Starting from scratch.

      Где-то к четырём утра Билл осознал, что нормально погрузиться в медитацию - а, следовательно, и отдохнуть у него не выходит. Погружаться глубоко в себя опасно, есть возможность пропустить важные изменения в реальности, средний уровень очень похож на Измерение снов, где его легко выхватит Третейский судья, а на поверхности не выходит восстановить потраченные за долгий день силы. Еще один минус обитания в человеческом теле: неминуемая усталость, необходимость в отдыхе. Скоро наверняка появится потребность в еде и воде.       Демон опустил ноги с кресла на пол, по икрам прошло неприятное покалывание, заставившее блондина нахмуриться. Что ж, раз отдохнуть не выходит, можно и провести время более приятным образом: Сайфер кинул взгляд на лестницу, ведущую на второй этаж в спальню Диппера. Без дальнейших раздумий Билл направился к своему человеку, перебарывая противное покалывание в затёкших ногах.       Диппер беспокойно спал в своей кровати. Он судорожно прижимал к себе подушку, будто удерживая кого-то во сне, одеяло сбилось к ногам, поэтому на вспотевшей спине под мокрой майкой проступали мурашки. Лицо юноши было хмурым, губы шептали непонятно что, повязка на лбу вновь пропиталась кровью, хотя человек где-то два часа назад менял ее.       Долго не раздумывая, демон подошёл к кровати Пайнса, выдернул холодную подушку из рук человека и забрался на её место, протискивая свои горячие ладони под майку на пояснице Диппера, согревая его, жарко выдыхая в шею. Почувствовав движение и резкую перемену температуры, человек проснулся и сразу же уткнулся взглядом в золотистые, чуть светящиеся в темноте глаза напротив. Лицо демона не выражало решительным образом ничего. Хотя, Пайнс уже давно понял, что такое вот каменное выражение - это немая просьба физического контакта или близости. Демон так всегда смотрел на человека, когда ждал, что его обнимут, погладят по волосам или поцелуют. В постели друг с другом у них ещё пока не было достаточно опыта, но Пайнс отчего-то знал, что это же выражение лица означает "хочу трахаться".       Чувствуя, что обратно юноша уже не уснет, да и не дадут ему, он зарылся носом в приятно пахнущие свежестью пшеничные волосы, обнимая в ответ, притискивая как можно ближе к себе, переплетаясь ногами. Однако предварительные ласки сейчас Сайферу были не особо интересны, так что он немного отстранился, но лишь затем, чтобы переместить ладони на лицо человека и глубоко поцеловать того.       Поняв намек на быстроту действий, Диппер подмял Билла под себя, чувствуя, как стройные ноги притягивают его за поясницу еще ближе. Разорвав поцелуй, Пайнс переместился на бледную шею с такой соблазнительно тонкой кожей, будто созданной для того, чтобы оставлять на ней засосы, которые теперь, в прочем, будут сходить довольно быстро.       Демон выгнулся в сильных руках, подставляя шею под укусы и поцелуи, млея от прикосновений и притираясь бедрами к бедрам юноши, чувствуя его нарастающее возбуждение. Сам же Сайфер уже был готов к решительным действиям еще на том моменте, когда поднимался по лестнице, поэтому стал нетерпеливо ёрзать и тереться о человека, когда тот задрал наверх его футболку и принялся ласкать грудь мягким горячим языком, покусывая по очереди соски.       — Ну давай уже, малыш, — не выдержал демон и, выкрутившись, первым просунул руку в штаны Диппера, принявшись быстро водить сжатым кулаком по всей длине вставшего члена.       Пайнс тихонько застонал от такого напора, начиная стаскивать с него штаны, а потом разводя худые бёдра в стороны. Демон рыкнул, когда прохладные широкие ладони огладили его оголённую внутреннюю сторону бедер, и, прилагая имеющиеся у него в таком состоянии усилия, рванул вверх и поменял их с Диппером местами, седлая его бедра, ощущая его твердый большой член под собой. Только от одного этого ощущения уже хотелось кончить.       Билл потянулся стягивать с человека спальную майку, тот в свою очередь обхватил ладонью его член, прокрутил его в кулаке и обвел большим пальцем влажную от смазки головку, сбивая Сайфера с его занятия на протяжный нетерпеливый стон, заставляя извиваться на себе:       — Чёрт, иди сюда, — выдохнул Диппер и сел, грубо целуя демона, сплетая их языки.       — Демон, вообще-то, — кое-как проговорил Билл, прекращая поцелуй укусом. — Ты меня сегодня трахнешь, или как? — Сайфер даже в такие моменты оставался Сайфером.       — Сам давай, — в отместку за ненужную поправку о сущности блондина, хмыкнул Диппер.       — Сам, так сам, — губы демона расплылись в хитрой улыбке, он толкнул человека в грудь, заставляя откинуться обратно, и быстро стащил с того штаны. Майка так и осталась просто задранной наверх, оголяя крепкий живот и грудь юноши. Демон не удержался и провел ладонью по ставшему наконец-то горячим телу человека, постепенно приближаясь к самому интересному.       В паху уже невыносимо сладко тянуло, когда Билл протолкнул в себя пальцы на сухую, подготавливая, и, одновременно, медленно надрачивая член человека. Демон задел внутри себя простату, отчего с его губ сорвался невыносимо пошлый стон удовольствия. Дальше ни один из них терпеть больше не мог.       Блондин сам резко и, опять же, на сухую, насадился на Диппера, придерживаемый его руками. Впрочем, стоило ему принять член Пайнса в себя полностью, заботливые руки резко сжали пальцы на бедрах, явно оставляя синяки. Бедра человека непроизвольно взметнулись вверх навстречу обволакивающему шёлковому теплу. Член задел простату, недавно раздразненную пальцами, заставив демона сжаться вокруг юноши и буквально заскулить.       Рваный, быстрый, просто животный темп нравился им обоим: нетерпеливому разгоряченному демону и доведённому до грани им человеку. Боль, периодически проскальзывающая по плохо подготовленным мышцам, только сильнее распаляла демоническую суть блондина. Он двигался на члене так, будто от этого зависела его жизнь, ластясь под руку на члене и пытаясь каждый раз насадиться так, чтобы влажная головка попадала по той самой заветной точке внутри его человеческого тела.       Очень скоро демон, зажмурившись от накатившего волной удовольствия, выплеснулся в стискивающий кулак. Диппер еще несколько раз вскинул бедра, вбиваясь в расслабленное тело, полулежащее на нём и последовал за Биллом. ***       Пайнс и сам не заметил, как уснул обратно, так и не приведя себя и Билла в порядок. Проснулся он где-то ближе к десяти утра, чувствуя на себе тяжесть другого тела, мерно посапывающего ему в плечо. На удивление и сам демон также заснул, умудрившись при этом не провалиться в Измерение снов, а забыться окутывающей мягкой темнотой вокруг. Так что, когда проснувшийся Диппер, пытаясь выбраться из-под блондина, разбудил и его, тот чувствовал себя невероятно прекрасно отдохнувшим и полным сил. Последний раз в таком прекрасном физическом состоянии он был еще до событий двенадцатилетней давности в Гравити Фолз, до призыва Гидеоном, когда он был полон сил и энергии. По факту, "физической" части тогда у него не было. Неплохо было бы сейчас побыть хотя бы день в предыдущей форме, не ощущая ничего кроме своего существования.       Но он сам выбрал человеческое тело еще давно, так что теперь предстояло смириться с его нуждами и недостатками.       — Ты как там? — вырвал демона из собственных размышлений человек, переодеваясь в рубашку и джинсы из чемодана и принимаясь за смену повязки на голове, родимое пятно перестало кровоточить.       — Странно, — честно ответил Сайфер, хмурясь и разглядывая тонюсенький шрам на ладони, оставшийся от деревяшки, вонзившейся между пальцами. Было загадкой, почему он остался, хотя был почти не виден, если не приглядываться в упор. Однако сейчас существовали более важные проблемы, чем частично неудавшаяся регенерация.       Диппер пока решил оставить Билла наедине с самим собой и пойти приготовить себе глазунью, потому что, после ночного марафона и вчерашнего забега по лесу, желудок внутри буквально скручивало спиралью.       Как только Диппер ушёл, Билл почувствовал слабый тычок в затылок, будто сконцентрированный поток воздуха ударил его. Но ничего потустороннего не могло пробраться за ограждающий барьер. За некоторыми исключениями, о которых Сайфер пока не сказал Пайнсу.       Демон прикрыл глаза, и его тут же с головой накрыла яркая вспышка, сменяющаяся черно-белым цветовым вариантом спальни человека. Прямо посередине стоял Восьмёрка. Его правый глаз наискось пересекал широкий шрам, наверняка частично лишая зрения. Одна рука отсутствовала, другой Восьмерка держался за плечо, стараясь перекрыть поток черной крови, льющейся густыми струями на пол. Один из нижних клыков был вырван с корнем, обнажая десну и создавая внушительную рану на челюсти.       — Восьмёрка! — вскинулся Билл с кровати, подбегая к другу и бегло оглядывая развороченное плечо, торчащий из него осколок кости и разорванные мышцы.       — Куда ты, к Дьяволу в прислуги ты попади, делся? Мы думали, он тебя убил. Эта черная штуковина прошла прямо сквозь тебя, и ты исчез.       — Чёрт, да я сам ничего не понял, меня просто выкинуло, не мог вернуться.       — У нас не получилось с тобой связаться, тебя будто больше не существовало. Я тебя ощутил только несколько часов назад, но до тебя было не достучаться!       — Вот же ж, тварь! Я не знаю, что это было. Но, вероятнее всего, Третейский судья смог как-то перекрыть мне доступ к моему же Измерению, — глаза Билла полыхали красным. — Дай сюда, — Сайфер было потянулся к плечу без руки.       — Не трать зря силы, — Восьмёрка чуть отстранился, — мы уже пытались, это не лечится, даже кровь не остановить. У меня мало времени.       После этих слов Билл заметил едва вспыхнувшее мерцание по всему телу друга.       — Дьявол его дери! — демон всё же вцепился в ранение Восьмёрки и направил на него максимальный поток доступной ему исцеляющей силы. Но ничего не произошло, разорванное в клочья плечо только поглощало и поглощало в себя энергию, ткани не стянулись даже не миллиметр. Регенерировать сам друг не мог.       — Билл! — целой рукой Восьмёрка отстранил от себя Сайфера за плечо, — Шестигран, Зантар и Пустышка мертвы, Криптос сильно ранен, так же как и я, что с Пироньякой и остальными я не знаю, глазышей почти не осталось, они попрятались кто где, на зов не приходят, но несколько дали знать, что живы. Билл, он их сожрал, ты понимаешь?! Просто откусывал куски от Зантара пока не осталось ничего! Первородные демоны, его вопли до сих пор у меня в ушах, я ведь даже пошевелиться не мог! Даже не вздумай высовывать носа отсюда, он слишком сильный и абсолютно поехавший. Таких я еще не видел...       Восьмёрка еще что-то рассказывал, он еще никогда не говорил так много за раз, а голос его все слабел и слабел, пока он наконец не упал на руки Сайферу, всё также продолжая что-то говорить, но уже абсолютно неразборчиво.       Суть Билла наполнялась яростью и бешенством после каждого хриплого вздоха и слова друга, умирающего у него на коленях, в то время как сам Билл не мог никак ему помочь:       — Пересиди, приятель, не суйся к нему...       Это были последние слова Восьмёрки перед тем, как он последний раз с шумом втянул в себя воздух. Его тело растаяло на руках Сайфера, осталась только черная кровь на полу и два шара для бильярда с восьмёрками, один из которых был треснутым:       — Прах к праху, смерть к смерти, милый друг, — единственный живой демон в этой комнате прикрыл глаза. ***       Билл вернулся в реальность, сидя на кровати. На полу, там, где он держал на руках друга, лежали два шара для боулинга.       И как это он интересно должен отсидеться?! Эта одноглазая, воняющая смрадом тварь убила его друзей, один из которых погиб прямо на руках Сайфера. Она забрала Пироньяку. Разрушила их демоническую семью. Практически свершила геноцид над глазышами. Этих малышей и так оставалось невероятно мало: 90 процентов из них находились под защитой Билла. А эта мразь переубивала их, разрушила всё, влезла в жизнь и растоптала её. Кто бы знал сколько времени потребовалось этим демонам на сплочение, построение дружеских отношений друг с другом. И всё! Всё разрушено: кто-то ранен, кто-то мертв, кто-то пропал.       Всё это крутилось в голове демона пока он медленно спускался вниз, чуть не прожигая пальцами перила хлипкой лестницы, и садился за стол напротив Диппера, ставя локти на стол и кладя острый подбородок на переплетённые пальцы.       Пайнс уже закончил завтракать. По Биллу он видел, что произошло что-то очень ужасное, и демону надо дать время, а не начинать расспросы. Если сам пришел, значит хочет рассказать, но не знает каким образом:       — Восьмерка только что умер, — наконец сказал Сайфер, после трехминутного сверления взглядом столешницы и пустой тарелки человека.       Диппер только сглотнул в ответ и устремил внимательный и сосредоточенный взгляд прямо на демона, готовясь слушать. Билл постарался передать всё, о чём ему рассказал друг, не упуская никаких деталей, но перед глазами так и стоял образ растворяющегося тела и безжизненные шары для боулинга, так и оставшиеся лежать на полу в спальне.       Метод "выговоришься - станет легче" абсолютно не работал, что привело Сайфера в еще больший гнев, чем было до. Он весь буквально полыхал и чувствовал, как горят глаза, не имея возможности вернуть им нормальный вид. Он старался не смотреть таким взглядом на своего человека. Тянуло сорваться и разнести всё в пыль, ярость накрывала тяжелыми плотными волнами, перекрывая дыхание, заставляя переходить на крик с низкими нотами железа в голосе. Хотя в последнее время практически удалось избежать электричества в голосе, оно напоминало о себе только изредка и лишь слегка сквозило в "человеческом" голосе Билла.       — Мы не будем тут сидеть, поджав хвосты, и просить милостыню у Вселенной, — эмоции демона пропитывали всё вокруг, в том числе и передаваясь человеку, сидящему напротив.       — О! Именно так, — Билл был рад тому, что Диппер поддержал его, а не Восьмерку с абсолютно нелепым предложением переждать бурю.       Демон опустил голову на раскрытые ладони, нажимая на глаза и силясь привести их в нормальный вид, на сей раз уже вместе с покрасневшей кожей и почерневшими волосами. Все-таки его суть демона явно просачивалась сквозь сосуд, надо учиться это контролировать. Потому что, если Пайнс к этому привык, то, спаси Мироздание, если подобное произойдет на людях. Они, с их бесконечными потоками информации вмиг прознают об этом по всему миру, и однажды к ним в дом вломятся какие-нибудь секретные спецслужбы, специализирующиеся в области секретных медицинских разработок. Ведь как удобно использовать возможность менять окрас в области военных действий... Придется убить всех, кто посмеет заявиться к ним с человеком и уехать жить куда-то в абсолютную глушь, например как Гравити Фолз.       Поток мыслей Билла явно ушел куда-то не туда: какие-то военные разработки людей, их с Диппером общий дом... Вообще не то, о чем сейчас стоит волноваться. Поэтому демон решил охладить голову самым доступным сейчас методом - просидеть под ледяным душем добрых полчаса.       После проделанного стало определённо легче. Ледяная вода успокоила нервы и эмоции, оставив после себя некое облегчение в виде опустошения.       Остаток дня до наступления сумерек человек и демон провели за разбором полетов. Составленные вчера вариации плана действий были многократно пересмотрены и проанализированы на ошибки и недочёты так, что к вечеру у обоих карта Гравити Фолз, расчерченная вдоль и поперёк стрелками и исписанная пометками, отпечаталась на внутренней стороне век.       Как только солнце начало клониться к горизонту, Билл приступил к созданию клонов с самого себя и Пайнса, предварительно дав тому выпить какое-то своё зелье:       — Если я начну создавать копии с тебя просто так, твои клетки не смогут восстанавливаться, и тебя просто расщепит после двух-трёх клонов, Сосновое деревце, — пояснил назначение зелья блондин.       Действительно, клонирование оказалось довольно неприятным: тебя будто делили на части, а потом вновь собирали целиком, словно ты паззл. Причем сам Билл довольно спокойно его переносил, он в пару повторений нужного заклинания проявил в пространстве семь штук себя, которые тут же вылупились на Пайнса своими одинаковыми желтыми глазами, сверля насквозь. От такого человека невольно передёрнуло. У самого Диппера после каждого клона начинала неконтролируемо кружиться голова, к горлу подступал горький комок желчи, поэтому копирование человека было растянуто почти что на час.       Как только солнце опустилось за горизонт, демон бросил краткое: «Пора»; и вышел на улицу. Пайнс последовал за ним. За плечами Диппера висел небольшой рюкзак с различными магическими «бомбочками» из репейника и отпугивающими смесями, которые превращались в пыль, если склянку с их содержимым разбить со всей силы о землю. Билл взял с собой сумку, в которую положил собранные ранее травы и кое-что приготовленное из них. Сайфер скомандовал клонам подойти друг к другу как можно ближе, окружив его. Те беспрекословно повиновались, после этого демон прошептал заклинание и клоны испарились в воздухе, телепортируясь к местам планируемого выхода из Измерения снов. Пайнс тем временем разорвал тонкую нить из волос единорога, защищающую Хижину чудес.       Не говоря ни слова, демон и человек бросились в лес: сначала вместе, но на определённом участке пути - разделились по плану. Демон сбавил темп бега около одной небольшой опушки в лесу, человек же со всех ног несся на первое место выхода из Измерения снов, чтобы ждать там Билла, который за первую схватку должен был ослабить Третейского судью, а человек тем временем нарисовать некую печать, которая на время остановит их врага и запутает. После прекращения действия печати, Третейский судья ринется за двумя клонами, что даст Дипперу и Биллу некоторое время.       По опушке гулял прохладный легкий ветерок, листва деревьев и хвоя сосен при этом не шевелились вообще. Повисла тяжелая тишина, даже звери и мелкие сверхъестественные твари попрятались по углам в ожидании чего-то совершенно им непостижимого, что должно было произойти с минуты на минуту.       По земле пополз тонкими щупальцами белёсый туман, легко огибая траву и сучки на своём пути. На этот раз Сайфер дал ему окутать свои ступни и щиколотки — силки, образуемые щупальцами, ощутимо давили, но стоило пошевелить ногой, как туман отпускал и распадался. Его целью не было удержание и захват, да и не мог он этого, его цель — найти. Туман как-то странно зашипел, будто помехи старого телевизора, в нос ударил едкий запах гнили, заставляющий глаза слезиться, воздух вокруг словно резко потяжелел и стал давить на плечи невыносимым грузом.       Из чащи леса с диким глухим воплем возник Третейский судья, капая космической плазмой, уничтожающей под собой всё живое. Его единственный мутный глаз, состоящий из того же поискового тумана устремился прямо на свою добычу — на Билла:       — Поймай меня, если сможешь, тварь! — демон достал из сумки дымовую бомбу, перебивающую его запах, и кинул себе под ноги, под такой же вопль врага. Стоило дыму окутать тело Сайфера, он перенёс себя в Измерение снов.       Третейский судья схватил только серый дым, пахнущий крапивой. Однако след был найден, так что тот появился в Измерении снов через пару секунд после своей жертвы. ***       Пайнс, подсвечивая себе мобильником, перерисовывал веткой на землю пентаграмму, которую Билл нарисовал ему на старом куске бумаги. Пентаграмма являла собой модификацию точно такой же из Библии Дьявола, только эта была нацелена не на демонов в целом, а исключительно на Свидетелей. Модификация, впрочем, была вычитана также из книги.       Диппер тоже ощущал это неправильное умиротворение вокруг, всё было слишком тихо. Так тихо бывало только тогда, когда Демон-свидетель навещал его, словно высасывал жизнь из всего вокруг.       Наконец, рисунок был закончен. Клоны молчаливо сидели около одного из стволов деревьев, облокотившись на него спинами. Они были странные, даже Пайнс сейчас мог сказать, что вот этот Билл — не Билл вовсе, а сам он себе напоминал подрагивающее отражение в воде. Но они менялись: становились то чётче, то размытее. Чем это было вызвано, юноша сказать не мог, однако догадывался - что колебаниями в силе и энергетике создавшего их демона.       Вдруг клон Билла неожиданно широко распахнул глаза, вздрогнул и отключился, словно он был марионеткой, но теперь за ниточки никто не дергал. Настоящий Билл сказал ранее, что такое может быть при его переходе в другие измерения. Когда связь с оригиналом теряется, клон перестаёт функционировать. ***       Измерение снов перед Сайфером предстало в виде полуразрушенного бетонного города где-то вдали горизонта. Сам же он стоял на развороченном асфальте, который был весь в глубоких ямах, жутких трещинах и колдобинах. Откуда-то снизу высовывались заржавевшие железные балки и прутья. Моросил мелкий ледяной дождь.       Демон встал в боевую позицию, ожидая появления врага. Тот не заставил себя долго ждать. Не успев толком материализоваться в новом измерении, тварь тут же пустила в блондина свои отростки в виде способных бесконечно удлиняться костлявых лап с метровыми тонкими пальцами и острыми когтями. Билл едва успел увернуться, отвечая Третейскому судье порцией подожжённых голубым огнем магических трав. Кусок руки врага отвалился, превращаясь в вязкую воняющую гнилью жижу, но из отрубленной конечности тут же выросли две такие, раздваиваясь от предполагаемого плеча. Отростки начали множиться и расти, пока не дошли до количества явно больше двух десятков, вместе с этим сам Демон-свидетель непомерно увеличивался в размерах, достигая, наверное, высоты пятиэтажного дома.       Не медля, множественные руки, некоторые из которых были еще и с пастями гнилых тонких острых зубов, начали пытаться ухватить юркую добычу. Билл ловко отскакивал, бросая сферы синего огня в тварь. Времени на работу с травами сейчас точно не было, приходилось справляться только своей энергией. А бежать было решительно некуда: город, где была хоть какая-то возможность спрятаться, находился слишком далеко — вдали виднелись лишь небольшие намеки на маленькие сгоревшие деревенские домишки. До непосредственно городских руин было не добраться, по крайней мере сейчас.       Атаки огнём сильно выматывали, а Третейскому судье было хоть бы что, на месте потерянных конечностей вырастали новые, шея с уродливой головой, словно змея, периодически тянулась к Сайферу, пытаясь откусить хотя бы кусок. Но Билл был бы не Биллом, если бы так просто сдался — он выдрал из одной из дыр в асфальте железную балку и метнул ее аккурат в вонючую морду твари. Та тут же взвыла на ультразвуке, сотрясая пространство вокруг, и вцепилась двумя из рук в повреждённый глаз, из оболочки которого теперь вытекал поисковой туман.       Временное ослепление дало Сайферу время на использование трав. Он извлек из сумки три пучка, сжег их под заклинание на латыни своим голубым огнём, шар из которого стал втрое больше обычного и полыхнул кроваво-красным. Пламя сорвалось с ладоней Билла и устремилось в грудь Третейского судьи, прожигая дыру насквозь и отбрасывая на спину. Ударная волна от падения врага отбросила и блондина, больно ударяя спиной. Одна тонкая железяка пробила бедро насквозь, лишая возможности двигаться.       Демон-свидетель быстро регенерировался, а значит у Сайфера не так уж и много времени на выход. На этот этап хватит, пора заманивать его дальше. Превозмогая себя и тупую саднящую боль в бедре, Билл всё же выдернул проклятую железку и отбросил ее как можно дальше, не забыв перед этим удалить свою кровь с нее и с испачканного асфальта.       Собственная регенерация почему-то не шла. Пока Третейский судья гневно вопил и выл на просто сумасшедшей громкости, блондин схватил свою сумку, начертил в воздухе некий символ и переместился прямо в разрушенный город. Почувствовав ответную волну телепортации врага, Сайфер мигом перенёс себя в реальный мир.       Там его в прямом смысле поймал человек, так как Билла просто напросто выкинуло — слишком неаккуратный выход.       — Живо отсюда! — Сайфер попытался сорваться с места и тут же перейти на бег, но проклятое бедро заставило злобно взвыть, напоминая о себе.       — Чёрт, твоя нога, — Диппер подхватил блондина на руки и сам побежал в ближайшее доступное укрытие, что располагалось в нескольких метрах под поваленным грозой деревом. — Дай посмотрю, — Пайнc потянулся к повреждённой ноге демона.       — Я сам, — рука была бесцеремонно оттолкнута.       Блондин сложил перепачканные ладони на ране и сосредоточился, направляя на ранение энергию регенерации. Та медленно, но всё же затянулась.       Из точки перехода появилось черное нечёткое существо, принося с собой гнилостный запах. Оно тут же попалось в ловушку, которая распространила вокруг него столпы серого дыма с тем же запахом крапивы, послышались звуки глухих ударов о невидимые стены. Клон Билла пришёл в себя, теперь обе копии были готовы бежать в противоположную сторону от своих оригиналов, как только Свидетель выпутается из ловушки.