Вне рамок.

- Что же ты натворил с собой, глупенький, - чудной парень, явно ориентации не столь далекой, ворковал со мной, хмуря бровки. Впрочем, даже у меня таких ухоженных бровей и в помине не имелось. Скажите мне на милость: кто из нас девушка? Мне приходилось оставаться настороженной, хотя уже ужасно клонило в сон, особенно когда мне повезло сесть и откинуться на мягкую спинку дивана. Только подумать: мне хватило всего одного дня, чтобы сдать позиции. Я не в силах отказаться от благ цивилизации и, если утопить гордость, готова признать, что и недели бы не выжила в этом мире. В конце концов, меня бы задрали собаки, умирающую с голода. Может, в первые дни я бы перебивалась хоть как-то, но а что потом? Ела бы из урн? Пила бы воду из луж? Хотя с ней мне тогда повезло. Да я с первого дня завыла. Морщусь, когда мне обрабатывают рану. Саша. Русское имя было для меня, как глоток свежего воздуха и позволил сразу расположиться, хотя бы русским духом к этому парню. Тем более он не представлял для меня опасности как для женщины. Хотя еще оставался призрачный шанс того, что он какой-нибудь Ганибал Лектор и меня съедят на ужин, но как по мне - ну не возятся так со своей едой... Или... Стоп! Это уже явная ересь. Надо успокоиться и не накручивать себе всякую фигню в мыслях. - Саш, ты закончил? - Из небольшой арки, ведущей на кухню, появился кошмар этого дома. Хмурый мужчина, кажется, не переносящий меня на дух. Смотрит сурово в мою сторону, сверля взглядом. Похоже, мое присутствие его ужасно выводит из себя. -Да-да, Роби, - мелодично пропел парень, закрепил эластичную повязку на моей ноге и отстранился, оставляя меня все так же полулежа на диване. - Откуда ты этого лапушку откопал? - Приглянулся, - я буквально чувствовала его саркастический тон: вон, губы его как растягиваются пусть и в небольшой, но, вероятнее всего, издевательской улыбке. Кивком головы он подзывает юношу за собой, напоследок кинув на меня предупреждающий и тяжелый взгляд. Я лишь отсалютовала ему, широко улыбнувшись, хотя чувствовала, как уголки губ дрожат от натянутости и перенапряжения. Тот, хмыкнув, скрывается в божественной обители пищи. Кстати, есть хотелось неимоверно, но наглеть не стоило. Квартира оказалась вполне себе уютной. Привычное холостяцкое жилище. Зацепилась взглядом за боксерскую грушу, подвешенную аккурат по центру комнаты. Спортсмены, чтоб их... Нет, это, конечно, круто: спорт, ЗОЖ и вся подобная хрень, но лучше бы они были все такими же хлипкими, как и Саша. Шансов на мою победу, если понадобится, было бы больше. Нет, мне, безусловно, нравились спортивные мальчики (ради одного я и с парашютом прыгнула), но не в данный момент. Я отдаленно слышала голоса на кухне, но даже не старалась разобрать слова. Хотелось спать, но делать этого в чужом доме категорически не хотелось. Как бы все тихо и мирно не было, но спокойно дрыхнуть, когда не знаешь, что тебя ждет впереди и не расчленят ли они тебя во сне с особой, маниакальной циничностью - та еще "гениальная" идея. Дурная привычка накручивать ересь в своей голове в непонятных ситуациях. - Идем, - Алек, вошедший в комнату, протянул мне руку, а Роберт тенью встал за его спиной. Кажется, его лицо стало еще более хмурым чем ранее. Принимая протянутую руку, покосилась на все темнеющего лицом Роба. Ковыляя, следую с мужчиной в неведомую мной сторону, когда чуть не падаю на повороте. Алек придержал меня за талию, а позади, если мне не послышалось, кто-то заскрипел зубами и зазвучал недовольный, холодящий душу голос. - Алек, руки, - от того, как резко отдернули от меня руки, значило лишь то, что именно этим фривольным движением этот чудак и был недоволен. Но черт его дери, три ночи подряд, из-за этого козла неуравновешенного я вновь протираю полы! Я не имею никакого права орать на этого муда... мирового идиота, но взгляд мой все же метнулся в его сторону, однако мне хватило пары секунд. Чувствую себя слабачкой. Он смотрит на меня как на последнее дерьмо, которое разлеглось на его территории, а я и ответить ему не в силах. Вставать мне пришлось самой, Алек ко мне подходить не решался, остановленный лишь суровым взглядом чертовых синих глаз. Так я доковыляла до небольшой комнатки, под неумолимым конвоем. Помещение мне напомнило ухоженную кунсткамеру. Окон здесь не было, видимо, когда-то это помещение было кладовкой, но позднее переоборудовалось в комнату, с односпальной кроватью, белым ковром и парой картин с пейзажами. Хотя нет. Окно было. Правда, не совсем окно, а картина, очень похожая на него. Она была с меняющимся видом. Чудная вещь. Хоть что-то хорошее. Двери в комнату не было. В этом и свои плюсы и минусы: никто не запрет, но и я не смогу скрыться. Меня оставили в комнате одну. Я улеглась на кровать в том, во что была одета, укрывшись принесенным одеялом. Пахло оно порошком и запахами этого дома - по-чужому. Слез не было. Простое жесткое осознание. Моего дома больше нет... Сложно признать, но все это слишком реально, до дрожи в коленях, до тягучего комка в животе. Меня моя прежняя жизнь вполне устраивала. Да, не хватала звезд с неба, но этого мне было достаточно. А что я имею здесь, теперь? Ни-че-го. Абсолютно. Даже если у этих людей корыстные намерения, я ничего не сделаю. А что? Я не супер-мэн, в меня магически астероиды не прилетали, суперспособностей не наблюдалось. Да и человек я не особо храбрый и горы свернуть не смогу. Просто среднестатистическая девушка, коих у нас в России предостаточно. Просто нужно привыкнуть. Подстроиться. Я не лелею надежд на возвращение, но если подвернется шанс - непременно воспользуюсь. Лежала я до тех пор, пока голоса не стихли, и не хлопнула входная дверь. Свет в гостиной погас через какое-то время, и квартира опустилась во тьму и пропиталась тишиной. Даже такого привычного для родного дома тиканья часов не было слышно. Простая, густая тишина. Медленно, но верно выпитые лекарства и тяжесть дня со всем тем стрессом, испытываемым мною, сморил и я даже не помню, когда погрузилась в сон. Проснувшись, я просто лежала на спине, глядя в потолок. Вставать категорически не хотелось. Мне ведь можно позволить себе хотя бы такую малость? - Проснулся, омега? Нужно поговорить.