Рай в аду

Когда на улице было уже невозможно различить силуэты прохожих, Леви проснулся. Он с удовольствием вспомнил сегодняшнее утро: вот он усадил Микасу себе на колени, ее удивленное лицо умиляло капрала, Леви помнил ее запах, помнил тот поцелуй, те объятья. Он не заходил слишком далеко, не смел. Каждый раз в его голове возникал образ плачущей девушки и он не хотел снова видеть ее такой. Он выдохнул. «И все же, я не до конца еще осознаю свои чувства. Очень трудно перед ней сдерживаться и не начинать раздавать приказы. И к тому же…» Мужчина уткнулся в подушку. «Она моя подчиненная, да и разница в возрасте большая». Он сжал руку в кулак, ведь в то же время он хотел ее, хотел как девушку, нет, скорее как свою женщину. Хотел овладать ею, слышать стоны, срывающиеся с таких желанных губ, а с учетом «частоты» контактов у Леви, желание было практически не контролируемым. Нет, он не был девственником, много барышень города желали провести с ним ночь, и одно время он не брезговал такими контактами, но только после осмотра врача на заболевания. Несколько лет он вел такой образ жизни, однако капрала все чаще и чаще просили позволить родить от него, но он пока что не собирался заводить детей, поэтому полностью контролировал процесс. — Леви? — голос Микасы отвлек его от раздумий. — Да, — он выдохнул, — Микаса, иди сюда. — С этими словами Леви повернулся на бок. — Это приказ? — В ее голосе звучало непослушание и некое нахальство. — Нет, это просьба. Микаса легла рядом и уткнулась капралу в шею. «Опять этот запах…» «Лаванда…» Они просто лежали, лежали и чувствовали друг друга. Так они пролежали несколько минут *Тук-тук. Тук-тук*. «Почему сердце опять так сильно стучит, когда я рядом с ним? Так хочется к нему прикоснуться…» С этими мыслями Микаса положила руку ему на голову и начала перебирать волосы, слегка поглаживая. Леви не сопротивлялся, но из-за этих действий он почувствовал, что желание начинает им овладевать. Немного отстранившись от нее, мужчина немного приподнял голову девушки и поцеловал. Он просто легко прикоснулся к губам подчиненной, почувствовав, что ему становится мало, он легко проник в рот Микасе и начал исследовать его, одновременно играя с языком девушки. Вдруг она отстранилась от него и села. (Благо диван в гостиной позволял). — Что случилось? Ты боишься? — Прости… — Брюнетка опустила голову, — я наверное ужасно целуюсь, я ведь раньше никого не целовала. Её щеки горели, и она никак не решалась поднять голову. — Это не проблема, — Леви ответил ей так спокойно и убедительно, что она сама того не замечая подняла голову и просто смотрела на него, в то время, как мужчина улыбался. Затем он перестал улыбаться, он смотрел на Микасу с полуоткрытыми глазами, потом, поднявшись и сев рядом, мужчина потянул вниз рукав той самой кофты, и она послушно оголила плечо девушки. Выдохнув, он прикоснулся губами к ее коже и закрыл глаза. А она не знала что делать. Она просто смотрела на него, и чувствовала его дыхание. «Его губы такие мягкие…» Девушка почувствовала тепло, и по ее коже побежали мурашки, она приоткрыла рот и начала поднимать голову вверх, наклоняя в сторону, неосознанно давая понять Леви, чего хочет ее тело. Увидев это, капрал начал целовать шею девушки. Он делал это медленно, покрывая каждый сантиметр кожи легкими поцелуями. Микаса начала тяжело дышать, с ее губ срывались тихие стоны, но она не собиралась их сдерживать, ей было слишком приятно. Когда рука Ривая залезла под кофту, и начала поглаживать ее живот, Микаса попыталась остановить Леви и оттолкнуть его со словами: — Н-не н-надо… —, но в ту же секунду ее слова превратились в стон, когда девушка почувствовала, как Райвель играет с ее ухом языком. Сначала он просто провел по краю уха языком, потом немного поиграл с мочкой, а затем начал ее посасывать. Его руке уже ничего не мешало, и он начал поглаживать живот брюнетки, затем его рука поднималась все выше и выше. Он все делал нежно, лишь слегка касаясь кожи девушки, чем вызывал новую порцию мурашек и стонов. Через несколько сантиметров его рука наткнулась на преграду, закрывающее сокровенное место, как никак, а часть спецодежды осталась на ней. Справившись с этим бесполезным куском материи, (как думал на этот момент наш капитан), он остановился и посмотрел на девушку: сквозь ткань были видны её торчащие от возбуждения соски. Леви почувствовал жар внизу, и прикусил губу, чтобы хоть как-то себя сдержать от того, чтобы попросту не порвать всю одежду и не накинуться на девушку. — Микаса… — Его голос немного хрипел от возбуждения. — Да… — Она все еще не могла отойти и ответила очень тихо. — Я хочу тебя увидеть… Та, смутившись, положительно кивнула головой. Мужчина сглотнул, хах, как странно. Ведь раньше он бы просто приказал раздеваться и лечь в нужной позе, но не сейчас, сейчас он хотел сам открыть все тайны её тела, чувствовать её в этот момент, целовать каждый открывающийся сантиметр кожи. «И когда ты успела меня так изменить?» Капрал сел на колени между ног девушки и начал приподымать кофту, целуя все то, что ему открывалось, он чувствовал, как девушка начала дрожать. — Тебе холодно? — Он действительно беспокоился об этом, в доме было не очень тепло, хоть они и заделали большинство щелей. — Н-нет… Пожалуйста, не останавливайся… — Она сказала это настолько томно, что Леви моментально снесло крышу и он просто сдернул с нее эту очередную ненужную вещь. Его взору открылась грудь Микасы, которую девушка инстинктивно начала прикрывать руками. — Не бойся, открой ее. — Капрал поцеловал ее, а затем оттянул зубами нижнюю губу девушки, давая понять, что не отпустит, пока та не опустит руки. Она послушно открылась и он отстранился, чтобы разглядеть такое желанное тело. Её грудь не была большой, она была красивая: круглой формы с красивыми розово-девственными сосками. Такая упругая… — Аах! — Этот стон сорвался с губ девушки, из-за того, что Леви начал целовать ее грудь. Нет, руками он ее не трогал, боялся сорваться, он обнимал ее за талию. «Пожалуйста, еще, дальше…» Микаса выгнулась навстречу и опять застонала, когда капитан наконец коснулся ее сосков губами, а затем слегка сжал их, чувствуя, как они еще больше твердеют, затем он начала водить вокруг соска языком, и только когда подчиненная положила ему руку на голову и прижала к себе он начал посасывать их. — Микаса. — Прохрипел капрал, — я больше не могу, не выдержу… На что она просто заставила его поднять голову, и поцеловала, одновременно положив его руку на грудь, а сама начала снимать штаны, но мужчина остановил ее. — Я сам. Когда все мешающие предметы были сняты и закинуты куда подальше, Леви уложил Микасу, а сам устроился у нее между ног. Девушка пока что стеснялась смотреть на него, поэтому она закрыла глаза, но было видно, что она боится. — Микаса… — Он поцеловал девушку, — коснись меня. Она открыла глаза, и посмотрела на Леви. Его тело не могло оставить ее равнодушной: его шея, плечи, пресс… Взгляд девушки всё же переместился ниже той самой границы. Член капрала был очень сильно напряжен, он казался девушке таким большим, что она забеспокоилась, но все же… Он ей нравился и она действительно захотела к нему прикоснуться. Девушка протянула руку и легонько коснулась пальцами головки, Леви невольно запрокинул голову назад и тяжело задышал. Затем Микаса обхватила член рукой и заметила, что полностью его обхватить практически не удается, она чувствовала, как он пульсирует у нее в руке, видела набухшие вены, и это все дико ее заводило, она поняла, что хочет чувствовать его в себе, и пусть сердце колотилось с сумасшедшей скоростью, она действительно этого хотела. — Леви, — мужчина опустил голову и посмотрел на нее, — я готова. — Он убрал ее руку и пристроился поближе. Его член упирался прямо ей в киску, он чувствовал, что она вся мокрая, это было последней каплей. Мужчина сказал только одно: — Не бойся, просто расслабься, я рядом, все хорошо. Она кивнула и не переставала смотреть ему в глаза. Капрал приставил член к ее лону и слегка подался вперед так, чтобы головка вошла только на половину и сразу же почувствовал преграду. — Ммм! — Микаса почувствовала, как в нее входят, и это было больно. — Потерпи, сейчас придется потерпеть. С этими словами он довольно резко вошел наполовину, порвав то, что делало Микасу девушкой, в эту секунду она стала женщиной, его женщиной. Сжав в кулаке простыню и прикусив губу, девушка просто закинула голову назад. Из глаз потекли слезы. «Почему так больно? Мне очень больно!» Леви почувствовал, как небольшие струйки крови потекли по бедрам девушки, кровь прошла буквально через минуту. И все это время он не двигался, давая ей привыкнуть и очень внимательно наблюдая за ее реакцией. Когда Микаса немного разжала в руках простынь, а ее дыхание стало равномерным, он начал медленно двигаться, сантиметр за сантиметром. Девушка чувствовала, как ее растягивают, чувствовала всем телом, какой он горячий, как он пульсирует внутри ее, чувствовала головку, которая задевала стенки матки, когда Леви входил до конца, чувствовала вены, которые пульсировали в такт сердцебиению. Через несколько минут она начала чувствовать жар внизу живота и то, что ей становиться приятно от каждого движения капрала. С губ девушки начали срываться тихие стоны, она подняла голову и посмотрела ему в глаза. Именно этому мужчине она подарила свою девственность, именно этот мужчина заставлял ее потихоньку сходить с ума каждым движением. — Микаса… — Леви… Их губы соприкоснулись, а затем мужчина начал ускорять темп. «Внутри нее так горячо… Её девственная киска так сильно сжимает меня, да еще и отзывается на каждое мое движение… Я стукаюсь о стенки ее матки каждый раз, когда вхожу до конца… Микаса… Я тебя обожаю». Вместе с этими мыслями, он положил одну руку девушке на грудь и начал ее сжимать, затем играть с сосками, вызывая всеми своими действиями громкие и протяжные стоны с ее стороны. Брюнетка начала чувствовать, что все внутри нее горит, и она обхватила мужчину ногами, давая понять, что она хочет больше. Тяжело дыша, капрал ускорил темп и начал входить в нее резкими толчками, она же отблагодарила его, взяв в руку яички и сжав их. От этого стонать начал уже капрал. Обхватив ноги девушки, мужчина начал в нее входить с сумасшедшей скоростью, чувствуя приближение оргазма, от такой волны наслаждения, Микаса просто начала царапать ему спину. Смесь удовольствия и боли приблизили момент пика раза в два, так же и девушка уже не понимала что происходит, она просто чувствовала, как волны наслаждения накатывают одна за другой. — Леви… Я щас… — Знаю, — он просто ее поцеловал и в этот момент вошел в нее до конца. Тело девушки изогнулось к нему на встречу, она обнимала его руками и ногами, и, запрокинув голову назад тяжело дышала. Микаса чувствовала, как в нее разливалось что-то очень горячее, она чувствовала, как это заполняет ее. Мужчина обнимал ее за шею и не мог пошевелиться, оргазм прошелся от макушки до самых пяток, все тело свело от приятной судороги, он чувствовал, как киска Микасы сокращалась, и как она сжимала его член, который тоже все еще пульсировал. После того, как он осторожно вышел из нее, капрал начал целовать девушку, и в этот поцелуй он вложил всю нежность, всю заботу и любовь. — Ты теперь моя, моя навсегда… Из глаз Микасы потекли слезы, и она лишь сильнее прижалась к мужчине, которому только что подарила самое ценное, что у нее было. Они заснули рядом друг с другом в объятьях, так и не одевшись и не сказав друг другу ни слова. Просто слова сейчас не нужны были, они были рядом, и сегодня они стали единым целым, именно, теперь они в одном мире, в их мире. Их жизнь похожа на ад, и отдохнуть они смогут только после смерти, но они нашли его — рай при жизни, они нашли друг друга в этом маленьком и грязном холодном месте, именно здесь они нашли рай в аду. *** — Я люблю тебя, Микаса…