Отец

Лязг мечей был яростным, но в нем не было злости, лишь азарт. Заходящее солнце оставляло блики на тонких клинках и разметавшихся волосах сошедшихся в битве юношей. Тот, что был пошире в плечах, наступал сильно, осторожно, чутко следя за действиями своего более гибкого противника. Но, как всегда, снова упустил его обманный маневр. - Нарви! – еле успев увернуться от коварного удара, Мерфи замер с опущенным мечом, глядя на брата с веселой злостью и любовью. Жаркой и страстной любовью. – Так нечестно! - Ты же не думаешь, что в настоящем бою враг тебе предупреждать будет? Не расслабляйся. – Еще прибавивший в росте, но оставшийся все таким же тонким – Нарви сейчас был очень похож на юного Локи. Настолько, что у наблюдавшего за ними Тора на секунду сжалось сердце. Каким же все-таки дураком он был. - Очень своевременное замечание, молодой человек, - сидевший ниже на ступеньках Тони поднялся, оборачиваясь к Тору. – Не хочешь тряхнуть стариной, здоровяк? - Пока Локи не видит? – Тор вскинул бровь, и Старк фыркнул. - Могу надеть костюм, если так боишься за свое здоровье. - Папа обещал, что свернет тебе шею, - напомнил Нарви, недвусмысленно поигрывая мечом. – А мы ему поможем. Ты еще не оправился после перелома. Тони угрожающе сдвинул брови, а потом махнул рукой, смеясь. Он никогда не мог сопротивляться Локи, а уж когда к любимому папочке присоединялись детишки… Пробурчав что-то о возомнивших себя слишком взрослыми мальчишках, он снова опустился на ступеньки и прикрыл глаза, подставляя лицо солнечным лучам и прислушиваясь к разговору мальчишек с Тором. Те снова спорили о чем-то, но Старку было слишком хорошо и лениво, чтобы вмешиваться. Да и ласкающий взгляд волновал достаточно сильно, чтобы думать о чем-то еще. Распахнув ресницы, он вскинул голову и тонко улыбнулся, встретившись глазами с Локи, смотревшего во двор из окна башни. Еле заметно кивнул и шепнул одними губами: - Я люблю тебя, мой бог.