Becoming a SOLDIER

Спелые синеватые яблоки клонили послушные ветви к земле. Расположенная на южных островах Банора обдувалась тёплыми морскими ветрами — деревья здесь никогда не переставали цвести и плодоносить, этот край считался страной вечной весны. Те, кто приезжал сюда впервые, всегда поражались, наблюдая на одном и том же дереве все стадии развития плода — от нежного бело-сиреневого цветка до крупного, покрытого тонкой кожицей и налитого соком яблока необычной, чуть вытянутой формы. Лёгкий душистый ветерок прошелестел в низких кронах причудливо изогнутых деревьев. Лепестки, кружась, посыпались на безупречно чистый и выглаженный чёрный костюм стоящего под яблоней человека — Ценг поднял глаза и коснулся шёлка цветов самыми кончиками пальцев. Их миссия закончилась не так давно, и вертолёт, который вызвал Турк, должен был прибыть с минуты на минуту. Ценгу понравилось работать с рыжим солджером. Хотя задание выдалось отнюдь не из простых, они вскрыли целый нарыв, освободив Гайю от террористической базы и, конечно же, собрав достаточное количество информации для следующего задания — и в этом, безусловно, была и заслуга Генезиса тоже. Но внезапно Рапсодос исчез — Ценг не знал, что и думать. Генезис выкроил себе пару часов на общение с семьёй, но он опоздал на место встречи. У вутайца не было причин не доверять солджеру, за время миссии он зарекомендовал себя самым лучшим образом, однако Турк начинал волноваться и поглядывать на часы. Генезиса не было уже почти час, а вертолёт мог прибыть в любой момент. Чтобы как-то скоротать время, Ценг решил пройтись по яблоневому саду, и внимание его привлекло одно из деревьев — уж больно красиво оно было расположено относительно самого сада. Все остальные были высажены весьма прозаичными рядами, а это, одно-единственное, каким-то образом оказалось в стороне ото всех. Более того, его даже не со всех ракурсов можно было увидеть — словно бы рука настоящего художника нарисовала этот пейзаж. «Видимо, само собой так выросло, а вырубать или пересаживать не стали, — решил Ценг. — Маловероятно, что кто-то специально вымерял место, куда его нужно посадить, чтобы открывался такой потрясающий вид… — Турку даже стало смешно от такой мысли. — Но, клянусь Лайфстримом, это просто идеальное место для такого дерева! Что ж, в который раз убеждаюсь, что природа создаёт уникальные вещи». Он так увлёкся созерцанием яблони, что на краткий миг забыл и о Генезисе, и о вертолёте… впрочем, он очнулся уже через минуту. Ценг не зря был начальником Службы Безопасности — именно потому, что не позволял себе терять бдительности. Или позволял, но редко и ненадолго. Турк снова посмотрел на часы. Телефон Рапсодоса не отвечал, а последний раз в трубке тоскливо пропищало, и механический голос оповестил, что абонент недоступен. Ценгу оставалось только ждать. Он вновь поднял глаза на яблоню. «Значит, это и есть знаменитые банорские тупояблоки… Интересно, каковы же они на вкус? Про них ходит столько разговоров…». Рука Турка уже потянулась к спелому плоду, но слух уловил мягкий шорох каблуков солджерских сапог по изумрудной траве. — Полковник Рапсодос, — Ценг посмотрел через плечо. — Вы опоздали. Против воли Турка это прозвучало чересчур холодно и жёстко. Это оттолкнуло Генезиса, он даже подался назад. Вутаец тут же поспешил развернулся к подошедшему. Он добавил уже гораздо мягче, как бы извиняясь за недавнюю грубость: — Я очень волновался за вас. — Когда я заметил ваши звонки и решил перезвонить, у меня как раз села батарея, — с сожалением вздохнул солджер. — Я прошу прощения, полковник, это моя вина, я должен был предупредить, что задержусь — заходил к матери моего друга, Анджила, Гиллиан Хьюли. Раз уж я здесь, то должен был передать ей письмо от её сына. — О, я понимаю, — кивнул Ценг. — Прошу меня извинить за излишнюю резкость. Повисла неловкая пауза, каждый не знал, что сказать. Где-то тихонько шуршал по камням ручеёк, в деревьях пела назойливая пташка. За время совместной миссии они, конечно, сблизились, но совсем ненамного. Их не хватило даже на то, чтобы начать обращаться друг к другу на «ты», что уж было говорить о чём-то большем. А сейчас оба осознали, что это последние их часы вне дисциплинированного и строгого Шин-Ра Билдинга, и вовсе не известно, удастся ли снова вырваться на задание вместе, ведь всё осложнялось тем, что они работают в разных отделах. У Турков своя жизнь, у солджеров — своя… Да, конечно, дело террористов ещё не было завершено, но не было никаких гарантий, что в следующий раз его поручат именно им. Генезис сориентировался первым. Он лукаво улыбнулся уголком рта: — А вы, я смотрю, заинтересовались нашей главной ценностью — банорскими яблоками? Тот кивнул: — Знаете, они весьма необычные — по цвету, по форме. И мне стало интересно, так же они вкусны, как и красивы? Ведь если их содержание соответствует их форме, то они совершенны, а значит, достойны настоящего восхищения. Рапсодос мгновенно изменился в лице. Сапфирово-синие глаза его расширились, губы разомкнулись. — Правда? — прошептал он. — Да, конечно, — сдержанно, в своей манере, ответил Турк. — Вот только я не знаю, кому принадлежит этот сад, и могу ли я сорвать с дерева яблоко. — Мэру города, — Генезис отвёл взгляд. — О… — разочарованно протянул Ценг. — Ну что ж, тогда мне, наверное, лучше сходить на рынок, и… Улыбка снова осветила лицо рыжего, хотя он по-прежнему не поднимал взгляда: — Нет надобности, полковник. Сын мэра разрешает вам попробовать яблоко. Тем более что у него в этом саду есть своя яблоня, которую он посадил, когда ещё был босоногим мальчишкой. Ценг удивлённо прищурился. — Эта яблоня? Генезис… вы сами посадили её? — Посадил и вырастил, — одними губами произнёс тот. — И я разрешаю вам взять столько яблок, столько вы захотите. — С этого дерева мне нужно лишь одно. Ценг, сорвав покорно отделившийся от черенка спелый плод, шагнул к Генезису. Рука Турка оказалась на податливо выгнувшейся пояснице солджера. — Совершенство, — выдохнул он, не уточняя, правда, что именно он имел в виду. — «Таинственная бездна — Богини нашей Дар»… — срывающимся голосом начал Генезис. — «Достичь его пытаясь, мы крылья обретем»… — закончил за него Ценг. — Раздели со мной это угощение. Где-то неподалёку послышался нарастающий рокот. Сильный порыв ветра осыпал две прижавшиеся друг к другу фигуры настоящим дождём из лепестков, выбелив им волосы и плечи — это мощные вертолётные винты разгоняли тёплый воздух, пропитанный волшебными ароматами. Из вмиг ослабевшей руки Генезиса выпало надкусанное яблоко.