Follow in Your Footsteps

Он рассматривает письмо, всё ещё покоящееся в коробке. Он хочет знать, что там, но все равно будет лучше, если он сделает это быстро. Он берет письмо за кончик конверта, распечатывая и доставая оттуда сложенную вчетверо, постаревшую бумагу. Дорогой Тони, Если ты читаешь это письмо, то ничего не вышло. Знаю, это такой смехотворный способ начать письмо, когда мы ни разу не виделись, но сейчас это, наверное, единственное, что ты знаешь обо мне. Если я встречусь с тобой, если мне так повезёт увидеть тебя вживую, то ты никогда не увидишь это письмо. Ты получишь другое письмо, о том, как мы вместе проводили время, о моих любимых воспоминаниях, о том, как много ты значишь для меня. Но я не могу написать то письмо, поэтому пишу это. Я попросил Сержанта Фьюри отвезти это ради меня в Штаты. Поэтому если ты будешь искать меня по военным базам данных, ты с легкостью найдёшь это. Но ты должен знать об этом, Тони. Я люблю тебя. Я люблю тебя всем сердцем, всей душой, каждую ночь я мечтаю о нас. О нашей встрече. Я жду тебя всю свою жизнь, и, если ты читаешь это письмо, значит, в этой жизни не осталось места для нас. Но я верю. Я верю, что у нас ещё будет шанс пройти через всё вместе. Я знаю, ты потрясающий, ты чудесный, и я хочу, чтобы ты был счастлив. Больше всего на свете я хочу, чтобы ты был счастлив. Интересно, что же ты думаешь обо мне. Ты уже должен знать, что я Капитан Америка. Я хотел чего-то большего, чем просто служить своей стране, защищать мир. Я солгал, чтобы попасть сюда. Я лгал так много раз, пытаясь поступить на службу, и, когда они выбрали меня, я должен был продолжать врать. Мне пришлось сказать им, что мои чувства к тебе точно никогда не будут романтическими. Но они были, и они есть, и они будут. Прости меня, мне так стыдно за это. Надеюсь, что ты сможешь простить меня. Если бы они только позволили мне сказать правду о тебе, я бы без раздумий это сделал. Ты можешь рассказать людям обо мне, если хочешь, если, даст Бог, мы выиграем эту войну и никогда не будем пресмыкаться перед Гитлером. Пожалуйста, расскажи людям об этом. Я хочу, чтобы они знали, что я любил тебя. Ты храбрее меня, я уверен, что ты храбрее. Обратное невозможно. Сегодня ночью холодно и так хочется, чтобы ты был здесь. Не на этой чёртовой войне, я бы никогда не пожелал никому такого, а просто рядом со мной. Я хочу обнять тебя и держать так крепко, что мои руки болят от желания. Я хочу поцеловать тебя. Я хочу нарисовать тебя. Я хочу шептать тебе на ухо все свои секреты и рассказывать глупые шутки только лишь для того, чтобы увидеть твою улыбку. Держу пари, у тебя прекрасная улыбка. Я уже решил так, не спорь. Но если читаешь это, то я никогда не узнал тебя, и я даже смирился с этим. Что бы ни случилось со мной, моя смерть кое-что означала. Я умер за свою веру. Я умер за свою страну. Думаю, ты будешь знать, что случилось. Но что бы ни случилось, я всегда думал о тебе. Я всегда любил тебя, Тони, и всегда буду. Кто бы ты ни был, что бы ты ни сделал, ты моя родственная душа, и я люблю тебя. Я хочу, чтобы ты знал это. Твой Стив. Слеза падает на уголок последней страницы, смачивая бумагу. А потом ручка двери с шумом поворачивается, и человек в форме входит внутрь. Он средних лет со знакомо выглядящим подбородком. Седина затронула его волосы на висках, а на глазу есть повязка. - Тони Старк? – он спрашивает. – Я Ник Фьюри, - он осекается, смотря на парня. – Мне зайти позже? Тони шмыгает носом, - Нет, всё в порядке. Он не собирается выплескивать на всех свои эмоции, - Присаживайтесь. Фьюри садится, кивая на разложенные перед Старком бумаги, - Ты прочитал письмо. - Да, прочитал, - Тони соглашается, и его голос подрагивает. – Он..он любил меня. Фьюри понимающе на него смотрит, - Да.- Он мягко произносит, - Он действительно очень любил. Но, черт возьми, не мог никому сказать, потому что Бог запретил Капитану Америка быть геем, но он всё равно был. Оживленно болтал, что он собирается сделать с тобой, когда встретит. Он говорит так, будто был там. Но ведь он не мог там быть. - Тут сержант Фьюри в письме, - говорит Тони. – И мужчина на фото, прям как вы. Это ваш отец? Дед? - Это я, парень, - Фьюри отвечает. – Просто хорошо сохранился для своих лет. - И вы могли бы рассказать мне, - Старк начинает. – Но тогда бы вам пришлось.. - Наконец-то до тебя дошло, - Фьюри говорит, и самое страшное то, что Тони не может отличить – шутит тот или нет. – Я служил с Капитаном. Я и Ревущие Командос. Иногда мы объединялись с Захватчиками или просто с Кэпом и Баки, но мы встречались и вне поля боя. Больше, чем раз. - Каким он был? Фьюри задумчиво вздыхает, - Я знал, что ты спросишь меня, поэтому провел две недели в поисках ответа, но так и не нашел. Он был.. он был лучшим человеком, которого мне когда-либо приходилось знать. Лучшим человеком, которого кому-либо когда-либо приходилось знать. И никогда больше не будет на свете такого, как он. Если бы ты спросил его о себе, то услышал бы «Во мне нет ничего особенного», но мы-то с тобой знаем, что так все хорошие парни говорят. Он был.. он был чертовски хорош, и это была не единственная его заслуга. Ты бы ему понравился. - Вы даже не знаете меня. - Я уже кое-что разузнал о тебе, - Фьюри поднимает одну бровь. – Я читал твои статьи. Проверил абсолютно всё, черт возьми. Ты гений, Старк. Он бы полюбил тебя. Он всегда любил умных ребят. Парней, которые могли бы без страха стоять рядом с ним, которые могли бы оспорить его утверждения, но всё равно бы уважали его. Вы бы поладили. Вы родственные души. Не будь дураком. Тони фыркает, - Ладно, ладно, не буду. - Он думает о том, что только что сказал Фьюри, - У него были планы на меня? - Кэп был романтиком, - говорит Фьюри. – Мы всегда его ругали за это, потому что он всё никак не мог признать, что хотел. Эм, - полковник прокашливается. – В любом случае, он действительно был милым, когда речь заходила о тебе. Он говорил о том, как вернётся в Нью-Йорк, как случайно врежется в тебя на улице, пригласит на ужин и на шоу. Мы знали все только вышедшие в то время фильмы, потому что он постоянно спрашивал нас, понравится ли тебе то или иное кино. Неймор однажды даже бросил в него рыбой, но тот все равно не заткнулся. Тони смеётся, - Никогда не читал об этом в исторических книгах. - Ну да. Ты бы никогда и не услышал. - Да, - Тони соглашается. – Я тоже так думаю. Его родственная душа есть в книгах по истории. Его родственная душа – Капитан Америка. Что, блять, не так с его жизнью? Фьюри откидывается на спинку стула, осматривая беспорядок на столе, - Могу я спросить, что из этого ты хочешь забрать? Я полагаю, моя помощница сказала тебе, что всё, что сейчас здесь и принадлежит Стиву, теперь твоё. Всё, что в коробке - точно твоё. Но всё остальное тоже твоё. Смитсоновский музей хотел бы продолжать хранить его вещи, поэтому они попросили передать тебе их просьбу. Но ты свободен в своём выборе. Честно говоря, Тони хотел бы что-нибудь объёмное. Что-нибудь, чего касался, держал или носил Стив. Солдатский жетон был бы идеален, но жетон Стива с телом Стива, а тело Стива затеряно навсегда в глубинах Атлантики. Старк не может взять его. Тони держит в руках письмо, - Я могу его взять? - Парень, - Фьюри смотрит на него. – Я ношу это письмо с 1941 года. Я действительно выгляжу так, будто не отдам его тебе? Черт побери, конечно, ты можешь его забрать. Тони тихо посмеивается, - А фото? Он немного колеблется, - Могу я взять фото? - Я сделаю тебе чёртов фотоальбом, - говорит Фьюри, и так Тони получает флешку с оцифрованными фото, файлами и фильмами к себе домой. Пусть Смитсоновский музей и дальше хранит Капитана Америка. У Тони есть Стив Роджерс.

***

Он знает, что Стив хотел, чтобы Тони был смелым. Стив хотел, чтобы Тони рассказал свету о нём. О них. Но Тони не может рассказать Говарду. Он не может. Если он скажет Говарду, то всё погубит. Его отец точно не будет в восторге от того, что Капитан Америка – родственная душа Тони. Он рассказывает Джарвису. Тот думает, что это удачное сочетание. Когда он возвращается домой на Рождество в этом году, то рассказывает обо всем своей матери. Она широко улыбается, крепко обнимает его и говорит, что любит своего сына и гордится им. Она говорит, что тоже надеется когда-нибудь встретить Стива. Это одно из лучших воспоминаний Тони о его матери.

***

Когда Тони исполняется двадцать, его родители умирают. Чем меньше говорят об этом, тем лучше.

***

Когда Тони исполняется двадцать один, он наступает на мину. Это всё его вина, на самом деле. Он не помнит большинство из этого ада, но это и к лучшему, потому что то, что он помнит, это бесконечный цикл пробуждения и нового вылета из реальности, пока Инсен старается одновременно сохранить ему жизнь и вырвать шрапнель из груди. Он помнит, как действительно волновался, что умрет девственником, и мысль об этом была чертовски смешной, потому что Стив уже мёртв. И вообще Тони не знает, чего он ждет, ибо тебе уже незачем ждать свою родственную душу, если родственная душа – мертвый мужчина. Он знал, что ни один человек, с кем Старк встречался, кого любил, не любил его больше, чем человек, написавший то письмо. В один момент Тони спрашивает Инсена, в порядке ли Стив. Инсен говорит, что да. Он говорит, что Стив в порядке, он говорит, что все в порядке, и тогда Тони понимает, что Инсен лжёт.

***

Тони носит две фотографии Стива в своём бумажнике. Не те, где он в военной форме, не те, где можно было бы идентифицировать его, как Капитана Америка, ведь Армия всё ещё хранит этот секрет. Обе со Стивом без футболки, потому что нельзя сказать, что Тони совершенно равнодушен к его внешности. Нет. Одна до сыворотки и одна после. Это заявление Тони самому себе. Я бы любил тебя несмотря ни на что. Он любит смотреть на эти фото и спрашивать себя, что бы на его месте сделал Стив? В этой конкретной ситуации он не уверен, что ответом было бы спаять стальной скафандр и лететь в безопасное место, но всё же Стив не был инженером. Тони уверен, что Стив поддержал бы это.

***

Тони возвращается домой живым. Не Инсен. Это не самый лучший год в его жизни. Ещё и мир сходит с ума, появляется странный скандинавский бог, ну, и у Тони как бы есть металлическая броня, и он точно знает, что бы Стив сделал на его месте. Стив был бы грёбаным супергероем. - Мстители! – говорит Джанет Ван Дайн, и Тони поднимает свой кулак вверх вместе с остальными. И будь что будет.

***

Итак, он открывает свой дом для Мстителей, и он теперь Железный Человек, он Тони Старк, и он думает, что, возможно, может быть счастлив. Он никогда не найдёт свою родственную душу, всё в порядке. Его жизнь не должна быть посвящена только этому. У него есть команда. Он любит их. Он может о них позаботиться. Он может защитить их жизни. Они могут спасти мир. Он наверняка уверен, что Стиву бы это понравилось. И этого достаточно.

***

Два месяца спустя, когда Халка нет в команде, все они находятся на субмарине, ведь у них там тело глубоко под водой. Тело глубоко в айсберге. Человек-Гигант увеличивается в размерах и вытягивает руку вперед, перенося тело на борт, и Тони понимает, что его сердце сейчас остановится. Он просто умрёт в своём костюме. И команда не заметит, пока тот просто не свалится набок. Форма с оборванными лоскутами белой, синей и красной ткани. Щит из вибраниума лежит на его груди. Маска сползла назад, и стало видно лицо Стива, Боже, лицо Стива, лицо которого Тони уже помнил наизусть из всех фильмов и фотографий, чьи линии прослеживал на бумаге тысячу раз. Но сейчас оно бледно и неподвижно. Если бы Тони мог коснуться его сейчас, то оно было бы холодным и твёрдым. Тони не может даже вспомнить, как дышать, и его сердце бьётся так сильно, что сейчас разорвёт грудную клетку. Он почти уверен, что сейчас плачет, и, если он не будет осторожен, то слёзы замкнут часть транзисторов в этом чёртовом кост- Тони стоит там в полнейшем шоке, а Джанет вслух говорит, что это Капитан Америка, делая объявление для остальной части команды. По крайней мере, они смогут отнести его тело домой. Фьюри будет рад знать, что его приятель не сгинул безвозвратно в океане, так Тони думает. В конце концов, они смогут нормально похоронить его. А потом.. - Внимание! – Джанет восклицает, пристально смотря на Стива. – Он жив! Он дышит! О. Боже. Тони лихорадочно соображает. О, Боже, О Боже, это чудо. Это чудо, и каким образом он заслужил это, Боже, пожалуйста, пожалуйста, пусть Стив будет в порядке, он сделает всё, что только угодно, для этого, он сделает абсолютно все для не- Стив открывает глаза, и Тони готов поклясться, что это лучшая вещь, которую он когда-либо видел в жизни. Он сначала достаточно сильно сконфужен. Он хочет знать, где он. Он хочет знать, кто эти люди. Тони не может выдавить из себя и слова, будто и вовсе забыл, как говорить. Всё потому что Стив жив, потому что он не мог быть жив, но вот же он, прямо здесь. - Ты слишком долго спал, Капитан, - говорит Джанет, и, хвала богам, по крайней мере, хоть кто-то тут умеет говорить. – Мы Мстители. Я Оса, а это Человек-Гигант, Тор и Железный Человек. - Нет, - Тони говорит. – Нет, подождите. Вся команда тут же смотрит на него. Он получил этот восхитительный шанс, их первая встреча, он сделает всё безупречно правильно. Он снимает шлем и нарукавники. Джанет непонимающе смотрит на того, - Тони? Ты че- - Тони? – Стив повторяет, и его глаза наполняются хрупкой надеждой, и Тони действительно знает, чего хочет Стив. Правды. Всей правды. И он может рассказать ему. Он будто в фильме. Он в чём-то гораздо лучшем, чем в фильме. Мой, что-то внутри шепчет проникновенно и удовлетворенно. Мой, мой, мой. И я твой. - Я Тони Старк, - говорит Тони, и он боится, но не может перестать улыбаться. – А ты Стив Роджерс, и я ждал тебя так долго. Стив смотрит на него, счастливо и ярко улыбаясь. Самая прекрасная улыбка в мире. Его руки в руках Стива, он целует его. Они вместе, они здесь и сейчас, они наконец-то здесь и сейчас.