Тень Императора

POV Рыжика. К счастью, принц Адиль появился очень вовремя. После того, как он сумел послать всех наших непрошеных визитёров по самым разнообразным адресам, в доме наконец-то настало некое подобие порядка. Атла и Таша прекратили причитать и занялись своими делами на кухне, Солнышко перестал рыдать и с любопытством разглядывал новых гостей, чьё появление не грозило ему никакими неприятностями, Лли-ама тоже решилась подойти поближе, а Кузя перестал злобно ворчать и опустил вздыбленную шерсть. Принц Адиль улыбнулся (хорошая, кстати, у парня улыбка, искренняя такая) и сказал: - Не беспокойтесь, я прослежу за тем, чтобы подобные глупые идеи больше не приходили в голову моему брату. Вас никто не потревожит, и не будет пугать малыша. - А я и не испугался, - тут же вставил свои пять копеек Солнышко, - просто я ещё маленький и от братика никуда уезжать не хочу. И глаза потупил скромненько так, хитрюга, как будто это не он пару минут назад рыдал навзрыд, осыпая пол серебром. Принц Адиль наклонился и подобрал несколько серебряных капелек: - Надо же, никогда не думал, что эрхи и впрямь плачут серебром. Можно взять на память? Ну, тут Солнышко с Лли-амой собрали всё серебро, что валялось под ногами, и от доброты душевной отдали принцу. А Солнышко заявил, что если хороший дяденька хочет, то он может поплакать ещё. Принц Адиль рассмеялся и сказал, что больше не надо, но что он с удовольствием будет навещать Солнышко, если тот, конечно, не против. Солнышко ответил, что он-то совсем не против, но сначала надо спросить разрешения у братика и Лиланда, потому что ему строго запрещено общаться с посторонними людьми. И снова потупил глазки, войдя в образ хорошо воспитанного скромного мальчика. Душевно получилось. Даже я поверил. На пару минут. Принц Адиль ответил, что старшего брата и его супруга, конечно, надо слушаться, и что он непременно спросит у нас, можно ли ему навещать Солнышко. Тут я сообразил, что принц не уходит неспроста, и строго приказал малышам отправляться наверх и навести порядок в своих игрушках. Ну, Лли-аме два раза говорить никогда было не надо, а Солнышко ещё не вышел из образа, так что они послушались меня без звука. Принц вздохнул и опустился в то самое кресло, которое до него занимал его младший братец. Мы все выжидательно посмотрели на него, а он очень вежливо попросил нас присесть и сказал: - Мне нужен совет. А ни с кем во дворце я посоветоваться не могу. Поэтому я доверюсь вам всем. Просто потому, что другого выхода у меня нет. Ангидрид твою перекись марганца! Да что ж такое творится-то? POV Лиланда. - Мне нужен совет. А ни с кем во дворце я посоветоваться не могу. Поэтому я доверюсь вам всем. Просто потому, что другого выхода у меня нет, – произнёс принц Адиль. Сказать, что мы были удивлены – значит, ничего не сказать. Только учитель и мэтр Науэль не казались особо шокированными этим заявлением. - Тогда давайте действительно присядем, – спокойно сказал учитель и позвал Атлу и Ташу, чтобы они принесли нам всем кхашш с пряностями и сладким сиропом. Когда мы все расселись вокруг стола и сделали по паре глотков кхашша, принц заговорил вновь: - Я был болен очень долго. Я почти не помню, что было со мной во время болезни. А когда я очнулся, я понял, что мои близкие изменились. И не в лучшую сторону. - Не хочу подвергать ваши слова сомнению, ваше высочество, - вмешался учитель Зелал, - но вы действительно выжили только чудом. Может быть, это изменились не ваши близкие, а вы? Может быть, ваши воспоминания о них несколько… кхм… идеализированы? - Хотите сказать, что у меня не всё в порядке с головой? – грустно усмехнулся принц. – Вполне логичное предположение. Только я знаю об изменениях, произошедших с отцом, братом и сестрой, не только из своих воспоминаний, но и из рассказов дворцовой прислуги. Причём эти разговоры велись друг с другом и отнюдь не предназначались для моих ушей. И это были весьма интересные разговоры. Я сопоставил их со своими воспоминаниями и понял, что это не бред и не выверты моего больного сознания. Мои близкие действительно изменились. Найли… моя сестра… всегда была немного легкомысленной. Но что она творит сейчас… Я не могу употреблять слово, которым можно описать все её похождения, по отношению к даме, а тем более к собственной сестре. Но думаю, что вы поняли, что я имею в виду. Мой брат – он никогда не был злым. А сейчас ему нравится причинять боль другим. Он хотел забрать малыша, прекрасно зная, что вы либо ввяжетесь в драку и будете наказаны, либо будете страдать от разлуки с ним. И то, и другое его вполне устроило бы. Более того, его дружба с Виреном мне совсем не нравится. Не нравилась с самого начала, но когда этот молодой человек каким-то образом познакомился с моим братом – он словно околдовал его. Крейес стал меняться в худшую сторону. Но никто – ни отец, ни придворные словно не замечали гнилой сущности Вирена. А потом… потом моя лошадь упала… и сейчас всё гораздо хуже, чем год назад. - А ваш отец? Неужели вы не можете поговорить с ним начистоту? Объяснить? – тихо спросил Рыжик. – Мне кажется, он очень вас любит и выслушает. - Отец любит всех нас. И не замечает перемен, произошедших с сестрой и братом. Подозреваю, что пока я был болен, ему было просто не до этого. А сейчас… сейчас он многого просто не хочет знать. Он тоже изменился. И я не знаю, что делать… Да, бедный парень. Только оклемался, и выяснилось, что кругом завалы, которые нужно как-то разгребать. - У нас есть кое-какие подозрения по поводу того, что происходит, Ваше высочество, - спокойно сказал учитель, - но пока рано ещё говорить об этом. Вы должны продолжать наблюдать. Анализировать. Особенно это касается вашего младшего брата и его закадычного друга. И вы должны быть очень осторожным, принц. Думаю, вы уже поняли, что ваша лошадь упала совсем не случайно. И ваша болезнь была следствием весьма сильного заклятия. Если бы не Рыжик, госпожа Нилле и Лиланд – вы были бы уже мертвы. Но у того, кто наложил заклятие, вышла промашка, и сейчас он использует любую возможность, любую лазейку, лишь бы уничтожить вас. - Вы знаете, кто это мог сделать? – задумчиво поинтересовался принц. - У нас есть кое-какие подозрения, – отозвался учитель. - Но прошу вас немного подождать, принц. Ситуация такова, что мы не можем позволить себе горячиться и делать ошибки. - Хорошо. Я послушаюсь вас, господин Зелал. Но когда мы сможем всё обсудить в открытую? - Думаю, через неделю, – ответил учитель. - Вы хорошо сказали, Ваше высочество, что будете навещать Солнышко. Это хороший предлог. Так что приезжайте через неделю. Думаю, что тогда мы будем готовы к серьёзному разговору. А пока, – тут учитель достал откуда-то из недр своей мантии маленькую коробочку, - вам стоит носить это. Не снимая. Мы с мэтром Науэлем и Каюми немного над этим поработали. Думаю, что на какое-то время это сможет вас защитить. Ага. А я-то гадал, для кого учитель готовит столь мощный охранный амулет. Значит, он послал Каюми к мэтру Науэлю не только из заботы о личной жизни обоих, но и для того, чтобы оба мага наложили на этот амулет совместные чары. Действительно мощная штука. Будем надеяться, что даже Риштину она будет не по зубам. Хотя бы ненадолго. Принц достал из коробочки искусно выточенный из дерева амулет на тонкой серебряной цепочке и надел на шею. - Буду носить, не снимая, я понял вас. Хотя маленького эрха я с удовольствием буду навещать и так. Без всякого предлога. И распрощавшись со всеми нами, принц отправился восвояси, заставив нас с Рыжиком переглянуться: - «Интересно, принц Адиль просто любит детей, или у него на Солнышко далеко идущие планы?» - невольно вырвалось у меня. - «Башку откручу, – отозвался Рыжик, - если что – точно откручу. Вместе с планами». Хмм. Не думаю, что это понадобится. Принц Адиль гораздо умнее брата и не будет действовать так топорно, как он. Думаю, дождётся, пока Солнышко подрастёт. Но тогда малыш сам разберётся, и нас с Рыжиком не спросит. Да-а, вот будет заботы – женихов метлой отгонять. И представив Рыжика с метлой наперевес, я невольно рассмеялся. POV Рыжика. А ночью мне Нершаль приснился. Сидит он посреди Священного Леса, грустный такой, а потом и говорит мне: - Братья-Боги задерживаются. Пора вспомнить про красивую блестящую штучку, Рыжик…