Life without Love

Карие глаза были наполнены холодом и безразличностью; пухлые губы сжаты в тонкую полоску; шелковистые блондинистые волосы уложены в причёску. Хартфилия шла уверенно, грациозной походкой. Чего уж говорить, маска холодной королевы пошла в ход. И так накалённая обстановка начала набирать обороты против неё. Со всех сторон до ушей доносились шёпот, насмешки. Наложницы были не совсем рады такому исходу событий. На то воля его величества, но юные девицы полностью отрицали, данной природой красоту, аппетитные формы и приятный голос, более похожий на звон маленьких колокольчиков блондинки, жаждущей лишь денег и власти, по их мнению. Их бесило, что Король вновь пожелал увидеть её, а не одну из них... Гарем готовился к очередной эпопее. Люси прекрасно понимала, что подколов, завистливых взглядов не избежать. Блондинка заняла своё место, изредка кидая гордые взгляды на наложниц. «Дешевки» — подумала она, — «Только и умеют, что сплетничать да ублажать». Закинув одну ногу на вторую, леди попыталась прикинуться совершенно бесчувственной, однако в карих глазах невольно запекло от застывших слёз. Люси знала. Люси была такой же, как и они. Помещение было украшено различными цветами, которые так и навеивали ароматы; богатыми люстрами, сделаными из настоящего золота, которые лишь своим видом вызывали восхищение; панорамными окнами, которые закрывали тяжёлые, сделанные из вилюра, шторы. Также для наложниц были предоставлены аккуратные столики для питья чая и переговоров, и дополняя весь образ, в помещении были небольшие, миниатюрные диванчики. Однако как бы дорого, величественно не был украшен зал, атмосфера желала лучшего. — Слышала, что кого — то выставили за дверь уже в четвёртый раз! — охнула одна из девушек, поправляя свои пепельного оттенка волосы, спадающие вниз по спине. Хитрые очи, сапфирового цвета, окинули взглядом знакомую блондинку. Ну вот, началось. По помещению прошлась новая волна шепота и насмешки. Хартфилия устало закатила глаза, понимая, что придётся дать отпор, как бы ей этого не хотелось. — Да, уже четвёртый, — манера речи Люси поменялась. Вскинув бровь, блондинка наигранно вздохнула. — а ты, как я помню, только раз была в покоях его величества. Жаль тебя. Хартфилия не желала поддержки и советов со стороны этих дурёх. Она встала с дивана, чувствуя на себе удивленные взгляды. Поправив пышное платье, девушка поплелась в свою комнату. В глазах жалостно запекло и только дверь гарема закрылась, как из карих глаз потели горючие слёзы боли. Блондинка не понимала, почему она так ответила, почему не сдержалась. С каждым днём девушке казалось, что она становится похожей на них, на этих бесчувственных тварей, которым только и нужны деньги. Ей было стыдно из — за своего поведения, мыслей. Было боязно думать о родителях, которые, наверное, наблюдали за ней. Жизнь давно уже испорчена. Сердце попросту уже не билось, а только работало как обычный механизм. Сердце опустошённое, не живое, только набивало ритм в груди, не даря ни капли чувств и эмоций. Сердце... как же ей его не хватает.

***

Люси проснулась рано утром, и то с трудом разлепив свои глаза цвета топленного шоколада, которые сонно оглядывались по комнате. Порой наложница удивлялась самой себе, ведь временами она могла спать в течении нескольких дней, иногда просыпаясь на пару секунд, а затем вновь впадая в спячку. Хартфилия списывала это всё на усталость и недосып. И правда, достаточно и одной бурной, насыщенной испытаниями ночи с Королем, чтобы потом неделями приходить в себя. Чего уж там греха таить, Его Величество был поистине прекрасен, богат, красив, умён, хитер. Чего ещё нужно для счастья обычной молодой куртизанки, или же дворянки? От одних воспоминаний Люси становилось душно. Воздух категорически отказывался поступать в легкие, а по телу проносился молниеносный жар. Девушке отрицала влюблённость, но влечение к нему не давало покоя. Каждая клеточка взбудораживалась от прикосновений, а как только Король начинал доминировать и вовсю терзать своих наложниц, то удовольствия душили изнутри. Ей нравилось лежать и дрожать под его сильным телом, чувствовать себя беззащитной, маленькой, спрятанной от всего мира и проблем за его стальной спиной... Поцелуи, которые покрывали всё тело с ног до головы заставляли кожу пылать от нахлынувшего пожара. Лаксус был мастером своего дела. И никто не отрицал этого. Каждая девушка мечтала стать матерью наследника королевства. Богатство, слава, замок, уважение и власть — всем этим овладеет та, которая родит маленького малыша, в коим течёт Королевская кровь. Только вот почему — то сам Король пока медлил с этим. У Его Высочества огромный гарем, где живут больше ста девиц. Каждая хороша, имеет свои изюминки, таланты, но Дреяр считал, что он слишком молод, чтобы обзавестись детьми, якобы это большая ответственность. С одной стороны это правда, но какие бы чувства не были в его душе, страна бесповоротно нуждается в наследнике. Люси пару раз моргнула, словно пытаясь очнуться от собственного урагана мыслей. Лёжа на кровати и смотря в потолок, блондинка в полном одиночестве наслаждалась такой принятой и тихой идиллией. Никто не смотрит на тебя с неприязнью, и до ушей не доносятся шёпоты. Хартфилия с трудом встала в постели, пытаясь согнать остатки сонливости. Город только — только просыпался. Выглянув в маленькое окошко, из которого Хартфилии предстал велеколепный вид на Магнолию, наложница невольно улыбнулась. Из далека можно было заметить солнце, которое начало появляться за горизонтом. Прекрасное зрелище. Пастельные краски окрасили центр солнечными зайчиками, заставляя роботяг щуриться и закрывать лица руками. Детвора вовсю кричала и бегала босыми ногами, вовсю резвясь и заливаясь смехом, который больше походил на пение ранних пташек. Окрестности потихоньку оживали. Всё больше людей появлялось на улицах, в магазинах. Девушка радостно охнула. Прекрасный день, чтобы прогуляться по городу!

***

Центр Магнолии действительно был волшебным местом. Именно здесь Хартфилии казалось, что боль в груди и вся грязь на сердце куда — то исчезают на некоторое время. В этом месте всегда было шумно: рядом был большой базарчик, недалёко протекала речка имени Мавис Багрянной, а в самом центре устраивали различные представления. Сзади блондинки плелись двое стражей, которые вовсю следили за наложницей. Как бы там не было, Люси чувствовала себя свободной. Чувство лёгкости в душе давало возможность улыбаться всё шире и шире. А улыбка Люси была редкостью, которую можно было отнести к восьмому чудесу света. Блондинка с раскинувшимися объятиями бегала из одного магазина в другой, порой удивляясь невесть откуда взявшейся энергией, отчего бедным охранникам приходилось толкаться в толпе лишь бы догнать юную деву, которая сейчас больше походила на маленькую шестилетнию девочку. Действительно, чудесный день! Проходя мимо музыкантов и шутов, девушка чисто случайно услышала нежную мелодию флейты. В нынешнее время лишь единицы могли играть на столь интересном инструменте, как казалось наложнице. Прошуршав в своём мешочке, она сразу же достала несколько серебряных монеток, а в следующее мгновенье красавица встретилась с чисто — изумрудным цветом глаз. Озорной парень окружил себя толпой людей, то и делая, что перебирая пальцы на длинной деревянной палке и пританцовывая в такт своей мелодии, вызывая восхищение зрителей. Люси на мгновение застыла, чувствуя, мимолётные удары сердца... Один его вид вызывает отвращение: грязная, порватая рубашка; обтертые шаровары; пыль по всему лицу; его необычного цвета волосы уже давно пропитались ужасными запахами. Видно, что жизнь у юноши не богата, однако не смотря на свой статус, вид, возможные проблемы, Его улыбка была настолько вдохновляющей, что в душе Хартфилия невольно ожила...