то сидел, хотя, кроме «ботанов» и стариков, любивших временное одиночество и покой, никто не ходил так далеко в сквер.       Хмыкнув и убрав наушники совсем, Пайнс продолжил своё занятие, списав звук грохота на неполадки с телефоном. Появлялся лёгкий влажный вечерний туман, ветер перестал дуть, что теперь оказалось как раз кстати, а то уже было довольно прохладно. Стало совсем тихо. Неожиданно юношу пробрала дрожь: недалеко - забитое шоссе, магазины, веселящиеся подростки, детская площадка… Как тут может быть столь бесшумно?       Юноша глянул себе на ноги и не увидел стопы: плотный белый туман, стелющийся к земле, заволакивал собой их… Люди, находящиеся вроде бы достаточно далеко, переместились ближе, двое из них сидели напротив Пайнса. Они были без одежды, их тела покрывала плотная потрескавшаяся местами корка. И почему Пайнс сразу этого не заметил?       Как только Диппер попытался убежать отсюда, все они резко встали, причём так, что юноша не заметил этого движения: люди (или не люди?) сидели, а когда Пайнс моргнул, те уже стояли и смотрели на него тусклыми мёртвыми глазами, жутко улыбаясь.       Откуда это всё? Диппер же близко к Биллу, буквально через пару дворов. Это в прошлый раз Сайфер ускакал не понять куда…       Монстры синхронно сделали шаг в сторону Пайнса, а юношу будто гвоздями прибило к месту. Они продолжили приближаться, не меняясь в выражении лица. Диппер хотел закричать, но голос не послушался его, а «люди» уже окружили его плотным кругом.       Просто смотрят, эти мерзкие твари просто смотрят своими белыми глазами, скалятся и ничего больше не делают.       Пайнс был на грани потери сознания, когда они с шелестом превратились в дым и стеклись в высокое существо, стоявшее спиной к Дипперу. Его кожа представляла собой ту же корку, которая покрывала тела монстров, контуры создания были нечёткие, оно будто состояло из тумана, покрывавшего дорогу. Вроде, по очертаниям похож на человека, правда руки слишком длинные и тонкие:       — Отдай… — раздался сухой шёпот сразу отовсюду, существо чуть обернулось на Диппера.       Пайнс открыл глаза. Он сидел всё там же, сердце колотилось в горле, играла музыка: та самая новая песня, никакой странной убаюкивающей мелодии. В сквере зажгли фонари, неподалёку веселилась небольшая компания, больше тут никого не было.       Юноша не помнил, как добрался до дома, принял душ и лёг спать. Он действовал на автопилоте… ***       Пайнс проснулся в кромешной темноте спальни и, отчего-то, попытался вскочить с кровати, но его ноги удержала на месте какая-то тяжесть:       — Сосновое Деревце, что ты видел? — голос Билла, пропитанный послегрозовым электричеством, прозвучал на удивление успокаивающе.       Юноша приподнялся на локтях, пытаясь вглядеться в лицо демона, но ситуацию усугубляло ещё и отсутствие линз или очков на прикроватной тумбочке. По виску Диппера стекла капля холодного пота, и, вероятнее всего, прохлада на спине ощущалась по той же причине.       — Приди уже в себя, Сосна. Тебя всего трясло, чуть меня отсюда не скинул, и глаза закатывались. Значит, ты видел что-то.       — Билл…       — Ты понимаешь о чём я, — констатировал факт демон, устраиваясь поудобнее на ногах юноши, держа одну из ладоней у него на боку. Похоже, личное пространство, в понимании людей, никак не заботило Сайфера; он, даже будучи треугольником десять лет назад всегда летал слишком близко, но тогда это не волновало Пайнса (собственно, как и сейчас), этот мудак доставал по возможности всех такими привычками.       Диппер кашлянул, прочищая горло, снял с бока чужую тёплую руку и, выкарабкавшись из-под Билла, поджал колени к груди:       — Не знаю точно, на улице всё началось, — захотелось отвести взгляд, хотя ночью Пайнс и так не мог увидеть лицо блондина.       Юноша рассказал Сайферу всё, что случилось на прогулке, описал монстров, высокое существо, даже напел мелодию, игравшую на мобильном, по просьбе демона:       — Он просил что-то отдать?       — Да, ты…       — Молчи, — облака рассеивались, открывая яркую летнюю луну; её свет пробился сквозь щели между шторами, освещая лицо Билла.       И без того бледный Сайфер при таком свете становился будто фарфоровым. Единственный глаз смотрел в сторону балкона, пепельные волосы окрасились в серебристый, контрастные тени резко очерчивали скулы и острые кончики ушей.       — Надо быть осторожнее, нельзя чтобы он добрался до нас, — разрушил наступившее затишье Билл, слегка наклонив голову в бок, будто кот какой-то.       — И кто этот «он»? — Диппер нахмурился, ожидая внятных объяснений.       — Тот, кто нас сожрёт, дитя, — демон спустил ноги с кровати и собрался уходить, но Пайнс перехватил его за предплечье.       — Билл. Эта херня приключается со мной уже второй раз меньше чем за неделю. Не хочешь поделиться подробностями, а то знаешь, ты-то пока в это не влипал, — в словах явно звучала угроза, не то, чтобы серьёзная, но юноша точно не отпустит Сайфера без нормального ответа.       — Аккуратнее надо было вести себя с договорами, сам виноват. Ты его вызвал, когда мы подписывали пакт — это наш с тобой «третейский судья». И он нас действительно сожрёт, если доберётся. И не в переносном смысле, а серьёзно — как обед: с душой, сущностью, костями и мясом, ничего не оставит. Демоны-свидетели. Их услугами давно никто не пользовался, они голодны до безумия, им плевать на работу. Один такой выбрался на зов, Сосновое Деревце; я ещё не до конца разобрался с твоей той книжкой, но тут точно не всё в порядке.       — И как он нас найдёт? — Да очень просто. Вот так тебя будет изводить, пока не скажешь, где я и как меня зовут. «Отдай». По одному нам ничего не будет, нужны сразу двое, ты вот практически попался, даже почти глазами с ним встретился. Хотя, судя по описанию, наш новый друг далековато будет. Не выкарабкался ещё.       — В смысле?       — После того, как пакты перестали быть актуальны, свидетели начали претерпевать голод и стали опасны, их заперли очень глубоко и далеко. Туда, докуда ещё не добрался свет Большого Взрыва. Надо затаиться и приготовиться, Сосновое Деревце, бегать от таких бесполезно, вынюхает, куда ни спрячься, — на этих словах Сайфер в отвращении сморщил нос. — Мерзопакостные слизняки: от них воняет, как от разлагающихся трупов, кожи нет, слизь одна; но наш парень ссохся, жаль не рассыпался.       Ещё немного помолчав, Билл добавил:       — С утра решим, что делать, тебе надо прийти в себя. Люди, когда нервные, соображают плохо, поэтому спи и пусти уже меня.