Becoming a SOLDIER

Анджил и Зак шли по коридору к лифтам — только что у них был бой, во время которого Щенок, правда, больше болтал, чем занимался делом, вследствие чего Анджилу всё время приходилось напоминать, что они в тренировочную комнату пришли не для того, чтобы обсудить последние сплетни. «Напоминания», как правило, выражались не в словах, а в весьма ощутимых ударах. Однако Анджил не мог бы отрицать, что заинтересовался историей, которую рассказал Зак. Оказывается, вчера под ночь кадет Страйф примчался к другу и вывалил ему всё, как было, в подробностях: про то, как сбежал с дежурства, про то, как неудачно ворвался к генералу и как после переписывал его отчёты. В результате этого Клауд застрял у Зака надолго, сам удачно нарушив свой собственный запрет, полтора часа протрепавшись с другом о Сефироте… и, конечно же, опоздав к отбою. Солджер пожалел кадета и оставил его у себя, хотя и прекрасно понимал, что лучше от этого всё равно не будет. Страйфу было достаточно один раз вернуться к побудке, уйдя вечером «по генеральскому приказу», чтобы мерзкие слухи о «мальчике для развлечений» окончательно подтвердились. Зак, как солджер второго класса, жил в комнате с двумя соседями, причём кого-нибудь из них стабильно не было, а иногда и двоих или всех троих сразу. Всё-таки второй класс — это уже серьёзно, их частенько отправляли в длительные миссии куда-нибудь на край света. Так и сейчас — Зак был в комнате один, потому спокойно уложил уставшего и перенервничавшего Клауда на соседскую кровать, где кадет и проспал сном младенца до самого рассвета. С утра он быстренько смотался на свой этаж, пока его не хватились. Ну а Зака ждала тренировка с Анджилом. Тот закрыл лицо рукой и покачал головой — рассказ ученика вызвал у него именно такую реакцию. — Ты представляешь, наставник, он и вправду это сделал, — хихикнул Зак, едва ли не приплясывая рядом. — Пошёл к генералу и попросился с ним на задание! — И дай-ка я угадаю, кто надоумил его на это, — Анджил хмуро глянул на ученика, раздвинув пальцы, закрывавшие правый глаз. Щенок тут же заюлил, закрутился вокруг своего учителя, в конечном итоге чуть не попав ему под ноги, отсчитывающие размеренные спокойные шаги. — А я… а что я? Я ему просто сказал, что если он хочет быть солджером, то ему придётся что-то для этого сделать. Разве я не прав, а, наставник? Анджил со вздохом убрал руку от лица и потрепал ею Зака по шевелюре, заставив того даже немного пригнуться от тяжести прикосновения. — Ладно, уж, не мети хвостом. Так чем кончилась эпопея? Он его взял? Зак вздохнул, как-то не спеша вылезать из-под руки наставника. — Не-а, — протянул он разочарованно, — обидно даже как-то за него. Хороший же парень, а его и свои терпеть не могут, и в солджеры он не поступит — опыта мало, не сдаст он тесты. Вот хоть самому бери… — Зак горестно покачал головой. Анджил обернулся и беззлобно бросил: — Ты сам сначала отучись, Щенок. — Да знаю я, — Зак боднул учителя лбом, таким интересным образом, видимо, выражая ласку. — Я просто теоретически… — Вот ты просто теоретически и отучись. — Зану-уда, — весело откликнулся Зак, улыбнувшись во всё лицо. — Старший по званию, — со смехом напомнил Анджил, наконец, убирая руку с головы ученика, напоследок вновь с любовью растрепав чёрные волосы. Солджеры достигли лифтов, только для того, чтобы убедиться в их неисправности. В Шин-Ра Билдинге, как и в любом небоскрёбе, это была проблема номер один наравне с системой кондиционирования воздуха — выше тридцатого этажа открывать окна было не просто опасно, но даже и запрещено техникой безопасности, вследствие чего они частенько вставлялись цельными, без самой возможности открыть их. Ну а лифты — это была просто беда всех бед. Лифтовых блоков было несколько, и какой-нибудь из них обязательно не работал. По закону подлости — именно тот, который был ближе всего: то на починке, то на перепроверке, то электричество отключили, то просто застрял. И когда в здании семь десятков этажей, лифты уже становятся суровой необходимостью, а не прихотью. Солджеры немного поругались на своё невезение, но решили идти по лестнице — подниматься было не так высоко, они бы больше времени потратили на то, чтобы дойти до другого блока лифтов. — Наставник… — Зак понизил голос и глянул на Анджила исподлобья, продолжая прерванный разговор. — Слушай, похоже Клауд того… ну… влюбился в генерала-то. Ты понимаешь, не как все: «Ах, генерал Сефирот! Ах, вутайский демон! Клинок Корпорации! Лучший из лучших!», — солджер в красках и лицах изображал каждую фразу, сопровождая свою речь выразительной жестикуляцией. — Придержи язык, Щенок, — шикнул на него Анджил, спешно оглянувшись на предмет посторонних «ушей». Нет, вроде всё было чисто, на лестнице они были одни. — Он его по-настоящему любит, — продолжил Зак, совсем перейдя на шёпот. — Слышал бы ты, как он про него рассказывал, видел бы ты… — Да знаю я, — отмахнулся Анджил, изрядно удивив своего ученика. — Я тоже заметил, не слепой всё-таки. А ты говоришь, там был ещё Генезис?.. Бедный кадет, как он со стыда-то не сгорел? — Анджил покачал головой, по-человечески пожалев Страйфа. Зак, поминутно запрокидывая голову вверх, пытаясь таким образом узнать, далеко ли им ещё идти, прыгал через ступеньку, чтобы поспеть за широким шагом учителя. Он уже собирался ответить: — Да, там был Ге… — но внезапно замолчал. Синие глаза Зака, глядящие в бесконечность лестничных пролётов, расширились, и солджер отпрыгнул к стене, припечатав Анджила. Тот хотел уже высказать всё, что думает о поведении ученика, когда увидел причину такового — по перилам верхних этажей ползла красная перчатка. Можно было даже не гадать, кто это — такой экстравагантный цвет во всей армии носил лишь один человек, бессовестно отступая от любых канонов солджерской формы. Анджил уже было подумал о том, что ситуация вышла весьма неловкая — если Рапсодос слышал (а в этом можно было не сомневаться, вряд ли он жаловался на слух) их разговор, то он непременно предъявит другу претензии в сплетничестве, да ещё и с младшими по званию. И уж не дай Лайфстрим в процессе выяснится истинный предмет их разговора! Анджил тут же представил себе, что будет, если всё это в конечном итоге дойдёт до генерала, и вновь закрыл лицо рукой. Отвлёк его едва слышный разговор — похоже, Генезис был не один. Зак и Анджил переглянулись и пожали плечами. Второй голос вот так сходу не узнал ни один из них. Беседа была тихой, спокойной, и с такого расстояния было сложно расслышать её предмет. — Наставник, я сбегаю? — вновь начав приплясывать от нетерпения, шёпотом спросил Зак. Он едва не рванулся, не дождавшись приказа, но Анджил строго его осадил, взяв за шкирку: — Не твоё это дело, понял? Идём, куда шли. Щенок понуро опустил голову и поплёлся за наставником. Однако красная перчатка (а с нею и полковник Рапсодос) неминуемо приближалась, хотел того Анджил или нет. Разговор становился громче, и вот уже из-за поворота вышли сами говорившие. Не обратив ни малейшего внимания на замерших от удивления Анджила и Зака, они продолжали свою беседу. — …Это интересный стиль стихосложения, должен признать, — Генезис во все глаза смотрел на своего спутника, которым оказался начальник Службы Безопасности Ценг. Во взгляде рыжего был настоящий восторг. — Гармоничное сочетание формы и содержания, а ведь это очень важно, не так ли? — Это самое важное, — сдержанно ответил вутаец, кивнув Рапсодосу. — Когда форма соответствует содержанию — в этом и проявляется честность и честь. А когда форма столь же прекрасна, как и содержание… — быстрый взгляд на Генезиса сверху вниз. — Это уже достойно истинного восхищения. Полковник опустил взгляд, белые щёки его — подумать только! — залил едва заметный румянец. Так и не заметив солджеров, точно они были пустым местом, Ценг и Генезис продолжили спускаться по лестнице, пока не исчезли совсем, выйдя на нужном им этаже. — Что это было, наставник? — осторожно посмотрел Зак на Анджила, как будто бы боялся, что сейчас сдетонирует бомба. — Ценг, — стараясь, чтобы его голос звучал твёрдо, ответил тот, хотя сам был ошарашен зрелищем не меньше. — Это был Ценг, из отдела Службы Безопасности. — Да знаю я, как его зовут, — возмутился Зак, потопав наверх на этот раз впереди своего учителя. Затем он резко остановился, так что Анджил едва успел затормозить, чтобы не сшибить ученика. — Наставник! — Зак обернулся, восторженно сверкая глазами. — Я вспомнил, Клауд же рассказывал… …К тому моменту, как солджеры добрались до нужного этажа, Зак наконец-то выложил полную версию истории — включая детали, вроде вутайских стихов и «Лавлесс». — То есть получается, — Анджил в задумчивости почесал бороду, — этот малыш свёл Генезиса с Ценгом? — полковник раскатисто расхохотался. — А я уж думал, моего несчастного друга детства ничто не исправит. Ну надо же, как удачно! Оказывается, поэзия тоже на что-то годна, — Анджил покачал головой, всё ещё смеясь. — Ладно, Щенок. Я смотрю, этот твой друг и правда неплохой парень. Думаю, я смогу замолвить за него словечко перед генералом. — Правда? — Зак вновь полез под руку, улучив момент, пока рядом никого не было: они всё ещё были на лестнице. — А как? — А вот это уже моё дело, — строго сказал Анджил, но по макушке всё-таки погладил. — Просто положись на меня. Всё-таки мы с генералом не только работаем вместе. Мы ещё и друзья. Солджеры вышли в коридор этажа как обычно: Анджил шёл ровно и быстро, а Зак радостно егозил вокруг, то обгоняя его, то отставая, то идя вровень.