1. Нужно сохранить хотя бы то, что у нас есть....

— Марк! Марк! Мне приснился страшный сон! — Джексон садится на кровати и смотрит по сторонам. Замечает старшего спящим рядом и утыкается ему в грудь, — Марк… Проснись… Я видел кошмар… — Гага… Все в порядке, это всего лишь сон, я здесь… — Туан сразу просыпается, прижимает к себе любимого и гладит его по спине. — Мне приснилось, что мы расстались, ты ушел от меня…— Ван все еще испуган, но теплые руки Марка успокаивают и защищают. Туан держит Вана в крепких объятиях, но перед младшим еще мелькают обрывки сна и сердце колотится, как сумасшедшее, — Это страшно! У тебя было такое холодное лицо, ты смотрел на меня…как на…мебель. Марки… Как хорошо, что это сон! У меня до сих пор руки влажные… — Джексон, еще слишком рано, тебе нужно поспать и твой сон забудется. Постарайся сейчас уснуть, я посторожу тебя, ладно? — Марк укладывает Вана под одеяло и сам ложится рядом, тесно прижавшись. Он гладит лицо Джексона тонкими пальцами и целует его мокрые от слез щеки. Младший успокаивается и его дыхание постепенно выравнивается. Туан засыпает следом, припав губами к губам своего испуганного, дикого и сексуального малыша. *** Острый луч солнца заставил открыть глаза. Утро уже заполнило всю комнату. Обрывки сна еще плывут перед глазами, но, пытаясь вспомнить хоть что-то, Ван растерял их разом все. Он потягивается и зевает. Марка уже нет рядом. Джексон обеспокоенно глядит на будильник, но еще раннее утро. Со стороны кухни доносятся негромкие голоса и звон посуды. «Марк, наверное, готовит завтрак.» — младший улыбается и поднимается с кровати. Делает два шага к окну и выглядывает на улицу. Ну что же, весна в полном разгаре, снега совсем нет. Погода солнечная и безветренная. Джексон мечтает поехать куда-нибудь с Марком вдвоем, они так давно нигде не были. Он вздыхает и устремляется в ванную. — А где Марк? — Ван заходит на кухню, но там завтрак готовят Джейби и Енджэ. Те переглядываются недоуменно и молчат. — Джексон, ты как себя чувствуешь? — в голосе лидера проскальзывает волнение. — Все нормально, а что, должно быть плохо что ли? Чего ты так на меня смотришь? Все хорошо, только Марк куда-то с утра подевался… — Ван берет тарелку и накладывает себе острого супчика, приготовленного только что заботливыми руками. Он не замечает, что Джейби и Енджэ снова переглядываются и дружно начинают разговаривать между собой о чем-то своем. Появляется Джуниор, вид у него сонный, он даже еще не умылся, он всегда предпочитает сперва поесть, а уж потом делать все остальное. — Джексон, ты как? Все нормально? — Джинен обнимает Вана и взлохмачивает ему волосы. — Да что вы все заладили? Все со мной нормально! Только Марка нет, ты не знаешь, куда он ушел? — Джексон, конечно знаю, ты что, забыл? — Что я забыл? — Ван непонимающе застывает с ложкой у рта. — Марк еще спит. Он там, в комнате Югема и БэмБэма. Ты правда ничего не помнишь? — Джуниор садится и ставит свою тарелку рядом. Потом, не торопясь начинает есть. Лидер с главным вокалистом тоже накладывают себе в тарелки еду и предпочитают не вмешиваться. — А почему он там? Я что-то не помню… Мы что, опять поссорились? — Джексон кладет ложку на стол и смотрит по очереди на всех одногруппников, — Чего вы все молчите? У меня что, амнезия? — Туан расстался с тобой вчера. Он любит Югема. Ушел к нему. У тебя, видно, защитная реакция сработала, так бывает. — Джинен выпаливает это на одном дыхании и держит Джексона за руки. Ван вскакивает и с подозрением смотрит на всех. — Это что, шутка такая? Енджэ с Джейби пытаются его задержать, но Ван вырывается и бежит в  комнату макнэ. Джексон распахивает дверь и замечает удивленное лицо БэмБэма, который прибирает свою кровать. Югем делает шаг вперед и закрывает собой Марка, который как раз переодевается. — Марк! — Ван пытается оттолкнуть парня, но тот стойко держится и останавливает старшего. Туан опускает руки, в которых футболка и поворачивается к бывшему. — Что, Джексон? Чего ты прибежал? Мы вчера с тобой все обсудили, не надо снова… Ну, пожалуйста. Ван смотрит на любимого, на его голый торс, такие родные изгибы тела, на родинку посередине груди и медленно начинает оседать на колени. В глазах мутнеет, а сердце бесперебойно стучит в груди, в горле, во всем теле. Джексон хватается за тонкий волосок своего сознания, пытаясь зацепиться и не упасть в черную пропасть безумства. Сзади БэмБэм старается его поднять и никак не может справиться. Ему на помощь поспевают Джуниор и Джейби. — Джексон, пойдем, тебе нужно уйти сейчас. Енджэ принесет тебе горячего чая. Давай мы отведем тебя в комнату… — Постойте… — Туан подходит и кладет свою руку на лоб бывшего парня. Ван прикрывает глаза и замирает, — У него температура, он просто заболел! Нужно положить его в кровать и сообщить менеджеру. Ведите его, я сейчас принесу лекарства. Парни уводят больного и укладывают его в постель. Джексону и правда очень плохо, тело сотрясает озноб и хочется провалиться в сон. Марк надевает, наконец, футболку и хочет уйти за таблетками, но Югем его останавливает и прижимает к себе. — Ты не волнуйся, с ним все будет в порядке. — макнэ гладит спину Туана и целует его в шею. БэмБэм отворачивается и быстро произносит: — Я найду лекарства… Я сам принесу их Джексону! — и выскакивает за дверь. — Марк… — шепчет макнэ, — Посмотри на меня… Ты ни в чем не виноват… Не надо себя винить. Джексон сильный, он справится. Не думай сейчас о нем… Я же здесь… Туан поднимает лицо и смотрит в глаза Югема. Тот смущается, но не опускает взгляд. Марк тянется к его губам и целует нежно. — Конечно, ты здесь… БэмБэм сидит возле кровати Вана и меняет ему компресс на лбу. Джексон не может заснуть и все время пытается вспомнить, почему Марк ушел? За окнами темно. Все остальные спят давно и только Бэм ночует сегодня рядом с Джексоном, потому что, если честно, ему совсем не хочется спать в своей комнате. — Температура так долго не спадает… — малыш очень напуган, — Джексон, ну постарайся уснуть. Тогда твой организм будет бороться. — БэмБэм, что такое вчера случилось? . Почему я ничего не могу вспомнить? . Расскажи мне… — Хорошо… Я расскажу, что знаю… Марк сказал тебе, что разлюбил, что Югем завладел его сердцем и он больше не может притворяться… Потом он ушел… Это то, что я знаю… Они спали в моей комнате… Я ничего ночью не слышал. Правда! — Почему мне кажется, что я схожу с ума? Младший снимает полотенце со лба и переворачивает его на другую сторону. Ван, в этот момент, смотрится таким милым и несчастным, что Бэм невольно кладет освободившиеся руки ему на щеки. — Ну что, спала температура, мне нужно поговорить с Марком… — Вроде, начинает спадать… Ты весь мокрый, нужно сменить белье… Сейчас я тебе дам. — Конпимук поднимается и идет к бельевому шкафу. — БэмБэм, мне нужно к Марку! Ты меня слышишь вообще? — Ван стягивает с себя компресс и бросает его в миску с водой. — Но сейчас же он спит… Он заходил к тебе днем… Он долго тут сидел… Потом за ним пришел макнэ и увел его есть… — Бэм, понимаешь, я знаю, что Марк любит меня, он не может меня разлюбить! Это же противоестественно… — Ван соскакивает с кровати и хватается за голову, — Ай, почему так голова болит… БэмБэм подает ему футболку с трусами и отворачивается. — Ты переоденься сперва… Младший слышит шорох, это Ван пытается снять липкое, пропахшее потом, белье. Потом скрип двери… — Джексон, ты куда? — но уже поздно, тот исчезает за дверью. В комнате младших почти темно, только ночник на полу дает какой-то бледный свет. Джексон тяжело дышит. Его качает из стороны в сторону. Он приближается к кровати Югема и видит, как Марк, его самый близкий человек, обнимает младшего. На лице Туана застыла милая улыбка. Лица макнэ не видно, он лежит к Вану спиной, припав к груди старшего. Джексон застывает и забывает дышать. Тысяча мыслей приходит в голову и Ван в своих идеях уже бьет их обоих, топча и проклиная, он растаптывает их отношения, их тела, их лица! . Но вместо этого он все еще стоит молча и из глаз начинают течь слезы. Он не замечает этого, только в груди становится невыносимо тесно. Невыносимо трудно дышать. Комок в горле, от сдерживаемых рыданий, убивает кислород. Джексон хватает какой-то разряженный воздух, который не вентилирует легкие, а забивает их мелким песком. Всхлипывает, как ребенок и выбегает из комнаты… И только оказавшись в коридоре, за закрывшейся дверью, которая отделила его от жизни, он падает на пол и начинает дышать, припадая к холодной плитке и стирая все красочные эпизоды с Марком, с этим улыбающимся дьяволенком из своей души, из памяти, из настоящего и будущего… Марк поднимает голову и смотрит в темноту. Но все тихо. Югем заворочался, потеряв тепло любимого и Туан снова ложится, прижимая голову мелкого к своей груди. Тот просыпается и шепчет своим детским, со сна, голосом: — Марк…что случилось? — Спи, все хорошо… Я здесь… — старший целует пухлые щеки и эту дивную линию подбородка. Югем находит желанные губы и припадает к ним, сдерживая нарастающую страсть. *** — Джексон, Джексон! Пора вставать! Мы проспали! Джейби уже приходил и колотил в дверь… Вставай! — Туан почти кричит и трясет его за плечи. — Какого черта, Марк, ты тут делаешь? — Джексон открывает глаза и ничего не может понять. В комнате светло, солнечные лучи разбегаются по стенам и лицо любимого совсем рядом. На Туане его серая футболка, которую Джексон обожает больше всего. — Да что тут происходит, Марк? Почему ты тут? — Гага! Что значит «почему»? Это и моя комната! Проснись уже! Будильник звенел, но мы не слышали. Потому что кто-то всю ночь не давал мне спать! То у нас кошмары, то у нас любовь! — Марк, ты разве не ушел к Югему? — у Джексона такое недоуменное лицо, что Туан начинает смеяться своим заразительным смехом. — Гага, ты совсем съехал с катушек. С чего бы это? Нет, ну если ты настаиваешь, я, конечно же, могу пойти к Югему… — Я тебе пойду! Только попробуй хотя бы посмотреть в чью-то сторону еще! — Эй, когда это я смотрел? Кроме твоей улыбающейся моськи я вообще ничего не замечаю. — Марк! Иди сюда. Немедленно поцелуй меня… И хоть времени остается совсем мало и нужно еще успеть много чего, Туан все же исполняет все желания любимого. Джексон обвивает ногами и руками податливое тело: «Ты не сможешь меня разлюбить, Марки! Ты меня понял?!» … Ну и приснится же…