Подсобник

Занавески медленно поехали в стороны. На сцене на небольших возвышениях стояли фигуры, явно косившие под валар. Моргот различал их по цветам длинных одеяний. Без сомнения, голубая фигура в середке изображала Манвэ, серебристая рядом с ним – Варду. Зеленой была Йаванна, оранжевым – Аулэ, синим – Ульмо, алым Тулкас, желтовато-серовато-зеленым Оромэ, лиловым Намо, аспидно-серой Ниэнна, сиреневым Ирмо, мареновой Вайрэ, дымчатой Эстэ, фисташковой Несса и тепло-розовой Вана. На правом краю стоял некто в черном, в ком исправработник Мандоса согласился признать свое сценическое Альтер Эго. Задник сцены залился серебристым светом, а компания валар затянула мелодию без слов (1). За их спинами серебристый свет переменился на нежно-голубой, потом продырявился золотыми звездами, пошел пурпурными волнами, закружился аквамариновыми спиралями и зелеными арками… Персонаж в черном почесал затылок, потом уселся на пол и извлек из-под одеяния деревянную дудку. К левой ноге у него оказались привязаны две металлические миски. Стуча правым кулаком по полу и подбрыкивая посуду, он засвистел ритмичный мотивчик (2). По переливам цвета пошли серые и зелено-бурые пятна. Валар стали оглядываться и переходить с пения на прозаическую речь. - Что случилось? – Варда. - Откуда шум? – Вайрэ. - Ужасно! – Ниэнна. - Безобразие! – Йаванна. - Прекрати немедленно! – Манвэ. - Брось свистелку! – Тулкас. «А фигу вам!», - подумал в своем безопасном углу подлинный Мелькор. Но тут громила в красном и вертухай в защитном подхватили Альтер Эго под микитки и потащили прочь. Миски, волочась, весело дребезжали. Проезжая мимо Йаванны, сценический Мелькор получил от Владычицы Живого небольшой подзатыльник. Не успели драчуны вернуться и встать в строй с прочими, как на заднике начали выплывать из серебристого тумана разные пейзажи: то горные вершины, то кудрявые островки в море, то лесистые долины. Валар изящными округлыми жестами, сразу изобличившими в них исполнителей-ваниар, принялись демонстрировать свой восторг перед увиденным. Вся компания мягко поехала налево, скрываясь за шторками. А справа наезжала площадка, заваленная большими камнями. На заднике же существо, похожее одновременно на лягушку и бегемота, общипывало листья с пальмы. Персонаж в черном, уже без мисок, вышел, виляя между камнями. - Подумаешь! – бросил в сторону уехавших валар. – Вы мне только мешаете! Обозрел окрестности и запел: Вот и в Арду я пришел – Весь прекрасный и могучий. И поскольку всех я круче, Здесь воздвигну свой престол! Сперва яму откопаю И в середку втисну трон, А потом со всех сторон Стен огромных наваяю, Чтоб никто ко мне не влез! Чтоб никто ко мне не влез! Величайший Мелькор я, Величайший Мелькор я, Величайший, величайший, величайший Мелькор я, Величайший изо всех! Невысок у валар класс! Их творения вульгарны, Все здесь серо и бездарно И царапает мой глаз! Кройки мастер гениальный, Свой блистательный проект Я в течение ряда лет Отформую в мир реальный! Свой Великий Диссонанс! Свой Великий Диссонанс! Величайший Мелькор я, Величайший Мелькор я, Величайший, величайший, величайший Мелькор я, Величайший изо всех! Столько всяких косяков Братья-сестры навертели! Ну, позор, на самом деле, Так мир валар бестолков! То что справа – будет слева, Что в середке – по краям! Я гармонию создям… Не, создам… Ничего я никому не дам! Потому что я велик! Потому что я велик! Величайший Мелькор я, Величайший Мелькор я, Величайший, величайший, величайший Мелькор я, Величайший изо всех! (3) - Жарища кругом, ветер не туда дует, деревья не так качаются. Сейчас я все сделаю абсолютно правильным! Персонаж принялся махать руками. Небо на заднике потемнело, и прямо на пальмы и орхидеи повалил снег. Лягушкобегемот поежился и громко чихнул. Уж неизвестно, как это сумели сделать феанорыши, но сопли долетели до персонажа, и тот принялся отряхиваться. Животное утерло нос лапой и поползло прочь, на ходу меняя буро-зеленый цвет на сине-фиолетовый. - Вообще свет этот ни к чему. Пойду погашу его, а потом продолжу наведение разумного порядка. Персонаж скрылся за занавесом. Наступила полная темнота. Что-то с грохотом упало, послышались шипение и ругательства. Потом опять стук, ругань - сцена озарилась слабым красно-лиловым светом. Исходил он от двух переливчатых кругов на лбу все того же Альтер Мелькора. - Ну говорил же я, что без этих столбов все прекрасно видно!.. Вот только забыл, что я хотел, собственно… Кажется, горы передвинуть… О, они уже передвинуты! Вот, оказывается, обо что я саданулся в этой проклятой темнотище! Зато получилось вон сколько ровного места. Этот косорукий Аулэ ни за что такого не сотворит!.. И ямища уже готовая. Да такая удобная – я едва из нее вылез. Тут и будет моя столица. Мелькор обозрел горбящиеся повсюду камни и решил еще раз чесануть в затылке. - Уйй! Это что там?! И тут… и тут еще… - он пощупал светящиеся места на своей голове. – Понатыкали гор, понимаешь… А вообще будем считать это алмазами в венце повелителя мира. Жалко, что нельзя третий с затылка на лоб передвинуть. Когда сиять сами собой перестанут, я куски кварца приклею. Он взялся, кряхтя, таскать камни и складывать в кучу. Пока трудился, задник озарился слабым сиянием и превратился в звездное небо. Мелькор уселся на пол, утираясь рукавами и подолом. - Однако что-то хлопотно одному все делать. Надо бы обзавестись подчиненными. Он обвел окрестности взглядом из-под руки: - Вон, кажется, кто-то ковыляет. Сейчас его совратю… то есть совращу! Среди камней, которые, как заметил реальный бывший Мелькор, выглядели подозрительно мягкими, появился еще один персонаж. Был он рыж, чумаз и печален. Причем кожаный фартук почему-то прикрывал зад, а на шее висел на веревочке торцовый ключ. Сценический Мелькор сел поудобнее, прокашлялся и запел: - Не зря ко мне пришел ты, незнакомец, Печально странствуя по Арде неуютной. В тебе талантище живет! Персонаж остановился и принялся слушать с восхищенно-зачарованным видом. - Видишь эти горы На краю равнины? Здесь, в долине горной Будет целый город. В городе я главный. Нужен мне помощник. Стань моей рукою, Самой важной – правой. И будешь соответственно прославлен, Наградами увенчан и осыпан, К моей персоне приближЁн! (4) Рыжий персонаж радостно закивал. Псевдо-Мелькор еще раз кашлянул и деловито спросил: - Кто таков? - Майрон я, - неуверенно ответил персонаж. - Откуда? - Аулэ выгнал. Говорил, что я любой заказ запарываю. А я просто исправляю недостатки его проектов. - Значит, не оценили тебя, как и меня! – Псевдо-Мелькор хлопнул пришельца по плечу так, что тот свалился с глыбы. – У меня ты обретешь полную свободу творчества. Только сперва найди еще таких же непризнанных гениев хоть штук десять. У чумазого лицо перекосилось недовольством и разочарованием. - Да не страдай, я тебя над ними главным сделаю! Альтер-Саурон просиял, скинул фартук и ускакал за занавеску. Через пару минут он вернулся в компании полудюжины растрепанных существ. Трое из них оказались еще и рогатыми. По команде они построились в шеренгу. - Это что? – Псевдо-Мелькор скептически оглядел пополнение. - Гении! – сообщил Майрон. – Каждый в своем роде! - Н-нуу… ты, - Мелькор указал на одетого в серо-коричневые лохмотья. – Что умеешь? - Мяукать! – с готовностью ответил тот. – Еще по деревьям лазать и мебель драть! Вот мышей ловить терпеть не могу! - Ладно. Назначаю тебя… сенешалем. Ты? Указанный как раз зевал во весь рот: - Спа-ать могу. А могу не спать. Только сны снить. - Снить?.. - Мелькор недоуменно потянулся к затылку. – Ойё!.. В смысле – показывать? При Ирмо состоял, что ли? Персонаж вяло кивнул, снова раздирая рот в зевке. - За что же тебя этот Засоня выгнал? - Не то снил, - майа усиленно протирал глаза. - Он изобрел ужасы, - быстро сообщил Майрон. – От его снов даже майар Оромэ вскакивали. И толкование снов придумал. Скажем, собака снится – к другу, а бык – к начальнику. - Будешь министром пропаганды. Ты? - Я увлекаюсь высокой кухней, - существо явно женского образа повело плечиком. – Оригинальные рецепты из свежих продуктов. - Кровь она пьет, - Майрон предусмотрительно сторонился лиловой девицы. – Зато летает, даже ночью. - Идет. Будет у меня рейхсмаршалом авиации. - А я?! – возопил Альтер-Саурон. - А ты начальником надо всеми ими. Давайте, достраивайте мне Утумно, а я пойду углублюсь в мысли о будущем. Псевдо-Мелькор тоже зевнул и отправился к правым занавескам. Псевдо-Саурон обернулся к остальным с желанием покомандовать. - Я на разведку, - сообщила девица и скрылась между полотнами звездного неба. - Я пропагандировать, - сиреневый улегся между глыб. - А… Но кото-майа уже давно след простыл. Псевдо-Саурон прошелся мимо трех оставшихся перебежчиков: - Согласно проекта нашего величайшего Учителя Мелькора строить его центр наук и искусств – бегом марш! Оставшись на сцене один, Альтер-Саурон подпрыгнул и запел: Надоело в кузне грохать Молотком по железякам, Руки пачкать, ногти портить, В цех ко времени являться – Дисциплину соблюдать, соблюдать Я у Мелькора останусь В этом славненьком Утумно, Здесь уж Аулэ не сможет Пальцем мне грозить и снова На работу загонять, загонять Тьфу теперь на заготовки: На отливки и поковки, Пассатижи и пробойник, Метчик, плашку и сверло! Я свободу обретаю, обретаю! Скоро в Эндорэ я стану Мелькора вельможей знатным, Барином больших владений, И великим полководцем, И хозяином рабов, да, рабов! А когда владыка Мелькор Свою силу поистратит. Поувянет, захиреет, Обветшает, опаршивит И коррозией пойдет, Мелькору впишу я пендаль! Мелькору впишу я пендаль! Мелькору впишу я пендаль – Пусть летит к Унголианте – И на трон усядусь сам! (5) В восторге он прошелся колесом, сделал сальто назад… Из-за занавесей высунулось несколько кулаков, но исполнитель роли Черного Майа не обращал внимания на угрожающие жесты и продолжал выкидывать акробатические номера под смех и аплодисменты нолдорской стороны. Наконец одной из рук удалось схватить его за подол и втянуть за кулисы. Там что-то громыхнуло, пополз вниз занавес, осветился зрительный зал, сверху громко объявили антракт. «Я с самого начала в нем сомневался», - размышлял дважды репрессированный Мелькор, жуя цветную пастилу. Первым в буфет припожаловал Тингол со шлейфом из дам. Каждая дориатка взяла по одному пирожному, сам король предпочел большую ватрушку. Зато красного вина на их столе оказалось три кувшина. Потом явились Финвэ с Мириэлью. На радость утомленному зэку короли поприветствовали друг друга весьма холодно. Компания юных синдэр влетела было шумно и весело. Однако, узрев своего короля, девицы мгновенно замолчали, забрали поднос с мороженым и удалились. Моргот не сомневался, что постоянно наблюдал их в чертогах Первого дома: в синих штанах с грязными коленками и серых косынках. Видимо, Тингол не одобрял их увлечения. Мириэль откусывала малюсенькие кусочки от груши. «Вот потому и ухнула в Мандос, едва родив, что всегда была дохлячкой», - злорадно думал Моргот, сидя в боковой комнате буфета. – «И хорошо. А то бы народила пяток Феанорчиков! От одного вон сколько бед, а уж от оравы…». Услышав мажорный аккорд, публика отправилась обратно в зал. На темной сцене сидел Альтер-Саурон и с отвращением рассматривал спящего. Неожиданно объявилась Альтер-Тхурингветиль. Она бесцеремонно толкнула первого: - Уступи место даме! - Я твой начальник, забыла?! – псевдо-Саурон толкнул ее в свою очередь. - Не смей так со мной обращаться, невежа! И дама-мышь полоснула будущего коннетабля когтями по физиономии. Тот не стал чиниться: огрел кулаком по спине. Тхурингветиль с визгом вцепилась в рыжие патлы псевдо-Саурона. Тот в свою очередь, запустил пальцы в ее черную гриву и сперва проволок через всю сцену слева направо. Потом вампирша склонила чашу весов в поединке на свою сторону и потащила противника обратно. По пути они споткнулись и рухнули на спящего пропагандиста. Завопив, пострадавший взялся отлягиваться из положения лежа. Вынырнувший из-за груды камней кото-майа свистел и топал. За этим занятием и застал своих сторонников Альтер-Мелькор. Сперва он тоже любовался потасовкой. Но вскоре участники, быстро и беспорядочно перемещаясь по сцене, наскочили на него. Оказавшись в самом низу кучи, Владыка заорал, потом начал пинаться. Едва сумев встать на ноги, он схватил ближайшую глыбу и обрушил ее на голову Тхурингветили. Рейхсмаршальша растянулась поперек министра пропаганды. Саурон, получив под зад, выполнил сальто вперед. - Что вы делаете, повелитель! Я ваша правая рука! - Я тебе и въехал правой ногой. А мымра сейчас огребет левой… - Повелитель! – завопила летучая дама. - Утумно не достроено! Подданных не видно! Марш отсюда! И без достижений не возвращаться! Близкие сотрудники бросились направо и налево, а сцена поехала по кругу. Перед залом оказалась покрытая высокой травой лесная опушка. На заднике звездное небо отражалось в спокойной воде, над которой плыло голубое марево – Моргот вспомнил облака из химички. А на траве лежали в изящных позах эльфы. С первыми тактами музыки они зашевелились и стали подниматься. Великий Компостер Мозгов был разочарован – Перворожденные оказались отнюдь не голыми. Их весьма эффектно драпировали небольшие куски белой ткани, оставляя открытыми ноги выше колен и руки до плеч. Оглядевшись с восторженно-изумленным видом, Пробудившиеся запели: Недвижны спокойные воды. В привольном и тихом краю Под ясным безоблачным сводом Мы жизнь начинаем свою. Дыханием теплым колышет Над нами резные листки, Над озером дымка, а выше Так ярко горят огоньки. Мелодией, слышною еле, Как будто звенит окоем… Мы светлые искорки «элэ» И «квенди» себя назовем! (6) Ряды зрителей, занятые ваниар, устроили вежливую овацию. Допев, компания принялась бегать по сцене, восторженно ахая, и давать названия всему подряд. «Вот как это может быть», - размышлял Моргот. – «Сперва выдали целую песню, а потом только придумали первое слово. И откуда у них эти полотенца?». Впрочем, появились ли первые эльфы одетыми и во что одетыми, бывший Владыка Вечной Мерзлоты не знал. Когда он познакомился с Перворожденными, те умели шить не только юбки, но и штаны. Бережок с угомонившимися за плетением венков эльфами поехал налево. А появившийся справа Альтер-Саурон на цыпочках пробирался по лесу. Он втянул голову в плечи и поминутно посматривал во все стороны, бормоча под музыку: Куда-то не туда зашел я! Валежник за ноги хватает, Не вижу, как идти обратно! Со всех сторон То вяз, то клен! А вдруг из-под куста скакнет Такое – все в шерсти, с клыками? Хорошего в таких местах не жди! Живет здесь то – Не знаю что! Какой я все же невезучий! Наверно, слева… или справа… А может впереди иль сзади Ужасный звук: То свист, то стук! (7) «Всегда знал, что он трусище», - согласился с авторами пьесы Моргот. – «Срулил из крепости при виде псины этого Келегорма и заправлял мне, что его одолела в магических песнях дочка Тингола. Которая кроме романсов да кадрили ничего ни разу не пела!». Тут навстречу псевдо-Саурону вышла эльфийка. Вместо белого полотенца на ней уже было симпатичное голубое платьице, на серебристых кудрях венок из кувшинок. Эти цветы навели Первообитателя Тундровых Нор на мысль, что девица изображает никого иного как Мириэль. В руке у нее была корзиночка. Саурон подпрыгнул и сел на траву. Девица попятилась. - Налицо две ноги, две руки и одна голова, - глубокомысленно произнес будущий комендант Тол-ин-Гаурхота. – Поскольку в некотором отношении это похоже на меня… А еще больше на стерву Тхурингветиль! Примем как основную гипотезу, что перед нами Дитя Эру. И попытаемся привлечь его на сторону Тьмы, чтобы Владыка более не выражал мне свое неудовольствие… - псевдо-Саурон потер собственную пятую точку. Он выпрямился, протянул руку к девице и произнес нежно: - Утю-тю-тю-тю! Девица заинтересованно прислушалась. - Цыпа-цыпа-цыпа! – Темный Майа зашевелил в воздухе пальцами. Девица наблюдала за его манипуляциями. - Ми-ми-ми-ми! – Саурон несколько раз чуть присел. Эльфийка подошла поближе, погладила его по голове со словами «хороший мальчик» и дала ему из своей корзиночки банан. Второй положила на травку, прежде чем отправилась к правым занавескам. Рассматривая эти два банана в левой и правой руке, Альтер-Саурон пошагал в противоположную сторону. Сцена снова повернулась. Теперь Альтер-Мелькор сидел на табурете, а глыбы оказались растащены к боковым занавескам. - Владыка, я нашел! – Альтер-Саурон протянул ему свои бананы. - И что это? – Владыка понюхал фрукты, колупнул один пальцем, потом куснул. – Тьфу! Банан полетел в «правую руку», а второй ловко выхватил кото-майа. Этот быстро содрал шкурку и сжевал трофей. - Столько шлялся где-то, а нашел все лишь устарелый огурец?! Альтер-Саурон успел поймать плод и теперь уже брезгливо держал двумя пальцами. - Владыка, я не про это! Я нашел Детей Эру! - Где? - Там! – заместитель по Ангбанду махнул рукой себе за спину. - Сколько? - Много!.. наверное… но больше одного, это точно! Если бы он… то есть, она… в общем, была бы одна – ходила бы без платья. Перед кем бы ей было выставляться? - Так чего не привел сюда? - Она не захотела. Только эти… огурцы оставила. Но одобряет учение Тьмы, потому что я ей понравился! - О-о-о! – Альтер-Мелькор схватился за голову, на которой поблескивала тройка изрядных окатышей кварца. – В общем, собирай остальных и – чтоб эти самые дети были тут! - Будет сделано, Величайший! – Альтер-Саурон простер перед собой руку, в которой покачивался надкушенный банан. Сцена снова повернулась к берегу озера. Несколько эльфов обоего пола стояли на полянке. - Вот здесь она была! – уверяла компанию светловолосая девица. - Она? – уточнил эльф с прической из четырех золотистых кос. - Ну, может, он. Или оно, - отмахнулась рассказчица. – Сильно на нас похожее. Ну, почти не отличить. Только совсем глупенькое: слов не понимает, прыгает и лопочет. - Наверное, какой-нибудь новый зверь, - высказала догадку девица в ожерельях из ракушек. – Как вы думаете, он не опасный? - Что ты! Совсем смирный, - успокоила ее первая девица. – Даже погладить дался. В это время под кустами подполз штат Утумно за исключением Мелькора. - Видали? – спросил Альтер-Саурон свою команду. Те кивнули, причем пропагандист этим жестом наткнулся носом на сучок. - Берем всех! Вперед! Команда бросилась на эльфов. В атаке Альтер-Тхурингветиль визжала, кото-майа завывал, Альтер-Саурон почему-то вопил «ру-ру-ру!». В руках они держали длинную веревку, причем Саурон и Тхурингветиль – за концы. Эти двое принялись бегать вокруг прижавшихся друг к другу эльфов, опутывая их, в то время как остальные пугали добычу рожами и воем. Перворожденные оцепенели от неожиданности – кроме черноволосой девушки. Она присела, нырнула под веревку и поднятой с земли палкой хватанула по спине кото-майа. Тот очень реалистично мявкнул. Беглянка скрылась в кустах. Тхурь попыталась ее там поискать – палка высунулась из-за ветвей и опустилась на недавно травмированную голову вампирши. Пострадавшая некоторое время стояла, покачиваясь и пытаясь пальцами вернуть разъехавшиеся глаза на место. А это время остальные под командованием Альтер-Саурона поволокли сноп добычи прочь. Тхурингветиль поплелась следом, но вскоре наткнулась лбом на дерево. Тогда она ухватилась за хвост кото-майа и, невзирая на его шипение, двинулась вперед на прицепе. Нолдор аплодировали оглушительно, телери – сдержанно. Альтер-Мелькор сидел на троне, когда к нему подтащили пучок эльфов. Те явно были в шоке и смотрели на все круглыми глазами. Владыка состроил несколько пренебрежительных гримас, потом приосанился - Слушайте и запоминайте. Я ваш создатель, повелитель и большой начальник. Я вас сотворил там, на берегу озера этого… - Икры наметал и высидел, - коварно прошипел Альтер-Саурон. - Я открою вам Мудрость Тьмы… Или тьму премудрости. Короче, я из вас сделаю цивилизованный народ. А вы за это будете мне преданно служить. То есть, делать, что прикажу. Поняли? Пленники по-прежнему не проявляли никаких признаков понимания. К тому же в тронном зале появилась Альтер-Тхурингветиль – все еще в состоянии невменяемости. Двигаясь по синусоиде, она наткнулась на пленных. Кто-то из них ахнул, и весь сноп свалился в обмороке. Альтер-Мелькор обвел своих подчиненных ничего хорошего не обещающим взглядом. - Какие будут предложения? Трое низших членов Темного Сообщества выступили первыми. - Перебить! – завопил тот, что имел на голове козлиные рога. - Придушить! – предложил обросший рогами коровьими. - Отлупить! – это уже с рогами бараньими. - Усыпить… - зевнул министр пропаганды. - Обмануть! – посоветовал кото-майа. Альтер-Мелькор глянул на рейхсмаршальшу. Но та, сидя в углу, сосредоточенно рассматривала свой оттопыренный указательный палец и шептала: «Два…». Потом осторожно щупала его другой рукой и потрясенно произносила: «Один!..». Владыка выразительно плюнул в ее сторону и скомандовал: - Приказываю применить к трофеям указанные меры, в обратном порядке. Все стоявшие на сцене на ногах одновременно заскребли свои затылки. Новые декорации изображали стены из дикого камня. Потолок же над ними состоял сплошь из языков пламени. Моргот даже закашлялся от зависти. Если б такой вот проект пришел ему в голову во дни свободы и могущества! На полу сидели и лежали закованные в ржавые цепи эльфы. Одежда на них была серо-бурой и к тому же эффектно изорвана. Золотистые и серебристые волосы рассыпались по камню. Это зрелище вызвало в зрительном зале шепотки и даже всхлипы. Кажется, там нашлось немало таких, что могли порассказать на тему казематов и оков кое-что из личного опыта. Эльфы под тихую мелодию запели: Ах, тьма кругом и горек воздух… Неволи прежде мы не знали В родных лесах под звездным небом Где мир впервые нам открылся. Звон ручьев хрустальных, Шелест трав высоких, И под сенью леса Блещет радуга цветов. Средь берез и звонких сосен С друзьями наши песни мы слагали. В венках зеленых на полянах Легки как искры, девы в танце мчались. Ах, лишь тоска, печаль и ужас Уделом нашим ныне стали. Под толщей скал, в оковах тяжких Во тьме, без света мы истаем. Средь чудовищ жутких – Злобы порождений, Средь огней багровых, Удушающих дымов Плен жестокий стал уделом Для нас, так беззаботно прежде живших. Покинут эти земли наши fear. В Чертогах нам приют окажет Намо. Неволи прежде мы не знали… (8) Закончив жаловаться друг другу, вся компания улеглась на пол. Вокруг каждого из них медленно гасло легкое золотистое сияние, а потом его остатки зайчиком улетали сквозь пламя вверх. Великий Домомучитель отметил, что платочки замелькали не только в ваниарской и телерийской, но и в нолдорской части зала. Сменившиеся декорации явили полянку, окаймленную простенькими, но изящными хижинами. Сплетенные из живых цветущих кустарников, эти домики, однако, имели окна и даже балкончики. На полянке собралась небольшая толпа эльфов. Окружала она трех персонажей, восседающих на толстом бревне. Один из них, облаченный в широкий голубой плащ поверх длинной белой туники, на распущенных золотых волосах был увенчан диадемой из розовых сердоликов и речного жемчуга. Второй был одет в светло-коричневую кожаную куртку с подвернутыми рукавами и такие же штаны. Иссиня-черную косу на конце зажимала блестящая заколка в виде растопыренной ладони. Третий, весь в белом, увешался жемчужными и раковинными ожерельями, а прическу из множества белесых косичек накрывал лохматый венок. «Ага, с сеном на голове – это, без сомнения, Элу», - гордясь своей догадливостью, хмыкнул Моргот. – «В коже с железяками – Финвэ, а тот, что уж совсем весь из себя - Ингвэ». Между тем в круг вбежала черноволосая драчунья. - Вожди и народ! – закричала она, потрясая своей дубинкой. – Случилось несчастье! В лесу на нас напали неведомые чудовища и утащили с собой несколько наших соплеменников! Мне удалось защититься и убежать! Но помочь остальным мне было не по силам! Без оружия пошли мы посмотреть на нового зверя, что нашла в лесу Айвэ, и там были окружены! Где теперь моя подруга и остальные, мне неизвестно, но судьба их наверняка ужасна! Финвэ тут же вскочил: - Где это случилось? Покажи нам место, там наверняка остались следы! Мы найдем похищенных! - Не нужно спешить, - величественно покачал головой Ингвэ. - Надо сесть и достаточно тщательно поразмыслить над происшедшим. И вообще – может, оно само все уладится. Все вернутся, и заживем по-прежнему… - Может, лучше всем спрятаться? – сложил перед собой ладони будущий Тингол. – Чудовища придут и никого не найдут. - Куда прятаться будем? – поинтересовалась черноволосая, перехватив дубинку поудобнее. - По дуплам рассядемся? Или камышах на отмели полежим? - Нет, в камышах холодно, - чуть помедлив, возразил Эльвэ. – А вот насчет дупел – это мысль! - Кто со мной?! – скомандовал Финвэ. – Майкаэль, ты укажешь место! - Иду! Девица, а за ней еще несколько черных и рыжих бросились к домикам. Оттуда они выбежали уже в темных коротких туниках с луками и копьями в руках. Тут же, возле глубокомысленно таращившегося Ингвэ и разводящего руками Эльвэ будущие нолдор принялись осматривать и укладывать в берестяные колчаны стрелы, проверять насадку копий, подтачивать поясные ножи. Послышалась, все нарастая и набирая четкость, ритмичная музыка. Вооружавшиеся запели: Сегодня полон темный бор тревожной тишиною, Он вместе с нами чутко ждет неведомых врагов. Как видно, долго в мире зло бродило стороною. И наконец, пути нашло до наших берегов. Но пусть беды не знали – Смиримся мы едва ли. Отведает пусть стали Посмевший на нас посягнуть! Орешник скроет нас листвой, стволом заслонит ива. Укажут нам трава и мох чужой опасный след. Давно наточено копье, натянута тетива И всех врагов на рубеже достойный ждет ответ. Их встретим мы как надо. И стрелы без пощады Из нолдорской засады Охоту враз отобьют! (9) Коротко протрубил рожок, отряд выстроился попарно за Финвэ и уже поменявшей палку на копье черноволосой Майкаэль и зашагал направо по сцене. Часть оставшихся расселась вокруг замершего в медитации Ингвэ, другие побежали куда-то за домики под водительством Эльвэ. Моргот отметил, что среди зрителей слышались и смешки, и возмущенное ворчание. «Намо теперь посидит, разбирая заявления со всех сторон!», - подумал с удовольствием изможденный зек, откусывая от шестого пирожка с грибами. Меж тем декорации снова сменились. Теперь это была дубрава, заросшая орешником и красной жимолостью. Среди растительности пробиралось войско Утумно. Впереди шествовали обряженные во все черное рогатые персонажи. За ними тащилась цепляющаяся за каждую ветку шипами на плечах и локтях Тхурингветиль. Последним, отдавая ободряющие команды, вышагивал Альтер-Саурон. Вдруг одна из веток, особо долго не желавшая расставаться с курткой Тхурингветиль, энергично влетела ему в лицо. Будущий Великий Волколак взвизгнул, скорее, по-поросячьи. Черные мгновенно сбились в кучку, выставив в стороны рога. Дама-мышь, наоборот, распласталась на травке. Ее прикид набрал на себя уже столько зелени, что Альтер-Саурон доверчиво наступил на ее спину. Дама взвилась, Саурон окончательно сел. - Провал вас всех побери! И ну встали передо мной, как пень перед казной! - Что, жалованье прямо тут выдавать будешь? - поинтересовался козлорогий. - Ща я вас пожалую! Ты, ночной кошмар – тоже встать! - Саурон пересчитал войско, загибая пальцы. – А где этот коврик каминный? Войско задумалось, и Альтер-Саурону пришлось пояснить: - Тевильдо где? - В разведку пошел, - пояснила Тхурь, общипывая с себя листву и траву. Из кустиков позади высунулась голова кото-майа. Предводитель мгновенно схватил его за ухо: - Позади плетешься, воротник ходячий?! - О, господин главнокомандующий! – завыл тот на низкой ноте. – Я разведываю, не хотят ли на нас напасть с тыла! - Становись в общую группу. И никуда без приказа – хвост узлом завяжу! Повторяю инструктаж Владыки Мелькора. Для особо умных: десятый раз. Находим эльфей. Окружаем. Хватаем. Тащим в Утумно. Ни одного не теряем. Поняли? - А если потеряем? – почесывая между коровьих рогов, поинтересовался черный. - Искать заставлю! В одиночку! Ну, за дело нашего учителя – пошли! Войско снова двинулось в поход. Впереди возле осыпанных красными ягодками-двушками кустиков показались два платьица – белое и голубое. По взмаху Альтер-Сауроновой десницы все взревели и бросились на добычу… Почти сразу же двое из трех ломящих первыми рогатых растянулись, зацепившись ногами за вдруг поднявшуюся из травы веревку. Кото-майа трижды перекувыркнулся получив под зад искусно согнутым стволиком рябины. А остальные словили по две-три стрелы в нижний пояс. Рев сменился довольно визгливыми воплями. Тхурь, не забыв, видно прежнюю неудачу, бросилась прочь первой. Ветки, задеваемые шипами, старательно ее подгоняли. Рогатые налетали друг на друга, не забывая и увешанного белыми и красными перьями предводителя. Понеслись они прочь вчетвером, проминая заросли объединенной массой. Из кустов выскочили нолдор с копьями, но поняв, что в скорости бега им с противником не посоперничать, остановились. Хуже всех досталось Альтер-Тевильдо. Пока он восстанавливал ориентировку после сальто, его давешняя обидчица дубинкой ухитрилась поймать длинный хвост. Кото-майа заметался, стараясь уберечь заднюю часть от копейного острия. Кончилось дело тем, что он выскочил из шкуры и помчался прочь, прикрытый только узеньким розовым брэ. Отряд Финвэ принялся собирать стрелы. Девица деловито расправила трофейную шкуру и перебросила себе через плечо. Занавес пополз вниз. ___________________________________________ 1. Валар поют под «Рассвет на Москве-реке» из «Хованщины». 2. Мелькор исполняет «тему нашествия» из «Ленинградской симфонии» Шостаковича. 3. На музыку куплетов Мефистофеля из оперы «Фауст». 4. Мелькор соблазняет на музыку «Песни индийского гостя» из оперы «Садко». 5. На музыку куплетов о клевете из оперы «Фигаро». 6. На музыку песни «Далеко-далеко за морем…» из фильма «Золотой ключик». 7. На музыку речитатива Фарлафа из сцены с Наиной, «Руслан и Людмила». 8. На музыку хора рабынь «Улетай на крыльях ветра» из оперы «Князь Игорь». 9. На мелодию песни «Споем, товарищ боевой…» из фильма «Два бойца».